Интервью

Лана и Энди Вачовски и Том Тыквер — о самом важном

Во время приезда в Москву режиссеры «Облачного атласа» Вачовски и Тыквер много и охотно общались — что с прессой, что со студентами киновузов. КиноПоиск собрал с мероприятий в Москве самые интересные и наиболее важные цитаты режиссеров о значении их фильма для России, проповедях XIX века и псевдоинтеллектуализме.
Лана и Энди Вачовски и Том Тыквер — о самом важном

8 ноября в кинотеатрах начался полноценный широкий прокат фильма «Облачный атлас». Почти трехчасовое повествование, включающее шесть историй, происходящих в разные эпохи, пришлось не очень-то по вкусу американской публике, а вот российские зрители после предварительных показов восприняли его на ура. Фильм Вачовски и Тыквера базируется на известной теории: нашим душам свойственно перерождаться, а поступки в настоящем влияют на будущие поколения самым прямым образом.

Нехитрая философия упакована в замечательную обертку: красивые пейзажи и придуманные миры, меняющий актеров до неузнаваемости грим, прекрасная музыка и звезды мировой величины, играющие сразу по шесть персонажей. Ловко придуманные монтажные переходы позволяют историям перетекать из одной в другую, словно зритель идет по галерее, открывая одну дверь за другой. Да еще и Хью Грант в роли каннибала в боевом раскрасе.

1 и 2 ноября Вачовски и Тыквер вместе с актерами «Облачного атласа» посетили Москву, где охотно рассказывали о том, почему решили заниматься именно «Атласом» (все трое влюбились в книжку) и на какой философии строится их творчество (сыпали цитатами из Шопенгауэра и Сартра), а также признавались в любви друг к другу и к актерам. КиноПоиск собрал самые интересные высказывания режиссеров «Облачного атласа» за время их пребывания в российской столице.

О верованиях и актуальности для России

Лана Вачовски: В фильме огромное значение играет то, во что ты веришь. Ты можешь выбрать, верить ли в то, что твоя жизнь — это цепочка событий, каждое из которых влияет позитивно или негативно на будущее мира, или не верить в это. Когда Том Хэнкс в образе Айзека Сакса говорит о верованиях, он говорит: «Верования — сила, которую следует понимать так же, как мы понимаем теорию относительности». Это силы, которые определяют течение твоей жизни. Думаю, сейчас мало стран на свете, которые бы так же остро, как Россия, стояли перед вопросом выбора системы верований. Поэтому мне очень любопытно, как воспримут фильм в России и что вообще будет с Россией в будущем. России предстоит как нации исследовать свою систему ценностей и ответить на вопросы: что означает правительство, что оно должно делать? И от этого будет зависеть дальнейшее будущее страны. А каждый отдельный человек сталкивается с вопросом собственной идентичности: кто я в этом мире, какое имею к нему отношение? Когда вы спрашиваете себя об этом, вы неизбежно чувствуете связь с чем-то большим.

О фильме как о продукте своего времени

Лана Вачовски: Был бы этот фильм таким же, сделай мы его 20 лет назад? Нет, скорее всего, нет. Был бы он таким же, сделай мы его через 20 лет? Вряд ли. Произведение искусства всегда имеет дело со спецификой места и времени. Чтобы понимать произведение искусства, вам необходимо воспринимать его как современнику. Но я думаю, что связь между местом и временем и произведением искусства тоже существует. Мы даем жизнь произведениям искусства именно тогда, когда мир готов их воспринять. Кто-то может сказать: мир не был готов к кубизму. Но он в любом случае был готов, ведь он произвел его. И уникальность «Облачного атласа» возможна только в связи с настоящим.

