всё о любом фильме:

Конформист

Il conformista
год
страна
слоган«Bertolucci's Masterpiece about Sex and Politics»
режиссерБернардо Бертолуччи
сценарийБернардо Бертолуччи, Альберто Моравиа
продюсерДжованни Бертолуччи, Маурицио Лоди-Фе
операторВитторио Стораро
композиторЖорж Делерю
художникФердинандо Скарфьотти, Джитт Магрини, Освальдо Дезидери
монтажФранко Аркалли
жанр драма, ... слова
бюджет
$750 000
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время111 мин. / 01:51
Номинации:
Законопослушным человеком хочет быть каждый, но если государство, в котором ты живешь, является преступным, то поневоле оборачивается преступлением и твое послушание. Такова цена конформизма, которую вынужден заплатить доктор Марчелло Клеричи, получающий от фашистских властей приказ отправиться во Францию с тем, чтобы организовать и осуществить ликвидацию итальянского профессора-антифашиста.

Выполняя задание, Марчелло понимает поразительное сходство государственного насилия с сексуальным, жертвой которого он пал в детстве.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
100%
48 + 0 = 48
8.8
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    Трейлер 02:58

    файл добавилmifomanka

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 10.0/10
    Можно с полной уверенностью сказать, что те, кто видел «Конформиста» лишь в советском кинопрокате, совсем не знают этот фильм, даже не представляют себе его подлинный художественный уровень и новаторский характер. Дело не только в том, что данную картину у нас сократили на 32 (!) минуты и выпустили вообще в чёрно-белом (!!) варианте. Самое губительное — она была перемонтирована режиссёром дубляжа Эдуардом Волком в абсолютно другом порядке, что называется, выпрямлена, выстроена абсолютно линейно и хронологически. И сразу же напрочь исчезла вся прелесть уникального ассоциативного монтажа, отражающего прихотливую череду воспоминаний Марчелло Клеричи, который должен совершить порученное ему фашистами убийство в Париже профессора Куадри, своего бывшего учителя. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 100 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Фильм, как ни странно, не завоевал выдающихся призов. Премия — рекомендация международного евангелического жюри, да «приз симпатий» от журналистов в рамках Берлинского кинофестиваля 1970 года — не в счет. А ведь кино, снятое 30-летним Бертолуччи, более, чем примечательное. И название — как приговор. Собственно, посмотрев еще советского образца черно-белую перемонтированную версию фильма, я и узнал значение этого слова. В своей картине Бертолуччи осмысливает конформизм, как социальное явление, особенно опасное в переломные периоды истории, когда на кону жизни целых поколений, судьбы многих стран.

    Итак, конформист — это итальянский аристократ Марчелло Клеричи из деградировавшей семьи, но с блестящим образованием. Он принимает фашизм, но исключительно ради собственного благополучия и «спокойствия». Он видит в фашизме карьерные возможности и «убеждает» себя в правильности выбора, общаясь с далеко неполноценными сторонниками этой идеологии — слепцом Итало и сошедшим с ума отцом Клеричи. Убежденный марксист Бертолуччи, конечно, блестяще показал ущербность идеологии фашизма, представив еще один образ — старательного служаку Монганьело, приставленного «помогать» Клеричи в осуществлении зловещего и циничного задания — убийства профессора-антифашиста, у которого в свое время учился главный герой. Конфликт главного героя с самим собой набирает силу и заканчивается полным крахом его, как личности, оставляя в душе лишь конформизм, с которым Клеричи дождался поражения фашизма, чтобы не задумываясь отречься и от него.

    Если бы сценарий сводился лишь к вышеозначенным мыслям, то фильм уже бы стал неординарным. Этого не могли не заметить в СССР, когда перекроили творение режиссера и почему-то сделали его из цветного черно-белым. В советском кинопрокате «Конформист» стал пропагандистским обличением фашизма, а от всего остального в фильме решили избавиться. А зря.

    Начнем, хотя бы с попыток еще молодого режиссера осмыслить психологические корни конформизма. Как так получилось, что часть аристократии поддержала Муссолини, чья социальная база, как известно, мелкие лавочники и малограмотная крестьянская масса (типичный представитель — уже упомянутый Монганьело). Почему церковь оставалась толерантной фашизму? Цензурированию было подвергнуто и фрейдистское осмысление неустойчивости психики героя. Вместе с 30 минутами «вырезанного хронометража» ушли замечательно красивые планы и кадры, насыщенные символикой и поддерживающие смыслы. К счастью, справедливость восторжествовала, и теперь есть все основания для того, чтобы пересмотреть фильм и насладиться бесподобной игрой Жана-Луи Третиньяна (Клеричи) и обворожительно красивой и талантливой Доменик Санда (Анна).

