всё о любом фильме:

Две или три вещи, которые я знаю о ней

2 ou 3 choses que je sais d'elle
год
страна
слоган-
режиссерЖан-Люк Годар
сценарийЖан-Люк Годар, Катрин Вимне
продюсерАнатоль Доман, Рауль Леви
операторРауль Кутар
композитор-
художникДжитт Магрини
монтажФрансуаза Коллин, Шанталь Деляттр
жанр драма, комедия, ... слова
сборы в США
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время87 мин. / 01:27
Молодая домохозяйка вынуждена заняться древнейшей профессией, чтобы прокормить мужа и сына. Кажется, что муж даже не догадывается, чем занимается жена. Но долго ли будет длиться это неведение даже в таком большом городе, как Париж?..
Рейтинг фильма
6+ В кино с 17 августа
Купить билет
pixel
Рейтинг кинокритиков
в мире
94%
29 + 2 = 31
8.1
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлеры
    Трейлер 02:33

    файл добавилЭль ЧуПанебрей

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 8.0/10
    Этот фильм создан выдающимся французским режиссёром-новатором Жан-Люком Годаром как раз в переходный период его творчества. И в обширной кинобиографии Годара находится в промежутке между картинами «Мужское-женское» и «Китаянка», знаменуя его дальнейшее движение от первоначальных более сюжетных работ, всё-таки рассчитанных на зрительское восприятие, к явно экспериментальным, на стыке документального и игрового кино, которые он создавал в течение целого десятилетия — до конца 70-х годов, чрезмерно увлёкшись, с одной стороны, политикой, а с другой — несомненным формотворчеством. Вот и данный кинематографически вольный рассказ уже подвергнут намеренной деконструкции, представляя собой почти хаотически разбросанную серию актуальных зарисовок из жизни сверхнового квартала Ла Курнёв в предместье Парижа и одной из его обитательниц — молодой домохозяйки по имени Жюльетт Жансон, которая занялась самой древнейшей профессией в мире. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка


    «Две или три вещи…» обескураживают открытой проекцией незашоренного авторского взгляда, который после нескольких витиеватых кадров окончательно стирает грань между игровым кино и документалистикой. Годар загоняет своих героев в рамки двух образов — ролевого и реального, тем самым тонко намекая, что всякая персонификация является необязательной, неполной и несостоятельной с точки зрения содержательности.

    … но это не имеет значения… (с)

    Привычная ирония над ангажированностью общества потребления, в этот раз приобретает форму меткого укола, что постепенно выливается в ехидный смешок по поводу недальновидности нового поколения (удовольствие от комфорта которого раньше не было, толкает людей на неосмысленное использование материальных благ). Социум, столь старательно высмеиваемый Годаром, не только увяз в своей прагматичной политической идеологии, но и потерял всякое подобие лица, т. к. однообразие и эмоциональное равнодушие его представителей, даже проституцию воспринимают как привычную форму занятости — норму, не рассматриваемую с точки зрения морали, нравственности etc.

    «Мертвые предметы всегда живы. Живые люди — часто уже мертвы» (с)

    Но главное достоинство фильма отнюдь не в его содержательном компоненте. На первый план здесь выходят новаторство и экспериментирование над формой, посредством создания нового образа. Искусство способно сделать из формы стиль, однако стиль это человек, поэтому искусство это то, благодаря чему формы очеловечиваются. Вот и Годар старательно вдыхает жизнь в своих картонных персонажей, побуждая тех разграничить компоненты сознания, создавая тем самым прямую связь между образом и словом. Ввиду столь буквальной демонстрации, фильм больше напоминает структурированное социологическое интервью, с характерными словесными вставками и непринужденным взглядом в камеру. Таким нехитрым приемом Жан-Люк озвучивает диалог персонажа (режиссера) с человеком, находящимся по другую сторону экрана.

