всё о любом фильме:

Пока ночь не разлучит

год
страна
слоган-
режиссерБорис Хлебников
сценарийАлександр Родионов
продюсерЕлена Степанищева, Заур Болотаев, Александр Плотников, ...
операторПавел Костомаров
композитор-
художникОльга Хлебникова, Светлана Михайлова, Маруся Севастьянова
монтажЮлия Баталова
жанр драма, комедия
бюджет
$100 000
сборы в России
зрители
Россия  29.7 тыс.,    Польша  2.6 тыс.,    Эстония  793 чел., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
релиз на Blu-Ray
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время63 мин. / 01:03
О чем на самом деле говорят мужчины и женщины? Фильм основан на реальных историях, подслушанных в одном из очень дорогих столичных ресторанов. Один безумный день из жизни заведения закручивает в хороводе знаменитых артистов, вальяжных бизнесменов, рублёвских содержанок и золотую молодёжь. Череда эпизодов скреплена историей двух официантов — толстого и тонкого. Оба они безнадёжно влюблены: один в свою жену, другой в чужую. А настоящая любовь рождается на кухне…
Рейтинг фильма
IMDb: 5.90 (222)
ожидание: 93% (764)
Рейтинг кинокритиков
в России
74%
14 + 5 = 19
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 494 поста в Блогосфере>

    ещё случайные

    Фильмы о любимых городах теперь не редкость. Были такие и про Москву. Борис Хлебников добавил в коллекцию ещё 60 с хвостиком минут. Так он сам говорит, что новый его фильм «о Москве».

    Понятно, что любой город создаётся людьми. Чем древнее город, тем более он впитал в свою атмосферную мозаику осколков человеческих жизней: кто отдал ему всё, кто часть, кто проездом наследил. Сеют люди своё семя в эту бездонную пашню, авось прозябнет. Не всегда прозябает.

    Слово «город» в некоторых древних языках (например в греческом и еврейском) женского рода. Москва — город, несомненно, «женщина». Женщина, воспламеняющая любовь. Женщина, воспламеняющая очаг. Женщина, которая поёт, наконец. Обо всем этом фильм Хлебникова. Точнее о том, как ничего этого нет в современной Москве.

    Москва ест. Москва пьёт. Москва говорит по телефону, решает деловые и личные вопросы, вступает в различные половые связи и говорит об этом по телефону. Москва изменяет мужу с голым официантом в камзоле у которого «стоит». Москва не умеет застирать пятно на брюках. Москва давно уже не у очага и не знает, как его воспламенять. И, самое главное, Москва совсем уже не поёт, а только самовлюблённо может пиликать на арфе расхожие мотивчики.

    Женщина, прямо или косвенно, является смысловым центром и всего фильма, и всех сцен фильма в отдельности. Но не спешите обвинять Хлебникова в феминофобии. Конечно же, все женские образы лишь отсылают нас к первообразу, избранному Хлебниковым, городу-герою Москве — столице нашей родины. И вот тут, боюсь, у нас серьёзные проблемы. Город не может питаться мертвечиной, городу нужно ткать свою историю из жизней, а где их взять? Все друг друга перебили и сожрали как эскимо на палочке. Остались только азиаты с мобильными видеокамерами. Такой вот последний киносеанс.

    12 ноября 2012 | 13:25

    Ночь в роскошном московском ресторане. За столами совершаются крупные сделки, рушатся отношения и ведутся базары за жизнь. Но и по другую сторону заведения так же разворачивается своя интрига.

    Как и в недавней тошниловке «Sex, кофе, сигареты», Борис Хлебников знакомит нас с типичным контингентом дорогих ресторанов. Пафосные шалавы, золотая наркоманская молодёжь, развязные бандиты, мутные бизнесмены (таких хорошо Евгений Шестаков пародирует), проедающие бюджет киношники и прочий бомонд, которых обслуживают неприятные и злые на вид официанты. Типичное едкое видение наших режиссёров-хондриков, представляющих себя срывателями покровов. Непонятно только для чего это всё? Откуда черпать эмоции? Кем здесь интересоваться и за кого переживать?