    Итак, «Конформист» — выдающееся «умное» кино в лучших традициях итальянской школы неореализма (основоположник — Ф. Феллини), по-прежнему глобально актуально, как приговор философии «конформизма», как антифашистский манифест, как призыв к неравнодушию.

    6 декабря 2010 | 01:01

    Посмотрел в рамках долгосрочной программы по ликбезу Конформиста Бертолуччи. И надо сказать, наконец понял за что так любят и ценят этого режиссёра в мире. Ни последнее танго в париже, ни Под покровом небес, ни Мечтатели, ни Ускользающая красота, ни Двадцатый век, — ответа на этот вопрос мне не давали. А тут да. Мощно. Эпохально.

    Трентиньян ещё раз утвердился в моих глазах, как сильный актёр с совершенно не запоминающимся лицом. Таковыми актёры по сути и должны быть, чтобы зритель видел персонажа, а не звезду в кадре. Бертолуччи доказал, что может снять шедевр. Поскольку главной проблемой у него всегда были финалы. Типичная ситуация — начинает за здравие, а заканчивает за упокой. Пол фильма смотришь, надеешься на хорошую такую и логичную кульминацию с развязкой, а он берёт, да и плюет на все законы драматургии, и, как будто, начинает снимать совершенно новый фильм.

    Так вот, в случае с Конформистом эта черта Бертолуччи не проявляется никак. Здесь идеально (или почти идеально) всё, особенно то как Бернардо выстраивает нелинейное повествование. Ну и операторская работа выше всяких похвал. В общем, впервые после фильма Бертолуччи испытал хороший такой катарсис.

    10 из 10

    11 ноября 2010 | 16:23

    Там, где торжествует серость, к власти всегда приходят черные.
    (братья Стругацкие, «Трудно быть богом»)


    Жил человек. Стал убийцей. Не потому что хотел, просто — согласился со всем и всеми. Оскопил себя духовно и нравственно. Уничтожил в себе все, что мешало… стать нормальным.

    А ведь правду говорят. Не так страшны убийцы, как равнодушные. Это они стоят в стороне, когда другие режут и убивают, и думают — кого угодно, только не меня! Каждый готов стать тенью, исчезнуть при любом луче Солнца, раствориться в тумане, и, как туман, стлаться по земле, надежде остаться в стороне.

    Бертолуччи не только оживил героев романа Альберто Моравиа, он удивительно точно попал в настроение, в многих героев Достоевского, Чехова, Горького, Лескова… Он снял фильм, невероятно близкий по духу России и русским, нашему недобуржуазному полукрестьянскому индивидуалистическому менталитету и вечной философии «все вместе мы за, каждый в отдельности против, а вообще — приспособимся».

    Смотреть его трудно, иногда мучительно трудно. Это очень страшный фильм. Но не смотреть нельзя. Потому что мы с вами жили и живем в конформистском обществе, обществе соглашателей. Это с нашего молчаливого согласия воруют чиновники, сажаются невинные, творится ментовской беспредел, давится любое инакомыслие, возникают новые нацисты, льется с экранов ложь, снимается плохое кино, в конце концов. Это не только итальянская, но и наша нация приняла кучку вождей, век кивала, отмалчивалась, лгала всему миру и себе, горделиво притопывала в патриотическом экстазе — «мы, мол, великие», мы — избранные. И продолжаем притопывать, прихлопывать, надеясь, авось пронесет. Авось решат без нас. Решали же всегда. А я? Я человек маленький.

    Забывая, что маленькие недовольные идиоты вознесли на престол Гитлера, пытаются оправдать Сталина, вытащили из какой-то ямы Пола Пота и, понадеявшись, что «сегодня, слава богу, на нас» спустили и начало Второй мировой и геноцид в Руанде, и Хиросиму, и Афганистан и еще сотни, тысячи, миллионы мерзостей. Кинг писал, что мы убиваем друг друга любовью. Может быть. Но еще больше мы убиваем ежечасным равнодушием. Это не доктор Клеричи смотрит из окошка машины на предсмертную агонию любимой женщины, замерев в надежде проскочить, остаться в тени, избежать ответственности. Это каждый итальянец смотрит на корчащуюся в судорогах фашизма Италию, это каждый человек в мире смотрит из своего маленького окошка на творимое вокруг него зло, молчит, надвигает шляпу на глаза, поглубже засовывает руки в карманы и оправдывает себя тем, что это ведь не он держит пистолет, не он режет, не он убивает.

