всё о любом фильме:

В тумане

год
страна
слоган-
режиссерСергей Лозница
сценарийВасиль Быков, Сергей Лозница
продюсерХайно Декерт, Мария Бэйкер, Йост де Фриз, ...
операторОлег Муту
композитор-
художникЮргис Красонс, Кирилл Шувалов, Юрис Жуковкис, ...
монтажДаниэлиус Коканаускис
жанр драма, военный, история, ... слова
сборы в США
зрители
Франция  15.4 тыс.,    Польша  6.3 тыс.,    Испания  4.4 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
время127 мин. / 02:07
Номинации:
Действие исторической драмы происходит в 1942 году в оккупированной немцами Белоруссии. Путевого обходчика Сущеню ложно обвиняют в сотрудничестве с оккупантами. Два партизана приезжают на хутор к Сущене, чтобы совершить расправу. В надежде доказать свою невиновность Сущеня пытается сделать моральный выбор в аморальных обстоятельствах.
Рейтинг фильма
IMDb: 6.80 (2071)
ожидание: 95% (446)
Рейтинг кинокритиков
в мире
86%
24 + 4 = 28
7.1
в России
77%
10 + 3 = 13
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 14404 поста в Блогосфере>

    ещё случайные

    Сочетание слов «в прокат вышла новая картина Сергея Лозницы» вызывает лёгкое волнение. Лозница — болезненного вида худощавый человек, с тонкими чертами лица и бесстрастными глазами то ли хирурга, то ли маньяка — два года назад наделал шуму картиной «Счастье моё» (2010). Фильм этот удостоился сравнения с балабановским «Грузом 200» (2007) и заслужил звание «поклёпа на российскую действительность». Впрочем, аудитория разделилась поровну, и вторая половина признавала ленту безоговорочным шедевром. В свете всего этого, новую работу Лозницы ждали с особым нетерпением. Одни — для того, чтобы вывалить всё, что на душе накипело по случаю очередной клеветы и провокации. Другие — чтобы вновь выразить восхищение. Сразу скажу, для первой категории зрителей Лозница поводов не оставил. Во всяком случае, если особо не вдумываться.

    «В тумане» является экранизацией одноимённой военной повести Василя Быкова. Обращение Лозницы к материалу войны вполне ожидаемо. Так, одной из самых горестных страниц Великой Отечественной посвящена его известная документальная работа «Блокада» (2006). А в «Счастье моё», помнится, основная история прерывалась военным эпизодом, имевшим большое значение для понимания концепции всей картины. Что же происходит «В тумане»?

    Белорусская деревенька, второй год Великой Отечественной. Поезд пошёл под откос, немцы арестовывают четверых обходчиков, троих вешают, одного, рослого мужичину по имени Сущеня, освобождают. Ясное дело, думают местные, Сущеня — предатель. Спустя недельку-другую к нему приходят партизаны, дабы расстрелять. Случай позволит Сущени растолковать своим палачам, как что было на самом деле. Правда, толку от этого окажется мало. Вот такая, в общем-то, нехитрая, но оттого ещё более пронзительная и ужасная история уложена в семьдесят два кадра, составляющих два часа экранного времени.

    Ужас здесь состоит в том, что на протяжении всего повествования единственным человеком, сохраняющим трезвый ум, остаётся приглашённый на казнь Сущеня. Но его слов никто не слышит. На войне правит не здравый смысл, не истина, не справедливость и, в общем-то, даже не случай. На войне правит туман, в метафорическом смысле, конечно же, как некая сила, начисто стирающая людей до небытия. Идея с туманом у Лозницы, хоть и блестяще реализованная, не оригинальна в нашем новом кино. Помнится, война, как жуткое явление, где люди исчезают разом, необъяснимо и навсегда, была в картине Алексея Германа-младшего «Последний поезд» (2003). Пыльный ветер, снежная вьюга, дым и туман помогали скрыть последние следы существования несчастных жертв. Лозница ограничился одним туманом. Надежда Сущени на то, что кто-нибудь когда-нибудь разберётся в его истории — наивна. Череда нелепиц уничтожит его, а туман схоронит все свидетельства о его судьбе. Такова логика войны.

