всё о любом фильме:

На исходе дня

The Remains of the Day
год
страна
слоган-
режиссерДжеймс Айвори
сценарийРут Правер Джхабвала, Кадзуо Исигуро
продюсерДжон Калли, Исмаил Мерчант, Майк Николс, ...
операторТони Пирс-Робертс
композиторРичард Роббинс
художникЛучана Арриги, Джон Ральф, Дженни Беван, ...
монтажЭндрю Маркус
жанр драма, мелодрама, ... слова
бюджет
сборы в США
зрители
США  5.59 млн
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG рекомендуется присутствие родителей
время129 мин. / 02:09
Номинации:
Стивенс — образцовый английский дворецкий, который всю жизнь провел в старинном поместье. Он отдал свое сердце беззаветному служению, и нет ничего, что может заставить его изменить долгу. Неожиданно привычное течение дней нарушается, когда в поместье появляется новая экономка, мисс Кентон.

Стивенс пытается скрыть глубокие чувства к этой женщине, но ни вековая традиция, ни священные обязанности не могут остановить вспыхнувшую любовь. И лишь теперь, на закате дней, преданный дворецкий открыл для себя тот единственный идеал, который достоин истинного служения…
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
97%
37 + 1 = 38
8.4
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    Трейлер 02:19

    файл добавилkindeer

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 7.5/10
    Чопорный дворецкий Стивенс в поместье лорда Дарлингтона словно отгораживается от самой действительности, посвятив себя без остатка беспрекословному и бездумному служению своему господину, пусть и называемому им по-современному, по-канцелярски — «наниматель». Но ничего не остаётся «на конец дня» — для частной жизни: ни романа с мисс Кентон, экономкой; ни сочувствия к престарелому отцу, помощнику дворецкого, со смертью которого будто издаёт последний вздох пришедшая в упадок эра просвещённого монархизма цивилизованной имперской политики, а также сохранявшихся веками аристократических ритуалов и респектабельных нравов знати. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 25 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Британцы — это холодность, сдержанность, чопорность. Они хранят молчание в транспорте, не повышают голоса в общественных местах, не целуются на улицах. Они уравновешенны, степенны, любят дом, сад, спорт, клуб, чай и домашних животных. Британцы — это сельский пейзаж, твидовый костюм, трубка, палисадник и камин. Это орфография английского языка, левостороннее движение транспорта, технология варки эля и изготовления виски. Это традиции, консерватизм, особое чувство юмора и любовь к абсурдизму, странная привычка шутить над тем, что их окружает, при этом не выказывая непочтения. Удивительный такт. Снисходительность, гордыня, надменность, остаток имперских амбиций, их колониального наследия, когда флаг Британской империи развевался над четвертью суши. Это стремление к свободе, уважение к частной собственности, крайний индивидуализм, предприимчивость и трудолюбие; это критичное относиться к политике, острые, частые споры в Гайд-парке. Это Ла-Манш, узкая полоска воды между континентом и Британскими островами — ров, защищающий «остров-крепость» от захватчиков и охраняющий особую английскую ментальность. Не понимая англичан, их невозможно полюбить. Не любя, невозможно понять.

    Вот почему картина Джеймса Эйвори, трогательно почитающего все британское, за пределами туманного Альбиона сегодня многими останется непонятой. Покажется скучной, затянутой, холодной, бессюжетной. Почему? В ней слишком много истинно британского. Слишком много фона в отсутствии героев на переднем плане. Слишком много атмосферы в отсутствии событий. Слишком много разговоров о политике в отсутствии конфликтов, действ и происшествий. Слишком много едва заметных намеков на любовь в отсутствии объятий и признаний. Слишком много красноречивого молчания и бесед на отвлеченные темы. Слишком много «благодарю», «вы так добры», и «берегите себя». Это скорее живопись, нежели фильм. Серия гравюр из жизни обитателей старинного английского поместья в преддверье Второй мировой войны, а жизнь эта — удивительное переплетение судеб хозяев «Дарлингтон-холла» и его прислуги во главе с преданным потомственным дворецким.

