всё о любом фильме:

Холодный фронт

год
страна
слоган«Every monster needs a home»
режиссерРоман Волобуев
сценарийРоман Волобуев, Светлана Устинова, Даша Чаруша
продюсерИлья Стюарт, Михаил Финогенов, Мурад Османн, ...
операторМихаил Хасая
композиторДаша Чаруша
художникЕкатерина Щеглова, Анна Кудевич, Франсуа Дюпуа
жанр триллер, мелодрама
бюджет
€313 000
сборы в России
зрители
Россия  9.2 тыс.
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время91 мин. / 01:31
Давно разлюбившая друг друга пара — Саша, девушка из богатой семьи, и ее бойфренд Илья — проводят зимние каникулы в отрезанном от внешнего мира доме на берегу океана на севере Франции.

В канун Нового года происходит два вроде бы не связанных между собой события: недалеко от дома героев прибой выбрасывает на берег тушу неизвестного науке животного, а тем же вечером Илья встречает в окрестностях Машу — русскую девушку, которая якобы случайно сошла с поезда не на той станции и которой негде ночевать. С Машей явно что-то не так, но Илья и Саша, увлеченные выяснением отношений, сперва не замечают зловещих странностей в поведении незванной гостьи.
Рейтинг фильма
IMDb: 5.40 (185)
ожидание: 95% (1988)
Рейтинг кинокритиков
в России
43%
3 + 4 = 7
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • «Холодный фронт» — режиссерский дебют кинокритика Романа Волобуева, написаный в соавторстве с исполнительницами главных ролей — Светланой Устиновой и Дашей Чарушей.
    • Главную мужскую сыграл Александр Молочников, в 2014 году громко заявивший о себе как о театральном режиссере со спектаклем «19,14» в МХТ им. А. П. Чехова.
    • Фильм был снят в декабре 2014 года в Нормандии (Франция).
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Опросы пользователей >
    • 40 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Не знаю, что смотрели остальные рецензенты и насколько они были внимательны. Фильм отличный. Никакой фальши, ничего надуманного. Несколько жанров. Мелодрама, триллер, ужасы. Мелодрама ненавязчива, триллер прописан буквально несколькими мазками и нужны усилия чтобы его отслеживать, ужасы практически додумываются уже после просмотра. Финальная сцена вообще заставляет понять, что вы смотрели совсем другой фильм и меня например подвигла на еще один просмотр и получение дополнительного удовольствия. Одиночество — вот линия со всех сторон показанная в фильме и поднятая в конце на немыслимую высоту, которая обещает еще больше одиночества всем героям в дальнейшем. Никому фильм не посоветую, буду пересматривать сам.

    9 сентября 2016 | 15:39

    «Холодный фронт». Изначально это была прекрасная идея- вывести русского человека за пределы не в меру самобытной российской действительности и как следует проветрить его на просторах Франции. Можно даже пофантазировать на тему того, что это не ребята прилетели во Францию, а Франция прилетела к ребятам: как будто Россия посредством отборного magic’а на полтора часа превратилась в аналог, например, Швеции. Очень интересные ощущения. Добавим к этому съемку, отвечающую стандарту европейского авторского кино (подчеркиваю, стандарту), и получим вполне себе европейский фильм. Не стилизованный под Европу, а именно европейский. Можно для примера прокрутить «45 лет» Эндрю Хэя, а затем «Холодный фронт» Романа Волобуева, и в плане визуальной составляющей они покажутся едва ли не идентичными. Из несомненных плюсов картины также стоит отметить попытку не только географически расширить границы, но еще и хоть немного, но нагрузить картину общемировым культурным багажом; «выгулять» не только героев, но и сам фильм: тут вам и щепотка Туве Янссон и Хорхе Луиса Борхеса, и несомненная аллюзия к Ингмару Бергману и (как мне показалось) к неснятому фильму Анри-Жоржа Клузо «Ад» (экспериментальные эпизоды с Роми Шнайдер). Последняя аллюзия в каком-то смысле перекликается и с деятельностью одного из героев: он пишет книгу о ненаписанных книгах великих авторов. Правда, и эта книга им тоже еще не написана. Ну и, конечно, Роман не соврал: саундтрэк в фильме и вправду хорош.