    Впрочем, Великая Отечественная для Лозницы — это скорее хороший материал для разговора о человеке. Словами самого режиссёра: «Картина не о войне, а о людях в определённых условиях». В «Счастье моё» Лозница исследовал человека, живущего, по сути, в окружении перманентного апокалипсиса. Вышеназванный военный эпизод там служил ключом к пониманию того, как этот апокалипсис сложился и даже стал привычным в сознании людей. Зритель Лозницу не понял, или понял, но не так, и режиссёр взялся растолковать свою позицию ещё раз. Применяя категории коммерческого кино, Лозница сделал приквел к «Счастье моё», в котором объяснил, почему в «ЭТОЙ стране» творится «ТАКОЕ». «В тумане» обращает нас к корню проблемы вражды внутри нашего народа, показывает, что война является одним из тех явлений, что внесли наибольший вклад в разобщение людей, земляков, односельчан, родственников, близких. «Наши поступки будут влиять на наших детей и внуков» — говорит Лозница, и доказывает, что страшное и печальное настоящее — результат соответствующего прошлого.

    Не случайно обе картины режиссёра во многом схожи: по сложной структуре с применением флешбэков, по типу сюжета — сюжет испытания-разочарования, по характеристике главного героя. В той и в другой ленте главный герой — обыкновенный такой парень, лишённый каких-либо особенно выдающихся, ярких черт, но определённо положительный. По ходу сюжета он проявляет такие качества, как честность, доброту, отзывчивость, ну и так далее. И в обоих случаях это служит косвенной причиной всех его несчастий. Окружают главного героя сплошь люди с исковерканным сознанием. А судьбой его движет череда нелепиц и случайностей. Как говорит Лозница: «Человек не всё может. Бывают ситуации, когда он не может ровным счётом ничего». Если, опять же, возвращаться к «Счастье моё», то по Лознице, в России подобная ситуация полной неспособности что-либо изменить является нормой. Герои обоих картин постоянно хотят одного, но окружающие обстоятельства не позволяют им осуществить желаемое, а вынуждают идти по самому скверному и мучительному пути из всех возможных. «Судьба, что говорить» — обречённо вздыхает Сущеня и растворяется в тумане.

    8 из 10

    23 ноября 2012 | 21:24

    «В тумане» (Сергей Лозница), снятая по повести Василя Быкова и, получившая приз ФИПРЕССИ в основной программе Канн’12.

    Сергей Лозница — режиссёр документалист, не так давно, как и многие другие, «пересевший» на художественные фильмы. Записан обществом в ярые антисоветчики и «антироссиянины».

    Сама картина напоминает некую упрошенную, аскетичную, вариацию на тему, поднятую в «Восхождении» Ларисы Шепитько, снятой всё по тому же Быкову. Экзистенциализм военного времени, передаваемый через тему партизан, полицаев, о морали, нравственности, патриотизме, душевной чистоте, вере и человечности.

    В отличие от «Восхождения» герой не предавал ни страну, ни себя, но был предан обществом. Уважаемый многими, добродушный человек, в одночасье стал изгоем, оставшись наедине со своей правдой, душевной чистотой и высоко-духовностью, в которые никто не верит, проецируя свою низменность, эгоизм и страхи на героя, что для него страшнее смерти.

    «- Получается, что немцу верят, а своему нет. Переменился? Как это я переменился, если меня родили таким.
    - Ещё как меняются, неустойчивые элементы, если жить захочется
    - Вот именно, если жить хочешь, так как же идти на подлость? Это, когда смерть, так может и всё равно уже, но ведь живой на живое надеется.»


    Но, главным отличием от Быковского произведения, снятого Шепитько, я считаю, является то, что при явной, последовательной и прочерченной религиозной подоплёке, акцент на неё делается лишь образно-визуальный.

