всё о любом фильме:

Забавные игры

Funny Games
год
страна
слоган«Ein Alptraum»
режиссерМихаэль Ханеке
сценарийМихаэль Ханеке
продюсерФайт Хайдушка
операторЮрген Юргес
композитор-
художникКристоф Кантер, Лизи Кристл
монтажАндреас Прохаска
жанр ужасы, триллер, драма, криминал, ... слова
зрители
Франция  57.9 тыс.,    Германия  47.1 тыс.,    Испания  32 тыс., ...
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время108 мин. / 01:48
Номинации:
В свой загородный дом на живописном озере приезжает муж, жена и 10-летний сын. К ним приходят два молодых парня, представившимися гостями соседей. У обоих на руках белые перчатки. Молодые люди решили позабавиться. Они убили собаку… и предложили хозяевам пари…
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
63%
17 + 10 = 27
6.7
в России
1 + 0 = 1
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • В сцене, когда преступники первый раз уходят, зрители видят один дубль (без монтажных склеек) продолжительностью более 10 минут.
    • Во время премьеры на Каннском фестивале на билетах были сделаны специальные красные наклейки, предупреждающие, что публику ждет что-то по-настоящему жуткое.
    • Пауль произносит фразу «мы ещё не достигли даже стандартной длины полнометражного фильма» ровно на 90-ой минуте картины.
    • Ульрих Мюэ и Сюзанна Лотар, играющие супругов в «Забавных играх», были женаты и в реальной жизни.
    • По словам Михаэля Ханеке сначала он планировал написать небольшое эссе о насилии в СМИ, а затем эта идея подтолкнула его к созданию полнометражного фильма.
    • еще 2 факта
    Трейлер 01:08

    файл добавилAnya

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 9.0/10
    Фильм «Странные игры» уже немолодого (55-летнего) австрийского режиссёра Михаэля Ханеке, который неожиданно заявил о себе лишь в 90-е годы («Седьмой континент», «Видео Бенни» и вышеназванная лента), был выпущен под названием «Забавные игры» на российский экран фирмой «Кармен» в пакете арт-хаусных картин (раньше мы сказали бы — «трудных» или киноклубовских) вслед за «Фейерверком» японца Такэси Китано. Оба произведения жестоки и способны смутить тех, кто негодует по поводу насилия на экране, которое якобы выплёскивается уже за его пределы и настигает нас в реальной жизни. Мы привыкли всё ставить с ног на голову — и винить в жестокости и безнравственности что или кого угодно (кино, телевидение, видео, общество, правительство, институты власти, отдельные группы населения, соседа и любого ближнего своего), но только не самого себя! (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 33 поста в Блогосфере>

    ещё случайные

    На данный момент меня переполняет отвращение к данному фильму. Возможно, он и оценен довольно-таки хорошо зрителями и кинокритиками, но точно уж не мной.

    Семейная пара приезжает на семейный отдых в свой загородный дом. Все в порядке… Утопичная картина американской семьи. Добрые соседи, замечательные друзья, дом, собака, яхта. Но вот не все так безупречно и чисто как нам кажется на первый взгляд. Молодые люди, представившиеся помощниками своих соседей буквально «завербовывают» дом и тут то и начинаются забавные игры. Игры жестокости, морали, лицемерия… Незачем расписывать фильм, зритель сам все узнает.

    Мне было не всегда понятно, что хотят своей игрой передать актеры… Глупость действий, мыслей заставили меня содрогнуться. Ведь такого безразличия ко многим вещам я никогда не наблюдал. Возможно, многие меня не поймут… Но это их проблемы, я считаю. Этот фильм войдет в десятку фильмов, которые я называю: «Антимораль». И займет там одно из первых мест.

    История молодых людей так до конца и не раскрыта. Ну, она была немного рассказана. Но она была так представлена, что без стакана и не разберешь… А с другой стороны, к этому придираться не стоит. Ведь преступник человек коварный, хитрый. И ложь, иллюзии-это его конек… В фильме даже видно, как два заядлых игрока с помощью некоторых пауз пытались вести игру и параллельно с нами. Впрочем, у них это получилось!

    Вот что касается операторской и художественной работы в целом, то в ней есть нечто новое. Того, чего раньше не было. В этом есть плюс. Идея хороша, но постановка сыровата. Не раскрылся фильм до своего предела. Можно было и лучше.

