Интервью

Максим Суханов: «Ролями управляю я, а не они влияют на меня»

Мой герой в «Роли» верит в драматическое искусство, в те идеи, которые в нем живут, и в осуществление этих идей. Он идет на осуществление эксперимента, в том числе и эксперимента над собой: насколько ему удастся быть убедительным до конца и для окружающих, и для себя?
Максим Суханов: «Ролями управляю я, а не они влияют на меня»

3 октября на российские экраны выходит «Роль» Константина Лопушанского — пропитанное тревожной атмосферой начала 1920-х черно-белое кино об актере, решившем сыграть роль не на сцене, а в реальной жизни. Лента должна была стать дебютом постановщика еще в начале 1980-х (в итоге первым фильмом режиссера были «Письма мертвого человека»), однако в Госкино не пропустили проект про трагическое время в истории страны.

Главный герой «Роли» — известный театральный актер Николай Евлахов (Максим Суханов), уехавший из революционной России в соседнюю Финляндию, в Выборг, где живет с финской женой и тоже актрисой (Мария Ярвенхельми). Та замечает, что муж в последнее время сам не свой. Все бормочет что-то себе под нос, отказывается от работы, а деньги тратит непонятно на что. Оказывается, он одержим мечтой сыграть красного командира Плотникова, которого встретил во время страшной ночи в Сибири на железнодорожной станции в Рытве, где красные захватили поезд. Сыграть не в театре, а в жизни.

Плотников и Евлахов удивительно похожи, но в ту зимнюю ночь Евлахову удалось убежать и выжить, а Плотников погиб в момент отступления красных. С тех пор Евлахов (в лучших традициях современной ему эстетики символизма) мечтает вернуться в послереволюционный Петроград и стать красным командиром, восстать из мертвых и убедить всех, кто знал Плотникова, что это он и есть. Заснеженный город, тесная коммуналка и шумные пивные становятся для него сценой, на которой он полностью перевоплощается в своего героя, делая каждую встречу, каждый диалог актом искусства, выстраивая драматургию собственной ужасающе реалистичной пьесы.

Константин Лопушанский так описывает мотивы Евлахова: «Время было страшное: раскол страны, гибель населения. И понять это могли не все художники. Каждый понимал для себя сам: писатель писал роман, художник — картину, композитор — симфонию. А что делать актеру? Его методология — познать событие через характер персонажа, и он входит в душу человека по ту сторону баррикад, в того, кто хотел его расстрелять».

КиноПоиск встретился с Максимом Сухановым, исполнителем главной роли, чтобы побеседовать о его работе с Лопушанским, о современных героях и ограничении свободы творческого человека в России.

— Режиссер Константин Лопушанский утверждает, что эта история укоренена в самой эпохе, в 1920-х, в эстетике символизма и методе Николая Евреинова, в исторической ситуации, которая могла рождать таких персонажей, как Плотников. А как вам кажется, ваш герой действительно может существовать только в той эпохе?

— Поступок Евлахова нельзя рассматривать вне контекста предлагаемых обстоятельств — Гражданской войны, революции, жизни в тот период всех людей в пограничном состоянии. Мы можем лишь теоретически это себе представить, ведь это было время, когда ломались судьбы, и это происходило каждый день, когда человеческая жизнь уже ничего не стоила. «Роль» рассказывает именно об этом времени, времени символизма, когда существовало желание уйти от лубочного и фальшиво-театрального, привнести больше натурального в драматический театр. Эту историю переносить в сегодняшний день было бы некорректно. Она существует именно в той кризисной эпохе.

— А что в таком случае характерно для современной России?

— Сейчас нас окружает очень много имитационного, чего-то, что связано с двойными стандартами. Мне кажется, интересно вскрывать эти темы, связанные с потерей искренности и с большей потерей пространства для свободы человека, в том числе и творческого человека.

— Как вы сами объясняете поступок своего героя?

— Здесь нужно в первую очередь говорить о художественном поступке моего персонажа, который верит в то, чем занимается. Говоря слово «верит», я имею в виду, что он верит в драматическое искусство, в те идеи, которые в нем живут, и в осуществление этих идей. Он идет на осуществление эксперимента, в том числе и эксперимента над собой: насколько ему удастся быть убедительным до конца и для окружающих, и для себя? Насколько ему позволено уйти от собственного «я» и перевоплотиться в другого человека?

Вы никогда не увлекались ролью настолько, чтобы выносить ее за пределы сцены?

— Нет, я никогда такого не испытывал. Для меня бы это было диагностическим состоянием. Все-таки всеми ролями управляю я, а не они влияют на меня.

Это история многослойная, с превращениями, с парадоксами

— Вам кажется Евлахов отрицательным персонажем? Ведь он присваивает себе чужую жизнь и, по сути, обманывает «партнеров по сцене», реальных людей.

— Я всех своих персонажей оправдываю. Да и не могу их играть, если в них не влюблен. Четко отрицательных персонажей не существует. Они существуют только в плохой драматургии. Все люди в жизни играют те или иные роли каждый день. В каждом из нас внутри есть полифония разных «я». Это в хорошем смысле шизофрения XXI века.

— Когда вы впервые увидели фильмы Константина Лопушанского?

— Точно не два и не три года назад. Я видел и «Письма мертвого человека», и «Гадких лебедей». И могу сказать, что его эстетика мне была близка. Поэтому, когда мне позвонили от Константина Сергеевича, я с удовольствием поехал на встречу. Точно знал, что если будет предложение, то оно будет для меня интересным.