    Владимир Свирский показывает невероятную игру, отдалённо напоминающую классическую школу. Взгляды, монотонность и отрешенность монологов, поведение, да и всё игра в целом, полноценно передают потерю веры, душевные терзание и опустошение героя.

    Не смотря на то, что в своей второй художественной работе, Сергей таки доказал особую любовь к пафосным, молчаливым, европейским финалам, фильм получился, пусть менее самобытнее, но гораздо сильнее и качественнее его художественного старта — скандальной картины «Счастье моё»(2010). Хоть, я и не любитель сравнивать велосипед с апельсином, но в данном случае, просто приятно видеть явный режиссёрский прогресс и, при желании, даже найти сходство в этих двух совершенно разных вещах.

    4 июня 2013 | 15:22

    Перед просмотром картины я уже была наслышана о ней. Отзывы были как положительными, так и с негативным окрасом. Последнее нисколько меня не расстраивала по причине того, что считаю: хуже вердикта безразличия нет ничего. А вот если обсуждают, значит, есть за что.

    Кинолента оказалась продолжительной по хронометражу, но думаю, это было необходимо, дабы каждый смотревший смог полностью погрузиться в атмосферу войны, наполненной не только страданием, но и безысходностью, а также безызвестностью. Время, про которое идет речь, всем знакомо из учебников истории или уроков литературы.

    Являясь поклонником Быкова, мне было очень интересно наблюдать за тем, как сыграли свои роли действующие лица, как подошла к поставленной задаче съемочная группа. Я искренне радовалась, когда не обнаружила в картине пафоса, лишь предельно ясное положение вещей, требующее выбора от каждого рассматриваемого героя: остаться в живых любой ценой или остаться человеком пусть и в памяти близких. Я искренне недоумеваю: за что Сущеню нарекли безвольным? Ведь безвольный человек не стал бы спасать своего палача (Бурова), друга детства, который ошибался слишком во многом и не должен был вершить правосудия, основываясь лишь на догадках.

    В фильме есть еще один «элемент». Это жалкий партизан Войтик, сопровождающий Бурова в его предприятии по устранению человека, вина которого заключалась лишь в том, что он не умер с теми, кто устроил диверсию на железнодорожных путях. На вопрос, почему Сущеня не остановил своих «братьев по несчастью» от поломки рельсов могу ответить лишь так: немцы заслуживали наказания, однако сам главный герой, миролюбивый и добрый по натуре, не мог убить, предать или, как в данном случае, наказать оккупантов, хоть и осуждал их. Но ненавидел ли? Чистота души главного изгнанного обществом героя завораживает. К сожалению, судьба ему не дарует шанса на оправдание. Все поглощает туман.

    Примечательно, что все события изображены в довольно реалистичной манере. Образ села и виды природы такие, какие они есть на самом деле. Еще большему погружению способствует отсутствие какое-либо музыкального сопровождения, лишь естественные звуки.

    Кинолента не только заставляет задуматься о человеческой сущности, но и оставляет без ответа некоторые вопросы. Я бы добавила: это сделано для того, чтобы каждый думающий смог самостоятельно найти на них ответы. Всем приятного просмотра, ибо картина точно заслуживает Вашего внимания!

    10 из 10

    9 ноября 2015 | 15:29

    Во время просмотра фильма «В тумане» Сергея Лозницы меня больше всего удивило то, что наши критики умудрились сразу же отнести это кино к довольно старомодному советскому, которое снималось ещё в 70-е годы. Вот при всём желании увидеть в картине Лозницы хоть какие-то приметы прежних кинолент из времён существования СССР — это надо быть абсолютно зашоренным и не замечающим очевидное.

    Все недостатки, которые имеются в данной работе Сергея Лозницы, уступающей его дебюту в игровом кинематографе ("Счастье моё» было куда сильнее по энергетике и явно взвинченнее по манере), проистекают именно из новомодного следования «эстетике стороннего наблюдения», какой-то «отчуждённой и отрешённой созерцательности». Немало сцен сняты так, что камера Олега Муту как бы тупо и равнодушно следует за героями, позволяя лицезреть нам всего лишь их спины с движения. Перефразируя знаменитую есенинскую фразу, можно было бы сказать так: «Лицом к спине лица не увидать — весь мир нам видится на расстоянии».

