всё о любом фильме:

Фотоувеличение

Blowup
год
страна
слоган«Antonioni's camera never flinches. At love without meaning. At murder without guilt. At the dazzle and madness of youth today»
режиссерМикеланджело Антониони
сценарийМикеланджело Антониони, Тонино Гуэрра, Эдвард Бонд, ...
продюсерКарло Понти, Пьер Рув
операторКарло Ди Пальма
композиторХерби Хэнкок
художникЭсшетон Гортон, Жослин Рикардс
монтажФрэнк Кларк
жанр триллер, драма, криминал, детектив, ... слова
бюджет
$1 800 000
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время111 мин. / 01:51
Главный герой — известный, талантливый молодой фотограф, прототипом которого был то ли Берт Штерн, то ли Дэвид Бейли, что скорее.

Однажды, работая в городском парке, он случайно снимает заинтересовавшую его странную пару. А дальше… через вроде бы романтическое просвечивает вроде бы криминальное… События разворачиваются, ничего не проясняя… На сильно увеличенных кадрах видится то, что простой взгляд не ловит… Или все это только кажется…
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
85%
34 + 6 = 40
8.0
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Это первый из английских фильмов, в котором была целиком показана обнажённая женская натура.
    • Для того чтобы пройти цензурные ограничения и выпустить фильм на экраны, Metro-Goldwyn-Mayer создала подставную компанию Premiere Productions, на которую не накладывались ограничения цензоров. Таким образом, фильм вышел без купюр, а Metro-Goldwyn-Mayer удержала все права на него.
    • На одной из фотографий бездомных мужчин, снятых Томасом, можно увидеть Хулио Кортасара.
    • Роллс-Ройс, на котором Томас ездит в фильме, принадлежал английскому актёру Джимми Савилю и был перекрашен для съёмок из белого в чёрный цвет.
    • Антониони не устроил цвет травы в парке Мэрион и по его указанию она была подкрашена зелёной краской.
    • Знаменитый пропеллер из фильма какое-то время в начале 2000-х находился в одноименном ресторане в Санкт-Петербурге на Канале Грибоедова напротив Казанского собора.
    • Ссылку на фильм можно увидеть и в фильме «Чарли и шоколадная фабрика» Тима Бертона (2005), в сцене, где двое гомосексуалов прогуливаются с пуделями перед тем, как Чарли находит деньги.
    • В одной из сцен фильма показан фрагмент концерта «The Yardbirds», в котором Джеф Бек ломает свою гитару. Это выступление относится к тому непродолжительному периоду в истории группы, когда Бек и Джимми Пейдж играли совместно — Бек покинул группу через несколько месяцев после этого выступления. Первоначально на место «The Yardbirds» претендовали «The Who».
    • Фильм поставлен по рассказу «Слюни дьявола» Хулио Кортасара.
    • еще 6 фактов

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 10.0/10
    Знаменитый фильм Микеланджело Антониони, удостоенный главной премии на фестивале в Канне в 1967 году, открыл новый этап в творчестве выдающегося мастера кино, который смог выйти за пределы своей условной пенталогии («Крик»-«Приключение»-«Ночь»-«Затмение»-«Красная пустыня») и впервые работал вне Италии. В то же время в англоязычной картине «Фотоувеличение» (таков буквальный перевод названия, которое чаще всего приводится в оригинале — как «Блоу ап») присутствуют все главные мотивы его творчества. И даже можно сказать, что в ней выражена в сконцентрированной и ёмкой форме сравнительно более приемлемого для публики (между прочим, в мировом прокате эта лента смогла превзойти свой бюджет в 11 раз!), хотя не менее загадочного и вообще энигматичного произведения, как раз основная суть поэтики и философии Антониони. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 108 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Микеланджело Антониони уже попробовал себя в жанре криминальной драмы ("Хроника одной любви»), много нам рассказывал о нетривиальных женщинах, в жанре экзистенциальных драм ("Дама без камелий», «Подруги», «Приключение», «Ночь», «Затмение», «Красная пустыня»), оставил частицу себя в популярном, на то время, неореализме ("Крик»), и даже старался отучить молодежь от насилия ("Побежденные»). Но вот режиссер перебирается в Англию, чтоб начать абсолютно новый творческий этап, хотя в нем, порой, и заметны главные мотивы его основных работ.

