всё о любом фильме:

Конгресс

The Congress
год
страна
слоган-
режиссерАри Фольман
сценарийСтанислав Лем, Ари Фольман
продюсерРейнхард Брюндиг, Себастьен Деллуа, Петр Дзецоль, ...
операторМихал Энглерт
композиторМакс Рихтер
художникДэвид Полонски, Мэнди Лайн, Гия Гроссо
монтажНили Феллер
жанр фантастика, мультфильм, драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в мире
сборы в России
зрители
Россия  10.9 тыс.,    Португалия  977 чел.
премьера (мир)
премьера (РФ)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
время118 мин. / 01:58
Стареющая безработная актриса соглашается на последнюю работу, не представляя себе последствий, которые повлечет за собой это решение…
Рейтинг мультфильма
IMDb: 6.50 (10 852)
ожидание: 98% (874)
Рейтинг кинокритиков
в мире
74%
69 + 24 = 93
6.6
в России
40%
2 + 3 = 5
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на мультфильм
    Знаете ли вы, что...
    • Основой фильма стала книга польского писателя Станислава Лема «Футурологический конгресс» 1971 года.
    • Как и у ее экранного альтер-эго, у Робин Райт двое детей, старшая девочка и младший мальчик.
    • Изначально на главную роль рассматривались актрисы Кейт Бланшетт и Кэмерон Диаз, но увидев на одном мероприятии актрису Робин Райт, режиссер Ари Фольман сделал предложение именно ей.
    • Все анимированные сцены предварительно были сыграны актёрами в павильонах для того, чтобы аниматоры наиболее достоверно перенесли сюжет в мультипликацию.
    • Живая часть фильма снята в Америке, а анимацией занимались специалисты из Израиля, Германии, Бельгии, Люксембурга и Польши.
    • еще 2 факта
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 3710 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Необходимо сразу сделать дисклеймер. Это не экранизация. Это «что-то по мотивам». В этой позиции так нагло узурпировать произведение Лема и всю дорогу пытаться выдать это за экранизацию, конечно, грешно. Но.

    В чем главный конфликт картины? Героиня Робин Райт, попадая в мультипликационный трип, не находит там себе места. Она из другого жанра. Ей комфортнее в первой части фильма, где все определено, все драматические ходы видны издалека, есть сын, которого надо лечить. И карьера, которую надо спасать. Не даром даже при подписании контакта она настаивает на том, чтобы ее оцифровка не играла в фантастике. Такая ультимативная позиция свойственна фашизоидному типу личности, характеризующемуся в неприятии всего инакового.

    Таким образом, весь дивный новый мир мы оцениваем сквозь призму восприятия героини пресных драм. В мире где «Каждый тот, кто он есть и тот, кем он хочет быть. Где нет горя, жесткости, тщеславия». Она продолжает искать какую-то настоящую реальность. Ей прямым текстом говорят: Всё происходит в голове. Если вы видите темноту — это ваш выбор. А она все про сына. Кстати, почему ей наплевать на дочь?

    Особенно весело становится, когда она пытается задвинуть какую-то жалкую телегу про: «Одумайтесь, люди. У меня сын глохнет, а вы тут гедонизируете. ». Но в чем принципиальная разница между Смотреть на экран/Кушать пилюли? Это просто новый способ доставки контента. Но нет, обществу счастливых и добрых людей она предпочитает общество голодных рабов.

    Мир спасут фармакологи в сотрудничестве с кинематографистами. Красивую утопию актриса видит как антиутопию. Все выглядят как Иисусы и Будды. Все ведут себя, как они. А надоело — можно стать Зевсом. Или отрастить крылья и полететь. Ну разве не прекрасно?

    Весь потенциал мультипликации Ари Фольман демонстрирует на контрасте с серой обыденностью кино. Черт возьми, дайте мне пожить в этом мультике! А реальность унесите.

    18 апреля 2014 | 12:24

    Ари Фольман буквально поразил своим «Вальсом с Баширом». Такие фильмы чрезвычайно редки, и когда я ждал выхода «Конгресса», то ожидал фильм еще более высокого уровня.

    Фильм меня чуть-чуть разочаровал, однако это разочарование связано скорее с тем, что этот фильм все-таки не был локализован и не был пущен в прокат в России.

    В первую очередь стоит отметить то, что фильм немного «сырой». Да, приятно снято, анимация великолепная (даже завораживающая, я бы сказал), однако во всем ощущается какая-то «недоделка», будто от фильма оттяпали много крайне важных моментов. Ярче всего это проявляется в сюжетной линии. Все события перемешиваются, путаются, не всегда понятно, как и где все это происходит.

    Кроме того, фильм оставляет после себя много вопросов, причем вопросов не для философского размышления, а именно сюжетных. Часто сюжет просто провисает, происходят огромные временные скачки, и не всегда понятно, как некоторые персонажи или события связаны между собой. В фильме ответов на эти вопросы нет.

