• афиша & тв
  • тексты
  • медиа
  • общение
  • рейтинги
  • DVD & Blu-Ray
  • играть!
Войти на сайтРегистрациязачем?
всё о любом фильме:

Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии

En duva satt på en gren och funderade på tillvaron
год
страна
слоган-
режиссерРой Андерссон
сценарийРой Андерссон
продюсерПернилла Сандстрём, Йохан Карлссон, Линн Киркенар, ...
операторИштван Борбаш, Гергей Палош
композиторХани Джаззар, Горм Сандберг
художникДжулия Тегстрём
монтажАлександра Штраусс
жанр драма, комедия, ... слова
сборы в США
сборы в России
зрители
Россия  16 тыс.
премьера (мир)
премьера (РФ)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG-13 детям до 13 лет просмотр не желателен
время101 мин. / 01:41
Действие фильма, состоящего из 39 трагикомических скетчей, разворачивается в неопределённой западноевропейской стране. Герои сменяют друг друга; основная сюжетная нагрузка приходится на странную пару — это внешне слегка напоминающий зомби торговец бессмысленной утварью (клык вампира, «мешок со смехом», страшная резиновая маска) и его умственно отсталый приятель.
Рейтинг фильма
IMDb: 7.00 (11 643)
ожидание: 98% (917)
Рейтинг кинокритиков
в мире
87%
83 + 12 = 95
7.8
в России
100%
11 + 0 = 11
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлеры
    Знаете ли вы, что...
    • На выбор названия фильма повлияла вдохновившая его создателей картина Питера Брейгеля-старшего «Охотники на снегу» («The Hunters in the Snow»).
    • В военном гимне, который несколько раз исполняется в фильме, использована мелодия «Боевого гимна Республики».
    • По словам Роя Андерссона, источником вдохновения для этого проекта для него послужил фильм «Похитители велосипедов» (1948).
    Редакционные материалы
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 125 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Двое безэмоциональных коммивояжеров безрезультатно пытаются продать людям накладные вампирские клыки и мешочки со смехом. Мужчина умирает сразу после покупки обеда, и его пиво соглашается выпить один из посетителей. Король Карл XII заходит в современное кафе перед боем и делает молоденькому официанту недвусмысленные намёки. Привязанную мартышку бьют током в целях эксперимента. Трактирщица Лотта наливает пиво солдатам за поцелуй. Девочка рассказывает со сцены сюжет стиха о голубе с финансовыми проблемами. Старик-филантроп с пистолетом в руке рад, что у его собеседника всё хорошо. Люди на остановке пытаются выяснить какой сегодня день недели. Отставной моряк разговаривает на улице по телефону и не замечает, что в кафе за его спиной рушится чья-то жизнь.

    Я очень редко в своих киноизысканиях заступаю на территорию откровенного арт-хауса, и каждый раз оказываюсь к этому абсолютно не готов. Уже не помню, почему я решил, что мне непременно нужно посмотреть фильм «Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии». То ли название привлекло, то ли «Золотой лев» Венецианского кинофестиваля, то ли восторженная рецензия Антона Долина, а может и всё сразу. В любом случае, как оказалось, это было смелое решение, учитывая, что «Голубь…» является заключительным фильмом трилогии заметного в узких кругах шведского режиссёра Роя Андерссона, первые два фильма в которой были сняты ровно в той же авторской манере, непривычной для привыкшего к мейнстриму глаза.

    И в общем-то всё в этом фильме понятно. Идеи считываются при минимальном напряжении натренированного на поисках скрытых смыслов серого вещества, благо что в целом все мысли здесь на поверхности. Рой Андерссон в серых тонах рисует нам унылое, лишённое красок человечество, погрязшее даже не в пороках, а в тотальном ощущении собственной «незначимости». Герои «Голубя..» обязательно лишены чего-то такого, без чего и жить-то вроде бы невозможно: кто-то обделён эмоциями, кто-то моралью, кто-то чувством юмора, кто-то внимательностью, кто-то милосердием, кто-то открытостью. И ведь ничего — живут как-то. Существуют. Даже находят себе поводы для радости: в собеседнике, в наступившем утре, в рождении ребёнка или в солдатском поцелуе. Хорошая, достойная идея для смелого кинематографиста.