О нелинейной структуре

Том Тыквер: Что нам нравится в этом проекте, так это то, что поиск смыслов не прекращается, постоянно находишь что-то новое, это бесконечный процесс. И еще что нас очень интригует, так это то, что при нелинейной структуре история все равно читается как единый сюжет, в ней вроде бы есть начало и конец, а в то же время конец легко может быть началом, а начало — концом. Смонтировано все тоже таким образом, что истории заканчиваются в прошлом, не имея окончания в будущем или имея какое-то другое завершение. И они все равно считываются. Это очень освобождает от линейного восприятия в принципе, дает возможность поставить под сомнение логические последовательности, что мне кажется полезным.

О связи фильма с общекультурным контекстом

Лана Вачовски: Идеям, описанным в книге и фильме, не одно тысячелетие, они все уже существовали в мировой литературе. Вы можете найти их снова и снова. Дэвид Митчелл, я уверена, читал «Мост короля Людовика святого» Торнтона Уайлдера. В словах Сонми есть фраза о любви как о мосте. Ой, подождите, как же звучит эта фраза?

Энди: Ты что, потеряла свою книгу? Ты же везде ее с собой носишь.

Лана: Да, я и правда везде ношу с собой книгу! А! Вот еще Генри Мелвилл (никакого родства с Германом Мелвиллом, автором «Моби Дика» — книги, которую мы считаем одной из самых важных в нашей жизни, хотя к нему тоже есть отсылки в фильме) в своей замечательной проповеди сказал именно так: «Ты не должен жить только ради себя». Он был борцом за отмену рабства и сказал, что, если ты совершаешь акт жестокости, эта жестокость вернется к твоим будущим поколениям сквозь время. Видите, та же идея, что и у нас, только 150 лет назад и в проповеди священника! Да и в греческих трагедиях есть эти мысли. Все они часть большого поиска нами себя и своего значения во вселенной.

О прошлом, настоящем и будущем

Том Тыквер: В фильме есть идея о том, что настоящее невозможно ухватить. Мы думаем о настоящем, но проходит мгновение, и это уже прошлое. Будущее тоже не ухватить. Получается, что в действительности никакого настоящего нет. Это всегда вопрос: как мы понимаем время? Наши отношения со временем довольно странные, и, главное, все три его состояния важны для нас. Не только прошлое определяет нас, но и будущее, даже будучи лишь проекцией.

Мы не хотели полностью перенимать эту идею. Более того, мы хотели оставить простор для интерпретаций

О родимом пятне в форме кометы

Лана Вачовски: В книжке более четко прописана идея о том, что одна и та же душа путешествует сквозь время. Нам это показалось даже забавным, что эта несчастная душа вынуждена снова и снова спасать мир. У этой души самая ужасная судьба на свете! Мы не хотели полностью перенимать эту идею. Более того, мы хотели оставить простор для интерпретаций. Можно сказать, что есть поступки и их последствия, а можно сказать, что есть бесконечный круг кармы.

Нам больше всего нравится идея о том, что комета — знак некоего шанса, который выпадает ее носителю. Если у него найдется смелость принять этот вызов судьбы, то он может помочь созданию лучшего мира. Поэтому комета — это лишь возможность изменить мир, ведь неважно, работаешь ты в «Макдоналдсе» или в Белом доме, но эта возможность всегда существует. Всегда есть приглашение к участию в строительстве лучшего мира. Комета просто о нем напоминает.

О сходстве «Беги, Лола, беги» и «Матрицы»

Том Тыквер: Эти два фильма вышли в Америке с разницей в пару-тройку недель. Эти картины разделяют одни и те же идеи. Это мысли о том, что фильм может одновременно быть источником удовольствия, развлечением, оригинальным применением киноязыка и служить источником вдохновения, быть пищей для ума. Они исследуют схожие территории. Поэтому нам даже показалось, что мы посылали друг друг сигналы своими фильмами. Вплоть до каких-то деталей. Если помните, в «Матрице» есть момент, когда Нео умирает, Тринити склоняется над ним и возвращает к жизни. Так вот эта сцена снята абсолютно так же, как похожая сцена в «Беги, Лола, беги», когда Лола склоняется над умирающим Манни. С Вачовски мы родственники, хоть у нас и разные матери! Мы просто обязаны были сделать что-то вместе.