    Мучительно жестоко Бертолуччи раскрывает глубинную суть фашизма не как идеологии, но как конформистской философии, живущей в каждом из нас и дающей взрасти такой гадости как фашизм, сексизм, нацизм, расизм и еще куче разных «измов».

    Именно «Конформист» стал важной вехой кинематографа, благодаря которому появились такие ленты как «Апокалипсис сегодня», «Взвод», «Американская история Х», «Перекресток Миллера» и др. Именно он заставил каждого спросить себя — а не я ли причина творимой вокруг дряни? «Конформист» встряхивает и выворачивает наизнанку. Он показывает нам наш же мир, где лишь толпа слепцов может быть искренними с самим собой и миром, потому что слепы и не способны увидеть картину полностью. Остальные же — конформисты, и — суть предатели. Нужно очень много сил и решительности, чтобы принять на себя ответственность — за что угодно — за ребенка, сделанную работу, высказывание, а тем более — за общество, образ мыслей, идеологию. Большинство не обладает и не хочет обладать такой решительностью. Мы все надеемся проскочить. Но можно ли уйти конформисту от суда истории? Да, таких как Клеричи, не вспомнят. Помнить будут тех, кто прикрываясь их согласием, творил ад на Земле. Но что будет с ними? Слепцов унесет толпа, как в финале фильма, они будут искренне верить в то, в чем их убедят. А конформисты, все понимающие, видящие, внутренне не согласные, но остающиеся в стороне — останутся в одиночестве, ненавидимые и презираемые. За них будут стыдиться, как стыдятся нынешние немцы поколения своих дедов. Как сам Клеричи в конце открещивается от всех своих отцов — родного и двух «приемных» — слепого друга, приведшего его в фашистскую партию и насильника-шофера, сильно повлиявшего на его жизнь. Он ненавидит всех, с кем соглашался. И прежде всего себя. Это ли не есть ад, отблески огня которого, кажется, вспыхивают на лице в последнем кадре у разрушенного до основания, как родная Италия, полусвихнувшегося, как и его отец-чернорубашечник, когда-то пытавший и убивавший невинных, Марчелло Клеричи. Он так ни разу и не поднял пистолет, но скольких он убил…

    Уже в первых фильмах Бертолуччи предстал, как режиссер-гуманист, пришедший в искусство для того, чтобы спрашивать, обличать, судить, дарить надежду и разочаровывать. Но главное — не быть равнодушным. Можно как угодно воспринимать этот фильм, можно ненавидеть его или оправдывать, можно любить или ругать, но вряд ли можно просто пропустить его мимо души и мыслей, как фастфудовский блокбастер. Бертолуччи разочарован и жесток в этом фильме, хотя не устает ловить камерой «ускользающую красоту» — будь это «прикрывающие убийство» осенние листья, округлость женских плеч или безжизненную отполированную пустоту фашистских учреждений. В этом мучительно красивом мире живут мучительно красивые люди, изъеденные червем изнутри.

    Великолепно сыграл Трентиньян. В нем виден разлад. Этот разлад играют не только глаза, но и тело, он весь какой-то не такой. Какой то разложенный, разбитый, разрушенный. Его движения — то излишне суетливые, то наоборот, существующие как бы вне времени, помогают понять этого страшного человека и не прощать его. Идеальная Стефания Сандрелли не обманывает ожидания в роли «нормальной» жены героя — не любимой, красивой, глупой, «согласившейся» со всем в своей жизни. Великолепна и Доминик Санда — старавшаяся бороться, меняться, что-то делать, но в итоге — тоже смирившаяся со своей участью и со своими чувствами. И Энцо Тарашо хорош в роли профессора-антифашиста, который лишь якобы борец, а на деле — тот же обыватель, сбежавший от ответственности из Италии и предпочитающий красивую «борьбу» в комфорте и гулянках из заграницы. В этом фильме обречены все. «Я не хочу чтобы кто-либо спасся — и не спасаю никого», — говорил режиссёр.