    Порядок, логика… Неважно

    В столь уязвимой многогранности творческого подхода, несколько принижается значение той экзистенциальной грани, которую Годар подводит под описанием собственного видения проблемы. Я это — мир. Мир — это Я. Неважно когда и как, где и зачем, но я существую, мыслю, ощущаю, люблю, ненавижу, понимаю в рамках своей реальности, не вижу различий между субъективной уверенностью в себе и объективной правдой, которую видят другие…

    29 мая 2010 | 00:10

    Героиня фильма зарабатывает проституцией, поскольку ее семья постоянно нуждается в деньгах. Муж, разумеется, ни о чем не догадывается, но рано или поздно тайна все равно становится явью. Начиная с «Две или три вещи, которые я знаю о ней», Годар превращает фильм в лабораторное исследование. Работает ли он подобно ученому? Безусловно, особенно если принять декларацию «здоровой методологической анархии» Фейерабанда: фильм исследует разом и общество, и саму природу кино.

    Почему бы и нет? Он создает свой «инструментарий», свою «модель для сборки», соединяя несоединимое: художественность и документальность, спонтанность и дидактизм, чувственность и абстрактность, «низкую» повседневность и таинство. Ни сюжета, ни персонажей в привычном понимании, звук и изображение не совпадают, действие движется асинхронно, голос за кадром и текстовые врезки комментируют происходящее, предметом изображения зачастую является сам процесс создания фильма.

    Экспериментируя с приемами научно-популярного кино, Годар показывает то, что обычно тщательно скрывается: техническую, сугубо «прозаическую» сторону кинопроизводства, вплоть до изнуряющей работы за монтажным столом и чеков, выписанных статистам. Обращение к технике в ее предельной материальности дезавуирует кино как процесс истины в категориях отчуждения и общественного труда, и одновременно, тем же махом, деконструирует эти категории, растворяя их в стихии творчества, страсти.

    22 апреля 2007 | 08:42

    А правильно ли само название — жизнь. То есть я хочу сказать, кто вам дал понять, что это называется жизнь. Слово, как способ охарактеризовать ощущение. Чувства, возникающие и мысли, как зародыш их понимания. Много или мало скрыто в этих звуках.

    Свойство или согласие с уже существующием порядком вещей. Предмет спора, нарочно выдаваемый за рассуждения, словно преодолевая предел к цели этого объяснения, уходит дальше стирая грань между осмысленным открытым приятием, без доказательности и упроченным положением отторжения действительных форм, как образов чужеродного, навязанного мира.

    Момент, когда мы осознаем в себе потребность к знанию, и момент когда мы им овладеваем — имеет косвенные и отдаленные причины. Часто они не связаны, по той простой причине, что все происходит случайно.

    Мир — это я, я — это мир. В конечном итоге все приходит к этому определению. Но действительное, не приспособительское отношение в том, чтобы найти свою профессию — здесь имеется в виде, конечно, не само слово «профессия», а некий эквивалент его — правильность в понимании себя, как части это механического, давно налаженного цеха, под названием Жизнь.

    Философия, этика, гражданские свободы, религиозные течения — это лишь дополнительные базисные учения о бессмертии души, так сказать инструменты для поиска ритмической составляющей — хода, движения, направления. Душа же бесконечна, как в поисках, так и в выражении. И пока она имеет телесные, видимые очертания, должна всеми силами хвататься за эту оболочку, от скуки или от действительных устремлений, создавать в этих опредЕленных ей участках некую дополнительную конструкцию по обращению своей внутренней природы на благо внешним объектам, составляющим вымышленную истинность. Ловушку — для тех, кто не замечает конъюнктуры, и пропасть — для тех, кто ощущает негласное её существование.

    Конфликт годаровского отчуждения от привычности в том, что он не говорит как надо, чтобы было хорошо, а делает обратное — высмеивая то, что уже существует. Как-будто не осознавая, что происходящее — есть специфическая особенность быть в согласии с уже существующим. Избегая найти прекрасное в настоящем, пытается сломать представление, придавая чертам очевидности огрубление — сводя все к цветному восприятию, как к форме называния и в тоже время, ставя под вопрос правильность названного.