    Но, к сожалению, ни ледяных полутонов, ни шикарного «задника» в виде бушующего не в сезон Средиземного моря, ни харизмы Даши Чаруши, которая старательно тянет на себе весь фильм, недостаточно для того, чтобы получился хороший триллер. Саспенс в картине не держится и минуты, все время растворяясь в разговорах. До конца неясно, в какой плоскости все же развивается сюжет: в мистической или психологической? Хотя и для той, и для другой одинаково не хватает ни мистики, ни психологии. Напрочь отсутствуют внутреннее напряжение и лихие повороты сюжета. Жанровые обещания перед зрителем остаются невыполненными. Я не зря упомянула фильм «45 лет», где история разыгрывается на троих: он-она- давно погибшая девушка. В условиях ограниченного пространства, минимума действий и скупых диалогов актерам под чутким руководствам режиссера удается создать самую настоящую драму, оправдав тем самым заявленный жанр. Значит, минимум средств все же может привести к максимальному результату. Значит, и триллер можно было развернуть на отведенном для него клочке пространства со стремящимся к нулю количеством участников.

    Все плюсы и минусы в итоге как-то собираются в общую картину, но фильм проходит по касательной: «мне не хорошо и не плохо, мне никак». Наблюдать за происходящим вроде интересно, но не слишком. Вроде нравится, а вроде и нет. Good try? Конечно, try, но не сказать, что good. Но посмотреть все же стоит. Хотя бы из жажды разнообразия.

    15 января 2016 | 22:12

    Пустынный берег на севере Франции, одинокий дом, оторванный от мира, завывание ветров, моросящие дожди, трава по колено, комната на чердаке, окно над кроватью, холодный обогреватель, два человека в одной постели, красное платье, и пустота внутри. Люди в постели — это Саша и Илья. Как-то раз Саша уезжает по делам в Париж. В этот самый день ветер ломает вышку сотовой связи, окончательно изолируя героев от внешнего мира, а море выплевывает на берег труп непонятно существа с телом овцы и головой динозавра. Вечером того же дня тихое существование пары нарушает девушка в потрепанного вида полушубке и с загадочным прошлым. Она остается, ненадолго, на чуть-чуть, ведь никто не против. Тем более, с ее приходом даже ветер, вроде бы, звучит иначе, тише, по другому, и пустота, как будто, заполнилась, и даже солнце светит теплее, да и четный месяц декабрь позади, и значит, чудовище, сделав черное дело будет ждать, затаившись в своей норе.

    Эта холодная, уютная, отрешенная и вместе с тем очень личная история, обвиненная в чрезмерной ламповости, артхаусности и ненаполненности, является, и к счастью и к сожалению, единственным за последние лет десять, российским примером иной работы с кинематографическими средствами, в результате которой, на выходе получается больше осязательное чем развлекательное кино — именно то, что уже не одно десятилетие практикуют зарубежем все кому не лень, совершенно не заботясь о том, поймет ли их зритель. Нашему же зрителю недостаточно полутонов, штришков и красивых очертаний, ему подавай обведенный жирным карандашом смысл, который вкладывал автор. А ведь именно в осязательно-подсознательном плане «Холодный фронт» очень тонкая работа. История-настроение, зыбкая, как атмосферные массы, загадочная, как чудовище выброшенное на берег, мифологическое существо, которого ведь нет на самом деле, но почему тогда существуют сказание о нем? При чем как и в фольклоре, вы так и не поймете, что из увиденного правда, а что — вымысел. «Холодный фронт» — это тот случай, когда смысл, болтающийся на поверхности, обрастает аллюзиями и отсылками, живописными панорамами и ненужными разговорами. Не даром дом стоит на пустом берегу, не даром действие разворачивается зимой, не даром герои ждут и не ждут наступления нового, другого года и боятся остаться вдвоем, потому что разве может новый год возвратить то, что уже давно замерзло и сгнило, подобно несчастному животному выброшенному на берег. Внешняя часть фильма — достаточно четкое воплощение внутренних подмерзших ощущений героев. При всей этой, на первый взгляд, размытости ближе к финалу начинаешь замечать скрытую геометрию картины, связанную не только с определением «холодного фронта» из школьного курса географии или вообще понятия «фронта» в его классическом значении как объединения сил двух главных героев, но и с антонимичностью и закольцованностью: такой же загадкой как труп на берегу не то овцы не то чудовища для нас является и Маша — не то плохая, не то хорошая (и вообще свое мнение по поводу главного злодея меняешь от эпизода к эпизоду, что даже придает картине налет нуарности).

