Фотоувеличение

Blowup
год
страна
слоган«Antonioni's camera never flinches. At love without meaning. At murder without guilt. At the dazzle and madness of youth today»
режиссерМикеланджело Антониони
сценарийМикеланджело Антониони, Тонино Гуэрра, Эдвард Бонд, ...
продюсерКарло Понти, Пьер Рув
операторКарло Ди Пальма
композиторХерби Хэнкок
художникЭсшетон Гортон, Жослин Рикардс
монтажФрэнк Кларк
жанр триллер, драма, детектив, ... слова
бюджет
$1 800 000
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время111 мин. / 01:51
Главный герой — известный молодой фотограф. Однажды в городском парке он случайно снимает целующуюся пару. Позднее при фотоувеличении герой замечает, что за идиллической картинкой прячется преступление.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
85%
34 + 6 = 40
8.0
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлеры
    Знаете ли вы, что...
    • Это первый из английских фильмов, в котором была целиком показана обнажённая женская натура.
    • Для того чтобы пройти цензурные ограничения и выпустить фильм на экраны, Metro-Goldwyn-Mayer создала подставную компанию Premiere Productions, на которую не накладывались ограничения цензоров. Таким образом, фильм вышел без купюр, а Metro-Goldwyn-Mayer удержала все права на него.
    • На одной из фотографий бездомных мужчин, снятых Томасом, можно увидеть Хулио Кортасара.
    • Роллс-Ройс, на котором Томас ездит в фильме, принадлежал английскому актёру Джимми Савилю и был перекрашен для съёмок из белого в чёрный цвет.
    • Антониони не устроил цвет травы в парке Мэрион и по его указанию она была подкрашена зелёной краской.
    • Знаменитый пропеллер из фильма какое-то время в начале 2000-х находился в одноименном ресторане в Санкт-Петербурге на Канале Грибоедова напротив Казанского собора.
    • Ссылку на фильм можно увидеть и в фильме «Чарли и шоколадная фабрика» Тима Бертона (2005), в сцене, где двое гомосексуалов прогуливаются с пуделями перед тем, как Чарли находит деньги.
    • В одной из сцен фильма показан фрагмент концерта «The Yardbirds», в котором Джеф Бек ломает свою гитару. Это выступление относится к тому непродолжительному периоду в истории группы, когда Бек и Джимми Пейдж играли совместно — Бек покинул группу через несколько месяцев после этого выступления. Первоначально на место «The Yardbirds» претендовали «The Who».
    • Фильм поставлен по рассказу «Слюни дьявола» Хулио Кортасара.
    • еще 6 фактов
    Редакционные материалы

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 10.0/10
    Знаменитый фильм Микеланджело Антониони, удостоенный главной премии на фестивале в Канне в 1967 году, открыл новый этап в творчестве выдающегося мастера кино, который смог выйти за пределы своей условной пенталогии («Крик»-«Приключение»-«Ночь»-«Затмение»-«Красная пустыня») и впервые работал вне Италии. В то же время в англоязычной картине «Фотоувеличение» (таков буквальный перевод названия, которое чаще всего приводится в оригинале — как «Блоу ап») присутствуют все главные мотивы его творчества. И даже можно сказать, что в ней выражена в сконцентрированной и ёмкой форме сравнительно более приемлемого для публики (между прочим, в мировом прокате эта лента смогла превзойти свой бюджет в 11 раз!), хотя не менее загадочного и вообще энигматичного произведения, как раз основная суть поэтики и философии Антониони. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка

    ещё случайные

    «Фотоувеличение» — бесспорно одна и самых знаменитых картин 60-х и про эпоху 60-х. Первый англоязычный фильм знаменитого итальянского режиссёра Микеланджело Антониони, снятый в Великобритании в основе сюжета имеет короткий рассказ Хулио Кортасара «Слюни дьявола», тем не менее, язык не повернётся назвать «Фотоувеличение» экранизацией. Скорее так: детективная часть сценария навеяна рассказом, а всё остальное — гениальная задумка Тонино Гуэрра и Микеланджело Антониони. Хорошую рекламу фильму модного в то время режиссёра обеспечило музыкальное сопровождение, а точнее фрагмент с концерта британской рок-группы The Yardbirds, в котором Джефф Бек, исполняя переработанную версию песни «The Train Kept-A-Rollin» (она получила название «Stroll On») разбивает гитару на сцене. В целом звуковое сопровождение подобрано очень удачно. Что примечательно, Микеланджело Антониони, один из главных теоретиков неореализма, вставляет музыку в фильме только там, где бы она могла звучать в реальности.