    Нельзя критически ко всему относиться и при этом имеет стойкую позицию в чем-либо. Необходимо искать смысл в том, что уже существует и придавать этому легкую незавершенность. Обладание — не значит использование его, как тебе хочется, а нахождение того, каким образом оно должно быть использовано. Это относиться не только к определенным знаниям, но и к вещам и объектам, которые имеют не только искусственную, но и вполне одушевленную природу.

    Как и любой великий художник Годар — это симбиоз на стыке культур модерна и постмодерна. И экзистенциализм, как путь разрешения конфликта, лежит не в природе её постичь и дать название, а выявить способы её воздействия на нас, и приспособить наши ощущения к гармоничному восприятию её, в том, что она непостижима. Своего рода пунктирный дисбаланс, контрапункт. Соединение, сочлинение похожести и разнородности.

    Заигрывание с публикой не всегда правильно трактуется ею, как вызов авторского взгляда к невежеству общих массовых восприятий на ту проблему, которую хочет отразить автор. Выступая в роли создателя, анализируя над всем, что «под руку попадется» автор теряет общую со своими слушателями-зрителями идею. Если же речь идет о чистом искусстве, то оно не нуждается в сторонниках, а ищет единодушия, которое не бывает общедоступным и тем более теряется в попытках постижения устоявшимися понятиями и определениями, которые с образованием новых ветвей его теряют актуальность по его сравнению.

    В этом фильме, собственно это даже нельзя назвать фильмом, в общем понимании этого слова, это эссе, вольная интерпретация на тему жизни нескольких жителей современного на ту пору мира. Серия абсурдных, комичных сцен раз за разом еще больше отвлекающих внимание зрителя от главных вопросов, которыми задается автор так и не удостоив ответа. Почему? Да потому что было бы смешно и нелепо, если бы был готовый развернутый ответ. Типа, Зачем мы живем? или Почему всё так, а не иначе? В этом и есть главный и пожалуй самый важный подход в фильме. Не найти решения, а дать понять отвлеченностью всего происходящего, что жизнь сама вам подскажет на всё ответы.

    И словно завершая свои измышления на тему вечного, Годар подходит к теме, которая придает некий смысл всему вышеописанному — теме Любви. Что же такое настоящая любовь? То, что ради неё мы хотим измениться или же остаться собой? Пожалуй это тоже не маловажный и также не простой вопрос. И опять ускользнув от ответа, погружает всех в телевизионное пространство.

    Есть люди, которые знают всЁ.

    Есть люди, которые не знают ничегО.

    Есть люди, которые догадываются о чем-тО.

    Есть люди, которые всё понимаюТ.

    А есть те, кому всё по-барабану! Вот ради таких людей снимаются такие фильмы.

    Независимость — это прежде всего зависеть от себя!

    3 июня 2010 | 10:33

    Тема проституции традиционно весьма волновала Жана-Люка Годара. А еще его очень волновали идеи социального протеста, бытия и коммунизма. В этом фильме он постарался смешать эти темы воедино.

    В центре внимания — девушка, которая тайно от всех работает проституткой. Но это лишь предлог, чтобы погрузить зрителя в мир душевных волнений автора сценария.

    Годар любит провоцировать. В «Мужское — женское» его герои без причины трогали за грудь случайную посетительницу кафе. В «Две или три вещи…» тема мальчишеского протеста нарастает и реализуется в долгих философских беседах с проститутками.

    Марина Влади играет весьма холодную эмоционально женщину, очень точно показывая ее внутренний мир. Она стремится познавать мир, но блокируется от самой себя…

    Что же касается самой Марины Влади, то она молода и фотогенична. Однако, роль в этом фильме не относится к числу выдающихся. В целом, в 1966 году были гораздо более серьезные роли. К лучшим я бы отнес работы Энн Вяземски (Наудачу Бальтазар), Ванессы Редгрейв (Блоуап) и, пожалуй, Анук Эме (Мужчина и женщина).