    «Три главные составные части фильма: сценарий, сценарий и еще раз сценарий» — Стивен Спилберг

    25 ноября 2012 | 21:45

    Дом у озера, зеленый двор, полупрозрачная дверь. Тук-тук. Кто там? Старые друзья: ультранасилие, садизм, мертвая мораль. Заводите апельсины, начинаем. Убитая собака — сродни мертвой кошке из первых кадров «Короткого фильма об убийстве». Дорожное начало — сродни завязке в «Соломенных псах» Сэма Пекинпы. Интеллигентная семья, классическая музыка, планы на небольшой отпуск среди лугов и озёр, который будет омрачен, хотя точнее сказать — обагрен. Но фильм с Хоффманом делал настоящий ковбой, веривший в мужественность, самообладание и внутренний стержень. «Забавные игры» были сняты бескомпромиссным европейским гуманистом, верящим в очищение через страдание. Зритель почувствует разницу уже на самых первых минутах — необъяснимая боль в глазах и стук в ушах. Это ханекевские психологические иглы, постарайтесь не обращать внимания.

    Хотя, по началу, не обращать внимания на манипулятивные действия режиссера со зрителем очень несложно — на то они и манипулятивные. До того как власть возьмут неприкрытые творческие издевательства, править бал будет великолепно действенные художественные детали немецкого режиссера. Острый нож. Разбитые в склизкую жижу сырые яйца. Главная героиня равномерно отрезает куски темно-красной говядины. Утрированная хэви-метал песня. Зритель успеет почувствовать, но не успеет понять умом, от чего у него возникает инстинктивное отторжение бытовых сцен в антураже солнечной Австрии. Когда насилие будет «высказано вслух», станет легче, но не надолго. Главная леденящая душу особенность фильма в том, что психологическая жуть не получает эмоционального или физического выплеска и не принимает характер резни, а лишь бережно аккумулируется прямиком в фэйд-аут финальных титров. Зритель многого не понимает в местной системе координат и от этого испытывает вполне объяснимый страх.

    А ведь главный ключ от большинства загадок и странностей «Забавных игр» кроется в несложном определении «фильм-гипербола». Утрированная жестокость наполняет это кино из-за того, что это картина о физическом насилии от человека, который, по его же собственным словам, очень боится физического насилия. Все мы знаем какие у страха глаза, поэтому здесь жестокость одних и беспомощность других принимает характер крайности. Эта самая тотальная гипербола и работает на то, что делает «Забавные игры» «фильмом-высказыванием». Сначала Михаэль Ханеке хотел просто написать эссе на тему насилия в СМИ, а в итоге снял «Игры»: по публицистической силе просто разрушительные и с форматом «эссе» в этом плане несравнимые, даже несмотря на выдающийся ум и умение складно излагать мысли. И в культурологическом и психологическом планах, «Забавные игры» — бездонный колодец, из которого, тем не менее, можно вытащить несколько главных мыслей о насилии в медиа и искусстве, благо, поясняющую статью Ханеке все-таки написал. Одна из самых интересных мыслей этой работы в том, что массового зрителя экранная жестокость может привлечь лишь при трех условиях: отдаленность от реальной зрительской жизни, иллюзия справедливости насилия или ироничная подача. Хотя для того, чтобы схема работала хватает лишь соблюдения одного, на ум сразу приходят эталонные образцы киношной жестокости, содержащие все три. Боксер Бутч рубит извращенца Зеда самурайским мечом — комичная, далекая от жизненных ситуаций сцена, где торжествует справедливость. В итоге: абсолютное комбо и один из самых стильных моментов кровопролития в истории кино.

