всё о любом фильме:

Шрам

The Cut
год
страна
слоган«Незабываемое преступление. Невероятное путешествие. Нереальная любовь»
режиссерФатих Акин
сценарийФатих Акин, Мардик Мартин
продюсерФатих Акин, Карл Баумгартнер, Рейнхард Брюндиг, ...
операторРайнер Клаусманн
композиторАлександр Хакэ
художникАллан Старски, Фрэнк Боллинджер, Чарло Далли, ...
монтажЭндрю Бёрд
жанр драма, история, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в России
зрители
Россия  29.4 тыс.
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время139 мин. / 02:19
Номинации (1):
Во время геноцида армян в 1915 году Назарет Манукян теряет семью. Спустя годы он случайно узнает, что его дочки-близнецы, возможно, спаслись. Назарет отправляется на их поиски и доходит из родной деревни Мардин в пустыню Месопотамии, а потом в Новый Свет — в Гавану и Северную Дакоту.
Рейтинг фильма
IMDb: 6.20 (2421)
ожидание: 98% (392)
Рейтинг кинокритиков
в мире
59%
13 + 9 = 22
6.3
в России
0 + 3 = 3
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • Среди людей, которым Фатих Акин посвятил этот фильм, присутствует армяно-турецкий журналист Хрант Динк. Динк упомянут в титрах как «учитель».
    • Имя главного героя, Назарет Манукян, содержит несколько отсылок. «Назарет» — это отсылка к христианству (Иисус из Назарета). «Манукян» — это отсылка на двух известных американских армян. Первый это Алекс Манукян (Alex Manoogian) (28.06.1901-10.07.1996), который бежал в США, спасаясь от геноцида, и впоследствии стал промышленным инженером, бизнесменом и предпринимателем в Детройте, штат Мичиган. Второй — Хэйг Манукян армяно-американский профессор кинематографии Нью-Йоркского университета, одним из учеников которого был Мартин Скорсезе.
    • Фильм снимался на пленку 35-мм.
    • Съемки начались в марте 2013 года и проходили в Иордании, Канаде, Германии, на Кубе и Мальте.
    • Гавану Фатиху Акину посоветовал вставить в фильм Мартин Скорсезе: он сказал, что это место действия сильно украсит фильм.
    • еще 2 факта
    Ошибки в фильме
    • Внимание! Список ошибок в фильме может содержать спойлеры. Будьте осторожны.
    • В сцене, где герой смотрит фильм «Малыш» (1921), события происходит в 1918 году.
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 1417 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Новая работа Фатиха Акина представлялась центром полном ненависти, ярости, мук и незабываемого преступления, совершенного Османской империей по отношению к армянскому народу в 1915 году. Хотя, наверное, это не совсем верная подача, ведь фильм затрагивает несколько другие, более тонкие темы. Геноциду армян было уделено не больше тридцати минут, поэтому он больше напоминал серое пасмурное небо, хорошо вписавшееся в общий фон фильма, нежели настоящее и глубокое филологическое исследование. За историей геноцида (а история эта, к слову, показана не столько ясно, сколько поверхностно) скрывается рассказ о любящем отце, готового идти до победного конца.

    Нам часто приходится слышать: «надежда умирает последней», что, на мой взгляд, заочно лишает ее безграничности. В фильме турецкого кинорежиссера если она и способна умереть, то только вместе с человеком. Надежда длится продолжительностью в целую жизнь — так бы я обозначил базовую суть, основу фильма. Если вы этого все еще не понимаете и хотите бегло ознакомиться с подобным утверждением, то для этого, пожалуй, не придумаешь ничего лучше, чем провести двухчасовой сеанс со «Шрамом».

    Картина отправит вас в долгий путь со своим героем, израненным, окончательно впитавшим в себя последствия геноцида, отравившимся им вдоль и поперек отцом, который не смотря ни на что отправляется на поиски своих дочерей. Умирающего от голода, балансирующего на грани жизни и смерти человека, не смогут сломить ни обстоятельства, ни постепенно преследующие его трудности. Дышать становилось все труднее и труднее, а надежды становилось все больше и больше, — таким предложением можно дать исчерпывающую характеристику любви отца к собственным детям.