    На самом же деле, Маше надо сказать спасибо. Не будь Маши, героев наверняка загрызло бы лавелю (или как там называлось это чудище?), заморозила бы Морра или сдули бы холодные севереные ветры прямо вместе с домом. А все потому, что таким отношениям, когда пустота внутри, когда даже обогревателем не устранить этот холод, пожирающий изнутри, уже ничем не помочь, а тем более привлечением в них третьего участника, который, конечно же, окажется чудовищем, а не спасением.

    26 января 2016 | 14:35

    Достаточно экзотическая для России вещь — «кинокритик снимает кино», — это первое, что приходит в голову при обсуждении «Холодного фронта» Романа Волобуева. В то время как многие, полагаю, запаслись в полной мере злорадством, чтобы едким отзывом на картину отомстить за любимого «Темного рыцаря», например, автор всех переиграл дважды: с одной стороны тем, что нанес превентивный удар «разгромной» рецензией на собственное творение (опубликованной на Медузе), а с другой — тем, что снял замечательный фильм.

    К «Холодному фронту» трудно подступиться с критикой, чтобы не сказать банальностей вроде «фильм ни о чем». Фильм умнее подобной критики и подобных замечаний: здесь подчеркнуто не происходит практически ничего, но старательно создается ощущение, что вот-вот что-то должно случиться. До самого конца «Холодный фронт» прикидывается триллером, отодвигая предполагаемую драму на второй план. Мрачноватые пейзажи и тревожная музыка, как полагается, нагнетают саспенс, сценарий то и дело подсовывает загадочных существ на берегу и «на меня кто-то смотрит», но как только хронометраж подсказывает, что ружье должно бы уже выстрелить, существо оказывается не левиафаном, а безобидной овечкой, а начавшийся было экшен разом сменяется финальными титрами.

    При должном старании можно найти, что Волобуева подводит какое-то из его чувств (стиля или вкуса, что принято упоминать), но что его не подводит однозначно, так это чувство юмора. Это действительно насквозь ироничное кино, где тонко обыгрываются многие кинематографические приемы и штампы. Уже упоминались забавная игра с жанрами, чеховское ружье, которое срабатывает издевательски правильно, но здесь вообще много деталей и ложного символизма (звучит гораздо солиднее, ага), которые превращают эту скучноватую, в общем-то, историю о том, что у девочки с мальчиком экзистенциально всё плохо, в нечто совершенно особенное, что смотрится с замиранием сердца и улыбкой одновременно.

    Особенное еще и потому, что «Холодный фронт» стоит особняком на фоне как так называемой «новой волны» российского кинематографа с её бескомпромиссным разоблачением социальных пороков, так и от невыносимо отвратительного российского мэйнстрима. Это идеально выстроенное композиционно, красиво снятое и красиво сыгранное кино, которое заслуживает гораздо большего, чем редких сеансов в нескольких кинотеатрах.

    14 января 2016 | 23:03

    Собственно, разобрать картину лучше, чем это сделал критик Роман Волобуев, у меня вряд ли получится, поэтому не стану и пытаться. Однако хочется отметить сколь ярким, показательным примером служит данная работа в понимании отличия кинокритика от кинорежиссера. Очевидно, что автор фильма необычайно насмотрен и близко знаком со стилистикой европейского авторского кино, но, при этом, не понимает, не чувствует того, что делает тот или иной почерк в режиссуре действительно авторским. Из этого проистекает множество несуразных элементов в мизансценировании, ошибок в монтаже и «провисаний» в проживании актерами своих ролей (прежде всего это относится к Александру Молочникову — актеру, определенно, интересному, но страдающему здесь от не понимания того, чем же его герой существует от сцены к сцене).

    Конечно же, режиссура понятие субъективное. Однако, чтобы не быть голословным, хочется привести как минимум один пример. На 10-й минуте фильма Илья сидит в небольшом кафе. Он поднимается из-за стола, подходит к бармену, покупает бутылку виски «на вынос». Всё это время камера наблюдает за персонажами снаружи (мы видим общий план кафе через витрину, в отражении которой проносятся автомобили). Затем Илья задает бармену какой-то вопрос (по-французски). Бармен не отвечает. Илья благодарит за выпивку и уходит.