О влиянии на зрителя

Энди Вачовски: К нам подходят люди, выросшие на «Матрице», и говорят: «Мне было 13, когда я посмотрел „Матрицу“, и это изменило мою жизнь». Думаю, среди тех, что участвовал в акции Occupy Wall Street, было немало людей, испытавших на себе влияние нашего фильма.

Лана Вачовски: Одна из идей киноискусства вообще — это установление связи между людьми и изменение их сознания, расширение кругозора, рост личности. Собственно, эта возможность влиять, вдохновлять и является одной из причин, по которой мы снимаем свои фильмы.

О трех режиссерах, снимающих одно кино

Том Тыквер: Честно говоря, мы никогда даже не задумывались об этом как о чем-то странном. Все сложилось само собой, это был естественный магнетизм, который мы не переставали ощущать с самого начала, как только начали писать сценарий. Три режиссера на одной съемочной площадке, ну и что?

О кино как о социальном виде искусства

Лана Вачовски: Кино нравится мне тем, что это социальный вид искусства, в отличие от литературы, живописи или музыки, где автор работает один. Создание фильма — это совместная работа многих людей, никто в одиночку не снимает кино. Режиссер, актеры, оператор, художник по костюмам, кастинг-директор — каждый, кто так или иначе участвует в съемках фильма, имеет значение. Если заменить хотя бы одного из них, то и фильм не будет таким же.

О самой сложной части съемок

Лана Вачовски: Мы вообще-то не любим выходить из дома или из студии, а тут нам пришлось выйти наружу, в мир. А еще мы снимали на корабле. Мы раньше никогда не бывали на кораблях.

Энди Вачовски: Да, а еще мы летали на вертолете, потом тряслись в машине по серпантинам Майорки, поднимались в горы. А когда мы снимали на корабле, море было неспокойным, актерам даже запретили выходить лишний раз на палубу. Мне казалось тогда, что каждая молекула моего тела вибрирует и все они движутся в разном направлении. Ужас!

О Томе Хэнксе

Том Тыквер: Том — великолепный актер. Как режиссер, он прекрасно знает все тонкости съемочного процесса. Он знает, как движется камера, что она снимает и будет снимать. Он играет так, как будто сам находится за камерой и все время следит за собой. Всего нескольких слов достаточно, чтобы он понял, что от него требуется.

О шести ролях каждого из актеров

Лана Вачовски: Эта мысль показалась нам очень органичной, связанной с моральной идеей книги об общей связи явлений, событий, людей. Этот ход с актерами стал очень удачным. Герои из разных историй очень похожи между собой, их истории резонируют, образуют собой некий хребет. Когда мы это увидели, мы сразу решили, что героев должны играть одни и те же актеры и в историях. Борец с рабством Юинг становится революционером Чангом — это же так логично!

Мне нравится русская литература, потому что она работает именно с философскими идеями

О псевдоинтеллектуализме и «Жизни и судьбе» Василия Гроссмана

Лана Вачовски: В Америке нельзя заложить в фильм даже одну философскую идею, чтобы тебя не начали тут же постоянно упрекать в псевдоинтеллектуализме и нью-эйджевской чуши. Фильмы ведь существуют не только для того, чтобы испытывать эмоции!