    Разумеется, нельзя не сказать, что люди, работавшие над картиной, не побоялись поставить перед собой и весьма непростую задачу — описать любовь без слов. Отчего фильм приобрел особую фактурность. Главный герой был лишен голоса и на протяжении всей киноленты передавал свою отцовскую любовь и заботу на языке эмоций и чувств. Он чрезвычайно легко, практически на каждом шагу находил способ сказать свое слово, живое, искреннее, с чистой душой.

    Со временем, конечно, картина Фатиха Акина не будет казаться лучше. Любой фильм не застрахован от недостатков. Не обошли они и работу турка. Актерам второго плана не хватало тонкости ума и проницательности, что помогло бы сделать их образы более живыми и неординарными, а также мелкие художественные ляпы (фильм Чарли Чаплина «Малыш» показан в 1918 году, хотя снят он был лишь тремя годами позже) лишают картину исторической правды.

    Возможно есть и другая проблема — проблема равнодушия. Всем запомнился эпизод в лагере смерти в Рас-аль-Айн, когда главный герой после долгих стонов и умолений душит свою тещу, однако по-настоящему повергнуть в шок эта сцена меня не смогла. Она могла бы стать одной из самых экспрессивных, эмоционально насыщенных и пронзительных, удели Акин больше внимания окружению главного героя.

    И все же минусы не в состоянии перевесить главное достоинство фильма. Назвать «Шрам» плохим фильмом, коим, по идее, он должен являться с подобным перечнем недостатков, язык никак не повернется. Обладая неплохим опытом, могу сказать, что «Шрам» — достойное кино, какое нечасто теперь встретишь. Это смелый и чистый эксперимент турецкого кинорежиссера, отснявшего тихую отцовскую любовь, лишенную внешних проявлений. Такой мы ее понять не можем, но именно такой она бывает.

    28 февраля 2015 | 20:10

    24 апреля 2015 года весь мир отметил столетие одного из самых страшных и драматичных преступлений против гуманизма и человечности — геноцида армянского народа. Всё началось с того, что некогда могущественная Османская империя, ослабшая к началу XX века, ввязалась в первую Мировую войну на стороне Германии. И мусульманские турки, всегда считавшие христианских западных армян иноверцами и язычниками, объявили им геноцид, выразившийся в физическом уничтожении и депортации, включая перемещение гражданского населения в условиях, приводящих к неминуемой смерти. По самым скромным подсчётам, за годы геноцида погибло от миллиона до миллиона трёхсот армян. Мир впервые официально заговорил об этой трагедии еще во время Первой мировой войны, но власти Турции, всегда отрицавшие факт геноцида, продолжают и по сей день преследовать людей, которые хоть как-то заговорят о нём. Смельчакам при этом грозит не только государственное наказание, но и месть турецких националистов. Конечно, немецкий режиссёр турецкого происхождения Фатих Акин, решивший посвятить геноциду армян свой новый фильм «Шрам», находится далеко и от юрисдикции турецких властей, и от националистских турецких фанатиков, но тем не менее, посвятить фильм позорной странице своей исторической родины- смелость, на мой взгляд, невероятная…

    Скромный армянский кузнец Назарет Манугян, потерявший во время кровавых событий геноцида не только всю свою семью, но и собственный голос, узнаёт, что его дочери-близняшки, возможно, выжили в той страшной резне. Назарет отправляется в долгий и опасный путь из крошечного села Мардин в Западной Армении в Новый Свет на поиски своих дочерей…

    Невольно сравнивая «Шрам» с вышедшим недавно «Искателем воды» Рассела Кроу, ты поневоле осознаёшь, что в композиционном построении творение Акина явно проигрывает: первая половина картины, изображающая события геноцида, безжалостно скомкана, события изображены однобоко, как трагедия исключительно армянского народа (Акин, по непонятным причинам, может быть, в угоду политкорректности, предпочёл замолчать, что во время последовавших за геноцидом армянских восстаний, погибло более десяти тысяч турок- как военных, так и гражданских), в то время, как вторая часть, изображающая скитания Назарета по миру, неимоверно растянута, как чрезмерно затянутый эпилог. Но, с другой стороны, Акин и не позиционировал свой фильм, как политический фильм об армянском геноциде, на постпремьерной конференции заявив, что это помесь семейной драмы с роуд-муви, о том, как события геноцида перепахали жизнь, но так и не смогли сломить духа отдельно взятого человека. И вот именно эта авторская поправка не позволяет судить «Шрам слишком строго», ведь Тахар Рахим великолепно воплощает образ этого человека, не оставляющего ни веры, ни надежды, даже когда вера и надежда оставляют его. Помимо этого, встречающиеся на пути Назарета добрые люди, как мусульмане, так и христиане, прямо или косвенно ведущие его к дочерям, наполняют фильм верой в светлые принципы гуманизма.