    Цитаты из фильма: - Если случайно вам не на что купить ЛСД, то купите цветной телевизор.

    В итоге: несмотря на очевидные недостатки этого фильма — неторопливость, отсутствие сюжета (как такового), переизбыток скучных разговоров, «Две или три вещи…» являются этапной работой в жанре фильмов о проститутках.

    Стремящийся быть философом Годар приоткрывает перед зрителем собственные комплексы, а еще блестяще изысканно показывает внутренний мир проститутки


    6 из 10

    31 августа 2012 | 16:16

    С самого начала понимаешь, что тебе предстоит увидеть нечто интересное. Видно по картинке: композиция кадра построена очень жестко — на чётких геометрических формах, и зачастую плоско; постоянное сочетание ярких контрастных цветов (красный — синий, красный — белый и т. д.). Камера стоит твёрдо, движется изредка, не спеша, обычно, что бы показать панораму. Панорама — футуристичные жилые корпуса. Женщина смотрит на зрителя. Мужской голос за кадром: «Её зовут так-то. Она родом из России. У неё светло каштановые волосы, или тёмно русые. Но это не важно. Она повернула голову направо, но это не важно». Девушка поворачивает голову направо и говорит: «В прошлом году на Мартинике был случай, совсем как в романе такого-то, я не помню в каком, но это не важно…»

    Фильм напоминает «Зеркало» Тарковского — композиция строится на личных ассоциациях, только в отличии от Тарковского — не лирических. Это жёсткий рассказ о Париже 60-х. Но это понимаешь, только по сухим фактам. По интонации — это дневник о жизни, кажется, тоталитарного общества, попытка показать его жизнь, вскрыть корневые глубинные её сущности.

    «Две или три вещи, которые я знаю о ней» — это безымянные персонажи, которые вдруг поворачиваются в камеру и говорят что-то о себе, о своей жизни, какую-то чушь, или что-то важное. Это лирический герой, чей голос за кадром рассуждает на парадоксальные темы (например, что такое предмет, и является ли предмет предметом, в определённых ситуациях; о том, что для других людей он является объективной реальностью, а они для него — субъективной) на фоне пузырьков и пены в чашке кофе во весь кадр. Это главная героиня, проститутка, говорящая в камеру длинные интеллектуальные монологи. Это люди ведущие, кажущиеся бессмысленными или на самом деле бессмысленные диалоги, или задающие друг другу корневые вопросы («Что такое разговаривать? — Это произносить слова. — Что значит произносить слова? — Это значит разговаривать»). Это люди, занимающиеся абсурдными вещами. Это женщины, переполненные агрессивной сексуальности, но в кадре нет ни одного голого тела.

    В пересказе это может показаться собачей чушью. Но сделанный с удивительным чувством ритма, этот абсурд затягивает. Ты вслушиваешься в эти бессмысленные диалоги и всё больше и больше входишь в их ритм, расслабляешься, отключаешься от реальности (кухня, ночь, кофе, «трюфели»), проникаешься его атмосферой — строгость, упорядоченность, выхолощенность, чувство тревоги и немой нарастающий ужас.

    Я обязательно куплю DVD и буду пересматривать, пока не пойму смысл и внутреннюю логику картины. Сколько бы на это не ушло времени.

    11 мая 2008 | 23:58

    Я влюблена в Годара! Несмотря на то, что посмотрела лишь два фильма, но «2 или 3 вещи, которые я знаю о ней» еще в начале просмотра претендовал на уверенную 10. Разочарования не произошло. Мне прямо-таки не терпелось поделиться с кем-нибудь этим открытием, но среди друзей ценителей такого рода кино вроде бы я не нахожу.