    С другой стороны, фильм меня поразил такой замечательной мультипликацией и порой довольно сложными и трогательными моментами. Спойлерить не буду, лучше все это увидеть и ощутить самим.

    Если вы все-таки решились на просмотр этой ленты, обязательно прочтите Лема. Да, возможно, вам не понравится, как здесь интерпретировали его историю (между прочим, большая часть гневных отзывов на сайтах для киноманов связана именно с неправильным подходом к сравнению «Футурологического конгресса» и сей ленты), однако именно так вы сможете ответить на те вопросы, на которые фильм не дает ответов.

    И да, саундтрек отличный, Макс Рихтер молодец.

    9 из 10

    Посмотрите и убедитесь сами.

    13 декабря 2013 | 14:02

    Триповое кино

    Несмотря на то, что этот анимационно-игровой фильм, снятый по роману Станислава Лема «Футурологический конгресс» (1971), был удостоен европейской кинонаграды, как лучшая мультипликация 2013 года, он ни в малейшей степени не располагает к тому, чтобы провести время с удовольствием или «просто с детьми». Вероятно, что и сопереживать героям тоже получилось бы далеко не у всех. А вроде бы всё предвещало успех: и книга известного польского фантаста, и постановка израильского режиссера Ари Фольмана, снявшего пятью годами раньше глубокий по содержанию и необычный по форме «Вальс с Баширом», где была предпринята попытка соединить документальное кино и анимацию.

    Станислав Лем ещё задолго до революционной «Матрицы» братьев Вачовски прогнозировал в своём романе апокалипсическое будущее и расслоение реальности на две составляющие. Фольман, сохраняя этот принцип, сильно меняет содержание, убирая с авансцены повествования главного лемовского персонажа, Ийона Тихого, и отдавая её… американской актрисе Робин Райт. В отличие от книги, Фольман не просто существенно меняет акценты, но предлагает экранизацию, про которую логичнее было бы сказать: «снято под впечатлением». Начинающееся как вполне себе художественное кино, обыгрывающее мотивы личной истории Робин Райт, исполняющей здесь в какой-то мере саму себя, оно делает затем не вполне ожидаемый кульбит и надолго становится мультфильмом.

    Можно предположить, что на этот раз Фольманом двигало не столько желание снова войти в знакомую воду, а скорее отсутствие надлежащих средств, которые израильское кино при всем желании изыскать на такого рода фантастику не может. Это вам не «Мосфильм» 1970-х, финансировавший для Тарковсого «Солярис», но даже и участие в проекте ещё с полдюжины стран вряд ли удовлетворило бюджетный потенциал сценария. Однако рисованная анимация, позволившая сэкономить немалые средства, выглядит здесь каким-то жутковатым анахронизмом. Мрачные аллюзии апокалиптического толка и замысловатость драматургических ходов не делают фантазию Фольмана гипнотической, в отличие от той же «Матрицы».

    Киберпанковская эстетика «Матрицы», к слову сказать, до сих пор выглядит образцом для подражания, особенно в сравнении с кислотным поп-артом «Конгресса», который смотрится преданьем старины глубокой. К тому же это кино грешит серьёзными сценарными неувязками и скатывается к злобной, но беззубой карикатуре и ретроградской патетике о технологическом тупике, в котором скоро окажется человечество. И вроде бы надо поддержать этот пафос, но почему-то не хочется. Поскольку фильм на это не особенно вдохновляет, перегружая мозг безысходностью депрессивных прогнозов, а философию доносит не столько с помощью образов, сколько слов, принижая значение визуального ряда. В итоге антиутопия оборачивается беспомощной и ворчливой сатирой с плоскими и не всегда понятными аллюзиями.

    Так, если в названии киностудии «Мирамаунт», купившей у Робин Райт права на использование её оцифрованного образа в кино, прочитываются однозначные намёки на голливудских мейджоров — «Парамаунт» и «Мирамакс», то появление ряда медийных лиц, например, Майкла Джексона в анимационном образе официанта, скорее, просто озадачивает, нежели располагает к каким-то актуальным размышлениям. Галлюцинации и психоделики, о влиянии которых главным образом здесь идёт речь, выглядят единственным способом выйти за рамки мрачного настоящего и раствориться в мире радужных грёз. Но не исключено, что кем-то это может быть воспринято слишком буквально — как пропаганда химических препаратов, изменяющих восприятие.