    Дадут ли ночью официанту? Фиолетово. Отпустят ли менты гастарбайтера на волю? Да побоку, пусть хоть расстреляют эту ущербную морду. Среди всего этого безобразия, единственной интригой являются домыслы, нажрётся ли к финалу трезвый как стекло Серёга Шнуров, которого знакомые активно дразнят полными стопариками. А чего тут к бабке ходить, разве ж это спойлер?

    Похвалим Александра Робака за бодрящее пяти секундное выступление (хоть его героя это нисколько не оправдывает) и свалим из этой шарашки подальше. В рестораны ни ногой.

    3 из 10

    8 января 2015 | 15:11

    Как примерно гласит парафраз фильма: «Истории, подслушанные в одном из «крутецких» ресторанов Москвы». Мне показалось, что режиссёр осмыслил не те истории: какие-то замутнённые, мало кому нужные, сугубо личные. Да и вообще подслушивать в принципе неблагодарное занятие и посему у Хлебникова в фильме благородству нет места и нет места какой бы то ни было смысловой нагрузке. И те несколько журналистов, что подслушивали в ресторане на тверском бульваре, разговоры посетителей, наверное и не думали, что их креатив так вдохновит кого-то, кто ещё и кино снимет, да не просто кино, а кино фаршированное лоснящимся бомондом и политое сливками общества, которые Хлебников будет собирать в течение астрономического часа. Я бесчувственно поедал кадры, так же как все действующие лица бесчувственно поедали еду — ничего сложного. Только успевай хлопать глазами. Поэтому мат, и всё то, что ниже пояса пульсирует в трусах подслушанных историй, в этих условиях, заметных невооружённым ухом, явно выглядит крайне неуместно и неубедительно. Всё как бы на двоечку в зачётке, всё тот же пластилиновый и таинственно-загадочный Яценко, всё те же три буквы вылетают из уст героев, а кино, где оно? Единственное, что порадовало — это присутствие актрисы из одного малоизвестного крохотного московского театра. Актриса весь фильм играет на арфе в ресторане прекрасную музыку. Но и она и арфа под руководством Бориса Хлебникова по занавес получают в лицо от бородатого мужчины. Типа искусству здесь нет места…

    7 октября 2013 | 14:20

    Недавно открывшийся московский ресторан. Самые разношерстные посетители (от незадачливых кинопродюсеров до бандюганов) усаживаются за столики. Один официант занимается сексом по телефону, а другой объясняет своей благоверной связь между едой и знаками любви. Наиболее адекватными кажутся повара иммигранты восточной наружности, одного из которых задержали полицейские.

    Не самая плохая идея дословно экранизировать журнальную статью (основанную на подслушивании разговоров реальных людей) обернулась неудачей. Смотреть на это попросту скучно.

    Что удалось Хлебникову — так это поддерживать атмосферу непосредственности происходящего, живого разговора, импровизации. Смотреть за этим не то чтобы интересно, и как-то не совсем смешно, но местами любопытно. Главная фишка режиссера — отстраненность от происходящего, тут становится главной его проблемой. Наблюдать за малопонятной болтовней поначалу занятно, но надоедает быстро.

    Каждая зарисовка снята как отдельный скетч. Один столик — одна кучка действующих лиц. Они практически не пересекаются, а зря. Единая картина едва складывается.

    Наиболее удачная часть фильма создана не по подслушанным разговорам, а уже придумана. Эпизоды с иммигрантами производят самое сильное впечатление, лучше поставлены, вызывают не вялые смешки, а интерес.

    Длится фильм чуть-чуть больше часа, но и за это время может потерять многих зрителей. Поначалу кажется, что это только прелюдия к чему-то большему, но нет. Вступление продолжается до самого конца. Автор переминается с ноги на ногу, перед тем, как сказать что- то интересное, но вместо этого устраивает истерику. Только она производит унылое впечатление, словно долгожданный гость, пришедший на торжество к тому моменту, когда уже все разошлись по домам или спят в салате.

    13 августа 2014 | 20:00

    Два десятка зрителей покидавших вместе со мной большой кинозал под финальные матерные куплеты Шнура, судя по лицам, были несколько раздосадованы увиденным и услышанным.