    Но мы сейчас все-таки не о Тарантино. Дело в том, что «Забавные игры» — тоже подобного рода комбинация, но выполненная с точностью до наоборот: это сравнительно приближенное к жизни и абсолютно серьезное кино о максимально несправедливой и необоснованной жестокости. Единственный ответ зла на вопрос «Зачем?» это «Warum nicht?», что, вполне логично, конечно, но есть нюансы. В результате — полное отторжение увиденного организмом зрителя и отсутствие даже инстинктивного удовольствия. «Игры» — один из самых психологически невыносимых фильмов из когда-либо снятых — сделан нарочито жестоким, чтобы показать неприемлемость эстетизации экранного насилия. Уж где-где, а в этом случае получить удовольствие от происходящего практически невозможно. После того, как издевательства поданы столь непривлекательным образом, условно склонная к насилию молодежь скорее будет рыдать кровавыми слезами, чем тут же захочет кого-нибудь унизить. И эта отвратительность физического доминирования делает «Игры» единственным в своем роде фильмом. Ведь, по большому счету, в треклятом динамично развивающемся медиамире, игра на первобытных инстинктах давно стала товаром. По Ханеке, здесь нет камня преткновения — латентное насилие буквально во всем. Не зря самая душераздирающая сцена «Забавных игр» спрятана за кадром включенного телевизора — и не с фильмом ужасов на экране, а с обыкновенными автогонками. Безобидными автогонками. Мирными автогонками. Чудовищными, агрессивными автогонками с невыносимым шумом и жуткой гигантоманией. Ханеке — в той же степени искусный психолог, сколь и искусный психиатр.

    Хотя зритель и не любит громкие ярлыки и с носителей таковых спрос тройной, «Забавным играм» невероятно подходит характеристика «фильм-шедевр», учитывая всю холодную отстраненность этого слова. Здесь есть идеальная выверенность кинокомпонентов, обусловленная немецко-австрийской педантичностью режиссера, огромный спектр художественных приемов, обусловленный талантом работавших над картиной и, что самое важное, есть оголенный нерв в предсмертной агонии, обусловленный всем вместе. Это то кино, которое может мало кому в здравом уме сердечно полюбиться, но объективно, это произведение настолько художественно чистое (прямо как белые перчатки незваных гостей), что трогать его грязными руками своего восприятия даже как-то совестно. Классик нашего времени Ханеке верит в то, что идиллии в реальной жизни можно достигнуть исключительно с помощью кровопускания в искусстве, а настоящего очищения и полуторачасового катарсиса — только через болезненное иглоукалывание. «Игры» — это кино к зрителю столь беспощадное, что здесь, если добро начинает побеждать зло, у вторых есть кнопка «продолжить с последнего сохранения», в то время как у первых таковой нет. Раскалывается общая зрительская голова, метафорические кошки разрывают душу общества в клочья, а по центральной нервной системе современного искусства проходит болезненный импульс. И все это исключительно радует. Ведь если что-то болит — значит оно еще живо.

    2 мая 2014 | 13:23

    Стоп!!!

    Забавные игры (я люблю этот фильм)

    Безумный австрийский режиссер Михаэль Ханеке может собой уже давно гордится. После этого фильма он мог вообще ничего не снимать, и все равно он был бы культовой личностью. Перед нами, возможно, самый известный фильм Ханеке. К сожалению, этот фильм люди сделали мейнстримом. Да и сам Ханеке был виноват, когда начал снимать покадровый римейк этого фильма с участием популярных звезд. Ну, это уже другая история.

    Этот фильм наделал очень много шума на разных фестивалях и нужно сказать, что абсолютно заслуженно его наградили разными призами. Перед тем как смотреть этот фильм нужно знать, что это вообще не фильм. А что это? Для меня это своеобразная реальность, которая разговаривает со мной. Если вы будете смотреть внимательно этот фильм, то вы поймете, что герои этого фильма разговаривают именно с вами. Этот фильм общается со своим зрителем.

    Это очень жестокий и грубый фильм. Но когда один из героев спросит именно у вас прямо в камеру — Зачем вы это смотрите? Я думаю, что вы найдете этот ужасный ответ. Мы просто погрязли в насилии. И я нашел для себя свой ответ. Почему я смотрел этот фильм? Потому что я люблю смотреть на насилие и жестокость. Звучит это все очень грустно, а финал этого фильма только подтверждает мои слова. Я просто люблю это делать.