    У Микеланджело Антониони, наверное, вошло в добрую традицию красить траву в каждом следующем фильме. В предыдущей картине «Красная пустыня» режиссёра не устроил цвет травы — мол, слишком зелёная, и её перекрасили в бурый, а в «Фотоувеличении» — наоборот, в ярко-зелёный. Внимание к самым мельчайшим деталям — вот то, что отличает работы настоящего художника. Кстати, с зеленой поляны, ещё в титрах, всё и начинается. Успешный молодой фотограф Томас, прототипом которого в равной степени мог быть Берт Штерн или Дэвид Бейли (что, в сущности, неважно), работающий на глянцевые журналы, одновременно занимается составлением серии документальных фотографий о лондонской жизни. Весь материал отснят, остался лишь финальный штрих. Для последнего фото в альбоме Томас счёл отличной задумкой снять украдкой пару влюблённых в парке. С этого и начались все его проблемы. Жeнщина (в испoлнении Ванeссы Рeдгрейв) замeчает eго и в тoт жe дeнь прихoдит к нeму в студию. Oна трeбует нeгативы и дажe гoтова oтдаться нeзнакомцу. Oтказавшись пeредать eй плёнку, Тoмас тщaтельно изучaет снимки. При фотoувеличении он неoжиданно oбнаруживает нeчто, смутнo напoминающее фигуpу зaтaившегося в кустaх чeловека с пистoлетом и тpуп, но все доказательства: тeло, фoтографии, плёнка таинственным образом исчезают и уже невозможно отличить реальность от вымысла. А было ли убийство? Что здeсь рeально, а что сущeствует лишь в сoзнании фотографа?

    При внешне лёгком, почти детективном повествовании, фильм кажется до определённого момента очень простым. Понимание приходит гораздо позже, после просмотра. «Фотоувеличение» не заканчивается финальными титрами, а продолжает долгое время существовать где-то в сознании и подсознании зрителя. Бессмысленно рассказывать, что будет после того, как Томас узнает, что запечатлел убийство, ведь Антониони вскоре отбрасывает детективную составляющую сюжета. Итальянский режиссёр только оттолкнулся от идеи, почерпнутой в рассказе Кортасара, и создал совершенно иное произведение, существенно обогащающее привычную для него проблематику одиночества и некоммуникабельности (хотя и эта, постоянная для Антониони тема, в полной мере здесь присутствует). «Фотоувеличение» — это глубокое исследование и философское осмысление окружающей действительности. Чeловеческое сoзнание нeспособно сoставить цeлостную кaртину рeальности, увидеть чётче, познать суть вещей. Помогает фотоувеличение. Каждое фотоувеличение открывает новые, необычные детали, недоступные невооруженному взгляду и в кoрне мeняющие представлeние о действительности. Чeловек нaчинает мeтаться в пoисках aбсолютной истины и заблуждаeтся, пoтому что каждое новое увеличение рождает собственную реальность, новый мир.

    Со времён бурной эпохи 60-х жизнь мало изменилась, следовательно, картина «Фотоувеличение» универсальна и вполне сопоставима с нашими днями. Микеланджело Антониони прибегает к системе мeтафор, чтoбы показать нeпостижимость для чeловека объeктивной рeальности. Дeтективная и любовнaя интриги, ничeм не зaканчиваются, они ложны. Ложны и вeщи, которые кажутся зрителю реальными. Целый ряд рaзличных симвoлов в фильме рабoтает на рeжиссёрскую зaдумку. Вeщи нe такoвы, кaкими кaжутся. Так, обломок гитары, за который дрались фанаты группы The Yardbirds, за пределами клуба превращается в ненужный прохожим хлам. Винт самолета, покинув антикварную лавку, воплощает лишь нелепость в своих огромных формах. Буйствo крaсок, бeспорядочный сeкс, нaркотики и музыкa — всe эти элeменты слaдкой жизни призвaны пoдчеркнуть бeссмысленность сущeствования свингующeго Лoндона 60-х (таким его увидел Микеланджело Антониони), что, между прочим, не мешает по-настоящему проникнуться атмосферой тех лет. На самoм деле радoсти внeшнего мирa иллюзoрны, a люди всё тaк же остаются разделенными непреодолимой стеной непонимания и чёрствости. Жизнь прекрасна снаружи, но пуста изнутри.