    Изначально экспериментальная задумка: снять псевдодокументальное кино, построенное на реальных диалогах, записанных в столичном «Кафе Пушкин» ещё в середине прошлого десятилетия и опубликованных затем в журнале «Большой город», — начала покрываться музейной патиной уже при третьем-четвертом диалоге. Данный фильм — это по большей части набор застольных бесед завсегдатаев или случайных посетителей дорогого общепитовского заведения, которые пришли выпить-закусить и себя показать в модный ресторан недешевой еды. Разбавить достаточно однообразное впечатление от них призваны вставные персонажи, а именно — повар «кавказской национальности», пытающийся по сотовому вызволить из КПЗ сотрудника ресторанной кухни, и два недружелюбных официанта, крайне озабоченных своими любовными отношениями на стороне, которые они также пытаются наладить с помощью мобильной связи.

    Приодень клиентуру в малиновые пиджаки, а ещё лучше в треники, и всё бы встало на свои места: сатирическая зарисовка о новорусском гламуре времен миллениума смотрелась бы вполне органично, правда столь же и не обязательно… У фильма сразу начали обнаруживаться проблемы с целевой аудиторией. Травить душу, наблюдая за тем, как столичные хлыщи куражатся или скучают за употреблением элитных напитков и закусок, легко расставаясь с месячными учительскими зарплатами, вряд ли найдётся много желающих. Вот почему пафос финальной драки будет оценен далеко не всеми, даже при более чем скромном хронометраже картины, едва переваливающей за 60 минут.

    Это даже притом, что в фильме задействована дюжина медийных лиц — от Дуни Смирновой до того же Шнурова. Полноценной драматургии для того, чтобы получилось что-то вроде «масочной антологии русского истеблишмента» тут явно не хватает. Не хватает даже на то, что бы проявились более-менее внятные характеры персонажей. С большой долей вероятности я допускаю, что некоторые здесь запросто играли самих себя или делали дружеские шаржи на собственные персоны.

    Хотя режиссёр и утверждал, что относился ко всем персонажам с симпатией и любовью, ни то, ни другое зрителю не передаётся. Пытаясь дистиллировать комедию нравов для получения в сухом остатке чистого абсурда, Хлебников устраивает в финале нешуточное «понтовое побоище», в котором принимают участие все герои, за исключением разве что работников кухни, предпочитающих снимать эту вакханалию на мобилы. Но почему-то очень хочется, чтобы после этой рукопашной в живых никого не осталось.

    Согласитесь, достаточно сомнительный итог даже для сатирического кино, которое, тем не менее, дает повод сгенерировать кое-какие любопытные умозаключения. Например, такое: столичному нуворишу, сколько ни рядись он в наряды от кутюр, все равно весьма затруднительно бывает скрыть своё рабоче-крестьянское происхождение, урюпинскую среднюю школу, а зачастую ещё и гопниковские университеты имени Саши Белого. Гены, как ты ни маскируйся под аристократа духа, берут своё: если вышел из плебса, то, скорее всего, так и останешься в своём родном «союзмультфильме». Возможно, именно данный подтекст интриговал режиссёра, который в нашем кино занимает нишу отчасти Джима Джармуша, отчасти Аки Каурисмяки, отчасти Кена Лоуча.

    Этот фильм, снятый, наверно, дня за три-четыре, финансировался «вскладчину с друзьями» — впервые примененным в России методом краудсорсинга. Он предполагает бесплатное участие взамен на процент прибыли с проката. Но вряд ли обрадует гонорарами соучастников, скинувшихся в общей сложности на сто тысяч баксов. В самую ударную — первую — неделю показов сборы оказались меньше вложений, а если их ещё разделить на два (отдав долю владельцам кинотеатров), то… вряд ли кому-то понадобится открывать себе новый банковский счет. Но лиха беда начало. Теперь эту арифметику можно брать за точку отсчёта для новых проектов такого рода, которые, полагаю, не заставят себя долго ждать.

