Девять жизней Томаса Катца

The Nine Lives of Tomas Katz
год
страна
слоган-
режиссерБен Хопкинс
сценарийБен Хопкинс, Томас Браун, Бен Чик
продюсерКэролайн Хьюит, Ганс В. Гайссендёрфер, Тори Парри
операторДжулиан Корт
композиторДоминик Шеррер
художникГидеон Дэвей, Джейсон Карлин, Мишель Клэптон, ...
монтажАлан Леви
жанр фэнтези, драма, комедия, детектив, ... слова
зрители
Германия  37.7 тыс.,    Польша  7.3 тыс.,    Франция  6.7 тыс.
премьера (мир)
время87 мин. / 01:27
Из канализационного люка появляется таинственный человек, берет такси и направляется в Лондон. Встречаясь с самыми разными людьми, он, помимо их воли, меняется с ними местами. Теперь его в Лондоне так много в разных обличьях, что это приводит к полному разладу всех городских систем. В частности, метрополитен начинает перевозить восставших из тлена мертвецов к месту Страшного суда. Наступающему ужасу пытается противостоять инспектор полиции лондонской подземки, к тому же еще и слепой.
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлеры
    Трейлер 01:46

    файл добавилmessenjah

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка


    Из канализационного люка появляется таинственный человек, берет такси и направляется в Лондон. Встречаясь с самыми разными людьми, он, помимо их воли, меняется с ними местами. Теперь его в Лондоне так много в разных обличьях, что это приводит к полному разладу всех городских систем. В частности, метрополитен начинает перевозить восставших из тлена мертвецов к месту Страшного суда. Наступающему ужасу пытается противостоять инспектор полиции лондонской подземки, к тому же еще и слепой.
    В этой картине Хопкинс применяет полуэкспериментальные методы, импровизируя с камерой и немецким языком. Это черная комедия о последних днях Лондона, ожидающих Апокалипсис. Фильм представляет собой смесь насмешек, шуток, игры слов, визуальных стилей и нелепых предсказаний, в общем целом являя собой неплохой набор кинематографических решений.

    Название -это аллюзия на садистский мультфильм, очень популярный в Англии, про девять жизней кота Томаса. Когда приближается солнечное затмение, из канализации в мир спускается забытый демиург, идиотская аватара. Он перевоплощается в людей, так что каждый из них получает то, чего хотел. Маленький забитый мальчик, у которого умер тамагочи, поджигает наконец свою школу, заботливая мамаша выписывает по рекламе из газеты камертон, от которого дохнут все дети, начальник метро отправляет поезда в страну мёртвых. Слепой начальник полиции Лондона путешествует на астральный план, в поисках астрального ребёнка. Перед наступлением конца света никто уже не замечает, что что-то идёт не так. В телешоу выступает эксгумированный раввин, который умер два года назад. Курс фунта стерлиногов упал ниже нуля и теперь людям приходится каждый раз за него приплачивать. «Вы под контролем высших сил. Поезда направляются в страну мёртвых».

    Продемострированные смешения стилей Хопкинса могли превратить картину в кошмар, если бы не великолепная ирония и юмор режиссера.

    Могу добавить от себя, что это лучший фильм, который я видела за всю свою жизнь. На первый взгляд, не ясно «что? зачем? и почему?», на десятых минутах, хочется отключить фильм и забыть, как какой-то ненужный бред, но я всё же посмотрела фильм до конца, и ничуть об этом не жалею.

    Стоит отметить, что бюджет фильма не велик, никаких спецэффектов или нереальных пейзажей, всё кажется на столько абсурдным и смешным, нелепым, даже глупым, но на мой взгляд это и есть та самая изюминка фильма. Всвязи с этим хочу отметить бескрайнюю фантазию режиссёра Бена Хопкинса, я вылила на него морю восторга, чего стоят только бедные дети, привязанные к батареи, или некий министр рыболовства, обьявивший войну несуществующей стране.

    В общем, фильм, конечно, не для всех, но мой всем совет: досмотрите фильм до конца, равнодушных не останется точно.

    31 августа 2008 | 15:51

    Ангела Альбиона рыдания прозвучали в пламени Орка,
    Тщетно трубя о начале Судного дня.