    Вот только смотреть это без соответствующей подготовки оказывается тяжеловато. В словаре Даля в качестве примера словосочетания «арт-хаус» вполне мог бы фигурировать именно этот фильм. Полное отсутствие сюжетной линии, минимальные изобразительные средства, статичная, жёстко зафиксированная камера, серые краски, затянутые сцены, в которых на первый взгляд вообще ничего не происходит, странное, неестественное поведение героев в кадре, назойливо повторяющиеся реплики, гнетущий музыкальный ряд: в общем, полный авторский набор. Я всегда стараюсь понять чужие вкусы, вот и сейчас мне в принципе ясно, почему этот фильм может нравиться поклонникам подобного рода кинематографа. Это действительно сильное высказывание, сделанное уникальным, непривычным киноязыком. Но это не просто не моё кино.

    Очень сложно советовать этот фильм кому бы то ни было. Кто любит подобного рода кино, тот уже наверняка посмотрел «Голубя…» или занёс в список на просмотр, так как в мире арт-хауса эта лента — событие не из рядовых. А кто предпочитает что-то другое, что-то, где хотя бы есть сюжет, тому, наверное, стоит смотреть эту ленту исключительно из желания расширить свой кругозор и выйти из зоны мейнстримового комфорта. Тоже полезно, хоть временами и очень утомительно.

    7 из 10

    14 апреля 2016 | 11:19

    «Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии» — невозможно не отправить данную картину на полку с артхаусом, исходя только из названия. Честно говоря, оно было первым, что привлекло мое внимание и сподвигнуло к просмотру. Вторым был постер фильма — пара лежит на песке, рядом расположилась собака. «Золотой лев» — сверху по центру.

    «Если вы собираетесь посмотреть только один фильм этим летом, то посмотрите этот» — гласит цитата из TimeOut New York. Неужели он действительно так хорош? Смотрю!

    Третьим, и, к сожалению, последним положительным пунктом «Голубя» явилась работа с камерой. Она статична, интересные мизансцены позволяют нам обратить внимание не только на передний, но и на задний план (вот только и тот, и тот в итоге получается одинаково лишенным смысла). Затянутость некоторых сцен вроде той, что про Карла 12-ого позволяют зрителю вдоволь назеваться, скинуть левую ногу с правой и закинуть правую ногу на левую, почесать нос, взглянуть на соседа слева и, вообщем-то, воспользоваться шансов увидеть вокруг больше, чем во всей 101 минуте «Голубя». Хватит зевать, мы еще не закончили!

    Посмотрим, что вещает нам описание фильма:

    «Два коммивояжера, Сэм и Джонатан, продают всяческие новинки. Во время своего путешествия они попадают в различные ситуации, показывающие красоту и хрупкость нашего мира, величие одних и мелочность других моментов в жизни.»

    Уж не припомню, сколько раз господа Сэм и Джонатан доставали из своего потрепанного жизнью чемоданчика мешочки со смехом, особо длинные вампирские зубы и прочую ерунду, всячески пытаясь показать, что они хотят развеселить как весь мир, так и тебя в частности. Вот только это не сработало. Ни разу. То ли юмор у шведов специфичный (в чем есть доля правды), то ли у меня его нет (что ложь). И чем больше это повторялось, тем больше хотелось елозить на стуле.

    Сюжета в фильме, как такового, не имеется. Не имеется и чего-то другого шаблонного, типа завязки, кульминации действия и развязки. Есть короткие, по несколько минут видеоистории несчастных людей, не способных сделать хотя бы что-то со своей жизнью. Эдакий тотальный фатализм, не иначе. Здесь фильм начинает грузить. Все люди — несчастны, не способные сделать хотя бы что-то, чтобы повернуть свою жизнь в другое русло. Это ли то, что я хотела узнать, направившись в кино в солнечный выходной день?

    «Фильм сразу сообщает, что является «заключительной частью трилогии о том, что такое быть человеком», ни больше ни меньше.»