    Режиссер превращает зрителя в пассивного соучастника творимого зверства. Он создал прекрасную и страшную картину, шедевр, который рано или поздно должен посмотреть каждый. И все, что случилось с миром, случилось потому, что «Человек состоит из всех людей. Он равен им всем, и все они равны ему». И главный вопрос, который задает Бертолуччи — а ты бы опустил окно?

    10 из 10

    6 ноября 2016 | 14:11

    Я не читала произведение Альберто Моравиа, но смотрела фильм Бернардо Бертолуччи. Я слышала, что книга менее многозначна, не читая, конечно, нельзя ничего сказать. В фильме персонаж получился сложным, интересным. История отвратительного, мерзкого, ничтожного типа по имени Марчелло Клеричи, и тех, кто встретился на его жизненном пути. Пути червяка. На его примере показана природа человеческой ничтожности во всех смыслах этого слова, а именно, природа злодеяний Клеричи — его сексуальные комплексы.

    У Клеричи вся семья отвратительная: мать — наркоманка, лентяйка и истеричка, отец — психбольной, а в прошлом жестокий человек, совершивший немало злодеяний, жена — круглая дура, теща — подхалимка, желающая выдать дочку замуж за представителя более высокого класса, чем они, друзей нет, а еще и этот шофер Лино в далеком прошлом, которое куда сильнее всех его настоящих. Между Клеричи и его женой Джулией очень мало общего. О любви и в принципе не может быть речи, по крайней мере, с его стороны. Она глупая, необразованная, безвкусная, он, все же — представитель аристократии, хоть это и не мешает ему быть ничтожеством. Для нее первый неприятный сексуальный опыт не стал каким-либо потрясением, а ему же, наоборот, определил всю дальнейшую жизнь, это говорит о том, что она менее чувствительна, чем он, но в данном случае положительно ли это?

    Его противник, профессор Куадри, напротив же, находясь в смертельной опасности, находит в себе силы следовать тому, что считает справедливым, у него есть союзники, не по неволе, а по идее, красивая чувственная жена, пусть и не самая верная. Пара Куадри при всех прочих условиях, даже если отбросить, что Клеричи — фашисты, кажутся куда более достойными людьми, верными своим убеждениям и принципам, способными на человеческие чувства.

    Желая убежать от своих собственных комплексов, Клеричи вступает на новый путь злодеяний, но он уверен, что одобрение общества поможет ему забыть свой «позор». И это будет верным, будет злодеянием во благо и справедливость. Да и церковь «одобрила», раз он на стороне «правых». И он, недостойный, станет достойным.

    Фильм, смотрелся ровно, но одна сцена была очень сильной. Когда Клеричи не открыл дверь женщине, которая была ему не безразлична, которая отчаянно кричала в последние секунды своей жизни. Вот это было верхом его ничтожества, ничтожества неисправимого. Сцена убийства тоже показалась убедительно очень жестокой.

    Интересный эпизод — танец двух женщин является, на мой взгляд, все же не самым чувственным танцем двух женщин в кино, по крайней мере, на сегодняшний день, танец из «Фриды» мне кажется ярче, я ни в коем случае не сравниваю фильмы, они совершенно разные, сравниваю только танцы.

    Марчелло Клеричи — закомплексованный бесхребетный мерзавец, он не врет самому себе один единственный раз в своей жизни, а именно, когда он, окончательно сорвавшись от борьбы с самим собой, обозначив всех виноватых в своей ничтожной жизни, превратился из латентного гомосексуалиста в очень даже «действующего». А Жан-Луи Трентиньян — очень интересный актер, от Стефании Сандрелли я не в восторге, мне она никогда особо не нравилась, актриса, сыгравшая Анну, показалась куда интересней. Я не люблю фильмы о политике, даже, где она просто присутствует, не люблю, и смотрю очень редко и никогда их не ищу целенаправленно, но этот фильм мне показался очень выразительным, сложным, интересным, многообразным, настолько, что можно очень долго о нем говорить, но лучше просто взять и посмотреть.

    9 из 10

    10 октября 2010 | 17:42

    Этот фильм произвел на меня особое впечатление. Мне не довелось прочесть произведение Альберто Моравиа, довольствовалась только картиной Бертолуччи.