    Для меня очевидно, что, учитывая выбранную стилистику, всю сцену, по смыслу демонстрирующую неудовлетворенность героя обыденностью жизни, его неприкаянность, необходимо снимать этим самым общим планом снаружи. Но режиссер неожиданно дает два крупных плана внутри кафе — молчащего бармена и ожидающего ответа Ильи (сам вопрос неразборчиво звучит на общем плане). Что они добавляют к мизансцене на общем плане? На мой взгляд, ровным счетом ничего.

    В итоге, хочется сказать, что фильм получился действительно красивым, но уж очень «холодным». Фильм, в котором не сюжет рождает авторский стиль и атмосферу, а наоборот — выбранная и обобщенная стилистика рождает фильм. Но не рождает смысл.

    21 февраля 2016 | 19:24

    Новый самопоглощающий российский арт-хаус Романа Волобуева открывает новые грани видения холодной жизни Франции глазами русских творцов.

    Молодая пара, Илья (Александр Молочников) и Александра (Даша Чаруша), поселились на берегу океана на севере Франции. Саша создает новое представление о распаде СССР, а Илья занимается необычным написанием недописанных книг. Их жизнь спокойна, размеренна, местами скучна — они не любят друг друга.

    Появление в картине мертвого выбросившегося на берег чудовища, является завязкой сюжета. Илья высказывается однажды, что животное утопилось именно потому что его никто не любил. Это и является ключевой мыслью всего фильма.

    Затем появляется Маша (Светлана Устинова) и жизнь молодых людей меняется. В Маше чувствуется что-то спокойно-дикое. Она умна, хладнокровна и чертовски красива. У девушки был очень сложный период жизни, о котором она так и не смогла рассказать, но мы понимаем это по ее состоянию. Маше нужен уют, покой и люди, с которыми комфортно. Маше нужен дом!

    Вообще, говоря об арт-хаусе, мы подразумевает не саму жизнь и мысль, которую имеет ввиду автор, а только идею. В этом заключается арт — зритель сам ищет смысл и жизнь фильма внутри себя.

    Побережье Франции завораживает своими видами, домик на пустынном береге подогревает воображение. Стоит посмотреть этот фильм даже ради того, чтобы на полтора часа погрузится в чарующие дали русских французов. Кино достаточно интересное, если вникать в быт и чувства этих людей, осознавать происходящее и проживать драму с ними.

    Каждому монстру нужен дом. И овце из океана, и Маше из России…

    14 июля 2016 | 13:04

    «Холодный фронт» — первый полнометражный фильм кинокритика Романа Волобуева. Богемная пара Илья (Александр Молочников) и Саша (Дарья Чаруша) венчают внутреннюю пустоту и руины своего бурно начинавшегося романа на северном берегу Франции, в отдаленном от цивилизации домике. Илья носит черную кожанку, ездит на мотоцикле и пишет книгу о книгах, которые никогда не были написаны. Саша — современный художник, носит красное платье и цинично шутит. В их мире очень холодно, вокруг только трава, ветер и море. По случайному стечению обстоятельств к паре присоединяется таинственная Маша (Светлана Устинова), то ли звершука — то ли человек, и устраивает небольшую эмоциональную встряску, но даже это ничего не меняет в героях фильма: картина — абсолютно статична. Она представляет собой групповой портрет героев, чья амплитуда изменения за весь фильм равна нулю. Создатели не выдвигают никаких проблем и, соответственно, никаких решений. «Холодный фронт» — это картина-«состояние».

    Фильм притворяется, причем искусно, за счет всевозможных кинематографических средств, то типичным триллером о молодежи в отдаленном загородном домике, где чудовище водится то ли в соседнем лесу, то ли в них самих, то психологической драмой об очень тонких чувствах и еле заметных движениях души. Причем ни в том ни другом жанре фильм, в конечном счете, не раскрывается, а так и мечется между двумя полюсами до конца хронометража. Поэтому чувства зрителя, ожидавшего чего-то совершенно определенного, будут обмануты: остается ощущение недосказанности и недоработанности, ощущение безыдейности увиденного. «Холодный фронт» — это стилизация на стилизации: стилизация под западное авторское кино, за счет колористки и статичности, стилизация то под триллер, то под драму, и даже русских под «нерусских» — герой Александра Молочникова изображен с претензией на образ типичного француза, сразу вспоминается Луи Гаррель из «Мечтателей» Бернардо Бертолуччи.