— Сразу поняли, что «Роль» — это ваш материал?

— Скорее всего, да. Это история многослойная, с превращениями, с парадоксами, это исследовательская работа для актера, ведь я актера там и играю. Сомнений никаких не было.

— Играть актера, играющего роль, — это более сложная задача?

— Честно скажу, что сложно, когда играть нечего. Или когда не о чем говорить с кем-то, когда драматургия поверхностна, когда все очень кондово, стереотипно. Вот тогда сложно что-либо интересное создать. А когда есть просторы для фантазии, это несложно. Наоборот, это очень интересно.

Этот путь гибельный, чего бы это ни касалось: запрета пропаганды гомосексуализма или оскорбления чувств верующих

— То, что мы редко видим вас в кино и на телевидении, связано именно с этим отсутствием интересного и глубокого материала?

— Его, конечно, немного. Да и я не могу сказать, что у меня так уж много предложений, но из тех, что есть, приходится выбирать. И их получается совсем немного. Для меня имеет значение, смогу ли я что-то сделать. Я смотрю на драматургию, диалоги и, конечно, на личность режиссера.

— Вы сказали, что одна из ключевых тем современности — потеря пространства для свободы, в том числе и для творческого человека. Вы ощущаете, что свободы стало меньше?

— Направленность телевидения на развлекательные программы, сокращение бюджета на культуру — это все говорит об ограничении свобод для творческого человека. Потому что государство, как оно вкладывается в оборонную политику, должно вкладываться и в просветительство и культуру. Так или иначе, но у нас все связано с деньгами и экономикой, и нужно, как мне кажется, поддерживать творцов.

— То есть вы наверняка негативно относитесь к последним событиям в нашей киноиндустрии? Например, к требованию министерства культуры изменить время действия фильма Миндадзе, чтобы он мог претендовать на господдержку, или к принятию продюсерами «этической хартии».

— Честно говоря, с этими событиями я только шапочно знаком. Но правильность всяческих запретительных решений вызывает у меня сомнения. Законотворчество должно быть тоже творческим. Если оно строится на запретах чего-либо, то мы только получим в этом месте комок напряжения и еще большую проблему в довершение всего. Если мы хотим, чтобы каких-то вещей не существовало, нужно создавать условия, чтобы это не происходило, а не упрощенно и одноклеточно что-либо запрещать. Я это знаю на примере свой жизни, из общения с родителями, с умными людьми в школе, в вузе. Понятно, что прямые запреты никогда ни к чему хорошему не приводили. Думаю, поскольку не хватает времени, сил, фантазии, им легче взять и запретить. Этот путь гибельный, чего бы это ни касалось: запрета пропаганды гомосексуализма или оскорбления чувств верующих... Как их можно оскорбить? Какая-то гоголевская история продолжается.

— Чем сейчас заняты ваши мысли и время?

— У меня есть два проекта, которые я пока не могу озвучивать, потому что договоры по ним мы еще не подписали. Один кинопроект, а второй — в театре. Так как договор не подписан, все может еще сорваться. Такое было, причем не раз, поэтому я пока о них ничего сказать не могу. Зато впереди большое, на мой взгляд, событие — гастроли в Германии. Будет показан спектакль «Предательство» Владимира Мирзоева в девяти городах Германии. Тринадцать спектаклей. Не только для русскоязычной публики, но и для немцев.

Читайте также
Новости Семен Трескунов сыграет подростка с ДЦП В музыкальном драмеди «Волшебник» актер поработает в паре с Максимом Сухановым.
Статьи Первое видео «Викинга» с Данилой Козловским 19 ноября на КиноПоиске состоится премьера первого трейлера исторической драмы «Викинг» с Данилой Козловским, Светланой Ходченковой, Максимом Сухановым и Александрой Бортич в главных ролях. Сегодня мы представляем первый ролик о съемках фильма.
Новости Премьеры России — 3 октября Российский прокат испытает «Гравитацию», снятую Альфонсо Куароном и уже признанную самым захватывающим трехмерным опытом последнего времени. Несмотря на название, куда приземленнее сиквел хоррора «Астрал», также стартующий в этот уик-энд. Из российских кинематографистов свое долгое молчание прервал Константин Лопушанский, поставивший фильм «Роль».
Комментарии (1)

Новый комментарий...

  • 3

    sozdan 2 октября 2013, 14:47 пожаловаться

    #

    он входит в душу человека по ту сторону баррикад, в того, кто хотел его расстрелять Квинтэссенция сублимации актёра, тогда многие вынуждены были надевать маски, играть роли, но в данном случае всё гораздо сложнее, человек осознанно примеряет реальный образ на себя, для исследования микрокосма. Режиссёр очень удачно применил такой ход, только так можно сосредоточить зрителя на метаморфозе человека-времени-государтсва.

    В каждом из нас внутри есть полифония разных «я». Это в хорошем смысле шизофрения XXI века.
    Совсем не сложно будет понять героя (героев) Суханова, а через это, время.

    Фильм давно привлёк внимание (со времени ММКФ), каждое фото (ракурс) уже можно считать искусством, в целом картина должна быть ещё более впечатляющая. По манере съёмки и передаче тревоги-настроения напоминает экранизацию Булгакова.
    Жаль придётся ещё подождать, у нас его в прокате нет(

    ответить

 
Добавить комментарий...