    В центре внимания главный герой — Марчелло Клеричи. Философ по образованию, интеллигент, Клеричи идет на службу к фашистскому режиму и становится его тайным агентом и наемным убийцей. Что же толкнуло его на это?Режиссер раскрывает нам свою версию, а именно:в детстве Марчелло убил(или думал, что убил)гомосексуалиста, который пытался его совратить. Кроме того, он сам осознает свою ненормальность. Эти причины и послужили поводом для такого шага.

    Теперь он становится другим, получает власть над людьми, над их жизнью и смертью. И за свои поступки он больше не отвечает — за них отвечает «организация».

    Клеричи — человек с опустошенной душой, и поэтому он становится послушным орудием фашизма. Его мелкая и подлая жизнь протекала однообразна. Его внутренняя раздвоенность, его внутренняя борьба с добром и злом не дают ему покоя. Дурные наклонности одерживают все-таки над ним верх.

    А Трентиньян-актер дает нам почувствовать своей игрой сладкое головокружение вседозволенности, чтобы мы могли его распознавать, чтобы мы не поддавались таким искушениям. Сам актер после этого фильма признавался, что он(фильм) стоил ему очень дорого, что он его буквально растерзал.

    Главная заслуга, несомненно, принадлежит великому Бертолуччи. Честь ему и хвала.

    11 декабря 2010 | 09:10

    О фильме непременно хочется говорить в превосходных степенях. Стиль довоенной эпохи, операторская работа, необыкновенная красота в кадре — просто пиршество для глаз. Нарочитая роскошь, помпезность и, вместе с тем, чувство вкуса. Блистательный подбор актеров. Динамичный сюжет. Фильм очаровывает с первых минут и не отпускает до финальных титров. Кино, снятое с размахом, неординарное, и не лишенное иронии.

    Каков он, главный герой? Бертолуччи рисует личность сложную. Интеллектуал, одаренный, выдающийся, но вместе с тем без внутреннего стержня, с червоточиной. Не фанатик, отчасти карьерист. Сложно до конца понять этот характер, но в определенных отношениях это образ типичный.

    - Будь моя воля, все эти трусы, извращенцы, евреи — отребья, будь моя воля, всех бы их к стенке поставил — говорит Манганьело.

    - Что ты теперь будешь делать? — спрашивает Джулия Марчело. — То же, что и все, кто думал как я… таких много, так что опасности нет.

    Режиссер затрагивает детские травмы на почве сексуального насилия, а также знакомит зрителя с окружением из прошлого Марчело (семья) и настоящего (соратники, товарищи).

    Несмотря на кажущуюся убежденность, уверенность в своих идеалах, это человек слабый, бегущий от ответственности, нерешительный и подлый. Проповедуя одни идеалы в начале фильма, он с легкостью меняет их на другие в конце.

    Несколько раз на протяжении фильма поднимается вопрос нормальности. Марчело хочет быть «нормальным», вписаться в окружение, но в нем нет общности. От жены он с радостью бежит, идеалы выворачивает наизнанку, а друга предает. Нормальным его никак не назовешь. Нормальные люди просты, такова его буржуазная жена, прямолинейный Манганьело и слепой Итало. Они воспринимают свою жизнь как данность и преданы своей идее. Марчело же герой сомнения.

    Вопрос лояльности фашизму на самом деле возникал не раз. Куда девались те немцы, которые читали Шиллера, слушали Бетховена, любовались Дюрером? Фильм отчасти дает ответ на этот вопрос на примере фашисткой Италии.

    10 из 10

    14 декабря 2012 | 00:37

    Режиссёр фильма Бертолуччи рассказывает о «типичном» конформисте тоталитарного общества, но наш герой не так прост — видно, что его интеллектуальный уровень далеко выходит за рамки «среднего» человека, Марчелло беспокоит, что он не похож на всех — он хочет быть «нормальным», все его действия подчинены одной цели — стать «нормальным». В голову Марчелло лезут всякие неподобающие фашисту мысли, ведь он философ, да и вообще «думать» в тоталитарном обществе человек не должен. Потому то он и лезет к своему душевнобольному отцу (отец — идеолог фашизма), психика которого не выдержала собственных преступлений. Он требует у него ответа на вопрос: «Ты убивал людей?» Сам герой не может никого убить — он не убийца, он просто хочет жить.