    «Что такое быть человеком» — каждый из нас может увидеть, проснувшись утром и сварив себе кофе на кухне. Или, продырявив шину по дороге, судорожно пытаясь найти номер телефона кого-нибудь, кто может тебя выручить. Ковыряться в носу — это тоже быть человеком, как и ровно все остальное, что происходит вокруг нас. Для этого не нужно идти в кино.

    Мне посчастливилось побывать в Швеции, и я позволю себе заметить, что эта страна — это не только Ikea и скандинавское спокойствие, предрешенность всего вокруг и абсолютное следование правилам, от чего мне даже сейчас становится тошно. Для того, чтобы составить свое мнение о том, а что же на самом деле это за страна и что за люди там живут, я бы посоветовала вам посетить Швецию хотя бы раз. Как вариант, пересмотреть «Улыбки летней ночи» и «Фрёкен Юлия».

    И, ради бога, не судите по фильму.

    4 из 10

    П. С. Отдельное спасибо автору за песню в кафе.

    27 июля 2015 | 15:56

    Поскольку в свое время мне хватило терпения посмотреть две предыдущие картины знаменитой трилогии, решил потратить еще полтора часа на ее завершающее полотно, тем более носящее такое заманчивое название. В конце концов Рой выпускает свои фильмы не так часто, точнее аккуратно раз в семь лет. Очевидно именно столько времени нужно неторопливому шведу, чтобы накопить материала для набора еще не показанных миру абстрактно-бытовых зарисовок из жизни горячих шведских граждан, а зрителю порядком забыть о содержании предыдущих серий.

    И если говорить о поисках сути бытия человеческого, то очевидно нужно трактовать работу (работы) Андерсона как демонстрацию того, что мы заменяем эти самые поиски копанием в навозной куче. Что физиологическая основа довлеет над духовной: бороться за еду, есть, гадить, а на досуге искать какой же сокровенный смысл заложен в этих действиях. А проще: смысл в том, что мы существуем; но только ли для того, чтобы жрать, пить и гадить или еще открыть в себе духовное начало?

    В этом мире все мы в одной лодке, но в слепоте своей пытаемся грести кто куда попало и как придется, не замечая соседей, если нам не требуется от них чего-то конкретного. И фраза «надеюсь, у вас всё хорошо» давно превратилась в стандартный вопрос, который задают больше из вежливости, чем из действительного желания узнать о том, что же происходит с человеком на самом деле.

    Только парадокс восприятия подобного кино в том, что неискушенный интеллектуальными фильмами зритель, особенно позарившись на заявленный в прокате жанр «комедия», в первую очередь увидит здесь тоскливые рассказы о быте, а вовсе не о бытие; и вряд ли даже пять часов трилогии способны высечь в его сознании мысль-искру о том, что в его существовании чего-то не хватает. Зрителю же, к подобному кино подготовленному, основной идейный посыл трилогии, полагаю, становится понятным еще в первой части и тратить столько времени за наблюдением статичной его художественной реализации не слишком интересно.

    Безусловно, цветовое решение картины тщательно проработано и старательно сведено к единой, колористически ограниченной, гамме. Не менее тщательно выбраны ракурсы и планы съемки, всегда сохраняющие пространственную перспективу, однако не приглашающие зрителя войти внутрь, а оставляющие его на пороге. В картине принципиально отсутствуют крупные планы, что в добавок намеренно усилено исключительно статичным положением камеры во всех сценах. Мы всё время наблюдаем происходящее, а не участвуем в нем. В целом, режиссер показывает нам действие с позиции того самого голубя, что сидит в сторонке, безучастный к возне людской, что, соответствует представлению о человечестве, погруженном в майю (философский термин из индуизма; дословно «иллюзия»). Концепция в общем достаточно понятная, но ее визуализация весьма утомительна. Непроизвольно напрягаешь зрение, пытаясь разглядеть что же там на лицах героев. Раздражает как чтение очень мелкого текста, который невозможно увеличить.