    Так что же реально? Зритель не узнает ответов, не знает их и режиссёр. У Микеланджело Антониони очень убедительная философия: нет никaкого дoказательства тoму, чтo нeвидимое субъeктивное сущeствует. Иллюзии станoвится чaстью рeальности и нaобoрот. Рeальность ускoльзает кaк пeсок сквoзь пальцы. Мир непoзнавaем. В финале «Фотоувеличения» Антониони выносит самый неутешительный вердикт жизни: любaя пoпытка зaпечатлеть eё и тeм бoлее пoстичь, oсмыслить ни к чeму нe привeдёт. Oстаётся плыть течению. Никому нет дела…

    1 марта 2009 | 16:18

    Фильм «Фотоувеличение» (оригинальное название «Blow-up») следует воспринимать не только как яркого представителя позднего творчества Микеланджело Антониони, но и как один из лучших (если не лучший) из всей фильмографии итальянского мастера. Получив «Золотую пальмовую ветвь» за данную картину, Антониони собрал все три главные награды самых престижных мировых кинофестивалей — Каннского, Берлинского и Венецианского.

    А началось все с того, что Корнелл Вулрич написал рассказ «Окно во двор», экранизацией которого стал одноименный фильм Альфреда Хичкока. Под впечатлением от этого фильма Хулио Кортасар пишет рассказ «Слюни дьявола», а он в свою очередь послужил основой для сюжета «Фотоувеличения». Однако было бы неправильно называть это экранизацией, из литературного первоисточника взят лишь сценарный минимум.

    Нарочито упрощенная сюжетная фабула ограничивается призрачными элементами классической детективной истории. Это далеко не первый случай, когда режиссер намеренно спекулирует обманчивыми приманками для зрителя, намекая на остросюжетность, но в итоге оканчивая из раза в раз поиском столь же эфемерных, сколь и ненужных ответов на те вопросы, которые лежат на поверхности. В действительности же это способ не только обозначить всю несостоятельность и пустоту жанровых оболочек, но и метод разделения зрительской аудитории на тех, кто видит нераскрытый сюжет, и на тех, кто способен заглянуть за сюжетную ширму и разглядеть в ленте куда больший смысл, чем могло бы показаться изначально.

    Совсем не случайно в качестве главного героя был выбран модный, успешный фотограф, роль которого сыграл Дэвид Хэммингс. Эта профессия имеет цель проникнуть в происходящее, запечатлеть момент, обстоятельства, пусть даже для этого придется ворваться в чужую жизнь, включиться в чужую игру. Так Томас включается в игру с мимами, снимает рабочих на заводе, гоняет голубей на лужайке и, наконец, фотографирует свидание мужчины и женщины, которое позже оборачивается убийством.

    Главный герой искренне полагает, что имеет полное право входить в чужую жизнь, когда ему заблагорассудится. Свидетельством тому становится показательная сцена, в которой ему говорят, что нельзя снимать вот так без спроса людей, если они того не хотят, на что он совершенно естественно отвечает, что это его работа, и никакой вины за собой не чувствует. И вот, однажды став свидетелем покушения на человека, с помощью метода фотоувеличения в своей студии он выделяет со снимка фигуру убийцы с пистолетом в руках. Возвращаясь позже на место преступления, Томас обнаруживает труп того самого мужчины, которого видел на свидании. И уже в конце фильма, труп бесследно исчезает.

    Картина пропитана режиссерским мастерством, его эстетской утонченностью и профессионализмом. И выражено это, пожалуй, во всем, в чем только можно выразить. О богатейшем киноязыке, блистательном управлении паузами, искусном умении построения кадра и мизансцены, которыми Антониони то и дело балует, насыщает, подолгу говорят начинающие киноведы на лекциях и семинарах. Стремление к идеальной композиции, иной раз доходящее до маниакальной страсти, на практике выливается в, казалось бы, абсурдную покраску травы перед съемками.

    И не в первый раз, в «Красной пустыне» Микеланджело велел сделать цвет травы тусклее, в «Фотоувеличении» — ярче. Вот и вышло, что сцена со свиданием самая яркая (визуально, имеется ввиду) во всем фильме, таким образом автор выделил ее важность и подогнал под видимое ему художественное решение фильма. Режиссерская требовательность к мелочам была поразительна. Так, художникам по костюмам он говорил разрабатывать одежду в том стиле, который будет популярен через год-два, чтобы к моменту выхода фильма попасть в современную моду.

    Многочисленные детали, намеки и образы, встречающиеся по ходу повествования, явным образом свидетельствуют о том, что все в фильме имеет какой-то смысл. Каждый предмет, которому уделено хоть сколько-нибудь внимания, появляется в картине не случайно. Будь то пропеллер или обломок гитары, которые имели смысл только в определенном контексте, но сами по себе не представляют никакой ценности. Неоднократно через образы этих предметов и показанных ситуаций профессиональная критика анализировала ленту. То же можно сказать о мраморных статуях в студии или о явлении фотографии в целом (в случае данного фильма, естественно) — только имея контекст, предмет или явление имеет смысл. Абстрагировано, самостоятельно, обособленно ничто не имеет смысла.