    Таким образом, «Шрам» превращается в очередную история о несгибаемости и несломляемости человеческой воли, пусть немного затянутую и технически неверно выстроенную, но, тем не менее, не позволяющую поставить себе отрицательную оценку благодаря великолепной актёрской игре Тахара Рахима, сумевшего блестяще передать трагедию своего героя, и принципов гуманизма, положенных в её основу.

    7 из 10

    30 апреля 2015 | 06:59

    «Шрам» — долгожданная картина Ф. Акина, самого яркого немецкого режиссера современности, вынашиваемая им на протяжении многих лет и реализованная вопреки мощному противодействию властей Турции. Этнический турок, снимающий ленту об армянской геноциде, — все равно, что немец, выпустивший фильм о Холокосте. Однако, тема угнетения национальных меньшинств — не главная в картине, которая уже в первой половине повествования выходит на уровень глобальных обобщений. Посмотрев ее накануне Прощенного воскресения, я пришел к выводу, что она, как никакая другая подходит этому дню, ибо даже будучи несовершенным кинематографическим произведением, полным недочетов, она ставит важную проблему прощения вопреки причиненному нам страданию со стороны тех или иных людей, и даже целых народов.

    Незадолго до начала сеанса в кинозал вошли молодые армяне: два парня и три девушки, они сели в кресла в ряду прямо передо мной, и ощущение причастности их общей боли не покидало меня на всем протяжении просмотра. Быть может, кто-то из их близких погиб или пострадал во время того геноцида, а, возможно, — в Нагорном Карабахе, в разгар уже современного, страшного этнического конфликта. Я слышал, как они негромко плакали, даже во время той сцены, когда армяне в жажде мщения забрасывают камнями уходящих из города турок, и один из них попадает в голову турецкому мальчику. Эти слезы говорят о том, что они простили своих палачей, и понимают опасность порочного круга насилия.

    Однако, несмотря на благую цель фильма, не стоит забывать и о недостатках формального характера, уменьшающих, что и говорить, силу его воздействия. Пытаясь совместить в «Шраме» суровый тон своих драм о социальной неустроенности («Быстро и без боли», «На краю рая») и онтологической бесприютности («Головой о стену») с уместной шуткой и комическими деталями оптимистичных мелодрам («В июле», «Солино», «Душевная кухня»), Акин соединяет параллельные линии собственного творчества, одну из которых отличает депрессивность, а другую — жизнелюбие, но, к большому сожалению, нагружает их сентиментальными клише, не знающими эмоциональных полутонов, в результате чего стилевой сплав «Шрама» выглядит как-то чересчур эклектично и противоречиво.

    История ощутимо распадается на две части: в первой — воссоздаются обстоятельства геноцида, с безжалостностью по отношению к зрителю реконструируются жестокие картины казней и издевательств (страшная сцена расправы над пленными всерьез испытывает нервы публики на прочность), во второй — поиски главным героем своих дочерей подаются, к сожалению, во всеоружии шаблонов массового кино. Акин, несмотря на свой талант, не смог придать истории черты масштабного эпоса именно в силу стилевой неоднородности фильма, из-за отсутствия в нем единой интонации, объединяющей события в концептуальное единство.

    На протяжении более чем двухчасового повествования, Акин несколько раз выводит сюжет на уровень планетарных обобщений (например, дублируя эпизод изнасилования турком армянки в другой стране, когда американец пытается надругаться над индианкой, режиссер подчеркивает этим живучесть и одинаковую отвратительность шовинизма на всех континентах), что существенно обогащает образную систему ленты.

    Впервые пробуя силы в жанре исторической реконструкции, Акин порой увязает в логических неувязках недостаточно хорошо проработанного сценария, злоупотребляя неправдоподобными поворотами сюжета и малодостоверными деталями (так, например, излишне легко герою даются поиски, учитывая его немоту). К главным достоинствам фильма, искусно затушевывающим его недостатки, можно отнести атмосферную музыку Александра Хакэ, плотное, густое звучание которой будто окутывает изображение, превращая пустынные, безлюдные пейзажи в визуализацию внутренних состояний героя.

