Одиночество в пустыне
Ты не выбираешь, когда просыпаться и какую часть дня ты можешь посвятить личным делам, необязательным увлечениям и простым радостям - за тебя это выбирает работа, учеба, семья. Твой пол предписывает тебе как одеваться, что говорить, чем интересоваться, к чему стремиться, чего бояться, что приветствовать, что отталкивать, что любить, а что ненавидеть. Твоя эпоха определяет, что нормально, а что нет, что популярно, а что ушло в небытие, что является дурным тоном, а что правилом неписанного этикета, что престижно, а что позорно, что кричит об успешности, а что лучше всего говорит об отсутствии таковой. Твоя классовая принадлежность диктует тебе в какую сторону двигаться, с кем общаться, а кого игнорировать, от кого держаться подальше, а кого воспевать, какими методами действовать и как решать свои проблемы, как вести себя в обществе и как устраивать свою жизнь за закрытыми дверями. Твой мир это не чистый лист, а целиком исписанный убористым почерком дневник, который полон неудач, разочарований и потерь, о которых тебе напоминают улицы, скамейки, магазины, деревья, платья, книги, цветы, тень под деревом, да что угодно, ведь в каждую частичку привычного города вложены воспоминания, некоторые из которых ты не хочешь хранить, а люди, еще присутствующие в твоей жизни, ненамеренно напоминают о тех, кто ушел безвозвратно, и не оставил напоследок ничего, что могло бы придать этому смысл. И иногда, закружившись в этом вихре обязанностей, потеряв себя, пытаясь быть настоящим представителем своего пола, послушным ребенком своих родителей, хорошим братом или сестрой, ценным членом общества, ты хочешь одного - оказаться в месте, в котором тебя никто не знает, где не существует твоего прошлого и твоего настоящего, где ты ничего не кому не должен, где твой пол, возраст, раса и происхождение не имели бы значение, в месте, где мир остановился и ты мог бы вдали от новостей, критики и обязанностей, уничтожить старого себя, и в одиночестве понять кем бы хотел быть новый ты. Именно такое путешествие предприняла Робин Дэвидсон, в 1977 году проделав путь в 1700 миль по австралийской пустыне, и рассказав об этом позднее в своем бестселлере 'Тропы'. Эта книга тоже проделала долгий путь - с бумаги на экран, и в конечном итоге стала основой одноименного фильма Джона Керрана, который впервые заявил о себе независимой драмой 'Мы здесь больше не живем', а продолжил свою карьеру такими фильмами, как 'Разрисованная вуаль' и 'Стоун'.
'Тропы' из тех фильмов, что не только не возбраняется, но и категорически рекомендуется смотреть глазами, а не головой - авторы картины ловят всю красоту практически незатронутых цивилизацией пустынных регионов Австралии, и тут невольно радуешься тому, что предыдущие попытки адаптировать на большой экран книгу, которые начались почти тридцать лет назад, провалились, потому что современные технические чудеса и возможности помогли режиссеру отобразить картину того, что когда-то увидела Робин Андерсон, возможно даже более завораживающей, чем она есть на самом деле, показав что талантливый автор по-прежнему может заставить зрителя оторваться от жестокой реальности мегаполисов и увидеть красоту природы и животных, как диких, так и домашних, к которым может найти подход только человек, у которого есть красота и внутри, ранимый, но сильный, как физически, так и морально. Большой частью австралийского пустынного ландшафта являются аборигены, которые и по сей день ведут очень примитивный образ жизни, не умея читать и писать, питаясь подножным кормом и соблюдая старинные законы, которые нам покажутся полным сумасшествием. Но, заставив своего зрителя прислушаться к красоте австралийской природы и животных, о которых Джон Керран даже выдал некоторую энциклопедическую информацию, автор еще и дает аудитории возможность прочувствовать прекрасное в этих местных жителях, которых часто делают просто синонимом различного рода варварств, и в паре простых и коротких эпизодов режиссер показал, что эти люди на самом деле не так глупы, как цивилизованный человек думает, и имеют чувство гордости, но не будут из-за него забивать полного стереотипов городского жителя копьем. 'Слова переоценивают' - говорит один из эпизодических героев фильма, и в 'Тропах' Джон Керран пытается пробудить в нас умение чувствовать на ином уровне, чувствовать эту историю и эту землю без множества пространных объяснений, погрузившись в самую глубь путешествия Робин Дэвидсон.
Однако, не стоит забывать о том, что отличает 'Тропы' от небольшого документального сюжета на Discovery или National Geographic, и превращает его в независимый драматический фильм. Как уже было сказано в первом абзаце, истинной целью путешествия Робин были не исследовательские намерения, а желание сбежать - от суеты большого города, который поглощал и уже не отпускал, от предписанных ей ролей и моделей поведения, от напоминаний от прошлых трагедиях, от самой себя и своих чувств, и, несмотря на то, что Австралия общедоступна, приключение главной героини было личным, и если бы зритель попытался поставить на ее место человека другого пола, возраста и прошлого, то большинство эпизодов кардинально бы изменилось, ведь в каждой реакции Робин Дэвидсон в исполнении австралийки Мии Васиковски можно найти отголосок ее прошлой потери, память о дне, когда она разом лишилась двух дорогих сердцу частей ее жизни, возлюбленной матери и любимой собаки, и так не смогла найти в этом смысл. Героиня прошла не только долгий путь, который можно измерить в километрах и милях, но еще и одолела дорогу, для которой нельзя найти меру измерения, и, оставшись наедине с собой, своим горем, кошмарами и разочарованием, смогла сделать то короткое финальное признание 'Я так одинока', чтобы наконец изжить конфликт в самой себе, и сделать это путешествие не бегством, а началом новой и увлекательной жизни.
57.6 тыс 
53.8 тыс 