    Ханеке просто щелкнул по носу этим фильмом, и все сразу задумались, в каком страшном мире мы живем. Мы смотрим жестокость, и мы обязательно будем ее перематывать и снова ее смотреть. Даже когда у героев этого фильма появляется шанс, мы снова хотим чтобы они страдали, поэтому один из злодеев говорит самую важную фразу этого фильма. Он говорит — Стоп! А потом берет пульт, и мы снова смотрим…

    Главное — это действительно вовремя остановится. А в конце, я бы хотел вам посоветовать не думать об этом фильме, просто подумайте о своей жизни. Я думаю, Михаэль Ханеке только обрадуется такому раскладу. Вот тебе и забавные игры…

    Спасибо.

    10 из 10

    4 июля 2010 | 15:47

    «Забавные игры» — редкий тип художественных фильмов, подходящих под описание по-настоящему шокирующих. Он на удивление легко воздействует на зрителя, — но как! — в правильных пропорциях сочетая нашу обыденность и нашу жестоксть. Это ведь так естественно ответить помощью соседу, не ожидая худшего поворота событий. Это же так буднично — попасть в переплёт, думая, что твоя жизнь в твоих руках… В нашем жестоком мире никто не застрахован от того, что в ближайший час придётся узнать получше таких же «вежливых» молодых людей.

    Постановка настолько великолепна, что буквально с первой секунды, когда мы видим едущий автомобиль, до последней, когда уже под напором душераздирающих сцен забываешь все странности, увиденные до начала главного действа, — оторваться невозможно. Интересный приём диалога с кинозрителем помимо очевидного дополнительного эмоционального воздействия, ещё сильнее даёт понять ненормальность происходящего.

    При всех достоинствах «Забавных игр» очень трудно сказать, что фильм понравился. От него становится очень тяжело и хочется побыстрее отвлечься. Но он заслуживает хотя бы 

    7 из 10

    26 декабря 2010 | 17:31

    Давно уже в моей душе борются две любови. Михаэль Ханеке и Кристоф Оноре. Абсолютно разные, но оба гениальные. Ханеке, правда чуточку гениальнее, но не такой душевный. Его фильмы вообще душевными назвать язык не поворачивается. Потрясающий сценарист и режиссер, человек, имеющий на все свое оригинальное жесткое мнение. Кино Ханеке для сугубо подготовленного зрителя. Австрийский моралист не терпит плоских и однозначных подходов, снимает редко, но уж если это происходит, можно быть уверенным, нас ожидает очередная порция жестокой правды об окружающем мире. Михаэль Ханеке не приемлет политической проституции, за что его изгнали из Австрии. Переехав во Францию, прославленный постановщик и здесь не удержался, чтобы не ударить по яицам новую родину в фильме «Скрытое».

    «Забавные игры» — фактически начало фантастической карьеры Ханеке. Фильм, брызжащий ядом и желчью в адрес американского кинематографа, общества потребления и социальной системы, воспитывающих все новых и новых дегенератов. Можно сказать, что Ханеке пытался экстрагировать истинное Зло, и продемонстрировать его как можно более отстраненнее. Холодными мазками, используя за основу американские трэш-хорроры о маньяках, он ударяется в карикатуру, непостижимым образом создавая по-настоящему страшное зрелище. Ведь убивают так, с отсутствием эмоций и завидным энтузиазмом.

    Маленькая немецкая семья приезжает на отдых в загородный дом, встречает двух обалдуев, которые берут их в заложники и предлагают дожить им до утра. Забавные игры начинаются. Для среднего зрителя здесь найдется сюжетная канва, когда героиня бежит, усталая и истерзанная, а злые маньяки несутся за ней с ножом. И ноги здесь подворачивают, и крови много, но «Забавные игры» — не ужастик на заданную тему, это нечто большее. В роли мамы, папы и сына — буржуазное общество, благополучное и равнодушное ко всяким проявлениям жизни. Актеров словно специально подбирали по критерию как можно более скучное лицо, что не нашло отражение в американском римейке, снятым также Ханеке, где в роли матери вполне симпатичная Наоми Уотс. Но видимо Михаэль не хотел перегревать сознание американцев излишней смысловой замороченностью.