    «Остатки дня» — это история двух мужчин, работодателя и слуги, написанная для каждого своими кистями и красками, но, по иронии, одного метафоричного содержания. Дворецкий Стивенс — добровольная собственность Дарлингтон-холла. Сервировка стола, полировка серебра и подготовка к банкетам служат своеобразной призмой, сквозь которую Стивенс смотрит на мир, ограничивая его для себя хозяйственной жизнью поместья, в то время как история буквально вершится у него перед носом — лорд Дарлингтон принимает у себя сильных мира сего, дипломатов, чиновников, министров. Но слышит ли он разговоры, при которых присутствует? Нет. Имеет ли собственное мнение? Нет. Слепотой, самообманом и иллюзией комфорта в своем маленьком мирке Стивенс отгораживается от любых опасностей и потрясений, будь то ветер политических перемен или внезапное чувство к новой экономке, молодой, самоуверенной женщине, жаждущей украсить его неброское, скромное, но жестко подконтрольное и упорядоченное существование собой и букетом цветов на столе.

    А в это время его хозяин-миротворец, столь же близорукий и несвободный от предубеждений, ведомый чувством вины и устаревшим понятием чести, уже ввергает Англию во Вторую мировую войну, свято веря в то, что стремится ее от этой войны уберечь… Консерватизм обоих становится повязкой на глазах в стремительной скачке к краю пропасти. «Остатки дня» — это трагедия одного человека, упустившего свой шанс на счастье. Это трагедия социальной прослойки британских политиков-любителей, чурающихся радикализма и готовых пожертвовать сухой теорией ради зеленеющего дерева практического компромисса. Это трагедия страны, уже утратившей былую роль на политической арене, но отчаянно цепляющейся за мираж собственного героического прошлого. Это красота в мелочах, драма в мимике и голосах без привязки к диалогам и фразам, это культура, в которую я жадно влюблена, несмотря на все ее изъяны и противоречия.

    Энтони Хопкинс. Дурной характер. Многолетний алкоголизм. Поздняя слава. Сэр, вы гениальны, я люблю вас. Его Стивенс — как он ходит, как говорит, как нервно и подобострастно улыбается, в то время, как мысли его далеко и заняты совсем другим! Как преувеличено бурно реагирует на разбитую бутылку вина, как спешит поскорее уйти от жестоких слов женщины, одновременно заставляя себя остаться и выразить подобающие поздравления. Как вздрагивает при приближении мисс Кентон, как прикасается взглядом к ее лицу в знаменитой сцене борьбы за книгу. Как мимолетно, взволнованно и смущенно улыбается в ответ на ее фразу «ведь я покинула тогда поместье, чтобы досадить вам». Самолюбие, твердость, осанка в начале. Уязвимость, незащищенность, сгорбленность в конце. Это невозможно описать. Это нужно увидеть.

    Эмма Томпсон. Ее чувства — это бабочка, пойманная в стеклянную банку. Не способная разбить стекло, она отчаянно бьется о ее поверхность, причиняя себе острую боль. Как она нервно мерит шагами комнату, как почти навязчиво привлекает внимание Стивенса хозяйственными мелочами, как сверкает глазами во время стычек и ссор, как стремится быть нужной! Она боролась. Устала. Почти смирилась. А в это время вдоль туманной набережной, в сумерках, зажглись огни. Для кого-то вечер — лучшее время суток. Для кого? Для них?

    Кто-то сказал, что этот фильм рождает собой не светлую грусть, а мрачную скорбь. Подобная реакция возможна и даже предсказуема, прими вы несостоявшийся роман героев или порок английского менталитета близко к сердцу, но для большинства зрителей эта картина Джеймса Айвори, боюсь, так и останется монотонной, сдержанной, малособытийной и безрадостной зарисовкой из жизни британского поместья, понятной только самим англичанам и страстным поклонникам их своеобразной культуры. Для меня же в этой исключительной картине дорог каждый миллиметр потраченной пленки.

    10 из 10

    21 апреля 2012 | 13:38

    Идиома, заключённая в английском названии, представляет собой тот непродолжительный период времени на исходе суток, когда после трудового дня можно, наконец, заняться личной жизнью. Она была извлечена Джеймсом Айвори из романа японца Кадзуо Исигуро, действие которого берёт своё начало после Первой мировой войны. В поведанной истории эта словесная формула выступает в роли ключевой метафоры.

    Личной жизни раз и навсегда лишает себя Стивенс, образцовый английский дворецкий, который всю свою жизнь провёл в одном из самых знатных домов Англии — старинном поместье Дарлингтон-холл. Он не просто самый старший слуга, но ещё и самый преданный хозяину человек, своего рода, генерал прислуги, строго следящий не только за порядком в гигантском особняке, но и контролирующий все служебные взаимоотношения в подведомственном ему государстве.

    Многолетнее подавление личных желаний во имя служебных принципов научило Стивенса до такой степени скрывать свои чувства, что он начал походить на манекена. Но привычное и неизменное течение дней неожиданно нарушило прибытие новой экономки, мисс Кентон. Но на все попытки неравнодушной к нему домоправительницы сблизиться Стивенс отвечает молчаливым отказом, так и не отважившись дать волю начавшемуся пробуждаться интересу к женщине. Он посвятил свою жизнь беззаветному служению Дарлингтон-холлу, и нет ничего, что могло бы заставить его изменить долгу и главной своей социальной функции…

    Этот фильм стал как бы квинтэссенцией целого цикла картин американского режиссёра Джеймса Айвори, предпочитающего работать в Англии и снявшего там свои лучшие картины, как правило, обращённые к викторианской эпохе. Тщательно воссоздавая атмосферу патриархального уклада и ритуалов, царящих в поместьях родовой аристократии, Айвори именно здесь доводит до логического завершения, до абсолюта драму противостояния рутинного церемониала и живых эмоций.

    Окультуренная традиция лишила институт английских слуг не только комплексов плебейства, но и, больше того, создала из них особую касту, потребовав взамен «всего ничего» — подавления чувственных проявлений. Поэтому Стивенса можно считать не только носителем, но и заложником этой системы. Кастовые отношения хозяев и слуг обрели в Британии с течением лет статус одной из особенностей национальной культуры, постоянно притягивающей к себе интерес как английской литературы, так и кино.

    Тут достаточно вспомнить хотя бы знаменитого «Слугу» (1963) Джозефа Лоузи. Кстати, Джозеф Лоузи, Стэнли Кубрик, Терри Гиллиам и Айвори составляют своеобразную, немногочисленную команду великих режиссёров, которые перебрались из Америки на Туманный Альбион (хотя первый из них не совсем по своей воле). Фильм The Remains of the Day был выдвинут на «Оскар» в восьми номинациях. Но этим всё и ограничилось, поскольку никому тогда не удалось составить конкуренцию «Списку Шиндлера», сорвавшему призовой банк.

    11 сентября 2013 | 16:39

    Номинированный на 8 основных «Оскаров» и, к несчастью, не получивший ни единой статуэтки, «На исходе дня» Джеймса Айвори по праву считается образцовым историческим исследованием британской психологии. Может показаться парадоксальным, что лента снята американцем по сценарию немецкой еврейки Рут Проэр Джабвалы, которая перенесла на экран японский роман Кадзуо Ишигуро, но центральный для фильма конфликт между долгом и чувствами известен всем этим и многим другим народам.

    Создатели картины лишь рассмотрели его на примере другой культуры, потому что, иногда чтобы взглянуть в глубину, нужно смотреть со стороны. Поначалу картина кажется «заторможенной» и излишне медитативной, но затем понимаешь, что только так и можно раскрыть внутренний мир героев — гротескный, не всегда адекватный здравому смыслу, но, безусловно, яркий и запоминающийся. Автор педантично раскладывает по полочкам происходящее в доме, и мы, сами не понимая как, вместе со Стивенсом поселяемся в поместье, вдыхаем запахи старой кожи и красного дерева, размышляем о том, что такое опыт, любовь и верность традициям… И почему Хопкинса помнят как доктора Лектера, если старый дворецкий — намного более сильная работа?