    Уильям Блейк, «Пророчество», Перевод В. Топорова

    Не знаю, кто или что повлияло на Хопкинса при создании им «Девяти жизней Томаса Катца», но могу сказать, что и бурлящая фантасмагория в сценографии, и незабываемый фантастический бурлеск в постановке и монтаже, явленные нам в «Катце», не имеют ничего общего со всеми его прочими игровыми работами, близкими к классической драме и отличающимися размеренной повествовательностью. Меня же вполне устраивает ироничный комментарий режиссера в начальных титрах: «Этот фильм появился неизвестно откуда». Однако если источник вдохновения Хопкинса не представляет для меня большого интереса, то плоды оного вызывают жгучее желание изучить их в разрезе и поделиться результатом с желающими.

    Тот, кто блуждал в затейливых лабиринтах «Катца», наверняка задумывался о его названии: откуда оно взялось и какая здесь связь с содержанием. Ведь в фильме ни разу не звучит имя Томас Катц, но главный персонаж назван им в финальных титрах (он же Нет); нет тут и девяти жизней Томаса Катца, но есть его восемь контактов с людьми и один с памятником (адмиралу Нельсону на Трафальгарской площади), итого девять, после которых Нет формально использует их образ по своему усмотрению. Наконец, я не нашел ни литературного, ни экранного героя с таким именем. О, да — есть полнометражный мультфильм для взрослых «Девять жизней кота Фрица», снятый в середине семидесятых Робертом Тейлором (который позже режиссировал известные детские мульт-сериалы; не путать с известным американским актером): пошловатое, но вовсе не пустое повествование, демонстрирующее бесконечное вращение человека в колесе обыденности, пороков и заблуждений. Может быть именно отсюда растет «хвост» названия Хопкинса: с одной стороны неявные аллюзии к произведению с определенной тематикой и с галлюциногенно-сюрреалистическими штрихами; с другой — желание добавить в свой проект внешнего абсурда, ибо в целом картина Хопкинса построена в виде своеобразного абсурдистского квеста, где чуткому зрителю предлагается выбрать из сюрреалистических этюдов режиссера несколько ключевых нот, характеризующих вполне реальные проблемы человеческого существования. И если аллюзии к «Коту Фрицу» не случайны, то даже в размышлениях о творческой карьере Тейлора — начав со злобной социальной сатиры, не пришедшейся по вкусу широким массам, он закончил абсолютно социализированным семейным кино, стабильно приносящем прибыль — я нахожу своеобразную иронию Хопкинса: тот не сомневался, что большинство его не поймет и вскоре он тоже вернется к классическому жанру.

    Но заглянем, наконец-то, в саму картину. Пестроцветье образов, чехарда их воплощений в разных героях, нарастающий абсурд происходящего, где на улице «…крики и стоны, стенанья и плачи, отчаянья жалкие речи/ О гибели Стража над Альбионом повисли», а в уютных домах среднестатистических гражданин (окна которых, впрочем, уже устроили заговор) покой не нарушается даже несущимся из ящика откровенным бредом (это как в обычной жизни), прекрасно передано и то бешено учащенным, то замирающим ритмом монтажа, и необычным кадрированием, и частой условностью-гротескностью декораций и костюмов. Под стать событийной и визуальной круговерти выбрано и музыкальное оформление фильма: бодрые ритмы Terra Ferma то сменяются тягучим пением грузинского хора Рустави, то переходят в псевдоклассическую арию Шеррера на стихи Гейне «Богомольцы в Кевларе», причем эти вариации саундтрека настолько удачно соответствуют видеоряду, что ни разу не вызывают чувства музыкальной мешанины.

    Но всё же: кто же он, этот неназываемый Томас Катц, этот неопределенный No, но определенно не человек? Кто-то видит в нем просто демона, кто-то исполнителя сокровенных желаний, кто-то посланца Судного дня. В моем понимании, Нет — это зачастую неясное для самого человека желание стать кем-то другим, а конкретнее — более заметным, чтимым, могущественным; к чему индивидуум идет если и устремленно, то без осознания своего духовного начала. А Катц лишь показывает зрителю, какие метаморфозы здесь возможны. И в этом уже не так много абстракции: разве не может министр рыболовства удариться в политику, забитый мальчуган стать злостным хулиганом, скромный диспетчер метро — диктатором, а общественная деятельница — детоубийцей? Увы, человеческая история знает немало похожих примеров. Дополнительный намек на погружение таких людей в мир неосознанного обмана в первую очередь самих себя виден в том, что после контакта с Нет, герои примеряют не только чужую одежду, но и начинают играть чужие роли: министр «рыбы» — таксиста, парализованный старик — мальчика, мальчик — взрослого дяди, а таксист так и вовсе перестает понимать свою роль. И в этой трактовке Катц ближе к вестнику, точнее предвестнику, Апокалипсиса: заменяя познание своей духовной сущности метаниями среди бытийных условностей и социальных абстракций, мы всё больше заполняем пространство нашего существования ложью и насилием, становящихся деталями повседневности. И за этой повседневностью мы однажды не заметим, как самый заурядный болван доберется до кнопки, стирающей в мгновенье ока весь мир (предвидя такой сценарий, Хопкинс решил не лишать нас этого зрелища). Ведь «даже столбы могут обладать силой».