Мне нравится русская литература, потому что она работает именно с философскими идеями. Например, когда мы начинали работать над «Облачным атласом», я как раз прочитала роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба». Там есть интересные идеи, порой даже радикальные, революционные идеи о природе добра. Гроссман говорит о том, что быть смелым и добрым внутри своего племени — это самая простая и дешевая форма доброты. По-настоящему ты становишься человеком, когда способен защищать того, кто не похож на тебя, кто принадлежит к другому племени. Дэвид Митчелл в романе «Облачный атлас» развивает эту же тему. Нам нравится работать со сложными философскими идеями. Да, там есть и идеи о том, что любовь побеждает смерть, и это можно найти еще у древнегреческих писателей. И критики скажут: что за клише! Но они не станут разбираться, что случилось с этими героями, как они ведут себя дальше. Нужно заглянуть глубже, за поверхность. (В зале раздаются аплодисменты.) Вы такие милые!

Об истоках и новаторстве

Лана Вачовски: Мы не могли бы существовать без Сергея Эйзенштейна, Орсона Уэллса, Билли Уайлдера, Копполы. Благодаря им мы научились говорить на языке кино. Но мы не собираемся повторяться, воспроизводить то, что было сделано до нас. Надо двигаться дальше, стремиться к совершенству, искать новые способы рассказать историю. Да, мы любим давать отсылки. Я смотрела «Гражданина Кейна» около тысячи раз и могу по памяти восстановить каждый кадр. Нам хочется развивать киноязык, а не ностальгировать и заниматься ремеслом.

Читайте также
Видео и фото В главной роли: Том Хэнкс Как из комедийного простака Хэнкс превратился в национального героя.
Статьи Горе-творцы: Актеры, которые зачем-то пытаются писать Роман Шона Пенна, поэзия Джеймса Франко, опусы Макколея Калкина, сказка Джона Траволты и другие самые ужасные произведения кинозвезд.
Интервью Стивен Спилберг: «В этом году жертвы обрели свой голос» Режиссер «Секретного досье» рассказал о патриотизме, как он на время стал журналистом, и почему иногда важно отключать фантазию.
Комментарии (22)

Новый комментарий...

  • 41

    iskatel_ 11 ноября 2012, 10:20 пожаловаться

    #

    Весьма интересное и содержательное интервью, после которого понимаешь, почему экранизацию столь непростой книги доверили именно этим ребятам. Спасибо.

    В Америке нельзя заложить в фильм даже одну философскую идею, чтобы тебя не начали тут же постоянно упрекать в псевдоинтеллектуализме и нью-эйджевской чуши.
    Так уж сложилось, что многие для обеспечения массовости (и вытекающих как минимум приемлемых сборов) многие, увы, учитывают это простое правило. Только и остается пожелать современному кинематографу как можно большего числа крупных независимых проектов, которые смогут, подобно ОА, его обогатить… Невзирая ни на какие упреки.

    ответить

  • 14

    Larrix 12 ноября 2012, 00:53 пожаловаться

    #

    «понимаешь, почему экранизацию столь непростой книги доверили именно этим ребятам Спасибо.»
    Aплодисменты гостям и, конечно же, Дарико. Просто подарок для размышления.
    Действительно, поиск смыслов не прекращается. Нам посчастливилось. Никакого псевдоинтеллектуализма : «Нужно заглянуть глубже, за поверхность».

    ответить

  • 1

    Table Top Joe 11 ноября 2012, 11:23 пожаловаться

    #

    Очень было интересно прочитать! Спасибо за интервью!

    ответить

  • 19

    roman frolov 11 ноября 2012, 12:40 пожаловаться

    #

    Давно не было так обидно за кассовую неудачу фильма. Провалы всяких «Картеров-Конанов» вообще никак не колыхали. А тут : столько лет искали финансирование по всему миру, корпели над неэкранизируемым сюжетом. В итоге сделали все замечательно и. .. такой косяк с маркетингом. В чью «светлую» голову пришла мысль использовать во время рекламной кампании словосочетание «авторское кино» Как говорил персонаж «Особенностей национальной охоты» — «Где эта сво-о-о-лочь»

    ответить

  • 7

    ВНЧ 11 ноября 2012, 12:49 пожаловаться

    #

    Ещё не всё потеряно, Европа своё слово скажет. Может, и маркетинг подкорректируют. Фильм, действительно, намного легче смотрится, чем можно было ожидать. Как и «Операция „Арго“ Аффлека — оказалась не политической тягомотиной, а приключенческой трагикомедией.