    В общем, фильм, кроме того что остросоциальный и от этого претендует на несомненную социологическую ценность (что для меня немаловажно), так еще и охренительно глубокий. Он состоит из обрывков важных мыслей, его можно буквально разобрать на цитаты. Это чудесно, когда фильм требует пересмотра, включения мозга, задействования интеллекта.

    Но Годар продумал не только смысловую составляющую: на людей, привыкших просто расслабиться и втыкать в ящик он тоже вроде бы ориентирован.

    Я влюблена в его эстетику, в каждый кадр, во всю операторскую работу, в сочетание цветов, в красоту некрасивых лиц.. в общем, это прекрасно.

    10 из 10

    14 марта 2011 | 08:22

    Фильм, о котором уже сказано множество слов, как вы видите, и я не предлагаю вам ознакомиться со всей полнотой возможных реакций на него, которые по большей части могут не иметь ни какого смысла. Как и отсутствие или присутствие вашего понимания происходящего на экране.

    И вот за рамками этого и начинается фильм.

    Это фильм про документалиста снимающего на плёнку, и записывающего на бумагу окружающий его мир. Он разговаривает со случайными людьми в кафе, он записывает в тетрадку случайные разговоры посторонних. Он снимает жизнь людей, внося в неё некую коррективу, он берёт у людей комментарии об их жизни, о реальности в которую они вписаны. В духе критики говорящей о невозможности подлинной документалистики, в силу того, что при появлении камеры, реальность изменяется под неё, а значит нельзя заснять или зафиксировать девственный мир, не внося корректив своим наблюдением. И в ответ на это, что уже стало нормой к нашему времени, оператор сам добровольно становиться частью снимаемой реальности, потакая ей, и искренне занимая свою роль, находя в этом наиболее возможную гармонию в данном процессе.

    Потому вы не сможете точно понять, где камера героя картины вторгается в жизнь, где он скрывает вторжение, а где вторгаемся лишь мы с вами. В этом неком хаусе, почтении к невозможности отразить реальность, реальность которую хотят отразить люди и начинает проявляться. Это во многом отсылка к «Методу нарезок» Дадистов, Гайсина и Беррозу. Согласно которой (от части и говоря проще) реальность теряется под грузом структур, символом и смыслов. И мы видим множество историй, рассказов, разговоров, комментариев, философских размышлений, разных проявлений разных людей.

    Ключевой тут можно видеть девушку Джульетту, вынесенная на первый план.

    Она сама старается передать нам ощущение своей огромной гармонии с миром. «Я — это мир, а мир — это я.» Это и длинные сцены её спокойствия, и сцены созерцания бытового. И главное, отсутствие её необходимости поиска ответов и причин. Она говорит в одно из сцен, что её слёзы текут и оставляют след, но мы можем сказать про это событие, и его начале, но нет нужды говорить о причинах. B событие останется полноценным и тем же самым. И я полагаю, во многом, это основополагающая мысль и характеристика для людей, когда они не выпадают из мира, и реальности занимаясь анализом, поиском, устремлением в прошлое или будущее, что конечно основано на страхе, а вместо этого принимают и находят себя, вписанными в происходящее прямо здесь и сейчас. Я И вместе с самим Жаном-Люком Годаром, делающим акцент именно на этого героине, воспринимаю остальных в сравнении с ней, и нахожу эту гармонию в той или иной степени повсюду, не смотря на то чем именно занимаются люди, и какое место они занимают в философии и взгляде на жизнь, они остаются естественными, если они живут более, чем отгораживаются от жизни. И как раз, в меньшей степени это проявляется у того писателя-коммуниста в кафе, который получил Нобелевскую премию, который тем самым ставиться как бы интеллектуально выше, но в то же время, который само изолирован от красивой девушки пришедшей к нему на встречу, которая даже не читала его работ, но которая чувствует что хочет тут быть, вот в отличии от неё, писатель вязнет в нормировании поведения, догмах, и правильностях, которые и позволили ему получить номинальное возвышение, и вот он стремиться и дальше соответствовать им, и тем самым провоцирует её закрыться и отвергнуть его. Да я нахожу это очень важным, он не смог быть самыми собой чувствующем, а старался заменить себя образом того чем быть следует, и юная и чувственная девушка уходит от него со словами, что считала его более смелым…