    Лично у меня сложилось впечатление, что главный герой противен сам себе, но он ничего не может поделать со своей трусостью, ведь всякий конформист трус, для Бертолуччи. Мне запомнилась вечеринка, которую собрал герой по случаю своей женитьбы, где все приглашённые слепые, быть может он не хотел, чтобы его видели люди?

    Через тему секса передаётся во многом драматизм фильма: тут и детская травма главного героя и его страсть к жене профессора, которая станет «нежелательным» свидетелем преступления, — он бы рад её спасти, да не может. Страшно.

    Последний штрих фильма — падение режима Муссолини. Конформист предстаёт перед нами во всей своей красе. Вот это и есть типичный конформист.

    Главный герой внешне чем-то похож на Б. Муссолини, вам не кажется?

    Каждый человек делает для себя выбор — стать безмолвным соучастником преступления или бороться. Здесь нельзя никого осуждать. Никто не знает как бы он поступил на месте Марчелло.

    6 февраля 2011 | 19:54

    При моем самом первом просмотре фильма «Конформист» было замечено уже с первых минут, что операторская работа тут порадовала, причем порадовала она очень и очень сильно. Под операторской работой я подразумеваю так же и работу со светом, наличие заднего плана — или его отсутствие совсем! — детальные и плановые композиции при съемке, цветовая гамма в различных моментах фильма, ракурс съемки. Именно на всё это я обращал внимание, полностью отлучившись от сюжета.

    Хочу начать описание технических средств в этом фильме именно с фона, так как он всё-таки как один из ключевых компонентов композиции (взять, например, фоновый свет, как один из пяти основных). В первых пяти-семи минутах фильма уже можно заметить во время диалога двух героев, что у этих двоих происходит довольно спокойный разговор, когда как на заднем плане постоянно мельтешит трио поющих женщин. Дамы стоят на свету, там всё буквально излучает свет. В этот же момент, во время диалога, комната темна, что уже подает зрителю какой-то намек на тяжесть мыслей и недобрые помыслы одного из героев. Опять же фон подчеркивает пространственность и неотделенность от предыдущей сцены, когда слепой Итало читает по радио пропагандистские речи: в стекле видно его отражение, где он служит фоном для своего собеседника, с которым только что разговаривал минуту назад. В следующем эпизоде хочется подчеркнуть как бы сходство: темный фон — темные дела, ведь фон — это буквально черное полотнище, на котором видны лишь двое говорящих людей. Только свет выписывает и вырисовывает из общей массы этих двоих.

    Свет. Да, свет неотъемлем как никогда в любых картинах. Свет — основа всего. В фильме светом выделяются герои, подчеркиваются детали, свет ложится на фон, делая сильнейший ритм из теней от жалюзи, пересекающийся с платьем героини, создается контровым светом обстановка в кабинете, посредством задымленности и приданию этим изображению некой мягкости, либо высокими контрастами опять же от теней объектов.

    Движение. Движение сильно показано в некоторых сценах. Например, сильный «завал горизонта» в отрывке «преследования» за Марчело, где композиция целенаправленно выстроена завалено, чтобы мощнее ощутить динамику и стремление дойти до конечной цели Марчело. Летящие листья, ритм полей за окном поезда — движение вперед. Ритм так же передает движение. Ритма очень много, даже поля за окном поезда — тот же ритм, мчащийся вдаль.

    Вновь перебегаю к самому началу фильма: показана монументальность строений человека, либо природы и ничтожность во всем этом самого творца, человека. После выхода Марчело из отеля, он на фоне стены выглядит совсем маленьким, каким-то даже униженным перед этой громадой зданий. Достигается это пространственной съемкой широкоугольным объективом и нижней точкой ракурса, что сильно подчеркивает геометрию и монументальность зданий. И это лишь одна такая пространственная сцена из всех.

    Нужно так же поговорить и о цвете, который, конечно, очень важен и действительно является для понимания неотъемлемой частицей. Цвет всегда и везде разный: всё зависит от настроения сцены. То есть если идет речь о чем-то хорошем, то цвета будут теплыми, чистыми (сцена воспоминания детства — яркое солнце, яркие цвета, всё излучает тепло); если же говориться и/или показывается что-либо не совсем хорошее в самом примитивном понимании зла и добра, то цвет показывается, либо холодно-синим (психиатрическая лечебница), либо грязно-красным в вариациях с грязно-желтым (празднество), либо дождливо-коричневым. Так же иногда бывают более или менее нейтральные сцены, где цвета вроде и в теплом спектре находятся, но загрязнены чем-то, хотя по тону выровнены они идеально. Часто встречается такой элемент, как выделение цветом одной какой-нибудь детали.

