Сон ли это? Нет, не сон.
'Я, должно быть, нездоров. Сон ли это? Нет, не сон'
Я всегда знала, что Хармсу уже давно показывали разное артхаусное кино где-то в параллельной рыбьей вселенной, где он смотрел его с разумными креветками и другими хладнокровными на VHS-кассетах. Они научили его своей рыбьей логике, которая обычному человеку ещё недоступна.
'Я, должно быть, нездоров?' на протяжении всего фильма вертелось у меня в голове, особенно когда я с наслаждением рассматривала, как мокрые грязные мужики с озадаченными крупными лицами полфильма потрошат рыбу.
«Роза Невады» — это очень странное кино, которое ввело меня в паралич сна. Хочешь выйти и не можешь. Хочешь что-то промотать и залипаешь. Не получается всё это странносолёное забыть.
Вопросов будет много. Не тешьте себя тем, что получится найти какое-то логичное объяснение всему происходящему на экране. Автор сам сказал, что — нет. Нет свидетелей, переживших путешествие во времени, поэтому логику выстраивайте сами. Главное, не отступаем от своих правил и продолжаем держать в голове Хармса: 'Это ушло в это, а то ушло в то, и нам неоткуда выйти и некуда прийти'.
В интервью режиссёр признаётся, что это сценарий, который он не собирался писать, идею нужно было придумать на ходу, а концовки — это не та проблема, которую ему обычно приходится решать.
Как будто бы совсем не помог… Или разом облегчил все наши страдания, позволив отдаться исключительно чувственному ностальгическому забвению.
И всё-таки подмалёвок нам оставлен хороший:
'Ветер дул. Текла вода. Пели птицы. Шли года.'
В порту маленькой рыбацкой деревушки возникает пустое судно, 30 лет назад исчезнувшее в тумане с двумя рыбаками на борту. Есть два героя, которые судьбою призваны совершить рокировку с пропавшими моряками. И вот они вновь выходят за рыбьим уловом на лодке 'Роза Невады' в это море забвения. Конечно, по возвращении обнаруживая, что вернулись в тот же городок, на 30 лет назад отмотав события.
И несмотря на порой раздражающие, странные иносказательные диалоги с обрывочными фразами (так мы разговариваем, когда смотрим в одну точку), перед нами очень атмосферное кино о петле времени.
Я как художник была заворожена этой рыбацкой эстетикой, сочными цветами и крупными кадрами, снятыми на 16-миллиметровую плёнку кинокамеры Bolex. У неё есть специфика, можно снять кадры не более 20-30 сек. Звук также накладывался отдельно, что создаёт какой-то потусторонний отражающийся эхо-эффект. У фильма атмосферный эмбиент саундтрек, как будто записанный на аналоговом синтезаторе SOMA LYRA.
Пожалуй, надо бы пожать руку режиссёру Марку Дженкину, который всё сварганил сам. Сам придумал, сам снял, сам смонтировал.