    Но не это главное, ведь режиссер, помимо проблемы прощения людьми друг друга всем строем своей картины показывает необходимость примирения с Богом, Который, несмотря на все испытания, уготовленные человеку, сохраняет и бережет его, и позволяет достичь ему той заветной цели, которой жаждет его сердце. Главный герой Назарет Манукян спорит с Богом, долго не понимая и не видя следов Его присутствия в своей жизни: ведь именно Он избавляет его от смерти, лишая голоса, который мог бы произнести богохульные слова, Он ведет его сквозь страны и континенты навстречу дочерям.

    Атеисты так часто спекулируют на тему теодицеи, потому что не понимают главного: мученичество — знак избранности Богом, приобщение Его Крестным мукам, а вовсе не оставленность Им и не забвение, и вопреки смятению и сомнениям его героев, режиссер согласен с этим. Несмотря на все стилевые недочеты, Акин создает цельное художественное высказывание о шрамах на исторической памяти и человеческом сердце, оставленных чудовищными грехами целых наций.

    Шрам на шее героя — след от неудавшегося убийства, превращается в убедительный символ роковой отметки на судьбе двух народов, а поиски дочерей, приводящие героя на разные континенты, доказывают зрителю, что шрам этот проходит по всей планете, ибо нет наций, не захваченных шовинизмом, и не важно в какой роли они выступают — палачей или жертв. Снимая фильм-путешествие об изгнании, страдании, поиске и обретении утраченного, Акин, несмотря на душераздирающие сцены, создал все-таки жизнеутверждающий фильм о том, что мы страдаем не зря, ведь улыбка родного человека, которого так долго ищешь, искупает все трудности пути, который ты прошел ему навстречу, направляемый и хранимый Богом.

    1 января 2016 | 12:23

    Немецкий кинорежиссёр турецкого происхождения Фатих Акин снял седьмую по счёту художественную полнометражную кинокартину — фильм «Шрам». Картина описывает события геноцида армян 1915 года в Османской Империи. Довольно смело со стороны турецкого режиссёра, который достаточно сильно привязан к своей родине, при том что вырос и всю жизнь прожил в Германии. Фатих Акин чуть ли не в каждом своём фильме использует турецких персонажей, эмигрировавших в Германию, выросших там, практически ассимилировавшихся, но по ходу фильма решающих вернутся на свою историческую родину в поисках любви, счастья и самого себя. В своих фильмах он показывает красоту городов Турции с туристического взгляда, освещает традиции и культуру турок. А его документальная кинокартина «По ту сторону Босфора» является паломничеством по музыкальной сцене современного Стамбула и его культурной жизни. Этот фильм был признанием любви режиссёра к крупнейшему городу Турции. Так с чего бы, этническому турку снимать фильм на такую опасную тему, из-за которой он, с уверенностью могу сказать, превратиться в персону нон-грата на родине, типа Ларса фон Триера в Каннах, только в сто раз хуже. Это при том, что в Турции его знают все. Знают и любят. Возможно, за тем, что режиссёр не потерял веру в людей, за тем, что по его мнению, это шаг на пути исцеления враждебных отношений двух соседствующих стран. Сам режиссёр утверждает, что его фильм — «это вызов отрицания турецкой стороны факта геноцида армян».

    Сюжет. Главный герой, кузнец Назарет Манукян теряет семью во время геноцида армян 1915 года. Уже после резни, спустя годы, узнав, что его дочери живы, он бросается на их поиски, отправившись из родной деревни Мардин в пустыню Месопотамии, а потом в Новый Свет — в Гавану и Северную Дакоту. Отмечу, что это не фильм-пособие по изучению геноцида армян. Скорее, это приключенческая драма, тесно связанная с последствиями этого события (в фильме показано, как главный герой по ходу своих поисков в разных уголках мира, постоянно встречает армян, разбросанных по свету после геноцида 1915 года). В этом плане, «Шрам» можно сравнить с «Пианистом» Романа Полански, который также не представляет полную информацию о холокосте, но при этом выигрывает все возможные призы по всему миру. Сценарий написан Фатихом Акином и был основан на 12 статьях Гранта Дика, журналиста, посвятившего жизнь попыткам налаживания армяно-турецких отношений. С этим материалом, режиссёр обратился к Мардику Мартину, чтобы тот «американизировал» сценарий и добавил туда игровой сюжет. Мардик, будучи этническим армянином, сказал, что писать сценарий о геноциде армян является мечтой его жизни. И после, более чем, тридцати летнего перерыва, хороший друг Мартина Скорсезе, автор сценариев шести его картин, в частности «Бешенного быка», вернулся к перу и чернилам. Тем самым, «Шрам» представляет собой первый опыт сотрудничества между армянским и турецким сценаристами над художественным фильмом о Геноциде армян в истории кино.

    Итого. Мне «Шрам» понравился. Это добротное кино с очень трогательной историей, красиво снятое, заставляющее сопереживать происходящему на экране. И мне, армянину по национальности, очень важно существование такого фильма, особенно в преддверии 100-летия геноцида армян, так как оно может способствовать проявлению интереса к Армении и армянской истории. Спасибо режиссёру за эту картину, а также за то, что, благодаря ему, в Турции впервые показали фильм о геноциде армян.

    1 марта 2015 | 13:53

    Достойный фильм. Рекомендую к просмотру людям сопереживающим, осведомленным о событиях начала 20 века, произошедших на территории Османской империи или тем, кто после просмотра обратится к ней.

    Картина поделена режиссером на три взаимосвязанные части, объединенные судьбой одной армянской семьи.

    Часть 1. Режиссер показывает назревающую над армянским народом угрозу. При этом народ- это жизнь и быт отдельно взятой семьи, угроза — слухи о кровавых расправах над этническими армянами в близлежащих городах. Шаткое положение членов семьи все же обрамлено НАДЕЖДОЙ героев на свою необходимость Османской империи. Эта сюжетная линия обрывается в миг и мы уже не видим, что происходит с семьей (с народом).

    Часть 2. Жизнь глав армянских семей и прежде всего Назарета, испытание голодом, побоями, смертью, предательством. Здесь и зловещая ирония — главный герой с «братьями по крови» разгребает дорогу, используемую впоследствии как путь для армянских женщин, детей, отправляемых в пустоту на встречу смерти и насилию.

    Здесь же и контраст в образах «плохого» и «хорошего» турецкого солдата: один -насилует, избивает, убивает; другой — помогает бежать, поит и сожалеет о происходящем. Фильм не оставляет негативных эмоций по отношению к турецкому народу благодаря повсеместной помощи главному герою самими турками.

    Часть 3. Нескончаемые поиски Назарета в начале своей семьи, а после двух дочерей. Это становится смыслом его жизни, который заставляет его неоднократно восстать из мертвых. Основной сюжет фильма — путешествия Назарета по разным городам Османской империи, позже Ливану, Кубе, США. Хочется подчеркнуть, что в этой части фильма действие происходит в большем молчании и на этом фоне выделяется безукоризненная актерская игра Тахара Рахима.

    Здесь также есть свои «демоны» и свои «ангелы»: первые — солдаты, рабочие с железной дороги; вторые — мыловар из Аллепо (его участие в этом фильме очень напоминает фильм список Шиндлера); монахиня и учительница по математике, цирюльник и владелец ткацкой фабрики, множество обездоленных и обескровленных армян.

    В фильме много символизмов: аист, пролетающий над отцом и дочерьми, как символ дальнего путешествия; имя «Назарет», как христианский образ, в переводе означающий «ветвь» (в нашем случае отдельно взятая трагическая жизнь и тысячи подобных жизней армянских семей); имя, выжившей дочери «Лусинэ» в переводе с армянского «Луна» и название самого фильм «Шрам» согласно ране, полученной Назаретом на всю жизнь, и исторической памяти армян о ужасах геноцида навечно, этот шрам не скрыть.

    Отдельное спасибо за музыку, которая моментами напоминает мотив из к/ф «12 лет рабства», и саундтрек.

    8 из 10

    Поскольку фильм смотрели в большой компании могу с достоверностью сказать, что для 1/4 зрителей фильм покажется скучным.

    Мне не хватило трагичности в 1 и 2 части фильма, присущей киноленте «Арарат», полагаю эти сюжетные линии можно было усилить.