    В конечном итоге, хочу сказать, что эта картина действительно заслуживает 9 баллов из 10 моей личной отметки с технической стороны. Один балл исключает именно сюжет, но об этом расскажут другие. Моя же роль была раскрыть именно техническую часть и лишь частично затронуть вырезки из фильма, но не касаясь сюжетной части совсем. Кинолюбителям советуется к просмотру, чтобы узнать для себя новые и новые технические решения в своих фильмах.

    9 из 10

    20 декабря 2012 | 00:39

    Есть такие фильмы, что с течением времени не только не покрываются нафталиновой корочкой, но и вовсе получают все большее признание как критиков, так и простых зрителей. На сегодняшний день «Конформист», снятый Бернардо Бертолуччи всего лишь в 29-ти летнем возрасте, является одним из наиболее разобранных и проанализированных фильмов в истории. Несмотря на то, что эта лента представляет собой экранизацию послевоенного романа Альберто Моравиа, в ней куда больше Бертолуччи, нежели автора первоисточника. Размышляя о природе человеческих поступков, режиссер подхватил заложенную в книгу идею, но преподнес её так, что исторический фон и главные герои воспринимаются крайне условно, тогда как сами истоки мотивации универсальны.

    Италия, 1932 год. Марчелло Клеричи ничем не примечателен среди иных людей, известно лишь одно — он всю жизнь чувствует себя непохожим на других, стремиться стать «нормальным». Намеки на гомосексуальность, тяжелая психологическая травма родом из детства, ощущение несоответствия формы и внутреннего содержания вещей — все это толкает Марчелло к мнимым ценностям, принимаемым за естественность. Вступление в ряды фашистов для Клеричи есть не идеологический шаг, а попытка бегства от собственного «я», сокрытие внутреннего дискомфорта под тень внешне сильной идеологии. Чтобы быть как все, он женится на пустой мещанке Джулии, чья жизнь легко умещается в спальне и на кухне. Ярким примером разложения итальянской аристократии служит семейство Клеричи, где мать страдает от наркотической зависимости, а отец (бывший чернорубашечник) помещен в психиатрическую больницу. Всякое желание порвать с собственным прошлым толкает Марчелло на обставленную под «медовый месяц» поездку в Париж, в ходе которой ему поручено устранить антифашиста профессора Квадри. Суть в том, что профессор некогда являлся для Клеричи авторитетом, а потому сама операция по устранению в чем-то походит на отцеубийство.

    Структура фильма выстроена на основе воспоминаний Марчелло, причем хронология отсутствует — воспоминания детства перекликаются с событиями двухдневной давности. За весь фильм главный герой практически не принимает самостоятельных решений — на исповедь перед священником его насильно тащит мнительная невеста, в фашистскую партию приводит единственный друг, Парижскую операцию всецело контролирует помощник Манганьело. Подобная пассивность и статичность главного героя олицетворяет собой безучастие и следование навязанным идеям. Помещая в центральную ось ленты Платоновский миф о пещере, Бертолуччи постепенно развенчивает представления о любой идеологии, как о чем-то массовом, сравнивая преданность народных масс каким-либо идеям с шествием слепых. Недаром многие герои картины имеют проблемы со зрением, а друг Марчелло(носящий символичное имя Итало) и вообще слеп. Как узники пещеры Платона, люди способны видеть лишь контуры и тени, доступные их зрительным органам. Те, кто праздновал пришествие к власти Муссолини, радуются его свержению, в лице Марчелло, режиссер обвиняет в безразличии и трусости всю страну.

    Фабула «Конформиста» отнюдь не сводится к обличению фашизма. Режиссер, увлекавшийся в то время теориями Фрейда, проиллюстрировал гипотезу о сексуальной природе человеческих поступков. Весь жизненный путь Марчелло пронизан приживлением к общепринятому и отрицанием собственного естества. Став в детстве жертвой домогательств со стороны мужчины, главный герой всю свою жизнь пытался подавить раскрывшуюся гомосексуальность. Таким образом, именно ощущение собственной сексуальной девиации толкает Марчелло на вступление в ряды фашистов. На протяжении всей ленты режиссер символически подчеркивает тщетность попыток Клеричи скрыть свое эго. Его влечет к бисексуальной супруге профессора Анне сильнее, чем к более женственной Джулии. Апогеем неспособности Марчелло слиться с толпой становится всеобщий людской хоровод, затягивающий сопротивляющегося героя воронкой человеческих тел, в которой он ощущает полнейший дискомфорт.