    Приятно оживляют картину сцены с Карлом XII-ым и его войском в кафе. Но гораздо важнее то, что в этот раз Андерсон не ограничился только демонстрацией унылой духовной спячки людей, но и показал к чему она приводит, вставив в повествование иллюстрацию циничной жестокости человеческой. Странно только, что довольно абстрактная эта сцена вызывает такой шок у невинного зрителя. Сцена безусловно мрачная, но… Дамы и господа, неужели вы уже забыли о том, что еще в середине ХХ века в центре просвещенной Европы из трупов замученных людей варили мыло, из кожи делали дизайнерские дамские сумочки (ценилась кожа с татуировками), а костная мука шла на удобрения!? А профессор Шпаннер, организатор опытов по варке человеческого мыла, после 45-го как ни в чем не бывало преподавал медицину в Кёльнском университете? Надеюсь, с памятью у вас всё хорошо…

    6 из 10

    25 декабря 2015 | 17:26

    Несмотря на громкую премьеру фильма в Москве, завершающая часть экзистенциальной трилогии «Живущий» шведского режиссёра и сценариста Роя Андерссона «Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии» изначально не могла претендовать на широкую аудиторию и востребованность в российском прокате. Даже учитывая факт наличия престижной премии «Золотой лев», полученной на Венецианском кинофестивале, обширной ретроспективы в Москве и Петербурге в честь великого режиссёра и книги Антона Долина «Рой Андерссон. Похвала банальности». К настоящему времени процент российских зрителей, интересующихся качественным кино, крайне низок и значительно уступает традиционным боевикам и комедиям, которые так успешно окупаются в кинотеатрах.

    Как и в предыдущих частях трилогии («Песни со второго этажа» и «Ты, живущий») творение Андерссона выделяется характерной для него оригинальностью. Множество коротких, казалось бы, никак не связанных друг с другом эпизодов, длинные паузы между репликами, несуразность ситуаций и, конечно, поэтичный юмор — все это напоминает театральную постановку, которая очень точно отражает окружающую действительность. У каждого из героев трагикомедии есть собственные желания, какими бы абсурдными они ни выглядели. Кому-то нужна победа над русскими, другие нуждаются в деньгах, третьи жаждут выпить в баре у Лотты. Один только голубь неизменно сидит на ветке и продолжает размышлять о сути человеческого бытия. Невольно напрашивается строчка из стихотворения Лермонтова: «Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно». Андерссон умело демонстрирует всю жестокость, нелепость и бессмысленность людского существования. Люди в его понимании — часть некоего серого и бесполезного плана, марионетки, призванные топтаться на одном месте без возможности сдвинуться вперёд. Вне зависимости от года и века они пытаются найти несуществующие ценности в мелочах (вроде дней недели), игнорируют важное, а потом неспешно продолжают скучную рутину, которую вполне может разнообразить путёвка на тот свет. Непроизвольно история Андерссона представляется в виде компьютерного квеста с концепцией замкнутого круга, пройти который попросту невозможно, а счастливый финал выглядит слишком утопически.

    8 из 10

    18 июня 2017 | 19:19

    Фильм вызвал целый спектр эмоций, от смеха над ситуациями, в которые попадают неказистые герои и восхищения эстетикой оживших картин, до ужаса при виде огромного крутящегося цилиндра в финале, в котором шведские солдаты сжигают живьем пленных. Повсюду гротеск: пустые грязно-белые и мутновато-зеленые убогие интерьеры (насмешка над модным ныне скандинавским стилем?), в которых обитают герои всех эпох с выбеленными как у мимов лицами, застывшая в веках рутина, в которой один день неотличим от другого, и все лица выражают общую остутствующую эмоцию.

    Здорово увидеть сегодня кино, которое создано в соответствии с какой-то своей только ему присущей поэтикой и драматургией, и заставляет зрителя говорить на своем языке, уводя от привычных штампов.

    Что любопытно, фильм напрочь лишен крупных и даже средних планов, и смотреть его можно только, сидя близко к экрану, иначе ничего не разглядеть, как на последених рядах в зрительном зале театра.