    20 декабря 2012 | 10:45

    Мы вот пять лет в Москве, а ты как была дурой, так и осталась (с)

    Меняются ли люди, когда у них появляются деньги? Конечно. Отношение к другим представителям человечества? Бесспорно. Об этом решил порассуждать Борис Хлебников в картине «Пока ночь не разлучит». Это вышло у него коряво и неказисто, но давайте обо всем по порядку.

    Действие фильма происходит в одном из московских ресторанов. На его территории сосуществуют посетители, официанты и работники кухни. У каждого из них есть желания и обязанности, которые они и выполняют по ходу сюжета.

    Борис Хлебников хотел снять кино, но у него не вышло. На экране появляются известные лица, что-то говорят, едят и уходят в тень, и так происходит на протяжении всего хронометража.

    Человек, «написавший сценарий» фильма «Все умрут, а я останусь», удивительным образом все еще существует в кинобизнесе. Александр Родионов попытался сделать из статьи журнала «Большой город» сценарий небольшого полнометражного фильма, а вышел у него набор сцен связанный белыми нитками. Он внес в сюжет несколько линий отсутствовавших в статье, но это лишь увеличило хронометраж и несколько разрядило обстановку полного абсурда происходящего. Ни героев, ни идей, ни диалогов в картине и вовсе нет.

    Про актерские работы говорить и вовсе не приходится, здесь все, кто появляется в кадре, изображают типажи или самих себя. Но какой-либо работой это и вовсе не назвать.

    Часто используемая последнее время трясущаяся камера появилась и здесь. Но если в боевиках и приключенческих фильмах ее необходимость можно объяснить, то камерной картине это добавляет только некоторой загадочности, которая ей вовсе и не нужна.

    «Пока ночь не разлучит» — попытка сыграть на поле черной комедии положений. В итоге у авторов кроме шаблонных фраз и «реальной» действительности ничего нет, и зрители до конца ждут, что про него не забыли, и что оно сделано для них. Но это только мечты…

    12 октября 2012 | 10:34

    Странноватая полуметражная работа Хлебникова, на мой взгляд очередная и часто довольно удачная в российском кинематографе попытка соединить коммерческое и авторское кино, а так же относительно не частая и, как правило, менее удачная театр и кино. Удачно ли получилось у Хлебникова? Наверное сложно сказать.

    В целом скорее всего у эстетов фильм вызовет не одобрение, а у рядового зрителя улыбку и лёгкое непонимание. К какой категории себя я сам отношу, я толком не понимаю и со своей всеядностью фильм мне скорее понравился. Конечно социальная сатира Хлебникова слишком уж прозрачна и грубовата, но миниатюры, которые разыгрывают актёры, вполне занимательны и не успевают надоесть к сумбурному и на мой взгляд, плоховатому финалу. Некая философская подоплека, которую если покопаться можно найти где угодно, на самом деле не вызывает на протяжении фильма желания философствовать. Образы конечно очень узнаваемы, но настолько утрированны, что чувства неудобства не вызывают. Конечно, как бы часа и маловато и хочется ещё скетчей, но наверное так и правильно, дабы не возникало перенасыщения. А тот ужасный клоунский торт, которым Борис запускает в лицо зрителя, как бы напоминает, что пора возвращаться в реальную жизнь.

    Вот так я сам себе противореча, оправдал этот неказистый финал у этого странновато фильма. Естественно не буду советовать смотреть. Лёгкая атмосферная ассоциация у меня возникла со Свободным плаваньем и почему-то Ночным продавцом.

    4 июля 2013 | 12:40

    Шикарная картина ни о чем. Новый фешенебельный кабак, в него приходит всякое странное, иногда похожее на людей, иногда не очень — ведет беседы, решает проблемы, создает проблемы, сволочится между собой, рассказывает истории, ненавидит друг друга — та еще кунсткамера. Но если снизить финансовую составляющую — то это все так безумно знакомо и смешно!

    На сам деле это просто сборник баек и подслушанных разговоров. Но очень здорово подобранных.

    И над всем этим Шнур. Кто бы мог подумать, что это трагический актер, который глазами может отыграть полфильма один, не хуже Эла Пачино.

