Интервью

Сет МакФарлейн: «Во время отпуска думаю только о работе»

«Миллион способов потерять голову» со «Сверкающими седлами» сравнивают люди, которые всего лишь пишут предсказуемые статьи. Но мы не рассматриваем этот фильм в таком ключе. Я люблю «Сверкающие седла», большой их фанат, но там совершенно иной тип комедии. Наша лента намного глубже просто пародии.
Сет МакФарлейн: «Во время отпуска думаю только о работе»

Один из самых популярных комиков современной Америки, Сет МакФарлейн в первую очередь известен как аниматор, но при этом он обладает редкими в его профессии способностями. Помимо страсти к рисованию, МакФарлейн весьма артистичен — нечастая комбинация в современной мультипликации.

До него таким сочетанием талантов могли похвастаться авторы «Южного Парка» Трей Паркер и Мэтт Стоун, но в сравнении с броской внешностью и дюжим артистизмом создателя «Гриффинов» их актерские данные все же несколько меркнут. Импозантность МакФарлейна заметили организаторы премии «Оскар», предложившие ему провести 85-ю церемонию. Результат оказался довольно неоднозначным.

В большом же кино Сет дебютировал совсем недавно, зато с помпой. Комедия «Третий лишний», повествовавшая о герое-инфантиле и говорящем плюшевом медвежонке, стала самой кассовой в своем жанре за 2012 год. 10 июля в России стартует новая работа МакФарлейна. Это юмористический вестерн «Миллион способов потерять голову», в котором кинематографист лично сыграл главную роль.

КиноПоиск поговорил с ним о том, где для Сета проходит грань дозволенного в юморе, не боится ли он потерять связь с молодым поколением, а также о том, чем важен документальный проект «Космос: Пространство и время».

— Вы выросли на вестернах?

— В детстве я не был особенным фанатом вестернов, но по мере того, как становился старше и стал открывать жанр, нашел его очень приятным для просмотра. Я могу включить эпизод «Дымка из ствола» в любой час дня и получить от него удовольствие. Идея этого фильма пришла во время завершения подготовительных работ над вторым «Третьим лишним», когда я сидел и делал кое-какие правки в сценарии вместе с Алеком Салкином и Лесли Уайлдом, которые были соавторами на моем прошлом проекте. Мы убивали время, смотря фильм «Вздерни их повыше» с Клинтом Иствудом, и болтали о том, что это очень романтизированный жанр.

Но каждый вестерн, который вы когда-либо смотрели, еще и заставляет ту эпоху выглядеть как худшее место на земле: один ресторан в городе, один магазин, продающий лишь восемь вещей, почти все, что существует за пределами дома, пытается вас убить. Это место просто не подходит для слабаков. Показалось, что будет забавно посмотреть на жанр с другого ракурса. Было снято так много вестернов, нужно просто взять этот мир и посмотреть на него сквозь призму мировоззрения кого-то, кто живет в 2014-м, но не как на историю о путешествии во времени, а как нечто похожее, но формально ею не являющееся. Увидеть мир глазами того, кто как бы осознает, что в контексте этого сюжета всякие неприятности кажутся нам забавными.

В детстве я не был особенным фанатом вестернов

— Вы понимаете, что создаете вещи, обрастающие культом? Я знаю, что мои дети смотрят все, что вы делаете, они все понимают и смеются, хотя от меня некоторые шутки ускользают. Будто вы своим юмором создаете своеобразный культ.

— Частично это, как нам казалось когда-то, было завязано на одном поколении, но потом мы обнаружили, что «Гриффины» обращаются к более широкой аудитории. В сериале есть отсылки и к Джастину Биберу, и к Бобу Хоупу, так что он покрывает большой хронологический ландшафт. Мне кажется, если мы долго будем стараться изо всех сил так, как сейчас, придумывать такие отличные шутки, то и поклонники нас не бросят, ведь если им что-то не нравится, то они сразу же громко об этом заявляют. С пришествием твиттера они не боятся сказать тебе, насколько что-то ужасно. Но обычно, если вы работаете с полной самоотдачей, а фанатам не кажется, что вы что-то портите, то они остаются с вами. Над этим фильмом мы работали настолько самоотверженно, насколько могли, чтобы сделать его таким, каким себе представляли, надеясь, что он оправдает себя в дальнейшем.

— Так все же чем считать «Миллион способов потерять голову»? Комедией, пародией на жанр, пародией на комедию? А то ведь невольно запутаешься.

— Да. (Смеется.)

— Даже если судить по трейлеру...