    В роли маньяков — придурковатые юнцы, насмотревшиеся американских сериалов вроде Бивиса и Батхеда, да они даже называют друг друга также, и так же дебильно хохочут. В этом месте приемы Ханеке нахлестываются на приемы и основные темы творчества другой австрийской интеллектуальной звезды — лаурета Нобелевской премии по литературе Эльфриды Елинек, с которой позже Ханеке сработался над абсолютно гениальным фильмом «Пианистка». В своих книгах «Михаэль», «Мы пестрые бабочки, детка!» и многих других Елинек теми же приемами, абсурдистским насилием, демонстрирует, как телевидение убивает человека, корежит и насилует его сознание, превращая нас в рабов и подстегивая фашистские настроения. Именно эту кинемотаграфичность и демонтирует режиссер, отматывая пленку назад, когда героиня Сюзанны Лотар убивает одного из бандитов. Уж если режиссер «на стороне» зла, то бежать уже некуда, однако по законам жанра жертвы бегут, спасаются и принимают все условия забавных игр, кои не такие уж и страшные.

    Опровергая все законы жанра, Ханеке истребляет жертв по считалке. Бесбашенный и одновременно лишенный динамичного действия, «Забавные игры» постулируют, что насилие неизбежно, что Бивис и Батхед проникают в сознание людей и творят исподволь страшные дела, что спасение — вещь эфемерная… По-настоящему злой фильм от главного мизантропа современности. Рискнув раскрыть природу зла, Михаэль Ханеке кажется подобрался очень близко, правда спустя десять лет коммерционный ажиотаж настиг и его. В попытке обрести популярность в США, на дегенаритзм которого Ханеке намекает в Забавных играх», он переснимает свой фильм, но успех, по сравнению с голливудскими аналогами, не имеет.

    10 из 10

    28 июня 2010 | 23:07

    Михаэль Ханеке продолжает дело, начатое братьями Люмьер, и представляет фильм, идея для которого возникла из личного эссе Ханеке «Насилие и СМИ». Подобный источник вдохновения для киносценария вызывает настороженность, так как вероятнее всего стоит ожидать от фильма социальную окраску. Что же представляет собой фильм Ханеке «Забавные игры»? Как драматург, психолог и философ в одном лице режиссер демонстрирует фильм-эксперимент.

    Сюжет фильма рассматривается как увеличенное серое звено цепной реакции насилия. Семья Шобер — Георг, Анна и их сын Джорджи — выезжает на отдых в загородный дом. Ничто не беспокоит семью до появления двух «любезных» юношей — Пауля и Питера, которые переворачивают все представления о семейных ценностях и моделируют концлагерь в стенах загородного дома.

    Предтитровая экспозиция, как и должно быть, скрывает интригу фильма; она представляет столкновение божественного и демонического, небесного и низменного, две основополагающие грани жизни, чрезмерно обожаемые Ханеке. Далее режиссер приступает к нарушению правил и прилагает для этого все свои знания кинематографа. Притом герой фильма Пауль не хуже Ханеке знаком с правилами жанров кинематографа и их нарушением.

    Сюжет фильма с момента начала «странных игр» с семьей Шобер и до их окончания можно условно разделить на три части с позиции аудиовизуального восприятия. Первая часть строится на подавлении психологии семьи посредством любезного искуса на грани унижения. Промежуточная часть фактически начинается с материализации «микронасилия» со стороны Георга как реакции на вербальное унижение. В этой части появляется драматургическая составляющая, которая достигает кульминации в последней условной части, демонстрирующей сцены убийства — конечную стадию насилия.

    Задача Ханеке заключалась в наибольшем погружении зрителя в происходящее на экране, чтобы обратить внимание на изображаемую тему, и он прибегает к эксперименту, что с другой стороны является риском. Для этого Ханеке пытается соединить два пространства — игровое и реальное, использует он и прием aside (обращение героя к зрителю), через который подчеркивает безучастность зрителя, живущего по правилам стандартного развития сюжета жанров кинематографа, и вводит нейтрально-жалостливое отношение к героям.

    Безусловно, эксперимент Ханеке отсылает к фильму А. Хичкока «Веревка», в котором двое интеллигентных, не внушающих ужаса юношей воплощают на деле то, чем руководствовался Раскольников у Ф. Достоевского. Но если Хичкок экспериментально объединил две реальности с помощью съемки в реальном времени, то Ханеке почему-то отверг этот ход и использовал статичность кадра наряду с нарушением времени и пространства. В связи с этим Ханеке не избежал атмосферы театральности в кадре.