    7 из 10

    15 ноября 2013 | 01:13

    В 2005 году в журнале «БГ» вышла серия материалов под названием «Вкусные разговоры» — корреспонденты издания отправились подслушивать беседы посетителей «главной переговорной комнаты города» — дорогого ресторана «Кафе ПушкинЪ». Те статьи и стали основой для создания Борисом Хлебниковым своего самого короткого из полнометражных фильмов «Пока ночь не разлучит». Помимо застольных диалогов в ленте присутствуют еще две линии — выдуманная про официантов и также подслушанная про работников кухни. Последние в большинстве своем состоят из мигрантов (казахо-киргизов), первые же — россияне, но очевидно либо приезжие из провинции, либо не реализовавшие себя москвичи.

    Если абстрагироваться от журнальной статьи (откуда мы знаем, быть может, все эти разговорчики не более чем плод журналистской фантазии, разбушевавшейся под градусом), то у Хлебникова получилась жёсткая карикатурная история, с упоением высмеивающая представителей той новой российской элиты. Почти все посетители ресторана выглядят как ряженая челядь за барским столом — кажется, что таких плоских и тупоголовых снобов в природе просто не бывает. Апогей убожества — героиня Марии Шалаевой. Девушка с вечно трехкопеечными зрачками приходит вместе с матерью на день рождения собственного супруга без подарка, садится за заказанный им столик и устраивает скандал, что, мол, столик не тот, да и ресторан не многим лучше Макдональдса. А в ходе беседы с мамашей еще и выясняется, что дамочка то давно увлечена кем-то другим и после развода детей собирается оставить супругу, потому что у неё от них «голова кругом». Когда же приходит муж, разговаривает она с ним в тоне «Максим, ты чё оглох?», изредка отрываясь от еды. И наверняка истинное удовольствие получит зритель, когда Максим, с виду нормальный мужик, просто нашедший свою золотую жилу в 90-е, дает фифе с мамашей 3 дня на то, чтоб собрать вещи, ибо «видеть он их больше не может».

    Однако в этом гламурном балагане симпатичен только персонаж Александра Робака. Надо сказать, что и само помещение ресторана с его тусклым, приглушённым светом, без единого окна в кадре оставляет ощущение тюрьмы, может вызвать приступ клаустрофобии. Другое дело — кухня. Вот где по-настоящему кипит жизнь, вот где настоящие людские проблемы и страсти. Одного из кулинаров схватила миграционная служба и грозится депортировать, другая не произнося не слова, дает понять, что неровно к нему дышит и сильно переживает, третий (шеф) по телефону с истинно кавказской изворотливостью пытается освободить своего подопечного. И т. п. Куда менее симпатична линия официантов. Вроде бы всё как у всех — каждый по телефону решает амурные вопросы, а решать их, как известно, сложнее всего. Но делают они это с каким-то мизантропическим раздражением и нервозностью. Быть может, во всём виновато соседство с псевдовысшим светом. Официанты словно уже заражены этой инфекцией, но по-прежнему остаются пролетариатом, от чего внутри взрывной волной протест только нарастает. Да и все эти фифы с кренделями в пиджаках у них очевидно уже в таких печёнках сидят, что не стоит удивляться моменту, когда именно пролетариат и становится инициатором финального махача.

    У многих наверняка возник вопрос: почему зритель должен это смотреть? Одно дело журнальная статья, вся фишка которой в реальной жизни реальных людей. Но в фильме ведь эффекта замочной скважины не получается — отрывки разговоров выглядят как скетчи из юмористической программы типа «6 кадров». На самом деле, маркетинговая идея тут банальна — расчёт на приглашённых селебрити. Львиную долю аудитории потащит за собой Шнур, чуть поменьше — Оксана Фандера, Василий Уткин, Дуня Смирнова и иже с ними. Временами фильм и напоминает отнюдь не проект, а некий дружеский междусобойчик, реализованный скорее по чьей-то шальной инициативе. «Немного напрягает, что здесь снимается слишком много моих собутыльников», — говорил во время съёмок Сергей Шнуров. Жаль, что Хлебников не пошел тут до конца — в финальном махаче никто кроме Шнура (и то лишь отчасти) из по-настоящему известных персон и не участвует. Алёна Долецкая vs. Дуня Смирнова! Было бы то еще зрелище…