    Словно эту повесть Василя Быкова, которая вызывает душевное потрясение при чтении и классический катарсис в финале, вздумали экранизировать братья Дарденн или Гас Ван Сэнт, хладнокровно и отстранённо фиксируя на плёнку то, что безэмоционально, анемично и заторможенно пытаются воплотить будто бы и не актёры, а непрофессиональные натурщики. Как ни странно, что-то живое и натуральное появляется только в игре двух исполнительниц — Юлии Пересильд и Надежды Маркиной. Особенно Пересильд поразительно чувствует и передаёт внутренний нерв происходящего буквально за три-четыре минуты своего пребывания на экране.

    А сам Лозница, который целых 10 лет бился за то, чтобы поставить свой давно написанный сценарий, выступает практически как бесстрастный и вообще взирающий с холодным любопытством документалист с кинокамерой, для кого вся эта душераздирающая история 70-летней давности скрывается в густом тумане.

    19 марта 2013 | 01:40

    Есть человек, который привык поступать всегда прямо и честно («но да будет слово ваше: «да, да»; «нет, нет»»), и до определённого момента это комфортно и ему самому и окружающим его людям. Но когда жизненные обстоятельства резко меняются (война), то поведение большинства людей вдруг резко приобретает неожиданные размытые оттенки ("туман»), в попытке приспособиться и выжить. И когда главный герой продолжает оставаться и в «войне» тем же самим собой, то он осознаёт свою отторженность от других. Ему не верит никто, даже самый из возможно близких людей, жена, сомневается в нём. Попытки объяснить другим то, что правда всегда остаётся правдой и что невозможно поступить по другому, то есть против этой правды, наталкиваются на неверие и непонимание.

    Да, это не Истина, а правда Сущени, которая звучит в его словах немцу о том, что он не может работать на них, так как это невозможно именно из-за абсолютности этой аксиомы внутри героя; которая в аккуратности вырезания собачки для сына и придании аккуратности трупам партизан; в словах о неправильности его расстрела в избе и закапывании его тела в торфе возле реки… Сущеня понимает, что чем дальше он будет жить, тем более он будет затягиваться в этот убийственный водоворот невозможного словесного объяснения, внутренних мук от режущего контраста правды с её порядком и красотой внутри него и усиливающихся потоков неправды с её хаосом и уродством вне его, приводящего во внешних деяниях к смертям других людей. Не найдя ничего, за что бы он мог зацепится в жизни, он стреляет в себя.

    Главный герой находится между двумя крайностями, изображёнными двумя партизанами, пришедшими за ним (Войтик — «трус», Буров — «напролом»), не выбирая не одну из этих крайностей. Сущеня не разу не проявил трусости, но в то же время, он и не берёт в руки оружие, чтобы убивать немцев. В эпизоде с порчей железнодорожных путей, он выступает против этой затеи, выглядя при этом инфантильно и трусливо, но дальнейшие события показывают правильность его действий (подобно мудрой матери Бурова, чувствующей, к чему в результате приведёт уничтожение машины её сыном).

    В фильме отчётливо показано действие Божественного Провидения, незримое, но неумолимое. Если Войтик постоянно попадает в ситуации, когда его обнаруживают, что открывает его трусость, то в отношении Сущени Оно до последнего бережёт его (спасая от повешения, от расстрела, от обнаружения в лесу). Сущеня не видит этого, так как занят внутренней войной, но возможно именно Божественное Провидение спасает в итоге для вечности его душу, уничтожая бренное тело.