    2 июля 2014 | 10:52

    Станислава Лема экранизировать, конечно, очень непросто. И «Солярис» Тарковского и по атмосфере, и по нагнетанию напряжения, был на порядок выше голливудского «Соляриса» с Джорджем Клуни. Но хорошо уже то, что делаются попытки экранизаций. Потому что автор действительно классный — и достоин быть воплощен в киноработах. С Филиппом Диком удивительным образом все получилось — вышло уже множество хороших фильмов. Лему везет гораздо меньше. Хотя «Футурологический конгресс», чью адаптацию якобы снял и написал Ари Фольман, книга столь же галлюциногенная, как и миры, рисуемые Диком. Но получился в результате — странный синтез драматической истории о стареющей актрисе, ее взаимоотношениях с детьми и кислотного антиутопического мультфильма — о том, что новая реальность практически уничтожит реальный мир. В общем, от Лема осталась только идея о том, что в будущем химические препараты позволят нам путешествовать внутри собственного сознания, и что это приведет мир к катастрофе.

    К первой киношной части нет никаких претензий. История актрисы Робин Райт (она представляет здесь свое альтер-эго), которой предлагают последний контракт в ее жизни — оцифровку, достаточно трагична. Монолог Харви Кейтеля, сыгравшего ее агента, вообще может войти в учебники истории, настолько он сильно написан. Но дальше действие переносится в анимационную реальность (так решил режиссер) — и начинается натуральный бред. Снять такое очень просто. Мультфильм в кислотных тонах, напомнивший одновременно Yellow Submarin Битлов и «Король-журавль» советских кинематографистов практически лишен сюжета. Почти бессюжетные блуждания внутри головы героини длятся бесконечно долго, заставляя проклинать режиссера за «авторскую находку». Мультик при этом даже не 3D — примитивная анимация, напоминающая не о 90-х, а о 80-х годах. Но, понятное дело, на бюджете она позволила сильно сэкономить. Хотя если бы режиссер снял все галлюцинации в киножанре, и придал им немного логики, получилось бы куда интереснее — нечто похожее на «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» — только с сильной идеей Лема.

    Робин Райт играет как всегда хорошо. Она вообще великолепная актриса. И действительно стареет очень красиво, как сказано в фильме. Хотя в отсутствие подтяжек и ботокса лично я не верю — слишком гладки все черты лица вдруг сделались еще в «Карточном домике». Одним спортом и сауной лица тут явно не обошлось. В 48 лет она играет 44-летнюю, или привирает продюсеру, что ей 44, как и положено актрисе.

    Меня по-прежнему волнует вопрос об адаптации. Что под ней понимают? Если только заимствование основной идеи — то это не адаптация, и незачем трепать имя известного автора в титрах. Другие режиссеры запросто воруют идеи — и не думают об упоминании авторов, у которых они их нашли. Скорее всего, именем Лема Ари Фольман хотел привлечь к своей картине больше внимания. Привлечь тех, кто читал «Футурологический конгресс», любит хорошую фантастику. Но все эти люди, скорее всего, будут долго плеваться. Потому что окажутся обмануты в своих лучших ожиданиях.

    Критика столь же неоднозначна, как сама картина. К моему удивлению, есть такие, кому бредовая кино-анимация, спекулирующая на имени Лема, понравилась. Но их, к счастью, немного.

    4 из 10

    12 апреля 2014 | 01:35

    Представьте себе мир, где каждый человек может создать для себя собственную реальность, где не будет ни боли, ни страданий, ни нужд, ни прочих несчастий. Однако каким бы идеальным не был этот мир, будете ли вы готовы навсегда расстаться с настоящим? Ведь, отказавшись от него, вы можете потерять все то, чего вы с трудом добились или тех, кто вам дорог. Эта тема стала основой сюжета потрясающей киноленты Ари Фольмана «Конгресс».

    Синопсис Стареющая актриса Робин Райт получает необычное предложение от кинокомпании Miramount. Она должна пройти процедуру сканирования, в результате которого продюсеры получат ее точную копию, которую смогут использовать при создании фильмов. Робин дает свое согласие на это предложение, не предполагая, чем обернется ее решение.

    Игра актёров Конечно, тут я смогу прокомментировать только игру Робин Райт и, возможно, еще Харви Кейтеля, т. к. только в анимированной части только они по-настоящему проявили себя как актёры. Робин Райт, можно сказать, сыграла саму себя, однако в фильме она предстала с самого начала в образе вечно печальной стареющей актрисы по имени Робин Райт, которая разрывается между семьей и карьерой. Харви Кейтель хотя сыграл и небольшую, но значительную роль агента Робин, который, на первый взгляд, может показаться циничным человеком, но в итоге оказывается порядочной личностью, которая тоже может чувствовать и даже плакать.

    Режиссура К сожалению. Мне пока не довелось увидеть, возможно, более популярную ленту Ари Фольмана «Вальс с Баширом», но после просмотра «Конгресса» я ни чуть не сомневаюсь, что та картина также хороша как и эта. Первое, что хочется сказать о режиссуре «Конгресса», то — что это классический психоделик. Фильм внезапно переходит в анимацию, потом внезапно обратно в реальность. По ходу развития сюжета становится понятно, почему так происходит. Однако несомненным остается тот факт, что Фольман выстроил сказочную фабулу, благодаря которой зрителя переполняют эмоции от сочетания ярких красок и необычных символов, отображенных в нарисованных персонажах. Второе, «Конгресс» — по-настоящему безумно красивое кино. Наконец, хотя от фантастического романа Станислава Лема взят только мотив, но, как мне кажется, режиссеру удалось передать смысл романа и добавить свою авторскую нотку.