    ответить

  • 2

    Provod 11 ноября 2012, 13:32 пожаловаться

    #

    Подскажите, если кто-нибудь знает, когда примерный релиз фильма на DVD?

    И, заодно, когда уберут этот кошмарный, разъедающий сетчатку жёлтый Липтоновский бэкграунд…

    ответить

  • 3

    Provod 12 ноября 2012, 00:18 пожаловаться

    #

    Опа, убрали. Слава богу и спасибо.

    ответить

  • 2

    Morana_Dark 12 ноября 2012, 15:59 пожаловаться

    #

    Очень интересное интервью, только усилило желание сходить на «Облачный Атлас».) Прямо хоть бери и выписывай избранные куски из беседы с Вачовски и Тыквером.)

    ответить

  • 1

    Quentin Rodrigues 12 ноября 2012, 16:10 пожаловаться

    #

    Ну да… Европейские мыслители))Удивительно что Вачовски начали с фильма который теперь выглядит как эпизод))

    ответить

  • 1

    Ordinal Number 12 ноября 2012, 19:56 пожаловаться

    #

    А каждый отдельный человек сталкивается с вопросом собственной идентичности: кто я в этом мире, какое имею к нему отношение? Когда вы спрашиваете себя об этом, вы неизбежно чувствуете связь с чем-то большим.

    Не каждый, особенно в России. Кто, например? Российские полицейские? Отставники? Шоферы? Другие рабочие? Клубные тусовщики? Ну тусовщики может, но только по накуру. В России слишком много мелко плавающих рыб. Они не задаются подобными вопросами, погрязая в быту и низших формах социальной активности.

    Кстати, по поводу определения, кто есть Лана Вачовски, она может иметь детей? Женщина ведь может, а Лана?

    ответить

  • 1

    ВНЧ 13 ноября 2012, 01:21 пожаловаться

    #

    Рыбы часто плавают косяками, а это уже нечто большее. Есть теория про стадный инстинкт, мол, у косяка (стаи, стада) образуется некое общее мышление; косяк/стая становится единым организмом. Почему стаи птиц, косяки рыб, рои насекомых синхронно маневрируют, а полчища леммингов, крыс перемещаются подобно потоку воды? Человек, попавший на митинг (демонстрацию, в толпу), может поддаться настроению окружающих и стать частью «стада». Хорошо это или плохо — вопрос.
    Думаю, что Лана стать матерью не может. Даже если сделана вагинопластика, матку-то с яичниками не пересадили. А вот отцом (если яички остались) — вполне может.

    ответить

  • 6

    NaruHinka 14 ноября 2012, 15:55 пожаловаться

    #

    Очень нравится отношение всех трех режиссеров к кино. Снимать кино заставляющее человека думать и развиваться — это действительно искусство. А штамповать графические сиквелы с полным отсутствием сюжет каждый второй горазд.
    Великолепный фильм!

    ответить

  • 2

    wetal77 27 ноября 2012, 12:27 пожаловаться

    #

    Очень вдохновляющее интервью, до сих пор не верится, что в эпоху холодного «хаоса» ребята сняли ахринитительнейший, показательно-духовный фильм! Обидно, конечно, смотреть сейчас на кассовые сборы России, где «Сумерки» вампирически лидируют, аж в 9 раз превышая сборы… Ну что поделать, остается только жить в настоящем моменте и довольствоваться такими восхитительными профессионалами как эта троица, создав такой шедевр!

    ответить

  • 2

    Sirius33 5 декабря 2012, 19:36 пожаловаться

    #

    «Облачный атлас» мне понравился! Желаю Вачовски-Тыкверу творческих успехов!

    ответить

 
Добавить комментарий...