    14 октября 2015 | 09:21

    Сергей Лозница подробно экранизировал одноименную повесть Василя Быкова, где два партизана приходят мстить односельчанину и у обеих сторон своя правда. Как и в «Счастье мое», реалистичное повествование является поводом к философским размышлениям о судьбах Родины. На этот раз Лозница концентрируются, пожалуй, на единственном, что объединяет жителей столь разобщенного постсоветского пространства — памяти о Великой Отечественной Войне, точнее, на советском мифе о ней.

    Троих друзей путевого обходчика Сущени повесили оккупанты, а его освободили. Два партизана приезжают в хутор, чтобы наказать предателя. Сущеня знает о своей невиновности, но, смирившись с неизбежным, послушно следует за партизанами в лес. Все дальше и дальше углубляясь от общества и человеческих законов.

    Место, время событий и, даже, профессии героев выбраны не случайно. Во время второй мировой войны на белорусской территории развернулось крупнейшее в Европе партизанское движение — как следствие жесткая реакция фашистских захватчиков привела к гибели чуть ли не до четверти жителей республики. Одной из задач партизанского движения было препятствие подвоза немецких подкреплений к фронту, атаки на немецкие эшелоны с живой силой и боевой техникой — вот вам и профессия главного героя и ключевая завязка. Как свидетельствовал министр оккупированных восточных территорий Розенберг, партизаны опирались на однозначную, массовую поддержку населения — вот вам и общественное осуждение Сущени, недоверии к нему даже его жены.

    Здесь даже важно не что рассказывает Лозница, а как. Он деконструирует миф о Войне, десятки лет навязываемый государством ради пропагандистских целей советской номенклатуры. Персонажи — далеко не рыцари без страха и упрека, а обычные люди. На контрасте с монументальным ликом героев Советского Союза выглядят мещанами. Каждый пошел в партизаны или попробовал нанести удар по оккупантам не из-за строгих идеологических убеждений, а из-за обиды, какой-то житейской мелочи или просто случайности.

    Война была Священная и Оборонительная, но Лознице было важно показать, что народ поднялся убивать захватчиков еще и потому, что был готов к насилию, привычен к нему в обыденной жизни. «Свои полицейские, свои машину отбирают, свои же взрывают, свои же уходят в лес, поэтому у героя погибает мать, поэтому все попадают в такую историю. Свой же начальник на станции бьет в морду, свои же хотят ему отомстить. Но люди готовы к этим отношениям. Это и есть агрессивная атмосфера, из которой возникает война», — говорит в одном из интервью режиссер фильма.

    Что важно, при этом нет даже намека на антисоветизм. Видимо для этого, дотошно следующей тексту Лозница, не включает в ленту эпизод из повести, где инспектор райзо Войтик с шофером Буровым подвозят бабку; а в сцене фильма на ж/д станции один из друзей Сущени даже немного демонстративно бросает про начальника на станции, что «такие при любом режиме устраиваются».

    Как это и можно было ожидать от документалиста, фильм снят в реалистичной манере. В отличие от игрового дебюта «Счастье мое», который, в общем-то, скорее был набором эпизодов, требующих немалых интеллектуальных усилий по интерпретации, «В тумане» вполне можно посмотреть и только ради сюжета.

    Это сознательное решение Лозницы. Он растянул описание мотивов и логики действий персонажей на два часа, чтобы «с чувством, с толком, с расстановкой» подвести зрителя к финальному монологу главного героя в заключительные 7 минут фильма.

    Если честно, от столь разжеванного изложения автор обзора успел расслабиться и даже чуть-чуть заскучать. А вот после монолога Сущени он встрепенулся. Словно прорвало плотину: несколько часов размышления, спровоцированные монологом, полностью захватили голову. Лишь сон временно приостановил их, однако утром они продолжались дальше.

    Однако, внимательный киноман углядит в повествовании и насыщенный символизм и сложные метафоры. Почему Сущеня несет на себе героев Бурового с Войтиком? Что значит, что все действия происходят в тумане, кроме того, что освободившись от внешнего давления социума, «святой — сомневающийся — преступный», как назвал троицу Лозница в другом интервью, предстают такими, какие он есть на самом деле? Почему Войтик трижды не может пересечь дорогу, тогда как Сущеня принимает на ней правильные решения?