    Статичная манера съемок, в которой кадр равен сцене (критики сосчитали, что их 39), и герои, закапывающие чувства глубоко в себя (или напрочь их лишенные) вызвали у меня ассоциации со скандальным фильмом Ульриха Зайдля «В подвале». Но у Андерссона все интереснее, глубже, неожиданней и почти никакого секса. Заслуженный «Золотой лев» Венецианского кинофестиваля.

    12 января 2016 | 01:40

    Это абсурдистский фильм, но снял его не Чехов, не Ионеско, не Беккет, а Рой Андерссон.

    Для меня этот фильм — памятка на тему, почему Швеция стоит на первом месте в мире по числу самоубийств. Ничего нельзя сделать, ничего нельзя изменить, люди — пешки в чьей-то чужой унылой игре, шахматные фигурки на чужом поле.

    В одном из эпизодов Андерссон показывает обезьяну, опутанную электрическими проводами. Людям отведена почти та же незавидная роль «подопытных кроликов».

    Самые разные персонажи произносят по телефону одну и ту же фразу: «Я рад, что у тебя все хорошо». Эта реплика — «перевернутый» по смыслу рефрен, рефрен-обманка.

    У героев нет ни малейшего просвета, нет воздуха, они буквально задыхаются в своих индивидуальных камерах-одиночках. Они не просто застегнуты на все пуговицы, непроницаемы, выхолощены, — они наглухо закрыты, закованы, словно в латы, в свою судьбу-гроб…

    Это как в пьесах Чехова: жизнь «скучна, глупа, грязна», и она засасывает человека в какую-то немыслимую воронку, из которой самостоятельно не выбраться…

    Если эти герои и существуют, то существуют как бы фиктивно, фантомно. Как боль.

    ФИЛЬМ СТРАШНО ДЕПРЕССИВЕН, это какая-то нескончаемая «юдоль страданий», «ложе пыток»; герои ждут смерти и чуда, которое могло бы освободить их от.. .«висящей над головой» смерти.

    Да еще этот безликий «тюремный интерьер» — он и внутри, и в душах такой же унылый, безрадостный, давящий. Безнадега в кубе, одним словом.

    Вот выходит толстая, некрасивая девочка и сомнамбулически декламирует «белый стих» о голубе, который сидел на ветке.

    «Что же он там делал?» — спрашивает учитель. «Отдыхал и размышлял». «Разве голуби размышляют?» — «У него не было денег». — «А что было потом?» — «Он вернулся домой».

    Или другая, типично андерссоновская зарисовка: на автобусной остановке стоят люди. Это не просто незнакомцы, ждущие автобуса. Их явно что-то объединяет. Некое важное открытие…

    «Завтра четверг». — «Нет, среда». — «Надо знать дни недели, иначе — хаос…»

    А нужен ли он вообще этот новый день при таком раскладе, при такой безысходности? При таком гнетущем антураже?

    Этим героям, грубо говоря, ничего не светит, ничего, кроме умирания, им незнакомо слово «впереди», а без надежды далеко не уедешь…

    У героев-коммивояжеров Сэма и Джонатана есть что-то общее с «маленькими» чеховскими персонажами: Вафлей, Епиходовым.

    В нелепо расставленных руках Плаксы, продающего «зубы вампира» и «смех в мешочке», в его недоуменных, «широко закрытых» глазах, в его медленной, дислексивной, с неожиданными паузами речи, есть какая-то странная грация; что-то нелепое, не находящее себе ни выражения, ни пристанища. Волна какой-то бездонной, безличной бедности, неизбывного трагизма. Накрывающего с головой.

    В этом трагикомическом продавце «веселья», неловко застрявшем где-то между господами-бизнесменами и трактирной обслугой вдруг неожиданно мелькнуло что-то от Епиходова, каким его когда-то сыграл гениальный Москвин.

    Есть в «Голубе» Андерссона и что-то от чеховской «разорванной струны». Но без чеховского юмора.

    22 июля 2015 | 00:28

    Смерть и желания, глобальные проблемы и мелкие бытовые вопросы сплетаются в один круговорот событий, который в итоге является жизнью.