    Но я не верю, что кинокритик чего-то не доработал или чего-то не додумал, я верю, что он «издевается» намеренно. А именно над теми, кто хотел увидеть совершенно типичный продукт своего жанра, со свойственным ему событийным рядом, с прорисованными четким контуром конфликтом и смыслом, над теми, кто разучился смотреть и чувствовать, а главное — анализировать то, что чувствуешь. Ведь эта стилизация использовалась не для того, что бы увлечь сюжетную линию в рамки определенного жанра, а для того, чтобы наиболее ярко раскрыть мир героев, состояние их отношений, состояние их жизни. И этот мир, где настоящие чувства, вдохновение и развитие — атрофированы и заморожены, действительно, впоследствии, превращается немного в триллер, немного в драму (а без двойственности никак — состояние, да и жизнь вообще — не могут быть однозначными).

    А вот диалоги получились очень натуралистично и естественно, именно они являются стержнем фильма и не подвержены никакой стилизации, что еще раз доказывает — «Фронт» представляет собой именно портрет.

    Дебютная картина Романа Волобуева — это, действительно, кино «не для всех». Этот фильм высокомерен по отношению к зрителю: он изображает героев, отождествить себя с которыми сможет очень небольшая часть аудитории, он обманывает ожидание зрителя относительно зрелища, которое обещает, в нем отсутствует четко сформулированный сюжет и идея. Однако обязано ли произведение удовлетворять все эти потребности? Фильм «Холодный фронт» смело заявляет, что никому ничем не обязан, а если что — он вообще не про вас.

    8 из 10

    19 июня 2016 | 22:02

    Режиссерский дебют бывшего кинокритика «Афиши» Романа Волобуева «Холодный фронт» — кино, которое хочется сразу начать разобрать по составным частям. Буквально с первого кадра. Нормандские красоты, снятые предельно неряшливо, тревожно шелестящая трава, прекрасное, молчаливое море и играющий где-то тихо на задворках синти-поп, выдают в дебютанте человека подготовленного, имеющего определенный вкус. В центре сюжета условный любовный треугольник (без этого прилагательного не обойтись, поскольку многое в картине носит подчеркнутый характер условности, если угодно — недосказанности), состоящий из мальчика и двух девочек. Все актеры Волобуевым выбраны неслучайно — Александра Молочникова он приметил в театре, Дашу Чарушу и Светлану Устинову решил снять так, как они этого заслуживают на взгляд режиссера (в бытность кинокритиком Роман Олегович громил «Мертвых дочерей», где играла первая, а вторую и вовсе хотел реанимировать после разочаровавшего его второго «Бумера»). Эта четверка, во многом, и сделала фильм — эдакий вариант хендмейда, когда каждый участник вносит свою посильную лепту. Вроде и вещь бесполезная, но чересчур затейливо сделана. Всем им придется прожить несколько дней на стыке года на северо-востоке Франции, чтобы найти ответ на главный вопрос — есть ли у русских духовность без водки.

    Над духовностью Роман Олегович весело изгалялся печатным словом еще в рецензиях на картины Звягинцева — автора, на протяжении всей карьеры ищущего ключ, который откроет неизведанную и непознанную русскую душу. Как известно, в последней картине «Левиафан», господин Звягинцев в итоге перемешал экзистенциальную тоску, библейские притчи, власть, беспредел, измену, залив все это большим количеством водки. Волобуев про нынешнего коллегу помнит, иногда озорно подмигивая ему короткими кадрами колосящейся травы и выброшенным на берег трупом неизвестного животного (маленького левиафанчика, на поверку оказавшегося простой овцой). Кивает автор и в сторону западноевропейского арт-хауса, очевидно, вспоминая между делом Дюмона и остальных режиссеров, но уже калибром поменьше. Природа молчалива, люди напряжены, на страсть и секс здесь только намеки, тоска и экзистенциальность прорисованы слабым пунктиром.