    Фильм полон метафор и символов: слепой Итало по радио декламирует фашистскую агитку с Брайлевой книги, а обезумевший отец Марчелло добровольно облекает себя в черную смирительную рубашку. Отдельно стоит отметить лейтмотив «пещеры», в которой находится главный герой. Пользуясь языком кинематографии, Бертолуччи постоянно помещает Марчелло в темные помещения, тем самым подчеркивая его страх и неуверенность — во тьме проще скрывать свои чувства и врать. Так как большая часть сцен фильма является воспоминанием, а «здесь и сейчас» происходит лишь развязка, остается неясной реальность некоторых событий. Психиатрическая больница, в которую наносит визит Клеричи, выглядит абстрактной, словно картина кубиста, а сцена в борделе и вообще напоминает сон, о чем свидетельствуют закадровые рассуждения героя и неестественно яркий свет.

    После съемок Бертолуччи признался, что этим фильмом он хотел «убить в себе Годара», перестав подражать его манере, для чего даже изменил в угоду символизма некоторые имена и названия оригинала. Действительно, «Конформист» был снят в совершенно новаторской манере, зачатки которой проявились еще в раннем фильме Бертолуччи «Перед революцией». Особое внимание к пространству, нетипичные приемы композиции, вроде съемки через стекло или как будто бы из глаз протагониста — говоря об этом фильме, нельзя не отметить превосходную операторскую работу Витторио Стораро. Для большей выразительности различных сцен, оператор экспериментировал с положением камеры, подвешивая её к потолку павильона или же вовсе снимая с руки в движении, предвосхищая всяческие манифесты авторского кино. Визуальное в «Конформисте» служит роль подсознательного языка, раскрывающего зрителю характеры героев и их сущность.

    Вывод: Бертолуччи всегда невероятно льстил тот факт, что многие выдающиеся режиссеры называли именно «Конформиста» источником своего вдохновения. Итальянцу удалось уместить в одну киноленту и анализ человеческой мотивации, и разочарование во всякого рода идеологиях, и новаторские приемы кинематографии.

    10 из 10

    6 сентября 2011 | 23:04

    Задумываясь о сущности тех или иных кинопроизведений неизбежно сталкиваешься со спорностью то эстетического, непристойного свойства («Ночной портье»), а то и с абсолютным непониманием («Теорема»). Сколько вариантов, сколько разных трактовок и обоснований, сколько предзнаменований перемен… Так и непростой, личный мотив именно этого сюжета тоже вроде бы в некоторой степени очевиден — от заявленных аннотациями параллелей сексуального насилия к исследованию насилия политического, пути от личного к общему, обобщение от «Стратегии паука» до до поры безнаказанной сущности фашистского режима. Как трактовать поднятые им уже почти риторические в наше время вопросы о принадлежности к системе — тоже личное дело каждого. Слепо, рассудительно или уже покаянно, когда фашизм уже себя изживал.

    Однако за привычными, по традиции сложно переплетающимися личным и политическим планами здесь на знаковом месте оказывается неоднозначность, запутанный контраст независимости и её психологического подтекста. А в сочетании с бесподобным взглядом кинокамеры классика Витторио Стораро… этот визуально безупречный, как-то даже не по-итальянски рассудочный и скользкий фильм о природе насилия становится еще выразительней и многослойней… «Конформист» — не только унизительное определение, сомнительное предназначение и залог чьего-то благополучия… Кстати, как причудливо сложилось, отточенная и совершенная манера съемки порой напоминает мне еще и бергмановского маэстро Свена Нюквиста.

    Задумавшись о итоговом смысле — кто в этой тревожной истории вообще жертва? В умном и до отвращения реальном «Конформисте» зачастую слишком много деталей накладывается друг на друга, чтобы дать однозначные ответы — в конце концов, не направленным же пальцем и криком «фашиста!» раздавать приговоры и вообще расставлять историю по своим местам.

    10 из 10

    16 сентября 2012 | 14:49

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>