    Томас — очень популярный молодой фотограф, которому насточертели все эти красавицы, вьющиеся вокруг и мечтающие о фотосессии. Томас выбирается на природу и застает одну очень интересную пару, делает несколько снимков, но фотоаппарат ловит то, что не заметно обычному глазу…

    Помимо того, что фильм очень стильный, качественный, порой обманчивый, главным качеством фильма, является стремление режиссера, показать бессмысленность многих вещей и недооценивание поистине нужного, столь пренебрегаемого «зрелища». Профессия фотографа, заключается в том, чтоб запечатлеть определенный момент, дабы другие могли любоваться, но фотограф увлечен не самим действием, что он запечатлеет, а тем как-бы сделать красивый кадр. Все внимание должно быть на фотоаппарате. На концерте рок-группы, фанаты смирно стоят, как вкопанные, почти не шевелясь, но резко реагируют и устраивают чуть-ли не драку, только в зал полетел кусок гитары, которая кстати тоже теряет ценность, как только Томас покидает клуб. Бессмысленный пропеллер, который приобрел Томас, тоже не несет в себе абсолютно ничего, пустая вещь, которая будет создавать мнимую красоту. Да и сам Томас, который балансирует между реальностью и фантасмагорией неоднократно вводит в обман.

    «Красиво жить не запретишь», но ведь все надоедает, рано или поздно, если его слишком много и слишком часто. В мире, где только видимое имеет смысл, всегда должно быть место невидимому, просто некоторые это принимают и живут с этим (как например, молодежь в последних кадрах), а некоторые, должны пройти целый путь, разобраться в себе, познать общество, чтоб принять «правила игры».

    15 апреля 2016 | 16:02

    Я ничего не знала о фильме, когда начала его смотреть (ну, кроме того, что ему ставят высокие оценки, конечно;-). Поэтому извините, если увидела в нем что-то не то…

    Жизнь — игра, и не важно, есть у тебя мяч для игры или нет. Пожалуй, отсутствие мяча, наоборот, делает игру идеальной, чистой, стопроцентной.

    В фильме есть две сцены, которые потрясают. Это эпизод в клубе, когда толпа людей с пустыми глазами безразлично наблюдает концерт. Даже не смотрит, а… что ли, присутствует на концерте. Безразличие длится ровно до тех пор, пока им не «бросают кость» — обломки гитары. И тут всё преображается — толпа ревёт, беснуется, в общем, ведет себя как толпа поклонников. Причем, обломок грифа может послужить причиной убийства внутри (клуба), но снаружи он — просто мусор.

    Вот той же «костью», которая пробуждает реальность (или обозначает новую игру???), стало для фотографа и случайно обнаруженное убийство (Кстати. Совершенно гениально, что для того, чтобы мы получили полную картину убийства, Антониони понадобилось всего пять фотографий — женщина буквально тащит мужчину за собой, к кустам; она тревожно смотрит (на кусты); силуэт человека с пистолетом (в кустах); женщина в панике пытается отобрать пленку; труп)

    И второе потрясение — это «мимическая игра в теннис». Фактически та же самая беснующаяся и ревущая толпа, которая тянет руки к сцене… на котрой ничего и никого нет.

    Мы цепляемся за жизнь, выхватывая из неё только обломки — гитары, самолета или еще чего. А когда они оказываются только обломками, и сами не знаем, что с ними делать. Получается, что без мяча и правда честнее. У меня получается:-) А что получится у вас — не знаю. Может, вы увидите в фильме неоконченный детектив, может — театрализованную чушь или сплошное позёрство. (Я, например, не в состоянии понять/принять психиатрическую сцену весёлого совращения девчонок). Но что-то в нём точно есть.

    7 июля 2009 | 11:40

    Режиссёр, вроде как, и забывает с самого начала, что должен нас хоть как- то развлекать- напротив, Антониони, нарочито во всех деталях, показывает нам рутину обычного фотографа, которая почти не меняется даже тогда, когда в неё врывается убийство…