    Сценарий Как уже было сказано ранее, сюжет фильма от романа польского фантаста Станислава Лема берет только мотив, а остальные его детали сценаристы уже развили сами. Первая часть фильма происходят как бы в нашем времени. Кинокомпания Miramount изобретает цифровые технологии, благодаря которым может снимать фильмы без участия актеров, а используя их цифровые двойники. Предложение создать такой двойник, чтобы возобновить свою карьеру, получает Робин Райт, которую терзают сомнения по поводу согласия, т. к. его дороже быть рядом с сыном, слепнущим и глохнущим от синдрома Ашера. Тем не менее, актриса соглашается, и ее сканируют. Проходит 20 лет, Робин, «снявшаяся в нескольких успешных фильмах», едет на конгресс Miramount, превратившейся из кинокомпании в крупную корпорацию, которая дает людям возможность погрузиться в тот мир, который они желает. Так, Робин попадает в анимационный мир, который, как выясняется позже, является лишь одной большой галлюцинацией. Фильм, как и книга Лема, ставить много философских вопросов. Так, например, что должно делать человечество, если оно находится на краю гибели? Делать все возможное, чтобы исправить ошибки или «ввести себе морфий», чтобы оказаться в том, мире, где ему будет спокойнее? Также в фильме ставится вопрос человек и государство, насколько государство может вмешиваться в жизнь человека? Поскольку здесь государство в виде этой корпорации посмело буквально проникнуть в душу Робин и контролировать абсолютно все. Я хочу сказать, что «Конгресс» действительно заставляет задуматься.

    Саундтрек Чтобы погрузиться в необычную футуристическую атмосферу фильма, сочетающуюся с нечтом прекрасным, в этом помогает великолепное музыкальное сопровождение британского композитор Макса Рихтера. В целом музыка представляла собой сочетание симфонической и электронной музыки, написанной самим Максом Рихетром, а также вставками классических тем, например, Шуберта. Это придавало фильму больше драматичности и красоты, которые и должны были переполнять картину.

    Итог Могу с полной уверенностью сказать, что «Конгресс» мне понравился. Не буду скрывать, есть в нем пара моментов, которые оставляют вопросы. Однако сама идея фильма, его структура, его смысл — производят поистине сильное впечатление, за что перед авторами можно заслуженно снять шляпу.

    8 из 10

    22 апреля 2015 | 13:24

    Актриса по жизни весна

    К творчеству Ари Фольмана отношусь с глубочайшим уважением, так как был безумно поражен его Вальсом с Баширом — автобиографической военной драмой про гражданскую войну в Ливане. Интересный сюжет в описании, хорошие актеры, опять анимация (куда ж без нее-то?), саундтрек, написанный Максом Рихтером, да еще и снято по мотивам рассказа Станислава Лема. Один из немногих писателей-фантастов, которого так часто и так по-разному с переменным успехом пытались экранизировать такие непохожие режиссеры (от братьев Вачовски до Андрея Тарковского). Поэтому, завидев Конгресс на Кинопоиске, сразу же кинулся смотреть. Как оказывается, не зря.

    Актриса Робин Райт играет в кино актрису по имени Робин Райт. Как Вам начало? Ее век потихоньку уходит, семья потихоньку входит в новые трагические повороты судьбы. Младший сын начинает серьезно заболевать — ухудшается слух и зрения. Единственное, что утешает сына — тяга к небу. За сцены с запусками воздушного змея под музыку Макса Рихтера отдельное спасибо — по воздействию на восприятие это просто нечто. Еще есть острая на язык старшая дочь — бунтарь по характеру, лишь в середине и конце фильма мы на секунду убедимся в том, до какой степени она бунтарь. Да и возраст 44 года, и люди на улице не узнают, и новых гениальных ролей все не сыпется

    - Мисс Райт, добрый день. Простите, я сразу Вас не узнал

    - Ничего, я привыкла


    И вдруг корпорация Мирамаунт (привет Мирамакс и Парамаунт) делает шикарное предложение. Оцифровать героиню, чтобы потом использовать ее «копию» для съемок в кино. Вроде бы прогресс, вроде бы сокращение издержек и времени производства фильмов. Вроде бы все в выигрыше, включая саму Робин. Но как всегда «Вроде бы» здесь главная фраза. Уход от реальности и замена ее чем-либо неодушевленным никогда не доводила и не сможет довести до добра. И ведь не врал директор корпорации, когда говорил, что через 20 лет (срок контракта с Робин) эта технология будет восприниматься как голубиная почта. Не врал. Шикарный монолог агента главной героини в процессе ее оцифровки и вот фильм едва заметно заканчивает свой первый акт.