    Незрячий, как Фемида, начальник полиции — но вовсе не туповатый служака, какими обычно рисуют в комедиях служителей закона — догадывается, где искать решение проблемы стремительно нарастающего хаоса. Это решение уже нельзя получить обычным земным расследованием, ибо признаки беспорядка перестали иметь под собой ясную материальную основу. И «Правосудие» отправляется на «астральный уровень», где некий Проводник говорит ему очень простую, но емкую фразу: «Ищи его в духовных началах».

    Через восемь лет после «Катца» из люка токийской канализации под зловещее карканье ворона в этот мир вылезет караксовский мсье Мерд — не выходец из преисподней, но средоточие нетерпимости и саморазрушения, скрывающееся за жалкой внешностью и вызванное к жизни самой структурой человеческого миропорядка; остающееся бессмертным демоном до той поры, пока люди не перестанут искать зло вне собственной сущности, а найдя его — не будут упиваться его обманчивой силой. Для меня параллели с «Катцом» очевидны: Хопкинс пригласил на экран темное бессознательное homo sapiens, наделив его человеческим обликом; Каракас в получеловеческом облике Мерда показал зрелый период этого темного. Оба режиссера протрубили о приближении Судного дня в мире, где понятие духовного всё больше отходит на астральный план; оба остались на задворках мировых премьер.

    В финале фильма Хопкинса, уничтоженный вместе со всем сущим на планете, Закон и Порядок спрашивает у Истории: «Я мог что-нибудь изменить?» И в ответ слышит закономерное: «Нет».

    Но мы еще можем. Еще можем?

    26 февраля 2017 | 00:13

    Возможно, во время просмотра первых двадцати минут фильма у вас появится мысль о том, что создание кинокартины, не обошлось без употребления ее автором отборной травы. Но все же, на некоторых людей этот фильм произведет сильное воздействие.

    Понравилось мне в фильме «Девять жизней Томаса Катца» сама подача Судного дня. Бен Хопкинс заставляет погрузиться в философские раздумья, но в тоже время не лишает фильм иронического юмора. Мы видим, как в Лондон прибывает «ангел», но он почему-то спускается не с небес, а вылезает из канализации. «Ангел» встречается с людьми, которым дает право на исполнение тайного желания. Например, начальник метро, у которого в печенках сидят многочисленные пассажиры, теперь может отправлять электропоезда прямиком в ад.

    Мы видим ярко выраженную насмешку над абсурдностью бытия. В телевизионной передаче участники обсуждают причину катаклизмов, в конце концов, они приходят к выводу — из-за детей и телевизоров. Ведущая достает аппарат, который убивает всех детей и ломает все технические приборы. Она приводит в действие его в прямом эфире, у молодой женщины падет ее ребенок на пол, а она в это время бежит к отключившемуся телевизору, проливая в истерике слезы, не обратив внимание на сына.

    Хотелось бы отметить интересную постановку кадров фильма, которую сопутствует удачно подобранное музыкальное сопровождение.

    Скажу и о недостатках фильма: в некоторых моментах слишком уж абстрактно и тяжело для восприятия.

    Стоит ли смотреть фильм? На этот вопрос я могу ответить так: «Задача искусства — волновать сердца (К. А. Гельвеций). Этот фильм не оставит вас равнодушным. А вот какие эмоции вызовет он — позитивные или негативные, это уже будет вашим субъективным мнением».

    9 из 10

    6 марта 2014 | 02:41

    Давайте сразу разберёмся с ключевыми понятиями и расставим приоритеты. Определимся с системой ценностей и прочим дискурсом, что бы пресечь все недопонимания.