    Также и Томас не может существовать отдельно, ему необходимо включаться, вламываться, проникать, участвовать. Несмотря на его заявления о том, что он хочет скопить денег и уйти на покой, живет он совсем иначе. Это еще один признак его внутренне подвешенного состояния. Томас живет как бы в неопределенности, о чем откровенным образом говорит сцена, в которой он точно и не может сказать, есть ли у него жена. И правда, есть ли она, или ему просто удобно так думать? В данном случае излюбленные «поэтом некоммуникабельности» темы отчужденности и одиночества выходят на несколько иной уровень и рассмотрены под другим углом.

    Неотделимость контекста и предмета друг от друга нагляднейшим образом выделяется в тот момент, когда после погрома в студии исчезают снимки, а после исчезает и сам труп. Не остается ни одного фактического свидетельства убийства, а, следовательно, и знание о нем теперь бессмысленно. Так сказать, нет тела — нет дела. Самостоятельно не может существовать ни то, ни другое. Апофеозом этой теории становится концовка, закольцованная с началом фильма. Томас вновь вступает в очередную игру, вновь с мимами.

    Сложно выдумать более роскошный и эффектный финал, впечатляющий своей органичностью со всей картиной, неповторимостью и изобретательностью. Более точного и «наглядного» изображения идеи фильма невозможно и представить. Как легко предмет без контекста становится мусором (гитарный гриф, пропеллер, статуя), также легко контекст без предмета становится лишь иллюзией (теннисный мяч, убитый мужчина). И ровно также неспособный существовать обособленно Томас (как и любой из нас) исчезает на зеленом газоне, обозначив иллюзорность собственного существования.

    Характерная особенность «Blow up» заключается в том, что трактовать ее можно как угодно. Зачастую понимание приходит со временем, уже гораздо позже. Столь монументальный труд, оказавший влияние на многих кинодеятелей, призван заставить размышлять, делать собственные выводы. Множество критических статей и рецензий по данной работе написано светлыми умами разного рода профессиональной выучки. К чьему мнению прислушиваться — дело сугубо индивидуальное. Но за поисками скрытого смысла и анализа ни в коем случае не следует забывать о такой важной составляющей как красота. Да, именно она.

    Однажды на Каннском фестивале при вручении награды Микеланджело Антониони удивительно точно подметили: «одни снимают кино для зрителя, другие ради денег, третьи — для себя. Антониони стал первым, кто начал снимать для красоты». И это действительно так. И «Фотоувеличение», при всей своей глубине также является и поистине красивым фильмом.

    14 августа 2013 | 15:50

    Антониони блестяще передает все ощущения, испытываемые главным героем — потерянности, напряженности, взбудораженности, эксцентричности, непонимания — зрителям. Однако, несмотря на то, что пространство фильма наполнено подсознательно ощущаемой внутренней энергией, до финальных титров Антониони не дает никаких подсказок, никаких намеков на смысл всего происходящего. Именно недосказанность, некая смысловая пустота становится главной идеей Фотоувеличения. Именно она, а не псевдодетективная линия, держит в напряжении до самого конца.

    Неслучайно главным героем выбран фотограф, профессия которого предполагает отражение объективной реальности, лишенной субъективных оценок и индивидуальности восприятия. Однако, что такое реальность? Реальность — это всего лишь система условных символов и знаков, устанавливаемых людьми. Без символов, придающих каждому предмету и явлению значение, реальность не имеет никакого смысла, она лишается сущности, становясь всего лишь набором бессмысленных объектов. Какой смысл в фотографии, если на ней изображены неизвестные люди? Какой смысл в жизни, если ты — всего лишь песчинка во вселенной, которая исчезнет через несколько секунд?

    Но человеку свойственно искать смысл во всем, иначе он чувствует себя потерянным и отчужденным. Именно поэтому (а не потому, что конкретно его жизнь потеряла всякий смысл, смысл жизни в принципе — условность, такой же символ, как и все остальное) Томас увеличивает до бесконечности фотографию, в поисках той самой сущности, которая скрывается в реальности, которая придает всему смысл. По сути, фотоувеличение — это метафора экзистенциального поиска сущности вещей. Герой мечется с места на место, но нигде не обнаруживается сущность — пропеллер становится бесмысленным предметом мебели, теряя свое истинное предназначение, гриф гитары, вынесенный из клуба, где за ним гонятся толпы фанатов, на улице становится бесмысленным куском дерева. Поиски приводят его на теннисный корт, где мимы имитируют игру в теннис, воспроизводя суету окружающей жизни. Мячика нет. Игра бессмысленна. Однако герой принимает правила игры, кидая невидимый мячик обратно.

    Другим элементом всей конструкции становится размышление о цели искусства — должно ли оно отражать жизнь или создавать некую абстрактную, субъективную реальность, извлекая образы из нашего сознания, но оставаясь беспомощным перед главным вопросом — зачем все это?