    По исследованию причин возникновения насилия, фильм «Забавные игры» отсылает к фильму С. Кубрика «Заводной апельсин», но проигрывает ему в художественной эстетике, которая повредила бы кадру мастера «сухой утилитарности», М. Ханеке.

    Представляет интерес сцена преследования Паулем убегающего Джорджи. В этой сцене звучит саундтрек и то по принуждению Пауля, который включает музыкальный проигрыватель. Хардрок усиливает впечатление ночного детского кошмара, в котором маленький Джорджи, зажавшийся в углу, отпугивает от себя нечисть трясущимся дулом охотничьего ружья. Но кошмар завладевает разумом Ханеке и он шокирует зрителя убийством Джорджи. Использовать смерть ребенка в кинематографе — это последний вариант, к которому может обратиться режиссер. Хичкок ни раз сожалел, что применил этот вариант в «Саботаже». Наиболее оправдано показать смерть ребенка получилось у Триера в «Мандерлей» — ребенок погибает из-за долгой неизлечимой болезни.

    Помимо насилия, выплескивающегося с экранов, в фильме показана тема беспомощности и безысходности интеллигентной семьи в экстремальной ситуации. Иногда эта безысходность доходит до абсурда и вызывает у зрителя неоднозначную реакцию перегруженности.

    Последними штрихами Ханеке еще больше озлобляет зрителя, сталкивает его с насилием лицом к лицу — Пауль спасает своего сообщника посредством киномонтажа, он властен над временем фильма и знает, что «Забавные игры» смотрят зрители, и заявляет с экрана — «Нереальный мир реален… его можно увидеть в кино». Звук пропадает и полное молчание сопровождает финальные красные титры на белом фоне.

    Игра актеров оставляет желать лучшего, но возникает желание посмотреть фильм «Жизнь Других», чтобы оценить рост игры Ульриха Мюэ до «оскароносности». Также к недостаткам фильма относится плохая работа со светом, что сказалось на цветовом решении фильма, особенно при съемках в доме. Всё это указывает на работу режиссера, но «Забавные игры» — авторский стиль и Ханеке уделил огромное внимание фильму-эксперименту, например, обыграл значения предметов в жизни людей — клюшка для гольфа становится предметом, воплощающим насилие, а нож, наоборот, не может быть полезным как средство самообороны.

    Итог: перегруженность фильма и неоднозначная реакция после просмотра.

    Интересный факт: пересматривая фильм, точно появится желание отсрочить появление Пауля и Питера в доме семьи Шобер.

    5 из 10

    19 августа 2009 | 21:40

    Состоятельная австрийская семья — муж, жена и 11-летний сын — приезжают на выходные в свой загородный дом. Но в первый же день они становятся заложниками двух субтильных и с виду безобидных юношей, которые заходят в гости под предлогом одолжиться по-соседски парой яиц для приготовления омлета. Хозяева далеко не сразу начинают понимать и еще долго не хотят верить, что всё более вызывающее и нагловатое поведение непрошеных гостей способно перерасти во что-то серьёзное…

    В отличие от большинства триллеров, где насилие является следствием либо общественных пороков, либо скрытых комплексов злодеев, Ханеке представил ситуацию, когда обычные люди сталкиваются с аномальной жестокостью, у которой нет никаких обоснований. Даже тот факт, что юные фашисты называют себя Бивисом и Бадхедом — именами двух отвязных рисованных персонажей канала MTV, — еще не повод думать, что главным виновником случившегося режиссер считает тотальную экспансию телевидения.

    Даже вне жанровой условности непрошеные гости этой гиперреалистичной драмы выглядят почти инфернальными персонажами, носителями некоего абсолютного зла, от которого нельзя никак защититься, поскольку оно возникает на ровном месте и не дает ни единого шанса встретить его во всеоружии. Этот фильм можно воспринимать как тест: он не позволяет остаться вне игры и невольно провоцирует на отождествление. Вопрос только с кем: жертвами или палачами?

    «Забавные игры» можно назвать весомым ответом с родины Кафки и Гитлера на охватившую мир тотальную моду на кино a la Тарантино, превратившего насилие в комикс. Ханеке удалось создать одну из самых сильнодействующих провокаций на тему «Ад — это мы». Но в отличие от транквилизаторов, сделанных в Голливуде, здесь отсутствует привычная уступка потребителю в виде обязательного хэппи-энда. Поэтому даже искушенной публике, собравшейся на премьерный показ Funny Games на Каннском фестивале, к билетам прилагалось предупреждение о непереносимых сценах насилия.