    Лучший фильм, снятый на великом и могучем — Дом, Который Построил Свифт. Лучший блокбастер — Хранители. Лучший комедийный сериал — Клиника, а лучшее анимационное шоу — Конь БоДжек. Лучшее аниме — очевидно, Мадока Магика. Лучший фильм Джекки Чана — Драконы Навсегда, а лучшая экранизация Достоевского ещё не снята, и не ясно, будет ли. Лучшая экранизация Великой Русской Литературы — Любовь И Смерть Вуди Аллена, а лучшая экранизация Бориса Виана — Скотт Пилигримм. Лучшие обзоры на фильмы делает Ануар, и вообще — Ануар оправдание отечественного видеоблогинга. (Автор знает, что Ануар делает не обзоры, спасибо). Лучшие сценаристы — Горин и Кауфман. Лучшие фантасты — Стругацкие, но только когда они вместе. Гомеопатия не работает, земля шарообразная, эмансипация — исторически неизбежное и позитивное явление.

    Нравится вам или нет — это так.

    Лучший фильм, когда либо снятый кем бы то ни было — Девять Жизней Томаса Катца.

    Тут бы и закончить.

    Ибо описывать это полотно — всё равно, что описывать СтенлиПарабл. Глупо, аморально и должно быть незаконно.

    Но я попробую намекнуть. Оговоримся, что внятной информации дальше не будет — сугубо эмоции. И, бейте меня тапками, я искренне считаю, что такой рецензия и должна быть.

    Это британская… вроде как комедия. Самая британская комедия, какую мне доводилось видеть. Вообще, это, наверное, самая британская вещь, когда-либо созданных человеком.

    Это комедия абсурда. Абсурд, как мы понимаем, работает только если в его основе лежат более или менее негативные эмоции. Будь то депрессия, заставляющая эмулировать состояние разъятого мира. Будь то жажда перемен — жажда ПРЕОДОЛЕНИЯ момента, приводящая, в частности, к ОБЭРИу. Будь то эскапизм, Здесь абсурд сплетён из всех трёх источников, и скорее пахнет Ионеско и Беккетом, нежели, скажем, Шоу Брака — которое тоже великолепно. Абсурд невероятно красивый и лиричный. Собственно, одна из сцен фильма до сих пор выбивает из меня скупые крокодильи слёзы.

    - Это твоё имя?
    - Да…

    Нет, это не цитата. Это середина цитаты. Поэтому она непонятная.

    Разумеется, абсурд не топчется на месте. Постепенно нарастает драма, открываются мотивы ключевого персонажа, и всё заканчивается симфонией великолепных кадров.

    Итак, с сюжетом разобрались настолько, насколько я могу себе позволить освещать сюжет этого фильма. То есть — да, он очень абсурдный, и в нём есть ключевой персонаж.

    Разберёмся с технической стороной.

    Технически фильм за пределами совершенства. Эстетически выверенный, вылизанный — будто сделанный одновременно с линейкой и от души. Решительнейшим образом каждый кадр — говоря «каждый», я имею в виду дословно: «каждый» достоин отдельных дифирамбов. Артхаусный настолько, что будь он чуть артхаусней — хотя бы на одного Мавроматти — его было бы невозможно смотреть, понимающий это, и балансирующий на лезвии бритвы как конатный плясун.

    Каждое лицо, каждая поза — каждая деталь реквизита настолько на своём месте, настолько работает на общий замысел, что я каждый раз, возвращаясь к этому фильму, удивляюсь — насколько же он сделан из чистого, сферического великолепия.

    Звёзды должны были сложиться специфическими магическими рядами, антропософы, адепты месмеризма, экономисты и прочие колдуны должны были идеально совершить свои загадочные манипуляции, сердца четырёх, превратившись в гранёные кости, должны были выпасть так: 6,2,5,5 — что бы на свет появился этот фильм.

    И он появился.

    Напоследок, обрывки конкретики. Посмотрите этот фильм. Проследите за окрепшим Воландом, по имени Нет, путешествующим по человеческому миру. Ощутите стоическое, самурайское отчаяние безмерно пухлого слепого Констебля, из последних сил противостоящего распаду, с помощью трансцендентных миров. Узнайте, в чём сакральный смысл манго и телефонного справочника, и какова судьба богов. Фильм учит доброму и полезному — держать детей подальше от телевизоров, когда показывают специально эксгумированных Равве. И стремиться увидеть солнце, сияющее над Каспийским морем, где плещется осётр.

    Где ещё такому научишься?

    Фильм вне оценок.

    13 сентября 2017 | 19:47

    Заголовок: Текст: