Дон Кихот медицины
'Целитель Адамс' пришел к Робину Уильямсу, когда он работал над одной из своих лучших ролей - тоже доктора - в великом фильме Гаса ван Сента 'Умница Уилл Хантинг'. Ставить экранизацию мемуаров вполне здравствующего врача Хантера Адамса взялся талантливый комедиограф Том Шэдьяк, не знавший в своем деле провалов и выпустивший на тот момент 3 феноменально успешных хита с Джимом Керри и Эдди Мёрфи. 'Целитель Адамс' закономерно стал четвертым, хотя на тот момент - самым спорным: зрители привыкли, что фильмы Шэдьяка - это эксцентрические легкие фарсы с отчаянно комикующими героями, а тут, несмотря на то, что героем стал самый настоящий клоун, лента приобрела сентиментальное, местами даже трагическое звучание, непривычно серьезный тон и, пожалуй, даже желание пробиться в наградной сезон.
Критики, впрочем, отнеслись к фильму холодно, хваля Уильямса, но ругая не слишком удачный жанровый коктейль, однобокость сценария, поверхностное изложение материала, слишком прямолинейное выжимание слез из зрителей. Однако, это не помешало стать фильму фаворитом публики, и, с высоты сегодняшнего дня уже ясно, что критики, даже если были правы в частностях, в целостном восприятии ленты ошиблись. Например, на 'Томатах' - поразительно большое расхождение между оценками критиков (22) и зрителей (75). Зритель любит такие фильмы, и будет любить всегда.
Картина отвечает двум любимым голливудским темам: история 'золушки', добившейся признания и история победы личности над системой. Зритель любит бесхитростных, добрых героев, отчаянно стремящихся сделать его мир лучше, любит байопики - жанр, позволяющий испытывать особую сопричастность киногероям, любит смеяться, плакать и Робина Уильямса.
Для Уильямса это тоже одна из любимейших тем - победа маленького человека над бездушной системой, сохранение своего внутреннего ребенка в плену повседневности, ну и сам по себе персонаж Адамса крайне близок актеру, всегда уютно чувствовавшему себя в ролях людей не от мира сего. Победа и торжество таких людей, как и торжество человеколюбия, смеха, любви, силы духа над силами порядка, традиций, кондовой дисциплины, ханжеской морали - есть главная тема творчества актера, которую он вел чуть ли не со времен 'Попая'.
'Пэтч' (в некоторых переводах его заменили оскорбительным 'Шут', хотя 'пэтч' и есть эвфемизм для 'шута' - что-то вроде 'нашлепки', 'липучки', 'пластыря' - фактически 'доктор Пилюлькин') Адамс - прямой наследник созданных Уильямсом персонажей из 'Общества мертвых поэтов' и 'Пробуждения' - гений, романтик, нонконформист, максималист, страдалец, одиночка, потерянный чудак и чужак. Своеобразный Дон Кихот медицины. Как Джон Китинг и доктор Сэйер, он инороден везде, где бы ни был, любое общество отвергает его и пытается выдавить как занозу, а он отчаянно пытается донести свое 'прозрение' хотя бы до нескольких. По сути, это тема Христа и апостолов. В каждом из этих фильмов вокруг непонятого гения формируется группа последователей, готовая терпеть за правду и созданное своим мессией учение, а учитель обещает спасение - здесь - в буквальном смысле. Его герой, как и вышеназванные, чувствует себя полноценным только рядом с детьми, смотрящими на мир еще не окостеневшим взглядом, да с людьми на пороге смерти, готовыми воспринять это своеобразное 'помазание'. Уильямс здесь в своей стихии и глубоко правдив.
Конечно, тема миссии и мессии слишком крупна для рамок комедии, в которые Шэдьяк старается ее запихнуть. Отсюда множество неоправданно жесткой критики в адрес фильма, который просто старается донести сам предмет мессианства широкой публике, старается быть милым и дружелюбным со зрителем, говорить с ним на одном уровне, не посягая на звание авторского высказывания, как '1492: завоевание рая' Скотта или 'Список Шиндлера' Спилберга.
Другое дело, что не всегда фильм под стать таланту Уильямса. Если ему не привыкать к ролям изгоев, которых хотелось бы иметь в друзьях, и он изо всех сил старается привнести что-то новое в привычный образ несущего разумное, доброе, вечное, получающего и порцию жестокого отрезвления и порцию триумфа, то остальным актерам приходится порой туго в узких сюжетных рамках этой истории. И не старшно, что ради Уильямса грешат против фактов - например, возраста Адамса, который поступил в университет сразу после школы, а вовсе не будучи зрелым мужиком, и был, например, огромного - почти двухметрового - роста. Это не важно. Важно, что ради выравнивая истории с голливудскими канонами и для нагнетения интриги в сценарий неуверенной рукой добавляются дополнительные персонажи: например, Филип Саймур Хоффман играет бесполезного для сюжета твердолобого однокурсника Адамса, который, конечно, потом будет поражен успехами своего вертлявого конкурента. А Моника Поттер - романтический объект, который долго держит оборону от обаяния доктора-клоуна, но, конечно, не может не сдаться. Фильм от их присутствия ничего не выигрывает, разве что затягивается.
По визуальному стилю и темпоритму, персонажам и морали он подражает большому биографическому голливудскому кино, вроде 'Игр разума', и, если бы не добротная ложка юмора, быть ему очень пафосным и моралистским. В фильме есть несколько пафосных моментов, например, типичный для такого рода картин суд, в ходе которого к герою, доказывающему свою правоту, приходят вылеченные дети, и, в знак поддержки надевают красные носы. В 'Обществе мертвых поэтов' похожая сцена была пронзительно искренней и мощной, оправдывающей учение Китинга. Здесь это выглядит дешевой манипуляцией и отдает фальшью. Благо, Шэдьяку все-таки хватает чувства юмора, чтобы не держать одну и ту же раздражающе плаксивую ноту весь фильм.
Смешной ли это фильм? Пожалуй, да. Забавно что Уильямс, невероятно дерзкий, резкий, неудержимый и остроязыкий на сцене, в кино предпочитал быть довольно сентиментальным и выбирал роли 'юродивых'. Но когда сценарий позволяет, он взрывается фейерверком юмора и доказывает, что смех может соседствовать не только со слезами, но и со смертью. Смех - это миссия. Не менее важная, чем миссия религии или медицины. И это, безусловно, добавляет фильму значительности и силы, которую у него стараются отнять неоправданно пафосные сцены.
Порой картине не хватает тонкости и выпуклости, но, как я и говорил, общее впечатление от нее очень яркое, а послевкусие стойкое и щемяще-приятное. Уильямс так хорош, что даже сам доктор Адамс, поначалу не принявший фильм и злобно его критиковавший, со временем сменил гнев на милость, и через два десятилетия уже хвалил ленту, сделавшую его и его дело всемирно известными, а Уильямса называл другом.
Видимо, и он понял, что закрывая глаза на огрехи сценария и постановки, мы видим главное - личность, изменившую мир к лучшему. И фильм, который пытается сделать тоже самое.
9 из 10
27.3 млн 
1 млн 
711.1 тыс 
2