— Да, нас он очень порадовал. Трейлер во многом получился обманчивым, потому что фильм больше строится на сюжете, чем «Третий лишний». Если вы проанализируете историю, то поймете, что это классический сюжет для вестерна. Я не рассматриваю его как пародию, а скорее как комедийный вестерн, где показана свежая перспектива места и времени, в которых он происходит. Трейлер любого фильма делается с расчетом на то, чтобы привлечь зрителей в кинотеатры. Если это комедия, вы хотите, чтобы люди знали, насколько она смешная, но здесь как раз многое не попало в ролик. «Миллион способов потерять голову» со «Сверкающими седлами» сравнивают люди, которые всего лишь пишут предсказуемые статьи. Но мы не рассматриваем этот фильм в таком ключе. Я люблю «Сверкающие седла», большой их фанат, но там совершенно иной тип комедии. Наша лента намного глубже просто пародии. Это настоящая вестерн-история со всеми ее традиционными элементами.

— Вас не потрясло, что вам вообще позволили снять такое?

— Ну, стоит только получить свой возрастной рейтинг, а дальше в основном остается отталкиваться от него. Если это был бы фильм с PG или PG-13, то я бы удивился, если бы нам удалось протащить туда матерную лексику. Я смотрю на то, что «Гольф-клуб» провернул в 1980-м, что «Монти Пайтон» делали даже раньше, причем настолько провокационно, насколько возможно. Но здесь обо всем судит зритель, однако многое зависит от того, настолько далеко вам удается зайти. И в нашем случае это не сильно отличается от того, что сходило с рук «Монти Пайтон» в 1970-е.

— Это то, чему вы, возможно, действительно придаете значение?

— Мы не планировали шокировать. Лишь перенесли на экран то, что смешило нас в той комнате, где писался сценарий. Иногда это просто старомодная игра слов или действительно острая современная шутка, не что-то запланированное, а всего лишь вещи, заставляющие нас смеяться.

— У вас есть какая-то личная грань дозволенного в юморе?

— Да, вот «Гриффины» — это хороший пример. Если какая-нибудь трагедия еще свежа, то не факт, что мы ее затронем. Про авиакатастрофы или бомбардировки не шутим. Есть такая старая поговорка: «Комедия — это трагедия плюс время». В какой-то момент можно шутить о таких вещах, но все равно надо соблюдать осторожность. 11 сентября было интересным поводом, потому что это такой момент, которого вы, само собой, не коснетесь долгое время. Потом однажды (даже не помню, что за шутка такая была) кто-то из команды сценаристов «Гриффинов» придумал очень мягкую остроту, относящуюся к 11 сентября, и было похоже, что прошло достаточно времени. Шутка сама по себе была достаточно безобидная по отношению к трагедии, так что было разумно попробовать ее. Все прошло хорошо, никто не оскорбился, она попала в сериал. Каждый раз вы как бы заплываете немного дальше, и все дело во времени.

Про авиакатастрофы или бомбардировки мы не шутим

— У вас есть какие-то самые запретные темы для шуток?

— Что-то из недавних событий.

— Я имею в виду, что вот, например, рак — это не тема для шуток.

— Да-да. Хм, я пытаюсь представить, что однажды мы можем коснуться и его. Шутка о раке может показаться действительно ужасной и расстроить конкретного человека. Но я мыслю более обобщенно. Скажем, вы пошутили про рак. Если шутка ранила отдельного человека, умирающего от рака, то это не то, чего я хотел добиться. Если же шутка представляет собой обобщение о каком-то вымышленном персонаже с раком, и она будет достаточно смешной, чтобы напомнить, насколько это деликатный материал, то это меня устраивает. Найдется немало людей из вашей аудитории, которых это не смутит. Правил нет, вам нужно лишь разумное обсуждение того, настолько ли это смешно, чтобы оказаться приемлемым, учитывая затронутую тему, сможем ли мы вообще потом спать по ночам. В «Гриффинах» были такие шутки, о которых я позже думал, что, наверное, все-таки не стоило их вставлять в сериал.

— Так все зависит от подхода?

— Да. Вот как с шуткой про конфеты PEZ с Кеннеди.

— Есть ли нечто такое, чем вы жертвуете, чтобы вы делали то, к чему у вас лежит душа и есть способности?

— М-м-м, жертвую любым видом общественной жизни. А необходимо мне лишь время. Это все, что надо. Только время.

— Что-то движет вами или заставляет делать то, чем вы занимаетесь? У вас счастливый вид, но ведь никогда не знаешь, что за ним кроется.