    В этом фильме с такой ироничностью показаны большие и малые неудачи людей: в одном и том же кафе у двух друзей не получается продать свой товар, а Карлу 12 не удаётся выиграть войну. Что ж, война у каждого своя. В итоге все оказываются маленькими людьми, которые пытаются вершить историю: мировую или свою собственную, ничтожную в глазах вселенной, но невероятно значимую для них самих.

    Поражение в бою или неудача в любви — горе будет одинаковым. Слёзы пролиты, сердце разбито.

    Жизнь проходит, приходит смерть, а проблемы человечества остаются. И круговорот жизни, ничего не замечая, продолжает двигаться дальше.

    - Разве сегодня среда?
    -Да, сегодня среда.
    - А я думал четверг.
    - За этим нужно следить. Сначала понедельник, потом вторник, потом среда, а затем четверг. За этим нужно следить иначе воцарится хаус.

    Рой Андерссон показывает, как течение жизни идёт прямо сквозь людей, не взирая ни на что. Человек умер. Но что же теперь делать? Он заплатил за свой обед. Кто будет его есть? И эту проблему нужно решить тем, кто остался жить дальше, они обязаны справляться с трудностями. Ведь это жизнь и она не собирается останавливаться из-за смерти одного человека. Кем бы он ни был.

    В одном из эпизодов девочка пересказывает стихотворение: голубь сидел на ветке и размышлял о том, что у него нет денег. А потом полетел домой. Как и все люди, создавая свою судьбу, верша историю на пути домой, размышляют о своих неудачах.

    В этом фильме все люди похожи на маски: выбеленные и без эмоциональные. Человечество — вот единственный персонаж в этом фильме — положительный и отрицательный, счастливый и несчастный. Жизни людей в этом фильме равны, потому что когда-нибудь обрываются. И не важно, когда придёт смерть: во время открывания бутылки вина или в бою. И не важно кто ты: парикмахер или генерал. Круговорот жизни захватит тебя и приведёт к неизбежному концу, после которого люди будут жить дальше и наступит следующий день. Возможно, это будет среда.

    8 из 10

    15 сентября 2017 | 21:40

    «Зачем живу?», — мы себя часто спрашиваем и пускай, иногда, нам кажется, что ответ на поверхности, никак не удается сделать последний рывок и остановиться в поиске смысла, предназначения, высшей цели. К тому же, поиски даются нам чрезвычайно болезненно, будто ходим по заколдованному кругу, из которого невозможно вырваться. Фильм «Голубь сидел на ветке, размышляя о жизни» — это очередная попытка докопаться до самой сути существования, такая же отчаянная и вызывающая, как и первые две части трилогии скандального шведского режиссера.

    Картина повествует о двух коммивояжерах, которые торгуют всяческими новинками. Джонатан (Хольгер Андерссон) и Сэм (Нилс Вестблом), путешествуя, сталкиваются с множеством судеб совершенно разных людей. Столкновения наполнены атмосферой безысходности, бессмысленности и уныния, ведь за каждым красивым эпизодом из жизни незнакомцев следует горе, разочарование и смерть.

    Фильм походит на качели, ведь во время просмотра зритель испытывает всю палитру чувств, которые сменяют друг друга неимоверно быстро. Происходящее на экране вызывает то улыбку, то слёзы, то жалость, то печаль, то радость, то глубокое непонимание и неприятие. Возможно в этом и кроется главная трудность фильма — такие перепады, хоть и свойственные арт-хаусу, в «Голубе» сильно изнуряют из-за постоянно акцентируемой зыбкости и непредсказуемости человеческих переживаний.

    «Голубь сидел на ветке и размышлял о жизни» — это самобытное и уникальное действо, выполненное в трагикомичном стиле на фоне театра абсурда с множеством аллегорий и метафор. Картина вызывает смешанное ощущение. С одной стороны, измученный двухчасовым депрессивным фарсом, зритель, вполне может кинуть не один камень в огород Андерссона за растянутый, вялый сюжет и чрезмерный сюрреализм сцен. С другой, режиссеру стоит отдать должное за искусное отображение серости жизни, в которой люди, словно винтики механизма, двигаются по намеченному, кем-то придуманному маршруту.