    Небольшой антракт (прямо как в театре) — это сцена пересечения «границы». Штрихкод вместо номера. Футуристическая палка вместо металлодетекторов. Всего один пограничник вместо взвода автоматчиков и жалкое подобие ворот. Никакой колючей проволоки. Почему же такой минимализм? И что это за особенное государство в государстве? «Закрытая анимированная зона». Мирамаунт уже не просто киноимперия, это мегакорпорация, подавившая волю людей внутри самой зоны. Внутри вроде как идиллия, нет войн и нет ненависти, все счастливы (опять «вроде бы»). Но за это платят слишком высокую цену — ее же за въезд платит и Робин. Простая ампула с психотропными препаратами.

    Раньше люди находили счастье в антидепрессантах. Сейчас то же самое, просто препараты стали лучше.

    И вот старенький, но в хорошем состоянии порш (по меркам 2033 года) мчит нас на футурологический конгресс, на котором Робин должна продлить контракт. по крайней мере, так она думает. И тут с места в карьер прямо посреди пустынной дороги нас кидает в пучину психоделического мира, вызванного замещением реальности на препараты. Всего каких-то 15 минут и мозг уже слишком «наелся» непонятных и сумасшедших образов. Этот вовсе не похоже на тот иллюзорный мир, который показали в Матрице или Эквилибриуме. 15 минут и вот мы уже вместе с героиней падаем бездыханные в номере отеля. Только бы все это прекратилось.

    Как и во многих антиутопиях, с всеобщим порабощением и промыванием мозгов борются повстанцы. Происходит мятеж людей, которые устали от замещения реальности. Одна незадача, Робин настолько потеряла связь между реальным и выдуманным, что никак не может вернуться в себя. Единственное, что держит ее в живых — желание вернуться к детям. Сможет ли она сбежать из ада? Даже просьба застрелить ее на мятеже лишь пускает ее в новый виток галлюцинаций. И без того слабая нить логики, казалось бы, пропадает вовсе. Робин в очередном измерении просыпается через много лет после заморозки.

    Сумасшедшая психоделическая спираль вращается, как будто гипнотизируя и гипнотизируя. Почему именно так было построено повествование? Каждый новый поворот сюжета и мозг все больше отказывается воспринимать этот непрекращающийся поток сознания. В каждом новом сюжете мы видим отсылы к семье Робин — все, что позволяет не свихнуться в этом счастливом аду вроде бы счастливых людей. Опять вроде бы. Когда ты понимаешь, что больше так продолжаться не может, Робин находит в себе силы спастись (спастись ли?) из рая (ада?). Словно сам Морфеус пришел из Матрицы и насильно всучил тебе синюю таблетку.

    Финальный акт трагедии… И вот он выход из закрытой анимированной зоны. Ничего общего не имеет с входом в нее. Да и с тем, что происходило последние 50 минут на экране. Как будто сам побывал в центре чумы или другой страшной эпидемии. Это только в Матрицеподобных попкронвых фильмах горстка добровольцев сможет побороть систему, а в реальности система перемолет тебя и даже глазом не моргнет. Обессилевшая Робин пытается заново обрести потерянное счастье. А что из этого получится, вы узнаете, досмотрев картину до конца. Как пела группы Сплин: «Выхода нет». Открытая концовка. Отсутствие не то что ответов, да и самих прямых вопросов, а лишь указание на пути для размышления. В этом весь Фольман.

    Этот фильм очень заставил меня задуматься. Не уходите от реальности, какой бы плохой она не была. Через алкоголь или запрещенные препараты. В этой жизни всегда есть кто-то или что-то, что потерять гораздо страшнее. Шагнув в пропасть, вернуться обратно бывает не под силу.

    10 из 10

    11 января 2015 | 19:33

    «Конгресс» Ари Фольмана (2013) — непрекращающаяся двухчасовая игра с шаблонами зрительского восприятия. Фильм не позволяет расслабиться и заскучать в полной уверенности, что уж дальше-то точно ничего неожиданного не случится. Мы привыкли четко разграничивать жанры и стили, по-разному настраиваемся на бездумное кино с красивой картинкой, на умный артхаус и на проникновенную драму, но что делать, когда на экране всего понемногу в непредсказуемых пропорциях и непривычных отношениях? Только следить за происходящим, забыв опустить удивленно задранные брови.

    «Конгресс» снят по мотивам почти одноименной повести Станислава Лема, однако собственно книжного материала в ленте оказалось совсем немного. Вместо этого мы знакомимся с драмой стареющей и давно уже не востребованной актрисы Робин Райт, матери двоих детей — и неожиданно понимаем, что играет ее стареющая актриса Робин Райт, у которой также есть старшая дочь и сын помладше. Повествование сентиментально и неторопливо.