    Выбранный режиссером аскетичный киноязык оставляет зрителю максимально возможное пространство для интерпретации, не позволяя перебрать все возможные гипотезы. А уж тем более, уместить их в жесткие рамки небольшого отзыва. Да и, если честно, автора обзора и для себя не ответил толком на все эти вопросы. Возможно это удастся после просмотра вам.

    7 из 10

    5 сентября 2012 | 19:39

    В юности мы с друзьями снимали фильмы на кинокамеру «Аврора». По проществии времени эти снятые метры пленки кроме чувства умиления по поводу прошедшего детства никаких чувств в душе не вызывают, потому как полная самодеятельность. Сразу скажу, сел смотреть этот фильм в хорошем ожидании, потому-что люблю творчество Быкова, но… с первых кадров становится понятно о полной профнепригодности режиссера — массовка приблизительно одетая «по эпохе» старается что-то изображать, два человека (уже не массовка) едут по лесу на лошадях и тоже пытаются (изо всех сил) что-то изображать.

    Длинные паузы, во время которых эти два «героя» смотрят в разные стороны — один в камеру, а другой куда-то вверх. Картина крестьянской белорусской избы, где на стене висит ковер со среднеазиатским узором (вспомните, это 40-ые, а не 70-е), освещена изба судя по всему мощными софитами с потолка, хотя якобы свет дает только керосиновая лампа на столе. В общем все это напомнило мои юношеские экзерсисы в кино. Но как же обидно из-за таких халтурщиков за наш российский кинематограф!

    0 из 10

    20 июля 2013 | 23:23

    «Лучше быть тебе либо холодным, либо горячим!» (Откровение Иоанна Богослова 3:15).

    Температура и визуальная точность Лозницы, воспетые кинокритиками, по иронии судьбы, главный недостаток этого фильма. Режиссер, нагрузив себя миссией борца с мифами войны (см. его интервью) и экзистенциальными проблемами, взялся за работу, сделать которую абсолютно «холодной» не давали сюжет и тема, а довести градус до температуры плавления, хотя бы свинца, он явно не хотел. В итоге, становится не совсем понятным, на какого зрителя и на что рассчитывал Лозница, снимая такой фильм, тем более что простой посыл режиссера-мифоборца: «всё, мол, было не так однозначно в те страшные годы», по нашим искушенным временам почти трюизм.

    Как бы там ни было, зритель постсоветского пространства имеет свою эстетику такого большого направления как «кино про Великую Отечественную Войну», которая всё-таки базируется на «пристрастности» режиссера, потому что ни одна семья на этом пространстве не осталась «беспристрастной». И не надо быть настолько внешне отстраненным от происходящего перед кинокамерой, чтобы снимать экзистенциальную драму о неоднозначности военных времен. Например, великому Алексею Герману это не требовалось в «Проверках на дорогах». И даже Лариса Шепитько, тоже экранизировавшая одну из повестей Василя Быкова, на мой взгляд, очень посредственного писателя с хорошими сюжетами, не нашла нужным так отстраняться от этических перипетий, а пропустила всё через сердце, пусть образ Сотникова-Христа и вызывал у меня сомнения.

    Ко всему прочему этой ровной и четкой экзистенциальной драме вторит язык киногероев, который контрастирует с их образами и создает эффект ряженых. Просто, на мой притязательный взгляд, Лозница, уроженец Белоруссии, мог бы дать себе труд также тщательно, как с кадром, поработать с гладким русским переводом повести «У тумане» беларускага пісьменніка, и сделать, например, из персонажа с такой звучной фамилией Сущеня не петербургского интеллигента, а парня из белорусской деревни, который хоть местами, хоть в акценте, но обращается к национальному языку.

    Таким образом, я не знаю, что мне делать с этим фильмом, не «холодным» и не «горячим», куда его пристроить в сердце и памяти. А восхищаться и обсуждать ТОЛЬКО профессиональный аспект фильма про Великую Отечественную Войну я не желаю, не досуг.