    Соль истории совсем не в нём, кстати- весь фильм, как я понял, строится на образе главного героя, этаком человеке- «не- знаю- чего- сам- хочухе». Весь фильм безымянный фотограф (кстати, не знаю, может быть я плохо смотрел, но, кажется, имени главного героя в картине так и не прозвучало, что, опять же, только подчёркивает его обезличенность и причастность к остальной «серой массе»!) куда- то ездит, что- то делает, покупает всякое барахло, ссылаясь на любовь к искусству (авангард, кажется). А когда гитарист какой- то рок- группы, сломав гитару, выбрасывает её в зал, наш фотограф тут же хватает эти обломки и улепётывает изо всех ног от бесчисленных фанатов! Оторвавшись от погони, он… Просто выкидывает останки инструмента! Какая- то «собака на сене»- и сам не «ам» и другому не дам! Наверняка, наш герой сам себе и придумывает это убийство, которое, якобы, обнаруживает при просмотре через увеличительное стекло на одной из фотографий, чтобы хоть чуть- чуть встряхнуть самому себе до того скучную и приевшуюся жизнь типичного преуспевающего яппи. Этакое «Ложное движение» (ну и пусть, оно вышло почти на 10 лет позже)- не важно что, была бы иллюзия хоть чего- то!

    Здесь особенно символичен финал- некие клоуны, играющие в теннис невидимым (!!!) мячиком… Перекинув мяч за забор один из клоунов просит нашего фотографа его поднять. Тот, не долго думая, делает это, как бы принимая условия игры. Именно здесь, в финале, окончательно стирается граница между реальным и видимым… Ну и что с того, что мяча нет? Игра- то скучнее не стала!

    9,5 из 10

    15 марта 2012 | 13:34

    Сегодня мне довелось увидеть красивое кино, наделенное постмодернистским смыслом. Заранее прошу прощения за возможный спойлер, да и вообще, если вы опасаетесь увидеть пересказ, смело прокручивайте вниз.

    Мир вокруг — это абстрактная картина. Художник в приступе вдохновения обрызгает холст красками, а потом скажет:здесь что-то есть, со временем это проступит. На снимках в парке, которые почему-то не дают покоя этой девушке, героине прекрасной Ванессы Редгрейв, внезапно проступают подробности — человек скрывается в кустах, в его руке пистолет, а потом — труп под кустами. Или это только показалось? Фотоувеличение — ненадежная вещь, стоит ли доверяться тому, что тебе кажется? Ты открыл тайну, твоя комната увешана свежепроявленными снимками, по твоей спине — мурашки от осознания причастности к тайне. Потом среди ночи ты оказываешься посреди безлюдного парка, и труп лежит там же, где лежит на фотографии. В ночной тишине ты даже как бы слышишь щелчок взводимого курка… Пока тебя не было, в твоем доме кто-то побывал, нет ни фотографий, не пленки. Что есть? Только сильно увеличенный снимок возможного трупа в негативе, подозрительно похожий на одну из тех абстрактных картин, на которых можно что-то увидеть, лишь накурившись марихуаны. В растерянности ты идешь к своему другу и приводишь в порядок расстроенные нервы, даешь отдохнуть перегретому сознанию. Наутро в парке уже нет трупа. А был ли? Остался снимок и смутное воспоминание, в истинности которого ты уже сомневаешься, опьяненный дурманом легких наркотиков. То, что мы видим в мире — действительно ли это происходит, или это наше сознание играет с нами? Как те мимы, что играют в иллюзию тенниса на корте, и ты, понимая нереальность этого, начинаешь слышать удары несуществующего мяча о несуществующие ракетки.

    И еще, главный герой — интересный персонаж, импульсивный и спонтанный, покупает огромную лопасть от пропеллера, заказывает еду в кафе, чтобы спустя минуту уже гнаться за кем-то, а потом уехать в неизвестном направлении, поддаваясь новому внезапному желанию. Пожалуй, фотограф должен быть таким: красота ускользает, тайны приоткрываются на мгновение, чтобы исчезнуть навеки, и чтобы поймать все это в объектив фотокамеры, требуется быть таким же непостоянным.

    9 из 10

    11 февраля 2012 | 12:18

    Фильм «Фотоувеличение» (оригинальное название «Blow-up») следует воспринимать не только как яркого представителя позднего творчества Микеланджело Антониони, но и как один из лучших (если не лучший) из всей фильмографии итальянского мастера. Получив «Золотую пальмовую ветвь» за данную картину, Антониони собрал все три главные награды самых престижных мировых кинофестивалей — Каннского, Берлинского и Венецианского.

    А началось все с того, что Корнелл Вулрич написал рассказ «Окно во двор», экранизацией которого стал одноименный фильм Альфреда Хичкока. Под впечатлением от этого фильма Хулио Кортасар пишет рассказ «Слюни дьявола», а он в свою очередь послужил основой для сюжета «Фотоувеличения». Однако было бы неправильно называть это экранизацией, из литературного первоисточника взят лишь сценарный минимум.