    После великолепного монолога Харви Кейтеля кино сменяется анимацией, заставляя припомнить фольмановский же «Вальс с Баширом», а достаточно спокойный и гладкий мультик — фактически просто рисованное кино — перетекает по сюжету в психоделическое буйство, в немедленную реализацию любых фантазий персонажей. Внезапно появляется несколько сцен, почти дословно повторяющих соответствующие сцены из книги (о которой к этому моменту уже как-то забываешь), и снова — мир чистого воображения, перемешанный с неприглядно грязным реализмом (каковой отображен снова вклинивающимся в анимацию фрагментом игрового кино). Отдельного восхищения достойны эпизоды с мельканием десятков узнаваемых культурных персонажей, от египетских богов до Тома Круза, и саундтрек от неподражаемого Макса Рихтера.

    Фильм не назвать сюжетно сильным. На особенно глубокомысленное раскрытие затрагиваемых тем — отношения реального и воображаемого, проблемы наркотического эскапизма, ценности семьи как противовеса вымышленной жизни, и проч. — он тоже явно не претендует. Полноценной экранизацией книги его счесть невозможно. Техника анимации откровенно стара и тривиальна. Полно слабых ходов и логических несостыковок. И тем не менее перед нами чудесный фильм, красивый, добрый, умный и драматичный, и этот испытываемый в реальности эффект определенно имеет отношение к изображаемой на экране борьбе и взаимозависимости изображаемого и реального. Наслаждайтесь и думайте — хорошее кино существует именно для этого.

    8/10

    27 мая 2014 | 19:42

    Я обратил внимание на этот фильм в первую очередь как на экранизацию Станислава Лема. Не могу сказать, что получил то, что ожидал, однако, фильм заставляет задуматься.

    С оригинальным текстом Лема режиссер обошелся бережно, но своенравно, переписав основной сюжет под других героев. Исполнительница главной роли прекрасная Робин Райд, играет как бы саму себя. Этот смелый и интересный ход сильно освежил картину. Агенты и продюсеры давят на выходящую в тираж актрису, увядающую красотку, перечисляя фильмы её реальной фильмографии. Потухающей звезде предлагают последний в жизни контракт, кинокомпания хочет полностью выкупить все права на использование актрисы в своих будущих фильмах в качестве цифровой копии. Райд сначала глубоко оскорблена таким предложением, недоступная в таких условиях свобода выбора, кажется ей неприемлемым условием. Но оглянувшись вокруг, глядя на своих детей, на сына, что медленно теряет слух и зрение, она решает согласиться, закончить карьеру и посвятить себя детям.

    Через двадцать лет Робин Райд возвращается в кинокомпанию, ставшую к этому времени закрытой анимационной зоной, чтобы принять участие в Футурологическом Конгрессе и продлить свой договор со студией. Здесь зрителя поджидает тяжелый вход в многоступенчатый анимационный трип, который давит, не только визуально, но ещё и отсутствием логики. Большие смысловые куски оригинального текста просто выкинуты, от чего ощущение наркотического опьянение только усиливается. Все тонет в розовом тумане, расслаивается и вибрирует, одна картинка наползает на другую, сюжетные ниточки спутываются, зритель падает обессиленный, не сумев удержаться на гребне мощной психоделической волны. Если этот вполне уместный по смыслу эффект был запланирован режиссером, то можно сказать, что все получилось. Хотя порою возникают подозрение, что смысловой массив, который автор планировал втиснуть в хронометраж, в купе с психоделической анимацией дают слишком большую нагрузку на восприятие, что неминуемо идет в ущерб режиссуре.

    В анимационной реальности нет войны, борьбы и ненависти, все вольны выбирать себе аватаров на свой вкус. Цифровая копия Робин Райд снимается в целом конвейере третьесортных боевиков, вдохновляет миллионы, занимает высшую ступень на звездном пьедестале. В мире, где все хотят быть Робин Райт, сама Робин Райт счастья найти не может. Разрыв между реальностью и сном все менее ощутим, социум забывается в сладкой галлюцинации, пока кинокомпания набивает карманы. Рисованный мир ярко парадирует всю современную индустрию, особенно задевает проповедник галлюциногенного будущего с лицом Билла Гейтса и замашками Стива Джобса. На экране постоянно крутятся узнаваемые персонажи, карикатурно изображенные звезды шоу бизнеса, герои фильмов, образы, сошедшие с полотен мировой живописи. Интертекстуальное общество бурлит, наслаждаясь самим собой. Все счастливы в этой квазиреальности, лишенной телесности. И вдруг все сложные философские вопросы, которые могла бы поставить картина, разбиваются об стандартный сентиментальный нарратив.