    11 января 2012 | 06:35

    Фильм, который стал для меня «так и не понятым шедевром». Куча наград. упоминания практически во всех топах шедевров кинематографа на века и прочие регалии фильма я с трудом могу понять. Ну, раз специалисты называют его классикой, то с этим я спорить не буду, в конце концов, все на свете понять невозможно, все-таки фильм прошел проверку временем и до сих пор занимает почетные места в ряду европейских кинематографических шедевров.

    Хотя, наверное, я все же лукавлю. После просмотра, я перечитал несколько критических статей о фильме и историю его создания. И даже без них я сообразил, чем этот фильм вошел в историю и что пытался показать Антониони. Но вот как отдельно взятому зрителю данный продукт мне совсем не пришелся по вкусу. Показанная эпоха шестидесятых годов меня никогда особо не интересовала и не была предметом обожания. К тому же европейский кинематограф тоже в большинстве меня не «цепляет», за редкими исключениями. Мне нужно простое линейное повествование без всяких закрученостей. Антониони же начинает развивать одну линию развития, потом ее откладывает, делает набросок на другую сюжетную линию, потом бросает так и не раскрыв и продолжает показывать то с чего начал, снабжая действие элементами эпохи, которые мне лично абсолютно не интересны.

    Сюжет в принципе прост. Есть фотограф, насколько я понял очень успешный и престижный. К тому же фотограф эгоистичный и самовлюбленный. Затем в один прекрасный день, прогуливаясь в парке, он видит, как ему кажется, счастливую парочку, он делает снимки. Сразу же появляется роковая красотка, требующая, что бы ей отдали снимки, так они смогут ее скомпрометировать. Потом идет линия отношений с красоткой, заканчивающаяся любовной связью. А потом оказывается, что фотообъектив запечатлел убийство…. Отличный сюжет для детектива. В сцене проявки фотоснимков я сидел весь в напряжении. Но детектива я так и не получил. Кто и зачем убили человека остается так и не выяснено, так как режиссер сразу же бросает данную линию сюжета, вместо этого углубляясь в природу людей и эпохи.

    Сцены в клубе с концертом «The Yardbirds» и сломанной гитарой, картины, которые рисует то ли знакомый, то ли брат (я так и не понял) главного героя, модели, пропеллер, который купил герой, движения Ванессы Редгрейв во время прослушивания музыки, мимы и протестующие против бомбы которые просто заполонили город и финал с игрой в воображаемый теннис — это было для меня вообще лишним, я жаждал увидеть детектив, а получил вместо этого кучу разбросанного действия, которое у меня в цельную картинку не сложилось вообще. Хотя я представляю, что будет, если показать фильм любителям одного мейнстрима, которые не смотрят фильмов, которые вышли в свет раньше 1990 года — будут тирады вроде — «самый худший фильм», «полный отстой», «это невозможно смотреть» и дальше по списку.

    6 из 10

    18 апреля 2009 | 19:04

    Я узнал об этом фильме благодаря своей бывшей однокласснице, которая впору своей юности обучаясь на первом курсе режиссерского факультета утверждала, что он являлся для студентов сего славного учебного заведения тем же, чем для нас (простых смертных) в свое время азбука. Фактически, не значит ли это, что с него, например, для молодого человека в принципе должно открывать кино и искусство как таковое в нынешнюю эпоху, именуемую кстати «эрой смерти искусства». Ну а что же сам Антониони (не пора ли кстати причислить его к Богам?) думает по этому поводу.

    Герой фильма — молодой парень, работающий фотографом и получающий за это неплохие деньги… Вот и ВСЕ, что я могу сказать по поводу сюжета данного фильма не касаясь второй его плоскости — скрытого бытия, играющего главную роль. Того, что незримо присутствует в вещах, нас окружающих, но нами не замечаемых. Режиссер умело направляет наш взор сквозь объектив кинокамеры под таким углом к ним, что есть возможность мельком на них поглядеть (как на поп-звезду, о которой все знают, но наблюдали единицы). Именно за это и следует сказать спасибо Антониони. Ему удалось заснять алый, величественный закат самой жизни! Но если она уже закатилось, то не следует ли из этого что мы уже в Ночи? Летим вверх тормашками в небытие? Именно так, господа!

    Как уже упоминалось, молодой беспечный, вполне довольный жизнью и наслаждающийся деньгами, машинами и девушками парень вдруг сталкивается с ситуацией, что пошатнет его привычный мир. Не вдаваясь в подробности (при просмотре вы сами с легкостью будете двигаться от символа к символу и запросто поймете, что к чему), перепрыгнем через все повествование к финалу.