    Приготовьтесь, это будет тяжело, подчас просто невыносимо. Но если на дальней полке книжного шкафа у Вас все же припрятан сборник трудов немецких философов, а «Левиафан» ассоциируется не только с библейским чудовищем, то дайте возможность Рою Андерссону разбередить старые экзистенциальные раны.

    7 из 10

    27 февраля 2015 | 21:32

    Буквально вчера мне удалось посетить кинотеатр, где каким-то чудесным образом показывали фильм «Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии». Разумеется, пропустить такой шанс было бы чрезвычайно грешно, поэтому я сразу же купил билет и отправился в небывалое путешествие по странным трагикомическим скандинавским зарисовкам Роя Андерссона в абсолютном одиночестве, ибо кинозал был пуст.

    Первое, что бросается в глаза — изменившаяся цветовая гамма, словно отображение того, что это всё-таки фильм, который уже по определению должен выделяться из остальных творений кинотрилогии. Впрочем, серость и тоска тоже имеют место быть, но уже в меньшей степени, чем, скажем, в «Песнях со второго этажа». Герои чрезвычайно изменчивы, они становятся добрее, терпимее друг к другу, здесь даже можно заметить поистине счастливых людей! А фраза: «Я рад, что у вас всё хорошо», которую произносят почти все герои, обретает именно тот символ Счастья с большой буквы. Счастья в простом течении жизни. Посему многие не верят, что именно за них рад кто-то ещё.

    Обобщая, можно сказать лишь одно: «Голубь сидел на ветке, размышляя о бытии» — это фильм, отлично завершающий трагикомическую трилогию Роя Андерссона и дающий надежду на то, что счастье, откровенно говоря, можно обрести всего лишь налив чашечку чая или закурив в окно.

    9 из 10

    18 августа 2015 | 14:29

    Именно зритель есть центральный персонаж этого кино. Потому что он решает, о чём этот фильм, и что хотят сказать авторы. В этом смысле фильм становится загадкой, которую и разгадывает зритель.

    Это кино о человеке в целом и о человеческой ответственности и о понимании, в этом у меня нет никакого сомнения. Абсурд, который плотно обтягивает каждую сцену, кажется, необходим для демонстрации Человека со стороны, а это очень трудно, потому что, как указывал Аристотель «всё, что мы знаем о мире есть человек», и мы глядим на человека глазами человека. Кто-то или в рецензиях или где-то еще говорил, что в этом фильме сцены как вольеры в зоопарке. Я думаю, что у Роя Андерссона получилось даже показать человека не в вольерах ситуаций, а даже более — в его естественной среде обитания.

    Может быть, получилось охватить и не все типы людей, и не все типы ситуаций, но это и не важно, поскольку самый, наверное, важный вопрос — вопрос о человеческой ответственности по отношению к своей жизни, к другим людям, поднят в фильме замечательным образом. Фильм как бы говорит «Omnia — homo» («Всё — человек»). И как бы мы не старались убеждать себя, что мы не такие жалкие, мы гордые, что мы не такие гадкие, мы хорошие — суть в том, что человеческое проявляется чрезвычайно многообразно.

    Жутко поразила сцена с гигантским барабаном (не говорю, что за барабан), после которой один из героев кричит «разве можно использовать людей ради собственного удовольствия!». Кричит он это, наверное, в порыве чувства ответственности за всех людей или в порыве некоего неожиданного понимания сути многих вещей.

    В одной из сюжетных линий даже плотно смешиваются исторические времена — приём «смены контекста» нужен, чтобы уменьшить силу предубеждений зрителя в отношении различных ситуаций, и усилить удивление, поскольку как говорил кто-то из философов — удивление рождает вовлечённость человека в ситуацию. Или же человек удивляется, но отрицает.

    В итоге мы и получаем эту разницу во мнениях по поводу фильма — одни говорят «Да ну, бред какой то, скучная дребедень», а другие говорят, что чуть ли не узрели в фильме самую суть человеского существа.

    Кроме того, хотелось бы отметить отличную работу художника Джулию Тегстрём и операторов — Гергея Палоша и Иштвана Борбаша.

    20 декабря 2015 | 12:42

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>