    Кто-то считает, что как статья из «Большого Города», так и кино Хлебникова полностью отражают все пласты той России и смотреть это нужно как документ эпохи. Большая ошибка. Точно такая же ошибка думать — что всё это куда-то исчезло, и 2012-й сильно отличается от 2005-го. Отличается разве что тем, что раньше больше писали про мажоров, а сейчас — про хипстеров. В палитру разговоров добавилась протестная политическая тематика. Но весь этот цирк уродов в виде барыг, мажоров, светских львиц, хипстеров, геев, снобов, грубоватой лимиты, преступной миграции и т. п — всё же далеко не полный срез нашего общества. Потому что есть они, а есть просто нормальные люди.

    6 из 10

    13 августа 2013 | 11:47

    Знаете, из чего состоит итальянский десерт тирамису? Там вам и сыр, и эспрессо, и яйца, и бисквит, и какао, и алкоголь. Итальянцы любят мешанину. Вот и новый фильм Хлебникова, то ли сатира, то ли просто смеялка, в котором усталый и томный от наскучивших домашних страстей официант (Е. Сытый) разносит это самое лакомство, тоже — мешанина. Не хаос площадного зрелища, не обэриутовский абсурд, не хармсова околесица, не постмодернистская бредовая пустота пустот, а именно мешанина из всего, что попало под руку, или просто капустник. Официант презентует блюдо тирамису толстосумым дамам и господам как созданное когда-то на грани жизни и смерти от большой, страстной любви большим человеком. Но всё, и он, и они, и интерьеры (навязчивые своею излишностью, пышностью, пафосностью и арфострунностью), — мелкое, мелкое, мелкое… Мелкость при отсутствии чего-либо крупного, важного, стоящего, без помощи, без выхода из нее раздражала неимоверно. И не меня одну, судя по обсуждению фильма и написанным после него рефлексиям.

    Поначалу, когда еще пыталась примирить себя с фильмом «Пока ночь не разлучит», попробовала отыскать в нем рудименты средневекового народного театра: незатейливость балагана и цирка, карусельная динамика, грубо намалеванные образы, народные клоуны, балаганные шуты (Шнуров), площадной фарс, бурлескная условность, ярмарочная толчея, поспешность и оголтелость. Но нет. Не притянешь за уши! От народного смеха и народных шутов (даже самых грубых их форм и личин) этот фильм далек, потому что он несмотря на то, что внешне выглядит как мешанина, весь есть схема, рационально-интеллектуальная конструкция из трех ярусов: богатые (дерутся, пьют, матерятся и плачут), наши бедные (доедают с барского стола, дерутся, пьют, матерятся и тоже плачут) и бедные, да еще и не наши, эмигранты (доедают с барского стола, бывают биты, матерятся и тоже плачут, но, вроде как, от более человечных чувств). Уверена, лишь отсутствие рационалистической сконструированности делает смех смехом — живым, искрящимся радостью или высекающим искры боли и стыда. Так умел смеяться Шекспир с его Фальстафом, так смеялся Рабле… Но о чем я?

    Чтобы состояться, это фильму Хлебникова не хватило нелогики, дикости концепции, сценарного произвола, в том числе полной децентрализации сюжета. Идея успела изнасиловать материал (по-моему, это выражение принадлежит Б. Брехту) до того, как он привольно расплескался во все стороны сразу, в естественном беспорядке, как в жизни. И в результате схема заменила собой мудрость (живую мысль о жизни); жирный и разгульный Порок, напоминающий аллегорического персонажа средневековых моралите своей безжизненностью, — живых — не формульных, не штампованных — людей, а маты (отрыжка критикующего цинизмом интеллекта) — собственно смех и смешное. И всё потерялось, сдулось. И развлечение. И поучение. И чувство, что режиссер — печальник горя народного, борец за справедливость, рыцарь без страха и упрека, сражающийся с мельницами бездуховного капитала вопреки воли продюсеров-толстосумов, которые говорили же ему, говорили же… Нельзя критиковать богатство!

    5 июля 2016 | 10:39

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>