    «Но так как ты только теплый, а не холодный и не горячий, то Я изрыгну тебя изо рта Моего!» (Откровение Иоанна Богослова 3:16).

    18 июня 2013 | 11:24

    «В тумане» — классический современный пример европейского кино, снятый по классическому же материалу — одноимённой повести Василя Быкова, воспевателя великого (без кавычек) белорусского партизанского движения в годы Великой и Отечественной. Быков создал тяжёлое по своей психологичности произведение, которое воплотил на экране режиссёр Лозница. Пару слов о последнем.

    Сергей Лозница родился в Белоруссии, учился на Украине, стал кинематографом в России, эмигрировал за счастьем в Германию. Изначально документалист, он затем прославился художественным фильмом «Счастье моё», к которому в России отнеслись очень неоднозначно. Мне понравилась следующая критическая ремарка: «Жестокая притча о современной России, фильм, красивый как синяк». «Счастье моё», как и «В тумане» — участвовал в программе Каннского фестиваля. И уже в этом мне сразу видится претензия. Я чту Пальмовую Ветвь, но почему российскому режиссёру надо стать гражданином Европы, чтобы Канн распахнул перед ним ворота дважды?

    «В тумане» заявлен как фильм Германии, России, Латвии, Нидерланды, Белоруссии. Зачем? В сюжете есть только лес, два-три села. Из людей — только белорусы (партизаны, крестьяне, полицаи) и немцы-оккупанты. Сюжетный масштаб не требует столь международного участия. Особенно, если учесть, что всё финансирование проекта полностью осуществила частная компания GP Group.

    В центре сюжета фильма три человека, живущие в оккупированной немцами Белоруссии: железнодорожный рабочий Сущеня, которого обвиняют в предательстве, и двое партизан, которые приходят его казнить.

    С первых кадров стало ясно, фильм снят щедро. Не скупясь. И я имею в виду не финансовую составляющую. Лозница щедр на метраж: долгие пешие проходки по лесу, статичные крупные планы, длинные взгляды — всё это снимается… со смаком, что ли. Режиссер не задумывается о динамике, которой нынче так озабочен Голливуд. В живописи это называется техникой крупного мазка. Крупномазковые картины нельзя смотреть вблизи, они понятны лишь на расстоянии. В случае с кино расстояние заменяет время.

    Повествование медлительно. Не затянуто, а именно медлительно. Герои медленно идут по лесу, наматывают портянки. Также говорят. Каждая фраза как брошенный в колодец камень. Кинут и смотрят, слушают, как он падает. Фильм для финнов. Но проходит время, и ты начинаешь понимать, что всё в картине: движения, диалоги — всё формирует особый ритм. И этому ритму подчиняется любое действие. Даже бегство от врагов. Медленное. Поэтому, когда на железнодорожной станции начальник вдруг резко бьёт Сущеню по морде — это воспринимается как шок. Как сто взрывов в каких-нибудь «трансформерах». Выход из ритма!

    Вот только зачем нужен этот ритм, я так и не разобрался.

    Ещё одной особенностью фильма является полное отсутствие саундтрека. Ни музыки, ни песен. Когда в кадре никто не говорит (а это бывает довольно часто), слышна лишь гнетущая тишина.

    «В тумане» критики охарактеризовали экзистенциальной драмой. В принципе, это верно. Близость рассказу Сартра «Стена» очень заметна (даже сюжет схож: и там и там повествуется о партизанах). Всё произведение посвящено поиску соотношения жизни-существования и внутренней свободы. Что есть жизнь. Чего она стоит. Ради чего стоит умереть. Сущеня, отпущенный немцами из плена, всеми воспринимается как предатель. Он не может ни жить полноценно, ни даже умереть, потому что все решат, что его совесть замучила. В нём борются обречённый фатализм и очистить своё имя Проблема выбора встаёт перед всеми героями фильма. И все решают её по-разному.