    22 февраля 2015 | 18:22

    В преддверии 100-летия геноцида армянского народа, турецкий режиссер Фатих Акин снял фильм «Шрам», который был представлен на Венецианском кинофестивале и боролся за главный приз.

    Главный приз в итоге забрал фильм «Голубь сидел на ветке, размышляя о жизни», но и «Шрам» без специального приза не остался.

    История фильма представлена глазами одного армянского мужчины Назарета Манукяна, который чудом выживает во время геноцида и в течение нескольких лет пытается найти своих дочерей-близняшек, с которыми он был насильно разлучен.

    Главный герой, преодолевая себя, используя какой-то непонятный мне запас сил, как физических так и душевных, идет по пути любви, оставляя все дурное и больное позади.

    В начале 20-века в Османской империи осуществлялись преследования и гонения армян, которые достигли пика в 1915 году. Всего было убито около 1 500 000 человек. Геноцид официально признали около 20 государств, в том числе и Россия. Турецкие власти отвергают все обвинения в свой адрес по сей день.

    Тема геноцида в кинематографе ярко представлена холокостом, но о геноциде армян фильмов крайне мало. На ум приходит разве что «Гнездо жаворонка».

    То, что фильм снял турок, очевидно доказывает, что не существует плохой нации, существуют отвратительные ее представители. В фильме тема геноцида — это прежде всего тема душевной боли и душевных терзаний. Это ад, в который погружают безвинного человека, ставя ему в вину его вероисповедание и происхождение. Геноцид — это самая страшная форма суда человека над человеком.

    Главный герой лишается голоса, но не лишается силы духа. Ему в напоминание о боли остается шрам на шее, который он бережно закрывает от посторонних глаз. Он обязан жизнью благородному турку, который, словно Оскар Шиндлер, спасает от турок на своей мыловаренной фабрике армян. Здесь есть злодеи и есть герои. Они имеют национальность, имеют каждый своего Бога, но есть важное различие — для каждого из них весомость и святость Бога — это мерила разной величины.

    В фильме есть пронзительный момент — когда в 1918 году Османская империя рухнула и по улицам гнали турков, то армяне, переполненные ненавистью к тем, кто лишал их жизни, насиловал их женщин, убивал их детей, швыряют в них камни. И главный герой, подхваченный волной этого всеобщего возмездия, наклоняется за камнем, замахивается и… останавливается, видя, как по лбу маленького турецкого мальчика стекает струйка крови, а его мать, словно волчица, хватает его на руки и резко прижимает к себе.

    Есть ли полумера у добра и зла? И если швырнуть камень легче, чем простить, то почему мы все ждем мира?

    Почему существуют злодеи, для которых насиловать женщину на глазах у ее детей — это нормально, и существуют герои, которые готовы рисковать своей жизнью, но будут укрывать в своем доме безвинных, но гонимых людей? Каждый из них верит в Бога, но одному его Бог позволяет убивать и насиловать, а второму Бог говорит — «Возлюби ближнего своего».

    И Бог остановил руку главного героя, ибо бросить камень в безоружного врага — это позволить злу победить.

    Это фильм о геноциде, но он пропитан любовью, несмотря на весь ужас, который в нем показан. Он пропитан любовью, потому что только любовь способна остановить безумие. Любовь к детям, к своей семье, к своим родным, к своим соседям, к своему народу и к другим народам. Только любовь — это та неизменная величина Бога, которая способна простить и отпустить все. Она способна максимально приблизить человека к Богу и дать почувствовать Его дыхание у своего уха, когда кажется, что все уже кончено и больше нет сил даже двигаться вперед.

    Мне не хочется говорить об актерской игре, режиссуре, операторской работе. Здесь все это словно задний фон. На передний выходит история народа, которая произошла совсем недавно. И кажется, что стоит моргнуть и упустишь что-то важное, почти невесомое…

    Фильм о бесконечности жизни, которая не заканчивается со смертью. О правде и вере. И главное, о памяти, которая навсегда, генетическим кодом, вросла в поколения армянского народа. Такое забыть нельзя. Такое забыть непростительно.

    Но даже помня об этом каждую секунду, не стоит забывать о главном — только любовь и милосердие дают нам надежду.