    Разумеется, Волобуев отдает себе отчет в том, что собирает кино из устоявшихся штампов, но делает это в разы лучше, например, Андрея Стемпковского, чьего «Разносчика», специально заточенного по европейские фестивали, невозможно смотреть решительно. «Холодный фронт» на фестивали пока не берут, но отборщикам стоит присмотреться к этой картине. В то время, пока русское кино натужно ищет идею, которая объединяет наше общество, проверяя характеры русских людей в экстремальных ситуациях, Волобуев намеренно лишает своих соотечественников родного экстрима, обменяв его на мейнстрим. В его рамках герои ощутимо расслабляются, вместо водки пьют вино, совершают пробежки около моря и страдают уже от совершенно базовых человеческих инстинктов. Именно в идее вырвать русского человека, непонятного европейскому зрителю, из родного контекста, очеловечить его на западный лад и кроется самая интересная режиссерская задумка. Разумеется, зарубежная критика от такого подхода теряется, поскольку видит в своих знакомых интерьерах чужака, но который ведет себя не агрессивно, а даже как-то по свойски. Ест, пьет, спит, трахается и водку не пьет. А брат ли ты мне, думают критики и зрители? И фильм активно намекает, что русским можно доверять.

    Впрочем, Волобуев не был бы бывшим кинокритиком, если в условиях недосказанного, камерного и клаустрофобического триллера не успел отморозить финальную шутку, которая поставила все вышесказанное вверх тормашками. Его духовность и исконность приходят к персонажам внезапно, в момент, когда самое страшное и необъяснимое вроде осталось позади. Конечно, нечто подобное проделывал в своей «Родине» Петр Буслов, однако в его случае — это был скорее надрывный и неизбежный трагизм. Волобуев же привычно острит, сглаживая фильм до уровня анекдота о чужаках, которым не избежать обособленности от инородной среды. С другой стороны, сказать, что кино стоит смотреть только ради финального твиста, тоже не стоит. А стоит смотреть ради отдельных жемчужинок в виде красивых крупных планов, красивых девушек, Франции и моря. Где-то все мы уже видели по отдельности, но все вместе никогда.

    Конечно, назвать первый пробный шар Волобуева в режиссуре удачным нельзя, но любопытным точно можно. Когда несколько лет назад Павел Руминов выиграл Кинотавр с откровенно сериальным фильмом, критики еще долго свистели и улюлюкали ему в след. Но именно он, а не другие определил вектор развития российского телевидения на годы вперед. И вот уже непонятные в рамках новой российской волны Николай Хомерики, Валерия Гай-Германика и Борис Хлебников уже вовсю снимают сериалы и стучатся в экраны широкой зрительской аудитории. Понятно, что попытка Волобуева сделать арт-хаус, лишенный самого мощного козыря — русского левиафана, шаг более смелый и требующий усиленной поддержки. Понятно, что за бывшим критиком вряд ли кто-то пойдет, но это тот случай, когда безумству храбрых поем мы песню.

    14 января 2016 | 15:27

    Говорят, те, кто не умеют творить сами — занимаются критикой. Роман Волобуев заявляет обратное и делает это, на первый взгляд, крайне робко и неосновательно. Впрочем, только на первый.

    «Холодный фронт» с первых минут затягивает зрителя в неуютный, «холодный» и неприветливый мир, из которого и убежать хочется поскорее, и интересно досмотреть, чем все закончится. Это во многих смыслах европейское кино, но снятое русским критиком, с русскими талантливыми и не совсем известными актерами на фоне — опять же — нетипичных для русского кино пейзажей и мотивов.

    Казалось бы, пустота, наполняющая фильм — внешняя и внутренняя, постоянно должна давать зрителю повод заскучать или отвлечься, но не тут-то было: здесь все, как в жизни — непрерывно нарастающее ощущение, что вот-вот должно что-то произойти, но ничего так и не происходит.

    Про красоту кадров, которую не отметит только совсем бесчувственный зритель, и говорить нечего: собрав за свою довольно долгую карьеру кинокритика удивительную коллекцию примеров того, «как надо» и «как лучше не», Волобуев дает нам невероятное количество завораживающих моментов, каждый из которых хочется поставить на паузу и неторопливо рассматривать в свободное время. Но небрежность, с которой они преподносятся, лишний раз подчеркивает уверенность автора и его доверие героям, которые в этой экранной вселенной вращаются.