    При этом, не стоит забывать что это фильм о Войне. Удивительно, но в нём практически нет немцев. Не в кадре (тут они присутствуют), а как участников драмы. Они только создали для неё условия, отпустив Сущеню на свободу. Всё остальное разыгрывается между белорусами. Партизанами, полицаями. И третьими. Которые просто живут. Но разве возможно просто жить в эпоху общей беды. И всеохватывающего конфликта. В этой ситуации всегда в ком-то проявляется Скот, в ком-то — Зверь, а в ком-то — Человек.

    Несмотря на то, что фильм снят по повести советского автора, «советского» в нём практически ничего нет. Нет никаких следов советского быта и образа жизни. Нет никаких советских, коммунистических мотивов для действий. Даже в борьбе с фашистами. Ненависть людей к захватчикам всегда мотивирована конкретно: у кого-то враги забрали машину, кого-то бьют в морду. И за это белорусы идут на борьбу, готовы умереть. За это, а не за Советскую родину, за Сталина, за свободу народа, наконец. Весь «совок» в фильме вычищен. Он не очерняется (как бывает), его просто нет. При этом, критики утверждают, что сюжет фильма передан очень близко к тексту.

    Странно, но я не могу отметить в фильме работу актёров. Они неплохо сыграли. Всё передано сильно, достоверно. Однако из-за авторских режиссёрских особенностей ленты им приходится быть лишь чёткими исполнителями воли создателя. Они делают только так, как велит режиссёр. И это видно из зала. Что ради крупного плана им надо сидеть или идти строго так, как удобно оператору. Что делать и говорить надо только в заданном режиссёром ритме (я прямо вижу, как он стоит с метрономом возле камеры или считает им на ухо: «раз-два-три-четыре»). Ради общей картинки, ради целостного впечатления. Актёры здесь сотворцы в гораздо меньшей степени, чем в любом другом фильме.

    7 из 10

    23 ноября 2015 | 03:14

    Главным плюсом картины я назвал бы нешаблонность и многогранность характеров, в ней обыгранных, хотя это, наверное, больше заслуга писателя Василя Быкова, по одноимённой повести которого Лозница и снял свой фильм.

    Действие происходит в оккупированной немцами Белоруссии в 1942 году. Главный герой — путевой обходчик Сущеня, обычный белорусский мужик, работяга и семьянин. После неудавшейся диверсии на железной дороге его троих товарищей-обходчиков вешают немцы, а ему предлагают сотрудничество. Несмотря на отказ, ему сохраняют жизнь и отпускают. Почему? Сущеня и сам не знает. Он и рад бы висеть вместе с товарищами, но всё сложилось так, как сложилось. И теперь все считают его предателем, думая, что он вступил в сговор с оккупантами. Даже собственная жена ему не верит. Как дальше жить?.. Но он живёт. И ждёт. И дожидается. Через три недели, поздней ночью, за ним приходят два партизана — Буров и Войтик. Один — герой, другой — крыса. Приходят, чтобы отвести в лес и расстрелять, как предателя. Сущеня не сопротивляется, для него смерть — это избавление от мнимого позора. Но в итоге всё получается совсем по-другому…

    Тяжёлый фильм, на самом деле. Страшно представить, сколько таких вот эпизодов было во время Войны, о которых так никто и никогда не узнал. Сколько людей приняли наказание, будучи невиновными, и сколько крыс выжило, умалчивая о поступках, о которых никто никогда не узнает? С другой стороны — кто, кроме Бога, имеет право судить? И есть ли уверенность у каждого из нас, живущих сейчас, в убаюкивающем тумане современной российской реальности, что на месте того или иного персонажа фильма поступил бы иначе? Страшно подумать и страшно представить…

    Постановка, актёрская игра, работа оператора — всё в фильме на высшем уровне. После просмотра второго полнометражного художественного фильма Сергея Лозницы я испытал поистине колоссальное уважение к режиссёрской работе этого человека. С нетерпением жду его следующего фильма!

    Сильное кино.

    9 из 10

    15 июня 2013 | 21:50

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>