    Итак, столкнувшись с необъяснимым явлением, наш герой начинает процесс углубления в него, с целью найти его причину… Постепенно, медленно, но верно он начинает понимать… Что причины не существует, как и какого-либо основания для самого его существования, для самой его жизни. И не только его, но и всех вокруг. Столь абсурдное, противоречивое и нелепое суждение представлено на экране так просто, что начинает кружиться голова и чувствуется, что тебя уносит, втягивает в себя некий вихрь, водоворот.

    Фактически фильм является наглядным примером, олицетворением всей философской мысли второй половины двадцатого века. Из которой с очевидностью вытекает, что я — это не я, а вы — это не вы. Поэтому разговаривать или каким-либо образом взаимодействовать друг с другом мы не вольны и не способны. Сколь парадоксальная, невозможная мысль! Не сложно увидеть, что это действительно так (понаблюдайте за людьми в любом супермаркете), сложно понять и согласиться с этим!

    Но где же нам теперь искать основание, раз его нет и не будет в реальном мире, являющемся по сути пустыней, забитой машинами, ресторанами, школами, станциями метрополитена, аэропортами, магазинами, стриптиз-клубами, закусочными, заводами, охраняемыми парковками, офисами, фитнес-центрами, фотоателье и прочими социальными и общественными учреждениями, присмотревшись к которым обнаружишь только…

    Не в себе ли самих?

    7 июня 2013 | 23:00

    Четвертая кинолента итальянского режиссера Микеладжело Антониони, которую мне довелось посмотреть, принесла мне больше хороших впечатлений, чем картины, которые я посмотрел раннее. И хотя все они несомненно обладают явным сходством стиля постановки и лежит на них печать Антониони, именно «Фотоувеличение» признается критиками одной из лучших его картин, было отмечено рядом номинаций на престижные премии (хотя получила картина только Золотую пальмовую ветвь на Каннах), и оказало влияние на творчество многих именитых кинорежиссеров.

    Сюжет фильма навеян рассказом писателя-поэта аргентинского происхождения Хулио Кортасара — «Слюни дьявола» и повествует о талантливом молодом фотографе, который случайным образом обнаруживает на своих последних снимках совсем не касающиеся его обстоятельства. Исходя из этого фильм развивается в основной жанровой направленности как детективный триллер, оставляя зрителя до последних минут в недоумении и в озадаченном состоянии, в напряжении, что получается у режиссера благодаря вводимым им отвлекающим и отводящим газа сценам. К слову сказать, некоторые из таких сцен-уловок ставили картину в очень рискованное положение перед цензурной комиссией, а уже после выхода «Фотоувеличение» стало первой английской картиной, в которой применены откровенные сцены с поностью обнаженной женской натурой.

    В целом фильм хорош и в плане смысловой нагрузки, так как оставляя зрителя в напряжении, сюжет все-таки дает пищу для размышлений в рамках именно фильма, к тому же некоторыми сценами режиссер сбивает зрителя с толку, поэтому иногда надо до этого смысла еще дойти.

    8,5 из 10

    25 февраля 2010 | 01:07

    Успешный фэшн-фотограф Томас снимает опостылевших (что, однако, не мешает ему спать с ними) моделей. Он хочет заниматься одухотворённым искусством — к примеру, фотографировать бомжей и обитателей ночлежек, но коммерческий спрос на гламур не позволяет бросить надоевшее ремесло. Однажды, прогуливаясь по парку, он фотографирует влюблённую пару. Проявив плёнку, понимает, что стал свидетелем убийства. После бестолковых действий Томаса детективное повествование оканчивается ничем, пшиком. Но в этом, по уверениям тонко чувствующей публики, и есть смысл. «Фотоувеличение» по её мнению раскрывает призрачность, неуловимость бытия.

    Фильм снят по очень приблизительным мотивам рассказа Хулио Кортасара «Слюни дьявола». В рассказе главный герой Мишель — переводчик по профессии — на прогулке в парке фотографирует подростка со взрослой женщиной, одновременно замечая неподалёку мужчину в автомобиле. Мишель предполагает, что стал свидетелем сцены совращения мальчика женщиной. Испугавшись фотографа, мальчик сбегает, а женщина и вышедший из машины мужчина начинают агрессивно себя вести по отношению к Мишелю. Он ретируется. Позже, дома, глядя на проявленный снимок, Мишеля озаряет: истинный совратитель подростка не женщина, а мужчина в машине. Мишель сокрушается о невозможности навсегда вырвать мальчика из лап извращенцев, ведь попытка наверняка повторится ещё не раз. Вот о чём рассказ Кортасара.