    Диалоги, кстати, заслуживают отдельного внимания — на протяжении фильма ни разу не возникает ощущения неестественности сказанного. Режиссер как будто подглядывает за ординарными, не очень-то приятными и отчасти отрицательными персонажами, не отпуская их от себя, но и особо не вмешиваясь. Кажется, им постоянно хочется выразить, совершить, выдать что-нибудь «крепкое», сильное и настоящее, но они как будто стесняются и от этого еще глубже погружаются в пучину однообразия, скуки и бездействия.

    Однако к концу фильма становится ясно: режиссерская нерешительность оборачивается скорее осторожностью, заранее установленной и тщательно контролируемой степенью невмешательства в происходящее на экране, что вызывает если не восторг, то уважение.

    В целом, конечно, «Холодный фронт» органично вписывается в систему координат волобуевской кинокритики — те же интонации, фразы и остроты, перешедшие с бумаги на экран (чего стоит только его собственная почти что разгромная рецензия в «медузе»). И, совершенно естественно, что «кино ни о чем» оказывается фильмом обо всем сразу.

    Отдельная благодарность Роману Олеговичу за то, что благодаря подобным фильмам фраза «современное российское кино» звучит не так удручающе.

    17 января 2016 | 14:23

    Трейлер дебютного фильма Романа Волобуева серьезно интригует, и в какой-то момент, до того, как видишь актеров, кажется, что это крутой артхаус из Европы… Сразу чувствуется атмосферность, колорит у фильма особый. И предпоказов сколько! Что пришлось кинотеатру дополнительные сеансы ставить, один из которых я посетила (23 декабря), и билеты были раскуплены на все сеансы уже за неделю. Ждала этого дня с великим нетерпением. И он настал… Это был день разочарования! Бывает так с «особыми фильмами», что впиваешься взглядом в экран с первых минут, и они не отпускают тебя ни на секунду. С этим кино, увы, такого не произошло: сосредоточиться минут 25 (из 1ч.31м!) никак не получалось. Фильм не цепляет, не увлекает, не трогает нисколько.

    Сценарий очень хлипкий, не продуманный и поверхностный: словно автор хотел показать жизнь простую и неподдельную, но не вышло. Реплики слишком разболтаны: даже в простоте должна быть уверенность. Такое ощущение, что это не сценарий серьезного фильма, а любительский рассказ. Вроде смотришь у Ивана Вырыпаева реплики героев до боли примитивные, сценарий на первый взгляд прост, но сколько смысла в нем! И понимаешь, что в этом и состояла цель. Во «…фронте», видимо, ставка была на то же, но глубины не вышло.

    Операторская работа очень понравилась, пожалуй, этот факт единственный, который остается неизменным после просмотра трейлера и фильма. Хмурая тональность природы Нормандии завораживает, характерная тряска добавляют естественности, но в хороших российских картинах это не новость, а норма.

    Актерская работа достаточно хорошая и чистая, но не превосходна. Возможно это проблема фильма в целом, что он не впечатляет.

    А развязка просто шокировала. И это пожалуй единственный момент в фильме, который может отвечать заявленному жанру триллера. Но после всего этого долгого, мутного и затянутого повествования задаешься вопросом: зачем тут все это? Ради чего или кого фильм. После просмотра ощущение разочарованности и недопонимания.

    По окончании сеанса истинно хорошего кино люди продолжают сидеть в зале, и кто-то скромно начинает апплодировать, и эта волна захлестывает зрителей, будто люди забывают, что они не в театре. А потом выходят из зала кто в онемении, кто с лицом неподдельного удовольствия. Но по окончании «Холодного фронта», окинув зрителей, я увидела отсутствие эмоций на лицах, они мерно собирались уходить… Повисла учтивая тишина. Меня удивило, что у всего числа людей (огромного для первого сеанса, учитывая ажиотаж, с которым были раскуплены все билеты), как у одного было на лицах непонимание, хотя все понимали, на какой фильм они идут.

    Казалось бы, для кого, как не для зрителей снимать фильм, но сюжет «Холодного фронта», видимо, понятен только автору. Фильм не удался для зрителя, имею в виду того, процент которого и так очень мал (около 20 000 по оценке автора). «Наверное, надо и такую аудиторию любить». А ведь «пришли» не одно и то же, что «понравилось».

    3 из 10

    15 января 2016 | 00:13

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>