    В фильме переплелись мелодраматичные, социальные и политические мотивы и этот коктейль надо пить медленно и вдумчиво, не торопясь — только тогда удовольствие гарантировано.

    1 января 2010 | 03:03

    Все мы совершаем ошибки. Об этом говорит главный герой картины — дворецкий Стивенс. Но потеря себя, растворение собственной личности в должностных обязанностях — это не та ошибка, которую можно исправить. Скорее это приговор, который собственноручно подписывает себе герой.

    Фильм абсолютно нединамичный. В какой-то момент хочется нажать на паузу и отдохнуть, но снова вернуться, потому что до самого конца у зрителя остается надежда, что главный герой сорвет с себя маску холодного, но образцового дворецкого и проронит слезу над телом умершего отца, утешит плачущую экономку или заступится за двух еврейских служанок. Но Стивенс непробиваем никакими эмоциями. Ему не позволяет его собственное достоинство, его статус, его работа. Однако не стоит делать из него жестокого циника или эгоистичного ханжу. Наш герой искренне верит в то, что то, каким он является — лучшее, кем он мог бы быть для своего отца или хозяина. Он не жесток, просто предан работе настолько, насколько способен человек быть преданным кому-то или чему-то.

    Что меня обрадовало в этом фильме, так это то, что есть некая ирония судьбы в истории этого дворецкого. Служить столько лет человеку, который, кажется, по заблуждению, поддерживал фашистскую Германию, чтобы потом оказаться на службе богатого американца, чьи идеи полностью противоречат мыслям бывшего хозяина. Для Стивенса это ровным счетом ничего не меняет. И тут в голову закрадывается мысль: служил ли этот дворецкий людям? Ответ, который приходит мне в голову, поражает. Стивенс служит дому. Он, выходящий за пределы роскошного поместья однажды за весь фильм, служит этому зданию. И в этом его трагедия. Смыслом всей его жизни становится работа в этом доме, кто бы в нем ни жил. Работа, которая, как кажется самому Стивенсу, никогда не кончится.

    Профессия становится приговором, место работы — тюрьмой. И этот улетающий в окно голубь в самом последнем эпизоде фильма — символ той свободы, которую наш герой так и не приобретет, потому что, увы, но из слуги он давно превратился в раба.

    11 июня 2012 | 01:00

    Пару часов назад я считала, что когда нечего особо посмотреть, открывай фильмографию Хопкинса, тыкай пальцем наугад в любом фильм — не прогадаешь. Однако, с прискорбием стоит сказать, что я ошибалась. И у великих бывают провалы.

    Я не могу сказать, что фильм не удался из-за сера Энтони Хопкинса, это было бы кощунством с моей стороны, и даже лицемерием. Тогда в чем причина спросите вы? Режессер недостаточно внимания уделил мелочам, сценарист сюжету, оператор — неким таким приемчикам, когда зритель малозначительные детали возводит в ранг первостепенных вещей. Упущена атмосфера, потеряна, испорчена иллюзия викторианской эпохи. Характеры актеров практически не переданы, нераскрыты. Съемочная команда словно размазала действия по кинопленке. Вместо того чтобы развивать основную сюжетную линию, приводить чувства зрителя в напряжение, режиссер распылялся на совершенно отвлеченные вещи, не имеющие никакого отношения к развитию событий.

    Я понимаю, что фильм этот создатель его пытался сделать нешаблонным, отойти от традиций Голливуда, но он переборщил. Фильм пуст, бессмысленнейший. Что пытался сказать автор? По моему, он ничего не сказал. Просто история неудачной жизни, такой, которой живут миллионы людей.

    А кем является главный герой? К какому типу его определить: «человек без лица», «маленький человек», может просто дурачок?

    Простите, но мне непонятно зачем создавать безыдейный фильм, когда ты ни выводов никаких из него извлечь не можешь, ни даже насладиться картинкой…

    Признаться, я разочарована.

    5 из 10

    21 июля 2009 | 17:45

    Для меня, ярой англоманки, этот фильм был просто как глоток свежего воздуха. Это какой-то «Даунтон Эбби» в формате полнометражки.

    Неторопливый, по-английски обстоятельный рассказ об одном отдельно взятом британском доме в период между двумя мировыми войнами и немножко после второй мировой. Актеры — не менее мировые: Энтони Хопкинс, Эмма Томпсон, Хью Грант, Кристофер Рив.

    Дворецкий Стивенс верно служит своему хозяину, держит целое поместье, и все это происходит в то время, когда Европа решает: дать ли Германии второй шанс. Хозяин Стивенса сделал неверный выбор.

    Как и сам Стивенс. Причем не только в сфере политики.

    Я лично смотрела с субтитрами, как смотрю вообще все английские фильмы и сериалы. Не могу не млеть от этого потрясающего английского. 2 часа удовольствия вам гарантированы.

    28 августа 2013 | 22:30

    Чопорная основательность, тщательная неторопливость, скрупулёзная доскональность. В такой обстановке детективам Агаты Кристи весьма кстати происходить. Как ни поразительно, это не детектив Агаты Кристи, и вообще не детектив, но дворецкий здесь выполяняет роль куда поважнее, чем быть убийцей или же участником детективного действа!

    Мелочность, помпезность, тщетность, тленность идут под руку с иерархичностью и регламентированностью практически всегда. И достойные старинные «традиции» даже очень человечных и порядочных людей часто искажат. Необычайную остроту, даже при внешней взвешенности и приглушённости, приобретают споры экономки с дворецким, демонстрирующие то, кем они осознают себя, друг друга, хозяев, гостей. Экономка не собирается обращаться на «Вы» к тому, кто имеет должность младшего лакея. И дворецкого упрекает в том, что его старый отец не туда положил совок или поставил статуэтку. Сам же дворецкий считает, что нельзя отдыхать, пока работодатеель не доволен работой, и что негоже прислушиваться к торжественным разговорам именитых господ за столом…

    «Я прислуживал за столом пятьдесят четыре года» — проронит отец главного героя, расстроенный тем, насколько урезали его обязанности из-за его чахнущего здоровья. Ведь старые слуги, для кого единственное средство ощутить себя нужным — выполнять немеряно всяческих дел на грани физических и душевных сил, не хотят прекращать сие, даже если это угрожает их жизни. А сын может быть настолько занят своими заботами, что закрыть глаза своему умершему четыре минуты назад отцу он доверит другому человеку.

    Но не одна повседневность господ и слуг — антимилитаристская и антифашистская тематика тут тоже присутствует. Действие частично происходит на фоне международных интриг и надвигающегося военного конфликта, причём даже многие из тех, кто не являются немцами, испытывают иллюзии по отношению к Германии. Всем уже ясно, что Германия вооружается — а всё разглагольствуют о мире, о том, как убедить французов относиться к рейху дружественно. И как же после войны удручает оборачиваться на свои предыдущие решения, и просить прощения за те ошибки…

    Кто-то всерьёз возглашает, что меры по чистке цивилизованных стран от евреев, негров и цыган запаздывают. А в Германии же экономический подъём, все за фюрера, никакие профсоюзы не смеют возникать, так почему и в других странах не утвердить такие же традиции? Особенно щемящий эпизод — увольнение двух прилежных служанок-иммигранток лишь за то, что они еврейки.

    В этом фильме как будто нет того, что полагается «крутым» и «продвинутым» произведениям. Ни экшена, зрелищных драк, ни таинственных убийств, ни вообще особо острых событий, в которых бы фигурировали главные герои, война и та за кадром. Но… Изумительна атмосфера — без пафоса и гротеска, сдержанная и эстетичная. Живописны интерьеры. И жаль, что Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон не получили Оскаров. И дворецкий, и экономка тут одновременно как будто архетипы, но потрясают личностными, индивидуальными чертами, крайней отзывчивостью, трепетностью, уютностью. Они способны освободиться из этого искусственного мира, понять что-то очень сокровенное. В тот остаток дня.

    6 апреля 2014 | 20:45

    Остаток дня — это вечер. Он наступил для старой доброй Англии. Вечер изысканных манер и скромного поведения, вечер устаревших представлений о долге, чести, справедливости… Когда придет ночь нашей славной цивилизации, не будет места таким людям как лорд Дарлингтон и его дворецкий Стивенс.

    Пока же мы наблюдаем, как наивный Дарлингтон (Джеймс Фокс) пытается примирить увязших в своих национальных амбициях немцев с американо-британскими нуворишами, прикрывающимися заботой о соотечественниках. Давно миновали те времена, когда подобные споры решались умными людьми, по-рыцарски настроенными в отношении друг друга. Теперь бал правят хамство, злоба, жадность, шпионаж…

    Стивенс — такой же динозавр, как и Дарлингтон. В наши дни ТАК себя не ведут даже потомки былой аристократии, кривляющиеся и визжащие на светских раутах. А тут — дворецкий! Необходимо помнить, однако, что выдержка истинных слуг воспитывалась столетиями и заслуживала не меньшего уважения, чем происхождение их хозяев. Я снимаю шляпу перед талантом сэра Энтони Хопкинса. Какое мастерство, какая вдумчивость, какое… благородство!

    Трудно сказать, изменилось ли поведение Стивенса, сложись иначе его отношения с экономкой мисс Кентон (Эмма Томпсон). Дворецкий не показался мне несчастным, поскольку он — самодостаточен. Неприятно кольнуло другое: неудавшаяся попытка Стивенса отречься от своего бывшего хозяина в послевоенной Англии, охваченной патриотическим психозом.

    Увы, судьба поместья лорда Дарлингтона типична для той эпохи. Большинство родовых гнезд после войны было продано или сдано в аренду таким личностям, как конгрессмен Трент Льюис (Кристофер Рив), и потакающее лейбористам государство одобрило процесс купли-продажи очагов национальной культуры.

    Фильм снимался на юго-западе Англии. Внешне роль Дарлингтон-Холла исполнила усадьба Дайрем (Глостершир), а в интерьере же выделяются музыкальный салон с прекрасным камином и парадная лестница замка Поудерем (Девоншир).

    10 из 10

    1 апреля 2011 | 16:13

    Все привыкли к тому, что американский режиссер Джеймс Айвори умело воссоздает на экране викторианско-эдвардианскую эпоху Британский Империи.

    Вот и в экранизации одноименного романа Кадзуо Исигуро Айвори показывает упадок британской аристократии и крах сложившихся устоев. И хотя эта лента напоминает прежние работы американца, нельзя не поразиться удивительно тонкому и чуткому восприятию им `облика минувших времен`.

    Безусловно, достижению таких впечатляющих результатов способствовали прекрасные актерские работы Энтони Хопкинса и Эммы Томпсон, воплотивших на экране образы дворецкого Стивенса, не могущего признаться в своих чувствах и вынужденного `на исходе дня` жалеть о своем выборе, и экономки мисс Кентон, влюбленной в Стивенса и страдающей из-за его пассивности.

    Главным же недостатком фильма является отклонение основной канвы сюжета (крах эпохи на примере краха одного человека) в сторону длинных, неинтересных сцен званых ужинов с делегатами разных стран, обсуждающими проблемы места Германии на политической арене в 30-е годы.

    6 декабря 2009 | 20:36

    Пожилой дворецкий Джеймс Стивенс (Энтони Хопкинс) отправляется навестить свою давнюю знакомую — экономку Салли Кентон (Эмма Томпсон). По дороге к ней, он придаётся в автомобиле ностальгии по тем дням, когда они вместе прислуживали в поместье Дарлингтон-Холл, в далёкие 1930-ые годы, у богатого и уважаемого лорда Дарлингтона, активно занимавшегося тогда внешней политикой. Однако большую часть его мыслей занимает мисс Кентон, с которой его связывает не только дружба, но и печальная размолвка, произошедшая однажды между ними, после которой экономка покинула Дарлингтон-Холл, желая таким образом досадить безразличному ко всему, кроме чистоты столовых приборов, мистеру Стивенсу. Не будь Джеймс таким слепым и заносчивым исполнителем, двадцать лет назад он бы наверняка позволил себе заметить, как Салли на него иногда смотрит.

    Замечательная, многоуровневая драма, поднимающая сразу несколько серьёзных вопросов. Главным из них, как не трудно догадаться, оказалось желание человека замечать только то, что он хочет или считает важным. Дворецкий Стивенс становится ярким примером того, как со временем мышление может фатально автоматизироваться, не позволяя своему хозяину выходить за некие рамки, в которых его решения исходят из окружающего комфорта. Заменив собственные правила чужими, мы прекращаем думать о себе, создавая свой маленький мир, где всё просчитано и продумано за нас. Таким образом, когда в консервативный образ мышления Стивенса со стороны пытается вторгнуться что-то постороннее, он отталкивает это от себя, боясь, что это может разрушить его логичное существование. В итоге, как бы дворецкий не старался услышать окружающих, всё, что они хотели до него донести, казалось ему неуместным. Даже светлые чувства Салли долгие годы лишь поверхностно касались несгибаемого характера Джеймса, который просто физически не мог ответить ей нечто большее чем «Благодарю вас, мисс Кентон». Чего уж говорить о том, что он никогда бы не решился поставить под сомнение странные политические решения глупого и наивного лорда Дарлингтона, который на глазах у своего верного слуги долгие годы позволял собой манипулировать. Не вмешался Стивенс и тогда, когда Дарлингтон, под тяжестью нацистской лапши на ушах, повелел выставить за ворота двух молодых гувернанток еврейского происхождения. В общем, как вы уже, наверное, поняли, сценарий у фильма вышел с иголочки. Оценив предложенную картиной ситуацию, мне теперь страшно представить себе, насколько убийственной для воли человека может быть одержимость нейтралитетом. Есть ли в этом кино ещё что-нибудь, кроме прекрасной истории? Разумеется.

    Например, запоминающаяся стилистика. Всё действо почти 100% времени происходит в дорого обставленных комнатах гигантского поместья, в результате чего, обстановка порой находится на грани мистического детектива. Частенько здесь бывают очень атмосферные сцены, когда два человека тихо разговаривают в большой комнате, как бы боясь эха, которое может внезапно прокатиться по коридорам Дарлингтон-Холл. Повсюду царит сильное настроение того, как незначительны люди в этом огромном, импозантном муравейнике, который на много лет переживёт все интриги, скандалы и перебранки.

    Актёрская игра тоже не подкачала. Как бы ни хотелось быть честным по отношению ко всем, но только Хопкинс и Томпсон здесь имеют значение. Энтони тут это, что совершенно потрясающее. Мало того, что вряд ли возможно в принципе сыграть более правдоподобного английского джентльмена, так он ещё и умудрился сделать невероятно живым дворецкого Стивенса, такого сухого и скупого на эмоции персонажа. По нему просто видно, как он отгораживает себя от ненужных впечатлений. Эмма же чудесно сыграла робкую, но волевую работницу, которая выгодно контрастирует с игрой Хопкинса и является полной противоположностью его героя.

    Подведём черту: если вы соскучились по хорошей драме, которая легко жонглирует сразу несколькими интересными темами, то «На исходе дня» нельзя пропускать. Оно того стоит. Мои горячие рекомендации.

    8 из 10

    3 декабря 2013 | 12:16

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>