    Антониони от первоисточника не оставил практически ничего, даже самого главного. В произведении Кортасара озарение нисходит на Мишеля исподволь из глубин подсознания при отсутствии вещественных улик и доказательств. В парке ему явилась одна реальность, а дома, спустя несколько дней, другая. Антониони же демонстрирует Томасу конкретную улику, тем самым доказывая факт совершения преступления; Томас дотрагивается до неё, не оставляя ни себе ни зрителю сомнений в реальности происходящего — фильм окончательно превращается в детектив. Поэтому в созданных Антониони обстоятельствах дальнейшая попытка увести сюжет в магический реализм неубедительна.

    Успех фильма обусловлен отсутствующими в рассказе Кортасара фишками: загадочной для обывателя профессией фэшн-фотографа (он то сидит над Верушкой, то соблазняет незнакомку, то кувыркается с моделями), модными фотосессиями, дизайнерскими платьями, обнажённой Джейн Биркин, джазом Херби Хэнкока и The Yardbirds, разбивающими гитару на сцене. «Фотоувеличение» — эссенция гламура 60-х годов. Антониони купил публику пороком, красотой картинки и модой. А вся метафизика осталась в кортасаровском рассказе.

    Кстати, Кортасару «Фотоувеличение» не понравилось. Оно и понятно.

    2 мая 2017 | 17:46

    60-ые годы ознаменовались для культового итальянского режиссёра триумфами на самых престижных европейских кинофестивалях. Разменявший к тому моменту пятый десяток Микеланджело в течение нескольких лет получил за свои картины Золотого Медведя в Берлине ("Ночь»), Золотого Льва в Венеции ("Красная пустыня») и, наконец, Золотую Пальмовую Ветвь в Каннах ("Фотоувеличение»). Трудно поверить, что это отстранённое, подчёркнуто не динамичное, но при этом характерно эстетичное произведение стало, по сути, апофеозом творчества мастера, ведь зрителю, не привыкшему к стилю режиссёра, оно может показаться весьма сложным для восприятия. Аннотация, сулящая нам остросюжетный детектив, красиво обманывает нас, предлагая некий меланхолично-созерцательный очерк, явно не вписывающийся в традиционные жанровые представления.

    Если это кино снял бы, к примеру, Алан Паркер или Дэвид Финчер, то мы, скорее всего бы получили шокирующий надрывно атмосферный триллер, который пришёлся бы по вкусу многим. У Антониони же своя атмосфера: стирающая привычные формы голливудского кино, не имеющая, по сути, ни начала, ни конца, которая плавно погружает нас в происходящее, но в тоже время, не позволяя зрителю почувствовать себя участником. Даже тот же главный герой как бы выхвачен из толпы, за которым камера ради интереса решила проследить дальше.

    На протяжении фильма нам не навязшего представляют ряд событий, казалось бы, не столь важных для сюжета, который почти не развивается или даже «стремительно» НЕ развивается. Но именно в этих деталях автор и видит значимость и красоту, позволяющих создать как эффект реалистичности происходящего, так и примерить на себя взгляд режиссёра на современное ему общество.

    Антониони не слишком-то увлечён самим трагичным эпизодом, скорее показывая, что если у всех возникает к нему безразличие, то у режиссёра возникают сходные чувства и резона завершать историю он не видит — лихо закрученный сюжет как будто исчезает сквозь дымку реальности, растворяясь в ней. Интрига призрачна как тот самый воображаемый теннисный мяч, который Томас возвращает мимам обратно, как будто выкидывая при этом всю эту историю в мусорное ведро.

    Так же призрачна и любовная интрига, возникающая между героями, в которой ничего кроме манипулирования, игры, преследование расплывчатых целей и желания получить каплю взаимности сквозь стену тоскливого одиночества мы не обнаруживаем. Создатель стильно обрисовывает характеры героев, стремясь заинтересовать ими зрителя, больше чем раскрыть до конца. Он лишь приоткрывает занавес их душ, как бы сфотографировав стиль жизни персонажей для нас, давая понять в дальнейшем, что они лишь пассажиры на поезде пути друг у друга.

    Сложно сказать, был ли Антониони пессимистом по жизни, глядя лишь на его творчество. Но сравнивая его с тем же Феллини, можно отметить, что вполне очевидно, почему Микеланджело был менее понятен заокеанскому зрителю, требующему хлеба и зрелищ, со своими отрешёнными произведениями, чем жизнерадостный, яркий и лёгкий кинематограф Феллини. Отсюда лишь почётный Оскар в конце жизни. Самый известный же итальянский режиссёр помимо аналогичной награды в своей карьере насобирал аж четыре статуэтки. Взгляд Антониони на общество скорее видит недостатки, чем стремится подчеркнуть достоинства, но это искусство и оно способно обогащать в любой форме: ставить вопросы, не давая ответов, интриговать, не позволяя насладиться эффектным финалом, отвлекать от происходящего, не видя огромной значимости в, казалось бы, главном, будучи скучным, являться шедевром!