— Счастливый вид, великолепный фасад. Я много думаю об этом. У меня проблемы со сном из-за этого. Ответ будет таким: понятия не имею. Это всего лишь тот образ жизни, который я всегда вел. Не люблю, когда мой ум лишен напряжения. Я могу расслабиться, сесть на свой диван, посмотреть фильм и выключить мозг на короткий миг, но во время отпуска я ужасен. Я уезжаю на три дня и начинаю сходить с ума из-за постоянного желания поработать. Мне кажется, что это просто такой тип личности, который некоторые люди развивают в течение всей своей жизни.

— Следите ли вы за современным обществом? Я имею в виду в социальном отношении. У вас же очень устойчивая молодая аудитория.

— Да, уже довольно долго.

— Насколько близко вы с ней контактируете?

— Хитрость в том, что анимационное шоу каждый сезон требует девяти месяцев работы. Меня пугает, что, чем старше я становлюсь, я начинаю превращаться в парня, выясняющего, как работает джойстик у приставки. Вообще-то я уже такой и есть. Приходится держать в уме, что нельзя терять связь. Но тут приходит на помощь коллективная природа комедийного творчества для ТВ и кино. Ведь вы сидите в комнате с 17—18 людьми, со сценаристами всех различных возрастов. Так что необязательно знать каждую особую отсылку или что-то конкретное и очень популярное сейчас в интернете, ведь кто-то еще, возможно, в курсе.

— Какое отношение у вас с «Космосом»? Почему решили продюсировать этот проект?

— Это совершенно непривычная для меня и амбициозная задача.

— Да, проект был масштабный.

— Космос всегда меня интересовал. Это не должен был быть проект в каком-то особом жанре. Большую часть жизни я работал в комедии, я люблю ее. Но космос был чем-то, что я любил еще ребенком и продолжал любить, уже повзрослев. Не я был инициатором «Космоса», он появился в моей жизни при помощи астрофизика Нила Деграсса Тайсона. Единственное, что я сделал, так это помог направить его подальше от кабельного канала туда, где вы сможете получить большую аудиторию, туда, где это будет иметь смысл и даст какие-то положительные результаты. Я очарован наукой, всегда был очарован космосом. И ухудшение космической программы в этой стране меня огорчает. Этот проект похож на нечто, что может сделать кое-что хорошее.

— Не хотите чаще появляться на экране?

— Это не то, чего я настойчиво добиваюсь в каждом своем проекте. Мне нравится играть по той причине, что это дает мне больший контроль над происходящим. В анимации уж точно. Если вы самостоятельно разыгрываете шутку, то необязательно объяснять кому-то еще, чего вы хотите добиться. У нас с сестрой в детстве было много домашних театральных постановок. Раньше я занимался стендапом и уже многие годы озвучиваю большинство героев «Гриффинов». Писательство и актерская игра были очень тесно связаны с тем, что я делаю, так что «Миллион способов потерять голову» выглядит довольно логичным развитием событий, чем-то, что я должен был попробовать однажды хотя бы раз. Худшее, что может произойти, — это провал и дальнейшее присутствие лишь за кулисами.

Космос всегда меня интересовал

— Когда вы увидели, что фильм «12 лет рабства» собирает награды, а люди относятся к этой теме так серьезно, просто совсем без грамма юмора, волновались ли вы о том, как публика воспримет эпизод с рабским тиром?

— Совсем нет. Я смотрел «12 лет рабства», дюжину раз пересматривал «Корни», и у меня на это ровно такая же реакция, как и у любого другого. Я же не смотрю на мир сквозь объектив кого-то, кто думает о комедии 24 часа в сутки. Я смотрел этот фильм и был так же расстроен и взбешен, как и любой другой.

Шарлиз Терон сказала, что провалила свое прослушивание. Что же пошло не так? Сыграло волнение от первой встречи?

— По-моему, в тот день она болела.

— Как в целом работалось с ней?

— Было невероятно. Это во всех смыслах дар небес.

Читайте также
Новости Режиссер драмы «Наездник» экранизирует комикс «Вечные» Студия Marvel выбрала неожиданного поставщика для своего нового проекта.
Новости Кэри Фукунага поставит 25-й фильм о Джеймсе Бонде Продюсеры франшизы нашли замену для Дэнни Бойла.
Новости Брайан Сингер может поставить «Рыжую Соню» Проектом перезапуска руководит продюсер «Неудержимых» Ави Лернер.
Комментарии (6)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...