    Нарочито упрощенная сюжетная фабула ограничивается призрачными элементами классической детективной истории. Это далеко не первый случай, когда режиссер намеренно спекулирует обманчивыми приманками для зрителя, намекая на остросюжетность, но в итоге оканчивая из раза в раз поиском столь же эфемерных, сколь и ненужных ответов на те вопросы, которые лежат на поверхности. В действительности же это способ не только обозначить всю несостоятельность и пустоту жанровых оболочек, но и метод разделения зрительской аудитории на тех, кто видит нераскрытый сюжет, и на тех, кто способен заглянуть за сюжетную ширму и разглядеть в ленте куда больший смысл, чем могло бы показаться изначально.

    Совсем не случайно в качестве главного героя был выбран модный, успешный фотограф, роль которого сыграл Дэвид Хэммингс. Эта профессия имеет цель проникнуть в происходящее, запечатлеть момент, обстоятельства, пусть даже для этого придется ворваться в чужую жизнь, включиться в чужую игру. Так Томас включается в игру с мимами, снимает рабочих на заводе, гоняет голубей на лужайке и, наконец, фотографирует свидание мужчины и женщины, которое позже оборачивается убийством.

    Главный герой искренне полагает, что имеет полное право входить в чужую жизнь, когда ему заблагорассудится. Свидетельством тому становится показательная сцена, в которой ему говорят, что нельзя снимать вот так без спроса людей, если они того не хотят, на что он совершенно естественно отвечает, что это его работа, и никакой вины за собой не чувствует. И вот, однажды став свидетелем покушения на человека, с помощью метода фотоувеличения в своей студии он выделяет со снимка фигуру убийцы с пистолетом в руках. Возвращаясь позже на место преступления, Томас обнаруживает труп того самого мужчины, которого видел на свидании. И уже в конце фильма, труп бесследно исчезает.

    Картина пропитана режиссерским мастерством, его эстетской утонченностью и профессионализмом. И выражено это, пожалуй, во всем, в чем только можно выразить. О богатейшем киноязыке, блистательном управлении паузами, искусном умении построения кадра и мизансцены, которыми Антониони то и дело балует, насыщает, подолгу говорят начинающие киноведы на лекциях и семинарах. Стремление к идеальной композиции, иной раз доходящее до маниакальной страсти, на практике выливается в, казалось бы, абсурдную покраску травы перед съемками.

    И не в первый раз, в «Красной пустыне» Микеланджело велел сделать цвет травы тусклее, в «Фотоувеличении» — ярче. Вот и вышло, что сцена со свиданием самая яркая (визуально, имеется ввиду) во всем фильме, таким образом автор выделил ее важность и подогнал под видимое ему художественное решение фильма. Режиссерская требовательность к мелочам была поразительна. Так, художникам по костюмам он говорил разрабатывать одежду в том стиле, который будет популярен через год-два, чтобы к моменту выхода фильма попасть в современную моду.

    Многочисленные детали, намеки и образы, встречающиеся по ходу повествования, явным образом свидетельствуют о том, что все в фильме имеет какой-то смысл. Каждый предмет, которому уделено хоть сколько-нибудь внимания, появляется в картине не случайно. Будь то пропеллер или обломок гитары, которые имели смысл только в определенном контексте, но сами по себе не представляют никакой ценности. Неоднократно через образы этих предметов и показанных ситуаций профессиональная критика анализировала ленту. То же можно сказать о мраморных статуях в студии или о явлении фотографии в целом (в случае данного фильма, естественно) — только имея контекст, предмет или явление имеет смысл. Абстрагировано, самостоятельно, обособленно ничто не имеет смысла.

    Также и Томас не может существовать отдельно, ему необходимо включаться, вламываться, проникать, участвовать. Несмотря на его заявления о том, что он хочет скопить денег и уйти на покой, живет он совсем иначе. Это еще один признак его внутренне подвешенного состояния. Томас живет как бы в неопределенности, о чем откровенным образом говорит сцена, в которой он точно и не может сказать, есть ли у него жена. И правда, есть ли она, или ему просто удобно так думать? В данном случае излюбленные «поэтом некоммуникабельности» темы отчужденности и одиночества выходят на несколько иной уровень и рассмотрены под другим углом.

    Неотделимость контекста и предмета друг от друга нагляднейшим образом выделяется в тот момент, когда после погрома в студии исчезают снимки, а после исчезает и сам труп. Не остается ни одного фактического свидетельства убийства, а, следовательно, и знание о нем теперь бессмысленно. Так сказать, нет тела — нет дела. Самостоятельно не может существовать ни то, ни другое. Апофеозом этой теории становится концовка, закольцованная с началом фильма. Томас вновь вступает в очередную игру, вновь с мимами.

    Сложно выдумать более роскошный и эффектный финал, впечатляющий своей органичностью со всей картиной, неповторимостью и изобретательностью. Более точного и «наглядного» изображения идеи фильма невозможно и представить. Как легко предмет без контекста становится мусором (гитарный гриф, пропеллер, статуя), также легко контекст без предмета становится лишь иллюзией (теннисный мяч, убитый мужчина). И ровно также неспособный существовать обособленно Томас (как и любой из нас) исчезает на зеленом газоне, обозначив иллюзорность собственного существования.

    Характерная особенность «Blow up» заключается в том, что трактовать ее можно как угодно. Зачастую понимание приходит со временем, уже гораздо позже. Столь монументальный труд, оказавший влияние на многих кинодеятелей, призван заставить размышлять, делать собственные выводы. Множество критических статей и рецензий по данной работе написано светлыми умами разного рода профессиональной выучки. К чьему мнению прислушиваться — дело сугубо индивидуальное. Но за поисками скрытого смысла и анализа ни в коем случае не следует забывать о такой важной составляющей как красота. Да, именно она.

    Однажды на Каннском фестивале при вручении награды Микеланджело Антониони удивительно точно подметили: «одни снимают кино для зрителя, другие ради денег, третьи — для себя. Антониони стал первым, кто начал снимать для красоты». И это действительно так. И «Фотоувеличение», при всей своей глубине также является и поистине красивым фильмом.

    14 августа 2013 | 15:50

    … вроде бы романтическое, вроде бы криминальное… вроде бы классика жанра — самые что ни-на-есть, 60-е: травка, жутких цветов колготки, безумного кроя одежда, тонкие ноги, пухлые губы, отталкивающе яркий макияж моделей… вроде бы то, что сейчас принято называть интеллектуальным кино: непохоже на современные голливудские (да и российские, скажем правду, тоже) фильмы, рассчитанные на массового зрителя и огромные кассовые сборы…

    Так о чем же фильм? Что в нем такого, что заставляет с пеной у рта защищать его перед другими, выгораживать кому-то отвратительного в своем патологическом эгоизме главного героя? Какой все-таки жанр: драма? Или триллер? Да неважно! Не нужно следить за развитием событий. Не стоит отвлекаться на детали, красивые и отталкивающие, которых в кадре полным-полно (как Томас прыгает по ступенькам в парке, или крупные планы девушки-хозяйки антикварной лавки, как курят фотограф и его случайная модель, передавая друг другу сигарету!!!). Нужно просто чувствовать. Чувствовать, насколько одиноко может стать в определенной ситуации человеку, который сам отгородил себя от других людей. Который, считая себя Богом, становится рабом своего самовозвышения.

    Важно лишь то, что происходит в комнате: то, что видят его глаза, когда он проявляет пленку и рассматривает напечатанные им же фотографии (для героя важно). Не буду проводить аналогий с другими фильмами — кто смотрит много — поймет… В придуманном режиссером сюжете, Томасу ничего другого и не остается в итоге, кроме как подыграть придумывающим себя мимам в их придуманной игре, подкинув придуманный ими мяч! Он один! Один в своем придуманном мире. И даже фотопленка его не спасла, потому что ее больше нет.

    Фильм не заставляет думать, или пристально всматриваться. Он заставляет чувствовать и ощущать. Ощущать каждой клеточкой ту тишину, которая царит в парке, пока он фотографирует чужую жизнь (она единственная жива и спонтанна для него). Тишину, которая стоит в ушах на протяжении всего фильма. Тишину одиночества и отрешенности, отрешенности гения, отрешенности болезненной одержимости или …. Как хотите.

    Просто это фильм, который стоит посмотреть. Хотя бы один раз. И совсем не обязательно ставить оценки или долго и мучительно обдумывать его… Просто увидеть.


    10 из 10

    8 марта 2009 | 03:52

    Разумеется, именно самобытный режиссёрский почерк Антониони определил всеобщее и безусловное признание его творчества в контексте мирового кинематографического опыта, возвёл на пьедестал культовой личности ушедшей эпохи, однако стать причиной слепому восхвалению его гения вряд ли может, ибо, в зависимости от особенностей художественной восприимчивости того или иного зрителя, будет считаться тождественным как проявлению подлинного таланта, так и довольно-таки скромного авторского мастерства. Бросая вызов стилистическим и сценарным традициям коммерческого кино, в частности продукции крупнейших голливудских студий, Антониони ознаменовал превосходство своего культурного наследия над господствующей культурой масс, как результат, по сей день вязнет в его метафорической углублённости.

    Крайне инертное повествование, «окончание истории» как фактор, придающий несвязной хронологической последовательности событий идею, интригующая детективная завязка, обернувшаяся режиссёрским обманом — пресловутые особенности эстетических суждений итальянского маэстро, используемы Антониони даже в столь амбициозном его англоязычном проекте. По словам режиссёра, видимое действие нарочито сведено к минимуму, дабы подтолкнуть зрителя к сомнительному удовольствию разобраться в истоках внутренних конфликтов и онтологических проблем героев, которые не просто грозятся запустить процесс осмысления соответствующих вопросов в голове сие кино созерцающего, но и зародить некое особенное чувство: то ли переживание болезненного ощущения саморазоблачения, ведущее к экзистенциальному неврозу, то ли состояние непреодолимой сонливости.

    Можно с восторгом говорить о философско-художественной концептуальности творчества Антониони, в частности данного его произведения; если угодно, обратиться не к эмоциональному восприятию, а интеллектуальному осмыслению увиденного, что всё же неизбежно приведёт к субъективному истолкованию заложенного автором смысла, однако фактом остаётся первостепенная потребность режиссёра в самовыражении. Как результат — наводящее скуку зрелище, обусловленный сознательным пренебрежением канонами гармоничной драматургической композиции сценарий, невнятность коего препятствует адекватному постижению связей между разрозненными эпизодами жизнеописания героя, его тщетными попытками определить своё место в мире, отыскать границу между мнимым и подлинным своим существованием.

    Уже неоднократно Антониони обращается к основополагающим в своём творчестве темам так называемой «антипатической симпатии», перманентного кризиса художника и проблеме социального номадизма, казалось бы, исчерпавших себя после «трилогии отчуждения», и всё же вновь звучащих без особой на то необходимости. Лишь, посвящённый относительности человеческого знания, диалог со зрителем свидетельствует, что итальянский мэтр не ограничился дублированием интересующих его вопросов, но с помощью врученного в руки героя фильма фотоаппарата говорит о всё более ощутимой, по мере упрямых её поисков, недосягаемости истины. Иллюзия и реальность сталкиваются в завершающей картину сцене, свидетельствуя о невозможности постичь целостность бытия, равно как и публике остаётся право на бесчисленные интерпретации предложенной ей претенциозной киноленты.

    13 января 2016 | 17:58

    Томас — молодой талантливый фотограф, человек искусства со всеми вытекающими. Ведет себя развязно, рассекает по городу на дорогом авто, а молодые особы выстраиваются в очередь, лишь бы он запечатлел их на пленке. В один прекрасный день он внезапно прерывает фотосессию, выгоняет симпатичных манекенщиц и отправляется бессмысленно блуждать по городу, пока не находит нечто особенное. Тихий малолюдный парк, ветер колышет ярко-зеленую траву (которую, кстати, для пущего эффекта режиссер фильма требовал подкрасить), а где-то вдалеке наслаждается обществом друг друга таинственная парочка. По неизвестным причинам именно такой сюжет приходится по душе нашему герою, и он с упоением начинает щелкать затвором своего фотоаппарата. Как выяснится позднее, эти снимки повлекут за собой странную мистическую историю, в ходе которой Томас обнаружит труп мужчины из парка.

    «Фотоувеличение» снят по мотивам рассказа Хулио Кортасара «Слюни дьявола», а рассказ в свою очередь был написан под впечатлением от ленты «Окно во двор». Сюжеты Хичкока и Антониони действительно похожи: главный герой видит нечто, по его мнению, криминальное, после чего длительное время сомневается, стоит ли верить своим глазам. Однако, если Король ужасов соорудил в итоге детективный триллер, хоть и держащий в напряжении до самой развязки, но все же не содержащий каких-то сложных метафор или тонких авторских намеков, то Микеланджело Антониони пошел дальше и создал философскую притчу, которая, прошу прощения за штамп, наполнена символизмом. Таким образом, можно утверждать, что автор фильма, фактически заимствовав часть идеи у другого режиссера, по-своему развил эту самую идею и вывел на совершенно новый уровень.

    Сразу же бросается в глаза необычная игра актеров. Нет, я не собираюсь в тысячный раз говорить о том, что они «великолепно раскрыли свои образы» или «полностью вжились в роль». Образы-то может быть и раскрыты, да только отнюдь не в этом состоят главные впечатления. Зачастую поведение героев кажется странным, далеким от того, как люди ведут себя в обычной жизни. Где-то реакция персонажей на происходящее кажется слегка заторможенной, где-то они напротив, ведут себя излишне эмоционально или даже истерично в, казалось бы, спокойной обстановке. Вероятнее всего, это сознательный ход режиссера, который хочет, чтобы зритель не просто воспринимал такие эпизоды как небольшую часть общего повествования, а видел сцену целиком, и задумывался, почему же она так отличается от остальных.

    Томас постоянно находится в поисках вдохновения. Будучи небедным человеком, он мог бы большую часть свободного времени посвятить разнообразным тусовкам, однако нашему герою это не интересно. Одним из его любимых занятий является изучение витрин антикварных лавок с целью покупки какой-нибудь необычной вещи. Однажды он находит там огромный пропеллер от самолета и немедленно приобретает его, хотя даже сам себе не может объяснить смысл этой покупки. На протяжении всего фильма подчеркивается мысль о разделении истинной ценности предметов и ценности, которой их наделяет человек: картина, долгое время казавшаяся ее автору простой мазней, после одного штриха становится гениальным произведением искусства; кусок гитары известного музыканта, за который фанаты группы готовы друг друга поубивать, становится совершенно бесполезным обломком за пределами концертного зала.

    Вышеописанный тезис автор пытается применить к эпохе «свингующего Лондона». Алкоголь, наркотики, сексуальная революция, нескончаемые вечеринки, обожествление всего нового и современного — вот характерные черты Лондона второй половины 60-х. Посредством введения необычной детективной истории главному герою предоставляется возможность отречься от процветающего гедонизма, уйти от господства ложных ценностей. Удастся ли ему это сделать? Ближе к концу фильма Томас встречает по дороге группу мимов, которые вбегают на корт и изображают игру в теннис (у них нет ни ракеток, ни теннисного мяча). Понаблюдав некоторое время за странной игрой, фотограф присоединятся к ней, а после уже слышит звук ударяющегося мяча. Здесь Микеланджело Антониони сознательно обрывает сюжетную линию, позволяя каждому продолжить ее самостоятельно в любых направлениях.

    Так или иначе, основные вопросы фильма отсылают к извечному гносеологическому спору между эмпириками и рационалистами, который заочно вели в свое время еще Рене Декарт с Джоном Локком. Томас не понимает, что же взяло над ним верх — разум или чувства. Возможно, на фотографиях ничего ужасного не было, и он лишь все домыслил? Или же напротив, зрение не подвело нашего художника, а рассудок просто вселил ненужные сомнения? Правильный ответ здесь найти невозможно, иначе все философы давно бы уже остались без работы. Одно можно сказать наверняка: Томас — фотограф, а фотография не меняет окружающий мир, она всего лишь изображение. Так что черт с ним с трупом, лучше уж пойти поиграть в «невидимый теннис» да посозерцать таинственную красоту самолетного пропеллера.

    17 мая 2012 | 12:56

    В целом идея картины достаточно ясна, режиссер Микеланджело Антониони обнажил свою картину для свободной трактовки происходящего. Лента «Фотоувеличение» стала первой мною увиденной из всех известных картин не менее известного режиссера, и понять можно обе стороны зрителей, которые обожествляют его творение, и которые отвергают его.

    Предпосылок для свободных размышлений хватает, практически каждый вырисованный кадр картины обозначает нечто авторское и индивидуальное, фильм оказался таким себе кинематографической пантомимой, где вместо привычных действий и стандартного подхода к сюжету, мы видим всего лишь загадочные знаки, ребусы, на которые априори нет ответов.

    Однако излишек философского подтекста оказался ущербным в кинематографическом плане для картины, лента «Фотоувеличение» наглым образом лишена привычных для художественных картин стандартов, недостаток человеческой речи, музыкальной поддержки, как для меня лично, не может быть компенсированным режиссерскими загадками. Мало того, трудно давать ответ, когда собственно и вопроса не звучит.

    Оценивать данный фильм можно по всей амплитуде оценок, причем аргументов на каждую разную оценку хватит вполне, однако, чтобы не ошибиться в своем восприятии, я выберу нейтральный вариант.

    5 из 10

    24 июня 2011 | 17:30

    Главный герой — известный, талантливый молодой фотограф, прототипом которого был то ли Берт Штерн, то ли Дэвид Бейли, что скорее. Однажды, работая в городском парке, он случайно снимает заинтересовавшую его странную пару. А дальше… через вроде бы романтическое просвечивает вроде бы криминальное… События разворачиваются, ничего не проясняя… На сильно увеличенных кадрах видится то, что простой взгляд не ловит… Или все это только кажется…

    После просмотра остается двойственное ощущение. С одной стороны — фильм непонятный и создается такое чувство, что Антониони 100 минут водил зрителей за нос. Но с другой стороны — непонятно почему, но фильм определенно нравится и так и хочется над ним подумать, разгадать то, что хотел сказать Антониони этим своим фильмом. И вот, посидев над раздумием три дня, я наконец решил этим отзывом закрепить свое мнение о фильме.

    Первое, что может привлечь в этой картине — блестяще развита тема одиночества. Томас — успешный фотограф, у которого в жизни есть все — отличная, интересная, творческая работа, которая поистине доставляет ему удовольствие. Каждый день у него новые красивые девушки, и Томасу не надо прилагать никаких усилий для того, чтобы они были, ведь девушки просто хотят сфотографироваться у модного успешного фотографа и готовы пойти на все, чтобы получить заветные фотографии. У него есть отличная спортивная машина, которую не так то уж просто раздобыть.

    Но у него нет настоящих друзей, на которых так хочется опереться в трудную минуту. Есть только псевдодрузья, которые дружат с Томасом лишь из-за его успеха, а когда он стал свидетелем происшествия в парке, все не то, что отвернулись от него, но стали глухи к его словам. Они его попросту не хотели слышать… Вот оно — истинное лицо мира богемы и гламура, в котором нет настоящих людей. Все живое, все человеческое в них умерло — в них нет никаких чувств, никаких эмоций — ничего. Они мертвые люди, в которых от человеческого осталось лишь тело, облик… И этот факт, что таких людей очень и очень много на самом деле очень печален. Человеку порой трудно в самую трудную минуту найти себе опору — людей, которые бы помогли, чьи слова были бы как бальзам на душу. Но их в самую трудную минуту нет. Антониони в этой картине создал картину, отображающую все наше общество.

    Также в картине важное место имеет тот факт, что люди склонны жить, гонясь за ложными или ненужными ценностями. Например, вспомнить сцену, когда Томас купил пропеллер от самолета… Зачем он его купил? Какую он ему службу сослужит? Может он просто хотел таким образом скрасить свою скучную, лишенную смысла жизнь? Или же сцена в ночном клубе, когда гитарист бросил кусок разбитой гитары в толпу и там, в ночном клубе все готовы были просто убить друг друга за этот кусок дерева, но оказавшись на улице, этот самый пресловутый кусок оказался никому не нужен.

    О ложном пути: Томас, засняв в парке парочку влюбленных стал свидетелем покушения на жизнь человека и это он обнаружил при проявке фотографий. Он понимает, что он своими усилиями он мог помешать убийству. В его красивой, но лишенной смысла жизни появился интерес. И он начинает свое расследование, исследуя парк и рассказывая своим знакомым, что он чуть-ли не герой, предотвративший убийство. Но сначала обнаружив труп в парке, потом нет Томас понимает, что все это могло ему лишь показаться. Это его мозг мог таким образом приукрасить его бессмысленную жизнь посредством подобного видения. Ну а кто кроме Томаса может определить — реальность это или вымысел? Теперь ему остается только догадываться…

    Финальная сцена игры в теннис без мяча и ракеток сложна для восприятия и тем более для толкования, но я попробую: Томас, приняв правила этой странной клоунады словно соглашается с тем, что в мире есть еще и иная, вымышленная реальность, которую он раньше отказывался принимать.

    И что мы получаем в итоге: картину о мире, где вымысел порой нужнее реальности, где человек не может в трудную минуту опереться на плечо друга, и где вещи не имеют никакого смысла и порой не нужны вообще.

    10 из 10

    27 июля 2010 | 10:17

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>