    И далее я считаю пиковой, и контрастной, сцену с ребёнком читающим сочинение своей маме. Мы как во всех других случаях заглядываем в мышление ребёнка, явно, и конечно же, находящимся «здесь и сейчас», живущим, и являющимся самим собой естественным и настоящим. И мы можем видеть, что он говорит о «хороших и плохих» девочках в его школе, и мы видим, как он использует речь и язык, он использует её как инструмент, где слова это лишь ссылки на реальность, и где очевидно он не ставит своё восприятия за объективность, он не утопает в словах, и символах, как те взрослые которые уже заменили ими саму реальность. Он играет с ними, он использует их, он не уходит от них, и тут нет идей бежать от них, бросаясь в крайности.

    Он просто есть, он живёт, он использует слова.

    И слова являются чем-то меньшим, но в тоже время чем-то большим признавая всё это, и видя все эти ограничения, мы и находим ту самую середину, мы возвращаемся к той самой точке, в коей и находились в детстве, когда мир, человек и жизнь были первичны, а философия(если хотите, например) вторична…

    В этом и есть гармония… И это знает каждый кто когда-то её потерял и снова нашёл.

    17 июля 2014 | 03:36

    Драма

    Считаю бессмысленным пересказывать сюжет этого фильма, потому как его там толком и нет, что для Годара вообще не характерно. В обычных случаях он нанизывает свои киноэкспериментальные ходы на более или менее стройную сюжетную линию, однако чем дальше в лес, тем более сложными и менее структурированными становятся его картины.

    Вообще, мне достаточно сложно представить современное кино, особенно артхаус, без влияния французского постановщика Жана-Люка Годара, который никогда не боялся отходить от канонов простого повествования и постановки, чем и породил множество новых и интересных художественных приёмов.

    Эта лента не проста для восприятия и не является лучшим вариантом для первого знакомства с французским гением, но после определённого «фундамента» из других работ Годара смотрится просто замечательно, как бы развивая его мысли и художественные приёмы.

    Можно по-разному относиться к этому фильму, но это, однозначно, произведение искусства, которое не поддаётся лишь одной трактовке и надолго западает в душу.

    Примечательно, что в картине «Две или три вещи, которые я знаю о ней» снималась будущая жена Владимира Высоцкого Марина Влади.

    8,5 из 10

    26 июля 2010 | 01:19

    «Если вы не можете себе позволить купить наркотик — купите цветной телевизор». 66 год. Мало что изменилось. Тонем в обыденности. Муж занимается глупостями всякими. Ловит радио американское или выписывает случайные фразы из книг. Все вокруг курят. Все против войны. А она красивая. Проститутка, кажется. Не важно.

    «А что, если бы голубой цвет по ошибке назвали зеленым? Это, наверно, было бы ужасно». Не задумывались? А кто Ты? В каком мире живешь? И что такое любовь? 87 минут. Минут бесконечных разговоров, один за одним вопросов. Ярких красок и красивых голосов. Такой незнакомый Париж, так все странно, подвешено в воздухе. И очень отстраненно. Нужно сильно сосредоточиться, чтобы все услышать. Волшебное начало и отличная концовка. А внутри: книги, руки, кофе, мы.

    Дико приземленное, но такое неосязаемое. Абстрактные беседы на фоне городских строек, случайных лиц, кадров вьетнамской войны. Или что здесь фон? Можно выключить звук, а можно закрыть глаза. Идеально.

    16 марта 2010 | 16:30

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>