    Мрачное предсказание величайшего из фантастов уже не раз становилось предметом осмысления в кино и не только. Братья Вачовски создали свою матрицу под впечатлением от этого текста. Но судя по всему общество, постепенно зарывающееся в виртуальность, вызванную наркотической приятностью, нам не грозит. Нам грозят куда более страшные вещи, поэтому картина Ари Фольмана выглядит приятно, но до конца понятной она может быть только бывалым психонавтам.

    23 июля 2014 | 18:40

    Прозу Лема никогда не переносят на экран, — от неё отталкиваются. Тут и Тарковский, взявший одноимённый роман, чтобы сделать собственную философскую притчу «Солярис», и Содерберг, отснявший 95 минут, чтобы показать голую задницу Джорджа Клуни. Такова уж планида у произведений польского фантаста. Фольман берёт за основу «Футурологический конгресс», чтобы деметафоризировать понятие «империя грёз», воплотив его в реальность.

    Актриса, играющая стареющую актрису, на поверку оказывается полной творческих сил, и можно ясно представить — каким бы гнетущим оказался запрет на профессию для живой и здравствующей Робин Райт, подвергнутой оцифровке. Это сильный сценарный ход — вызвать со-чувствие, и предложение принять соучастие в судьбе реального человека, а не литгероя.

    Харви Кейтель, Дэнни Хьюстон, произносящие достойные цитирования, яркие спичи; юный Коди Смит-МакФи, удостоверивший свою актёрскую состоятельность ещё в «Дороге»; мудрый Пол Джаматти. Кастинг безупречен. И каким влюблённым взглядом смотрит Фольман на свою героиню! Это просто поэма, посвящённая Робин Райт. И кто скажет, что она этого недостойна?

    Пролог обрывается прыжком сквозь потолок человеческих возможностей в анимационную зону Абрахам. Но это ещё относительно нормальный мир, со своими рамками и ограничениями. Настоящая психоделическая революция, о которой вещает глава «Мирамаунт Нагасаки» с сатанинским уклоном, — только грядёт. Полное освобождение от комплекса неполноценности, воплощение своей истинной сути в визуальный слепок, и функционирование в красочном мире вечного парадиза. Не к этому ли всегда двигалось человечество? И дело не в пресловутой виртуальности. От глотка пива до опиумной трубки, от сочинения хокку до неистового трудоголизма, — всё, так или иначе, служит идее развоплощения, перекодировки изначального образа. Сам успех технических/химических изысканий в этом русле — верное тому свидетельство. И кого удивит, что подавляющее большинство населения хлынуло в ворота Нового рая в фольмановском «Конгрессе»? Мечты, сбывающиеся в мгновение ока? Такой товар не залежится. Никакой 70-часовой рабочей недели, чтобы потом утопиться в бассейне алкогольного делирия, никаких героиновых ломок, даже никаких мук творчества? Простота достижения психоделической нирваны обескураживает. Ей, простоте, соответствует эстетика анимации 30-х годов. Именно так. В этом парадизе может быть только такой — чёткий рисунок. Символично и местопребывание оставшихся вне «химического шабаша» — над землёй. Что можно интерпретировать как оторванность от основной массы человечества, отщепенство. Революция произвела переворот в мышлении, и изгоями в обществе становятся не наркоманы, а «нормальные» люди, превратившиеся в обслугу для «грезящих». Рыбы, сначала — живые, аквариумные, в будущем остающиеся только на картине в кабинете доктора Баркера, — символ превращения мира в нарисованную картинку. Воздушный змей, что возносит героиню в мир «трезвенников», — прекрасный символ материнской любви, красной нитью проходящий через весь фильм.

    Нельзя не сказать о волшебной музыке, которая подчёркивает ирреальность происходящего. Мягкая, безнадрывная манера Фольмана располагает к размышлению. Он не ведётся на такие простые штуки, типа: заставить Робин взглянуть на своего возлюбленного «трезвым» взглядом, чтобы потом устроить из этого душещипательную драму. Нет. Он не судит, не навешивает ярлыков. Он понимает своих героев, и, устами мудрого доктора Баркера, говорит: «Выбор один. Ждать смерти здесь, или там.»

    Я неспроста в начале упомянул «Солярис» Тарковского. Решение Робин отсылает нас к решению Криса в финале у Андрея Арсеньевича. Отцы и дети. Мать и дитя, остающееся для неё ребёнком в любом возрасте. Человеческие чувства, побеждающие любую иллюзорность, даже если в ней приходится полностью раствориться.

    8 из 10

    15 декабря 2014 | 15:48

    Вопреки заветам Колума Маккэнна прекрасный мир «Конгресса» ни в какую не хочет вращаться. Он притягивает к себе яркими красками, радостно раскрывает двойные кармашки реальности, и с таинственным заговорщическим видом пытается дискутировать о настоящем-будущем шоубизнеса в эпоху неизбежной антиутопии. Он замкнут, изолирован и прост, как первая имитация рая от мыслящих машин семейства Вачовски. Одна таблетка и все вокруг заиграет чудесными красками, запоет, закружится в легком прекрасном танце. Одна таблетка и твоя жизнь изменится навсегда. Никаких погонь за белыми кроликами, прыжков через зеркало или заветных шлемов невыносимой виртуальной реальности. Этот мир создаешь ты сам, по своему разумению. Стань демиургом собственного мирка без тормозов и конца света.