    … только любовь

    Хороший фильм. Давно я не видела таких удивительных, пронзительных историй, после которых жизнь кажется подарком, после которого хочется каждое утро благодарить Бога за новый день жизни.

    10 из 10

    26 апреля 2015 | 12:33

    Знайте ли вы, что термин «геноцид» изначально был выдуман именно для обозначения уничтожения армян в Османской империи? Потом его значение расширили. Но первоначально именно трагедия армян дала название всем прочим этническим чисткам. Потому особо показательно, что фильм о геноциде армян снял именно турок Фатих Акин. Режиссер, правда, вырос не в Турции, а в Германии. Возможно потому съемочная команда получилась интернациональной. Германия, Франция, Польша, Турция, Канада, Россия, Италия приняли участие в этом проекте. И это говорит об универсальности рассказанной истории. По-сути — это первый художественный фильм о резне армян, посвященный этому событию и его последствиям целиком.

    Возможно, эта интернациональность и послужила тому, что в картине нет однозначных оценок, кроме того, что убийство и унижение — это всегда плохо. Нет обвинений. Нет ненависти. Есть горе, жалость, и надежда. Горе людей, которых безнаказанно подвергли уничтожению различными способами. Жалость к унижаемым, причем не только армянам, но и туркам, которых выгоняли с бывших территорий Османской империи. И надежда на встречу с близкими и любимыми. Эта надежда вела главного героя по жизни, спасая в самые трудные минуты отчаяния. Фактически, это надежда на лучшую жизнь в будущем без насилия.

    В итоге турки не показаны огульно злыми и жестокими. Среди них тоже были люди, которые не хотели убивать, зато могли сострадать. Вина за геноцид падает в фильме, скорее, на государство османов, чем на турецкий народ. Зато показано, что беспричинное унижение и угнетение встречается чуть ли не повсеместно. И турки, истребляющие армян, не лучше американцев, так же обращающихся с индейцами. Но при этом хороших людей можно встретить так же повсеместно. Что говорит о том, что злоба или доброта — это не национальные черты, а часть человеческой природы. Люди везде остаются людьми со всеми своими слабыми и сильными, хорошими и плохими сторонами. И эти простые человеческие качества будут одинаково проявляться на всех континентах и среди всех рас.

    Этот фильм, местами тяжелый, местами смешной, местами грустный, хорошая иллюстрация ХХ века. Это фильм и об конкретном историческом эпизоде, и, одновременно, обо всем человечестве. И хотя его нельзя назвать легким, он не оставляет грусти. Он оставляет надежду. И в голове после его окончания звучат строки из советского мультфильма: «ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети».

    22 февраля 2015 | 01:08

    Я могу посмотреть спокойно и ужасы, и самые печальные драмы, но только фильм об истории моего народа оставляет такой тяжёлый след в душе и на сердце.

    Фильм просто потрясающий, за такое короткое время было показано все. Ужасы, происходящие во времена войны, жестокость и безсердечность, тут явно хочется сказать «каждый сам за себя», но, как видите, есть и исключения. Во многом Назарета просто везло, ему встречались добрые люди, которые, в общем, и помогли найти дочь. Но как сильна любовь отца.

    Последняя сцена где он находит дочь, я как человек никогда не роняющий ни капли слёзы, тут не сдержалась. Как много было пройдено, и при этом, человек даже говорить не мог.

    Спасибо за столь прекрасный фильм, где показано все, что нужно знать хоть немного об истории армянского народа, да и не только.

    10 из 10

    15 января 2016 | 17:35

    Османская империя, на дворе 1915 год

    В фильме не рассказывается предыстория геноцида, как объясняет режиссёр это фильм не про геноцид, а про человека, который его пережил. Про предысторию могу сказать в двух словах, что турки якобы видели в армянах угрозу на фоне первой мировой войны и под предлогом депортации (в условиях, приводящих к неминуемой смерти) начали массовое истребление, в результате которого было вырезано около 1,5 млн армян.

    В начале фильма показывают повседневную жизнь главного героя — его работу, крепкую, дружную армянскую семью. Назарет Манукян — кузнец, любящий муж и отец. В одну из обычных ночей, в их дверь начинают ломиться турецкие жандармы с криком и шумом «Армяне, открывайте». Вот там и начинается череда трагических событий.

    Как по фильму, так и по истории армян заставляли заниматься тяжелым физическим трудом, морили голодом. Цель была измотать, затем убить, в первую очередь мужчин, которые могли оказывать сопротивление. Женщин насиловали, отдавали в рабство. Не жалели никого, даже детей. Кульминацией их жестокости был геноцид (который турецкое правительство не признаёт вот уже 100 лет).

    Сами турки рассказывали, что их власти разрешили убивать армян в первую очередь из-за того, что они Христиане. В фильме турецкие «военные» (те же самые убийцы) предлагали свободу только тем, кто примет своей религией мусульманство…

    Что делать человеку оставшемуся без дома, без родных, без рассудка? Спустя время отчаявшийся Назарет узнает, что его дочери, возможно, всё еще живы. Не теряя ни минуты, он отправляется на их поиски. Его ждет большое путешествие в пустыню Месопотамии, затем в Гавану и Северную Дакоту, также на пути он повстречает много людей, которые сыграют важную (положительную или отрицательную) роль в этой истории. Одно приключение будет менять другое, ещё более тяжёлое для измученного главного героя…

    Фильм показал себя очень «сильным». Игра актёров по моему мнению убедительная. по сценарию главный герой теряет голос. Чтобы сыграть немого человека Тахар Рахим для своей роли учился общаться жестами с немыми людьми. Передавая свои эмоции выражением лица, жестикулируя руками, ему всё-таки удалось стать немым и выглядело это убедительно. Композитор хорошо постарался. Музыкальное сопровождение на высшем уровне, добавляя фильму особую атмосферу.

    Меня удивил режиссёр Фатих Акин турецкого происхождения, который сказал: «Хотя я не могу говорить от имени всего турецкого народа, но от себя лично прошу прощения за ту великую боль, которую мои предки причинили армянам, и хотел бы обратиться к вам со словами из Евангелия: «Отче, прости им, ибо не ведают, что творят»

    24 апреля настоящего года исполняется вот уже 100 лет великому злодеянию, если быть точнее преступлению против человечности.

    P.S. За обнародование проблемы, за признание режиссёра и за качественный фильм:

    10 из 10

    23 февраля 2015 | 04:19

    Фильм называется «Шрам», сегодня я открыла себе вторую сторону медали, я люблю свой народ, я помню и чту историю своего народа, и я никогда не забуду о событиях 1915г, которые были показаны в этом фильме так, что только слепой может твердить, что в фильме не показан геноцид армян…

    отдельно взятая история, одной большой армянской семьи, отец, пройдя геноцид, проходит жизненные трудности: голод, холод, нищету, можно перечислять долго, но все эти жертвы ради того, чтобы найти своих двух дочерей…

    Главного героя зовут Назарет, интересное имя не правда ли?

    Назарет- это место, где родился Иисус Христос, внешне Назарет очень похож на него, волосы, борода и глаза черные как драгоценный камень, в них столько боли, страдания, все в них, по сюжету фильма, один из турков проколол кинжалом ему горло, но тот остался жив, рана была не глубокая, но он стал немым, знаете, что поразило нас с подругой? Когда турок его спас и сказал: «ПРОСТИ МЕНЯ», я считаю, что это те самые главные слова, которые хочет услышать каждый армянин и как это было приятно и больно в тоже время, невозможно объяснить это чувство…

    В фильме не смотря местами на жестокость, проскальзывает повседневная жизнь, бытовые трудности, на протяжении всего пути Назарету помогали, турки, арабы, курды и конечно армяне, но вы знаете, я должна признаться были в те тяжелые времена армяне, которые предали свою веру, подняли белый флаг, чтобы сохранить свою жизнь, это был их выбор, мы можем их осуждать или хвалить, этого нам не вернуть как и не вернуть ни в чем неповинных жертв, память о них всегда будет в моем сердце…

    Вера, надежда и любовь, вот три составляющие, которые спасут мир от войн, от ненависти, люди не знают чего хотят, в этом их проблема, перейдем к парадоксам — режиссер турок, главную роль играет турок, задумайтесь пожалуйста, это сделано для того, чтобы благодаря кинематографу достучаться до людей.

    Красивая музыка, пейзажи, реалистично все в этой картине, все снято прекрасно, добавить мне больше нечего, посмотрите этот фильм, вы найдете ответы на вопросы…

    5 мая 2015 | 21:30

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>