Спасение Монако
В нашем прокате этот фильм идет как «Принцесса Монако», что хотя и сообщает зрителям, о ком им предстоит узнать, однако существенно обедняет восприятие авторской задумки: в оригинале фильм зовется «Grace of Monaco», что можно перевести и как Грейс Монакская, так и благодать Монако, его милость и светлость…
Почему так – становится ясно из сюжета, в центре которого политический кризис - в нём оказалось княжество в начале 60-х годов по причине того, что Франции, ведшей войну в Алжире, требовались средства на нужды кампании – в связи с чем политики этой страны не придумали ничего лучше, как стиснуть маленькое княжество клещами эмбарго и требованиями ввести поголовный налог с его граждан в пользу французской казны. Принуждали платить дань, иными словами – а в противном случае в Монако были бы введены французские танки, и существовала реальная угроза бомбежек.
И вот в этих условиях пришлось жить и действовать семье князя Гримальди – его высочеству Ренье и его верной Грейс. Которая ещё совсем недавно блистала в Голливуде, будучи известна, как актриса Грейс Келли, и принимала от киноакадемиков золотую статуэтку «Оскара»…
Но в её жизни случилась сказка – и девушка из Филадельфии вышла замуж за прекрасного принца… Вместе с его рукой, сердцем и титулом получив все проблемы, которые связаны с этим высоким положением, с политикой, да и с характером дражайшего супруга… Ведь супруг и жених, как правило, две совершенно разные ипостаси одного человека – так же различны влюбленный и любящий. Влюбленность быстротечна: гормоны, которые её провоцируют, нестойкие, тогда как любовь – это плоть и кровь жизни, а потому и зачинается не сразу, не сразу и вырастает, зато и остается с любящим до конца его дней… а нередко – и после.
Фильм из тех, которые хочется смотреть и пересматривать – он прекрасно сделан на всех уровнях, от сценария, до режиссуры, операторской работы и, конечно же, игры задействованных актеров.
Блистательную работу проделала Николь Кидман. Тем, кто видел на экранах Грейс Келли, будет приятно несомненное сходство с нею актрисы, причём не только и не столько внешнее, сколько внутреннее: та же чистая, добрая красота и нежность души, но и твердость характера, умение держать удар.
А ударов много пришлось вынести её высочеству княгине – ох, как много. Последним стал удар инсульта в 1982 году, ставший причиной автокатастрофы… нет, Грейс в ней не погибла, но врачи сочли её состояние безнадежным – и с согласия князя Ренье его супругу отключили от аппарата искусственного поддержания жизни… Княгине было всего 53 года…
Когда знаешь всё это, фильм воспринимается ещё глубже, ещё драматичнее. Потому что осознаёшь яснее, какую цену заплатила Грейс Келли за все свои страхи и свои победы над ними, и за своё женское и человеческое счастье…
Сценарист рассказал историю с кризисом в Монако и в семье Гримальди очень ёмко, уместив драму актрисы и княгини в 98 минут – найдя при этом время и для умных диалогов, и для прекрасных видовых и костюмных картин, однако помимо них лично меня очень тронуло признание сценариста в любви к кино. Всецело подхваченное и высказанное и режиссером, и актрисой заглавной роли. Тонко продумано, умело показано и отлично исполнено, как актриса играет актрису.
Мастерство – оно как воздух, дышишь – и не замечаешь, но живешь, живешь! Так и с этим фильмом. Его смело можно назвать среди лучших произведений недавнего времени: отдельные кадры прекрасны, словно живописные полотна – настолько гармонично выстроены мизансцены, свет и цвет… Так, например, сочетание драматично-холодного бело-синего и тревожно-горячего ало-красного – они очерчивают лицо князя в исполнении лаконичного и суховатого в этой роли Тима Рота, выдавая душевное смятение его героя. Или боковой свет за Николь Кидман, нежным сияющим абрисом обводящий её нежный профиль – и вот перед нами она, Грейс Монакская, её высочество княгиня Гримальди, герцогиня Валентинуа, и прочая, и прочая, словами о любви предотвратившая войну…
Есть и чрезвычайно остроумные находки, наверняка связанные с миром театра и кино - в сценах, когда княгиня получает уроки этикета и придворного политеса у одного из аристократов Монако, ей показывают карточки с разными понятиями - а она должна это изобразить: 'гнев', 'надменность', 'доверие' - слова обрисовывают то, что она переживает в данной части фильма, а карточками 'безмятежность', 'сожаление' - и соответствующими выражениями лиц актрисы - завершается фильм... Не стану рассказывать, что прочитала в этих крохотных месседжах я - пусть каждый увидит своё...
А эпизод беседы её высочества со священником – мини-шедевр кинематографа.
Всего 4 минуты длится - но меня он покорил с первого же просмотра: обратите внимание, как следит камера за лицом Грейс… или Николь? Совершенно не принципиально: камера в равной степени любуется актрисой и сострадает её героине: крупный статичный план – и, фактически, движется только камера, я подчеркиваю это – по сути, в этот момент лишь камера создает динамику в кадре, ласкающими движениями перемещаясь с волос актрисы на её удивительные глаза, с глаз – на щеки, по которым слёзы, на губы – и снова к глазам, сопереживая, любуясь – и вовлекая всех нас, кто заворожен магией кино, в это совместное надрывное чувствование момента… Мы – там, мы неотделимы от того, кто душою болеет за Грейс – и восхищается исполняющей её роль Николь… И потому слова её героини, которые звучат в конце – о любви, о милосердии, о трудах ради тех, за кого мы несём ответственность – попадают гораздо глубже, чем в сознание…
И это – кино. Это – высокое искусство кино. Это - искусство.
И великое спасибо тем, кто для нас пишет роли и эти роли играет, кто не даёт нам забыть среди повседневности существования о том, как прекрасна и велика жизнь…
33.1 тыс , ...