    Хотя если разобраться, то в мировом кино были ужасы и зверства и пострашнее, и кровавее. Но «парадокс Ханеке» как раз и заключается в том, что избранный им холодный и почти протокольный стиль крайне болезненно воздействует на подсознание зрителя, не способного защититься от его иррациональной природы, лишенной привычного истолкования. Не случайно в Канне эту ленту назвали «эмблемой экранного насилия», радикально переосмыслившей психологию зла.

    6 сентября 2012 | 20:43

    «Забавные игры» я давно смотрел отрывочно, в детстве ещё. Сейчас пересмотрел повторно. Понравилось. «Заводно-Апелисиновский» кино-язык Кубрика использован очень кстати. Очень хорошая и меткая пародия на всё современное мировое кино. Эпизод с перемоткой фильма в самом фильме говорит сам за себя. Жалко, что он не взял Канны. Жалко. Особенно момент с яйцами: такая бестактность, что аж стыдно стало за парня перед главной героиней. Гротескные ублюдки. Жестокие насмешливые подонки. Чёрный юмор переходящий в чернушный сарказм мне лично всегда был по вкусу. Адекватный трэш залог хорошего триллера. Я довольный.

    А если серьёзно, то масштаб «Забавных игр» выходит далеко за рамки обычного триллера. Это насмешка над обществом как таковым. Эти мерзавцы тыкают своих жертв лицами в их же этические нормы и семейные ценности, доводя с помощью иронии и сарказма их суть до полного абсурда и нелепости. Эта нарочито наигранная вежливость, обходительность, псевдо-культурность лишь представляет собой пресловутую «кьеркегоровскую» иронию, цель которой лишь показать во всей красе глупость и дурацкость оных морально-нравственных сентенций и разрушить фактуру, обнажить действительность природы данной системы с помощью её же штампов, только поданных под своим же намеренно сконцентрированным соусом и гиперболизированным посылом. Другими словами, язвительно изобличить данную систему ценностей в своей несуразности на усиленном контрасте между подразумеваемом и выражаемом.

    3 марта 2010 | 22:17

    Ахтунг 1997 года! Психологически неуравновешенная история, которая начинается и заканчивается яйцами. Также она содержит ряд пикантных сцен, наполненных бессмысленным насилием.

    Собственно говоря, никаких других сцен там больше и нет. Дело даже не в том, что где-то в районе окровавленного телевизора в самый раз не мешало бы бросить публике титры. Дело в трагедии, когда её вовремя не остановить. Ведь желание сделать себе бутерброды и перекусить, пока за стенкой раздаются адские крики, впечатляет гораздо больше, чем сушить феном телефон на кухне, жадно жуя хлеб, или бегать ночью в чудном безразмерном наряде, кроссовках, и с кусачками в руке по пустынной улице.

    Скорее всего, это тоже элементы игры, и Ханеке даже кое в чём прав, обнажая бессилие человека в игре, перед которой у него нет выбора. Мало того, он пытается втянуть в это зрителя. Но всё равно по ходу определённо появляется уверенность в том, что во второй раз этот фильм я смотреть не буду. Хотя бы для того, чтобы не бояться людей в белых перчатках. Хирургов, например…

    4 февраля 2008 | 21:30

    Один известный маньяк после поимки как-то признавался: «В момент агонии своей очередной жертвы, я всем своим существом ощущал полноту бытия… путём чужих страданий я обретал своё «Я». Конечно, два отморозка из фильма руководствовались куда менее «возвышенной» философией, для них это скорее игра. Но корни этой игры, на мой взгляд, именно в этом желании обрести таким образом индивидуальность. Примечательно, что Ханеке не показывает никакой предыстории из жизни этой парочки, умышленно не давая ответа на вопрос: откуда берутся такие исчадия ада? Этот ответ он даст в «Белой ленте». Как мне кажется, помимо прочего «Забавные игры» — это и фильм-страшилка для рядового западного обывателя. Мол, смотрите, в нашем благополучном европейском укладе жизни возможен такой ужас, насилие притаилось за углом и никто не в безопасности. Сытая и вальяжная публика предсказуемо наивно отреагировала на эту провокацию: фильм немедленно был объявлен скандальным, а его идея — возмутительной.