    Взгляд Антониони обогатил кино на века!

    8 из 10

    19 мая 2011 | 21:30

    Хочется посмотреть какой-нибудь фильм, но современные штамповки набили оскомину?

    Посмотрите «Фотоувеличение» Антониони. Это фильм 1966 года, но язык не поворачивается назвать его старым, несовременным или скучным. Снят он очень здорово: интересные ракурсы, приятные цвета, локации — парк, студия, антикварная лавка… Облупившаяся краска на телефонной будке… Всё какое-то живое, чёткое, настоящее. Фирменный режиссёрский стиль делает фильм ненавязчивым, и в то же время притягивающим.

    Не стоит ожидать от фильма захватывающего сюжета и крутых поворотов событий, чётко обозначенной истории с ясным смыслом, хотя фабула тут вполне детективная. Этот фильм невозможно заспойлерить, вам могут рассказать весь его сюжет от начала до конца, и ничего не изменится — вам всё равно будет нужно его посмотреть! Актёрская игра тут тоже не так важна, режиссёр называл актёров в своих фильмах «движущимися пространствами», и это заметно. Это кино из разряда настроенческих, атмосферных, слегка меняющих ощущение действительности.

    Ваш мозг и чувства устали от фастфуда и изголодались по настоящей еде?

    Смотрите классику!

    3 октября 2017 | 10:41

    Не знаю, насколько имею моральное право писать отзыв о фильме такого великого режиссёра, как Антониони, снятого во время, когда многих из нас ещё не было и в проекте и о котором мы можем судить лишь по отснятым фото- и киноплёнкам, музыке и прочим опосредованным субстанциям, имеющим отношение к той эпохе. Но, с другой стороны, существуют относительно вечные материи, о которых может рассуждать каждый более или менее подготовленный зритель.

    Я прочла множество рецензий перед тем, как написать свою, и могу сказать: нет ничего удивительного в том, что многие называют этот фильм «непонятным». Сюжетные линии действительно не развиты, некоторые эпизоды, как, например, визит незадачливых моделей, выглядят какими-то инородными, мешающими общей логике вкраплениями. Но, досмотрев фильм до конца, я смею предположить, что именно незаконченность, непоследовательность, нелогичность и потерянность и составляют суть замысла режиссера. Судите сами: бунтарский дух британской музыки 60-х — и вместе с тем бессмысленность образа жизни разнузданной молодёжи, лениво втягивающей в лёгкие дым; сходная с пулемётной очередью динамика спуска затвора фотокамеры — и вместе с тем слабые попытки главного героя совершить хотя бы какое-нибудь проактивное действие, когда этого требует ситуация — всё это явилось безупречным, абсолютно гармоничным фоном для демонстрации главной мысли: такого рода жизнь — не более чем фотография, на которой тебя очень скоро не будет. Ты останешься только иллюзией — человеком, который когда-то уверенно держал в руке фотокамеру и думал, что сам творит жизнь — но в итоге окажется бесконечно одиноким, с опущенными руками, не интересным ни чьим объективам. Ведь, как ни парадоксально, единственным «живым», «дышащим» мгновением фильма стало то, где себя явила смерть — такой, как она есть, настоящей и безусловной, в поразительно естественном среди всей мишуры, прекрасном саду, под шелест листьев. Всё остальное — бутафория, пластмасса, сиюминутная блажь. И не безнадёжен лишь тот, кто способен это заметить.

    Думается, зерном всей картины можно назвать фразу, брошенную главным героем — что-то вроде: «Не стоит бояться проблем: ведь они расставляют всё по своим местам». Что ж — так и есть: во всей этой канители студийных съёмок, разъездов на спортивной машине, переговоров, приходящих и уходящих моделей сомнительного (а может, и вполне определённого) поведения главному герою выпадает внезапно шанс проявить себя как-то иначе, но вряд ли он сумел им воспользоваться: в силу царящей вокруг него атмосферы, образа жизни или его внутренних качеств.

    Замысел режиссёра показался мне монохромным, как и костюм Томаса — но с намёком на остающееся над нами голубое небо цвета сорочки главного героя: всегда есть возможность попробовать жить по-другому. Вряд ли пересмотрю этот фильм, хотя снят он более чем достойно. Мне не близки такие сюжеты именно в силу того, что мне они кажутся лишёнными пищи для особенных размышлений. Хотя, возможно, когда-нибудь этот фильм откроется мне с другой стороны, и я изменю своё мнение.

    15 октября 2015 | 10:56

    ещё случайные

    Заголовок: Текст: