Не сломай свой хребет о Волчий Хребет
Мальчик-красавчик Кайден 18 лет от роду - истовый метросексуал по внешнему лощеному виду, а также капитан студенческой футбольной команды и сапер местных секс-бомб по совместительству, с одной из которых он уже делит ложе - даже не предполагал в самом страшном и потном кошмаре, что станет убийцей, причем серийным, укокошив одной лунной ночью сначала предков по крови, а потом и сотоварищей по любви. Хоть волком вой, не иначе. Впрочем, другого выхода у Кайдена, кроме как надсадно выть волком и пытаться избавиться от дарованного оборотничества, по сути и нет.
Постмодернистские молодежные хорроры стали изживать себя еще в славные времена приснопамятного третьего уэскрейвеновского 'Крика', но, несмотря ни на что и вопреки грядущему жанровому застою, грозящему превратиться в имманентную импотенцию без права на излечение, к ним продолжают возвращаться с неизъяснимым и неистовым упорством доморощенных старателей, создавая, впрочем, не самобытные и самоценные жанровые творения, а некий безвкусный и очень ядовитый субстрат, успевший и перебродить, и перезреть, и окислиться.
Фильм 'Волки' Дэвида Хейтера, ставший для этого известного американского сценариста, набившего руку на 'Людях Икс', 'Хранителях' и 'Царе скорпионов', его полноценным(хотя скорее уж неполноценным) режиссерским дебютом, кажется вышесказанному утверждению стремится соответствовать едва ли не со стопроцентной точностью, что, безусловно, является достижением, пускай и самым сомнительным из всех. 'Волки' лишь самым неискусным образом тщится притвориться серьезной лентой на тему превращения человека разумного в серого волка кровожадного, по сути обходясь поверхностным взглядом на тематику, решенную слишком просто, слишком топорно, слишком наивно и слишком беззубо, чтобы можно было в действительности счесть картину Хейтера хоррором, а не натуральной пародией и самопародией, разлинованной по шаблону и настолько зверски скучно, что даже к трэшу полноценному трэшу фильм относится едва-едва, поскольку не имеет ни кровищи, ни жести, ни силикона. Одни намеки и то довольно благообразные. Что, впрочем, нисколько не отменяет той адской безобразности и китча, которые царствуют в 'Волках' от начала и до конца.
Находясь на уровне кинематографических аллюзий где-то между 'Волками-оборотнями' Джеймса Исаака, 'Оборотнями' Крейвена и всей сумеречной франшизой, фильм Хейтера по степени силлогичности сюжета и своей жанровой разжиженности коричневато-диарейного цвета превзошел подчистую те приснопамятные образцы, ибо 'Волки' столь нарочито серьезны, что кажутся натуральным издевательством не только над жанром ужасов, сколь над кинематографом вообще. Глянцевость и лощеность всего в картине - от визуала и антуража до внешнего вида главных героев антагонистического и протагонистического разлива - подавила в ней и драматургию, и цельность режиссуры, сделав 'Волков' буффонадой самого дешевого пошиба, малозначительным бульварным пальпом, в котором все слишком очевидно и просчитано наперед. Конфликты просты, герои ходульны, а интрига забыта за ненадобностью. Есть лишь форма, да и та чересчур плоха, чтобы по-настоящему компенсировать бедное содержание. Банальность следует за банальностью, в итоге в финале достигая своего фетишистского апогея, превращая и без того недохоррор в полный беспросветный абсурд. Дорога расправы обернулась, словно оборотень, дорогой в никуда и для зрителей, и для самого Дэвида Хейтера, для которого первый блин действительно оказался комом, застрявшим в горле и задушившим всех пришлых и случайных зрителей.