    После почти документального дебюта, Ари Фольман разворачивает жанровый флюгер на сто восемьдесят градусов и берется за экранизацию Станислава Лема. Достаточно вольную экранизацию. С другой стороны, когда Лема экранизировали точно, согласно букве книги? В центре истории — стареющая актриса Робин Райт, чья карьера окончилась давным-давно и о былой славе напоминают лишь пара плакатов да байки продюсеров. Скромная жизнь в кругу семьи с мечтами о большой роли. И такая роль, естественно, находится. Правда в этот раз Райт придется сыграть саму себя, весь спектр чувств, что доступен человеку. А новомодные технологические штучки бережно запишут ее мимику и жесты на жесткий диск для того, чтобы затем штамповать блокбастеры и сериальчики разной степени оригинальности. От таких предложений не принято отказываться, особенно когда сидишь на мели, и Робин, прикрываясь сыном (ох, это извечное «я делаю это не для себя, а для него»), подписывает контракт. А дальше мир превращается в затяжной наркотический сон, где нет границ пространства и времени, а окружение рассыпается на цветовые пятна. Добро пожаловать в виртуальную реальность, где может произойти все, что угодно.

    Полеты и заоблачные прыжки, сны внутри сна, реальность, расщепленная в человеческом сознании и собранная по новым лучшим лекалам. Мир, в котором сознание начинает определять бытие, а критерии истинности давно утратили статусы констант. Из мрачной политической антиутопии польского фантаста, Фольман вылепливает пронзительную сатиру на современное общество потребления. Внешность — товар, который очень хорошо продается. Сегодня в эпоху цифровых актеров гораздо приятнее иметь дело с анимированными модельками, нежели с человеком. Они не спорят, не капризничают, не опаздывают, не устают. Они всего лишь единички и нолики в стройной цепочке кодов режиссера и сценариста. И все что нужно — это правильно подобрать последовательность цветовых сигналов, чье назначение — доставлять удовольствие зрителю. Впрочем, и сам зритель перестает быть пассивным наблюдателем. Сегодня он уже может прикоснуться к электронному актеру руками с помощью графических и видео редакторов, а дальше завести свою игру и может быть самому стать Робин Райт, Томом Крузом или Лемом. Ведь мир — это всего лишь полет твоей фантазии, за которой нет ничего, только пустота, нищета и страдание. Однако за едкостью сатиры, автор почти выпускает из вида линию сюжета, в результате чего идет неизбежное скатывания в штампы и звучащее сотни раз заявление о превосходстве выдуманного мира над настоящим. Коктейль не смешивается и пьянящая волна анимации очень резко бьет по нервным окончаниям, жутко диссонируя с игровой составляющей.

    Сломав картонные декорации заезженного флеш-движка, Фольман берется за совсем уж дикое буйство цветов и пластику линий. Условная угловатость простых форм превращается в чарующий сон. При этом грань между реальностью и «погружением» прочерчивается достаточно четко. Границы могут быть размыты внутри фантазии, но реальный мир слишком контрастен, чтобы спутать его со сном. При этом реальный мир, где играют живые актеры, без особого сопротивления проигрывает анимационным вставкам. Лишнее подтверждение его чуждости. Именно поэтому Робин предпочитает находиться в мультипультии, ведь там можно все. Но самое главное, там можно выстроить мир без боли и тревог. И какая разница, что это всего лишь сон, если ты уже никогда не проснешься.

    Попытка к бегству оказалась убедительной. Сумбурной, местами аляповатой, местами картонной, но все равно — убедительной. Вряд ли кому-нибудь захотелось бы остаться в умирающем мире. Смущает только излишняя рафинированность последних кадров. Не имея возможности жить в настоящем, Робин решает построить свой маленький уютный мирок, в котором так хорошо можно спрятаться от всех невзгод. Отгородиться от внешних проблем и радостно коротать отведенный тебе срок. День за днем, пока тебя постепенно не начнет тошнить от обретенного рая. Не зря же и Архитектор и Морфеус в один голос заявляли о невозможности существования человека в идеальном мире. Не зря Бегбедер вводит пытку слащавым плакатным мирком для Октава Паранго. И этот мир очень скоро наскучит Робин. Но сбежать из него нельзя. Остается лишь обманывать себя. Мир перестал вращаться, он скомкан до пределов одного сна. Можно лишь врать себе, что это и есть рай, потерянный и обретенный. День за днем, день за днем. Словно мантру. Только кто в нее поверит, кроме тебя?

    28 июня 2014 | 19:37

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>