    Короткая сюжетная справка для тех, кто не видел: в гости к благополучной бюргерской семье пришёл неизвестный молодой человек в белых перчатках. Представившись родственником соседей, он от их имени попросил 4 яйца. Получив требуемое, он тут же их «случайно» разбил. И уже более нагло потребовал дать ему ещё столько же. Через некоторое время, к нему присоединился его друг — такой же молодой и наглый фрукт в белых перчатках. Бытовое недоразумение постепенно переросло в серьёзный конфликт, по ходу которого семья оказалась в заложниках у двух незнакомцев, для которых (это выясняется по ходу) всё происходящее — всего лишь игра. Со своей прелюдией и неизбежным концом. Важный элемент игры — моральное унижение ни в чём неповинных людей, среди которых находится и ребёнок. Садисты играют со своими жертвами как кошка с мышью, подпитывая в них надежду на спасение. Особенных причин мучить людей у них нет: им это просто нравится, это весело.

    Фильм интересен, конечно, не сценами бессмысленного насилия, а той игрой, которую ведет режиссёр со зрителями. Периодически главный негодяй нагло ухмыляется прямо в камеру, обращаясь к зрителю: мол, ну как вам? Правда здорово? На кого вы поставите? Думаете, они спасутся? Этот эпатирующий приём — не просто новаторская «фишка», а ключевой момент фильма: после первого же подмигивания в камеру становится ясно, что никакой интриги в фильме не будет, а коль скоро это так, то продолжая смотреть дальше, зритель становится соучастником этого отвратительного действа. Ловко! Оказывается, пока два мерзавца на экране играют со своими жертвами, вне экрана Ханеке ведёт такие же «забавные игры» со зрителем. «Правда, вам нравится смотреть на чужие мучения? Вы их не просто одобряете, а уже втайне примеряете на себя роли мучителей, иначе зачем продолжаете смотреть?» — вот что, усмехаясь, говорит режиссёр своему зрителю. Апофеозом этого откровенного стёба стала сцена с перемоткой действия назад, после того, как одного из бандитов убивают. Это уже не насмешка, а открытый наглый хохот над глупеньким зрителем, только было начавшим радоваться справедливому возмездию.

    С чем же связана такая бесцеремонность Ханеке? Многими своими работами он доказал, что является серьёзным, думающим режиссёром, а не просто шутником. Так в чём же дело?

    А дело скорее всего в том, что средний обыватель, по мнению Ханеке, зажрался. Именно так: зажрался. Он превратился в бездумного потребителя, для которого жестокость — такой же продукт потребления, как и всё остальное. Что значит посмотреть триллер или фильм ужасов? По Ханеке это значит — смаковать насилие. Ну а раз зритель хочет насилия — нате, получайте! В этом смысле два друга в белых перчатках — это проекция массового спроса на насилие в кино. По сути, это два зрителя-потребителя такой продукции. А все возмущённые оханья — просто ханжество, нежелание зрителя посмотреть в глаза правде: это ОН издевается, избивает, стреляет, мучает, а не два великолепных актера, которые в жизни, я уверен, — милейшие парни. Должен признать, после фильма меня посетили угрызения совести, что, по-моему, является хорошим признаком. Значит, Ханеке действительно что-то такое нащупал. Вот и спасибо ему за это.

    P.S. белые перчатки, которые носили два злодея, — это маска. Альтер-эго, другое «Я», которым не можешь, но мечтаешь стать. Это своего рода карнавальный атрибут, ведь анонимность («кожа закрыта, значит я как бы ничего и не делал, не прикасался, это не я») дарит свободу, в том числе и свободу быть зверем. Позже этот немецкий исследователь жестокости использует похожий атрибут в «Белой ленте», но уже в другом значении. Кстати, в восточной культуре белый — цвет смерти.

    За постановку — 8

    За идею — 10

    За смелость назвать зрителя «болваном» — 10

    Советую всем посмотреть именно эту оригинальную немецкую версию, а не американский ремейк.

    24 октября 2010 | 04:35

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>