всё о любом фильме:

Конгресс

The Congress
год
страна
слоган-
режиссерАри Фольман
сценарийСтанислав Лем, Ари Фольман
продюсерРейнхард Брюндиг, Себастьен Деллуа, Петр Дзецоль, ...
операторМихал Энглерт
композиторМакс Рихтер
художникДэвид Полонски, Мэнди Лайн, Гия Гроссо
монтажНили Феллер
жанр фантастика, мультфильм, драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в мире
сборы в России
зрители
Россия  10.9 тыс.,    Португалия  977 чел.
премьера (мир)
премьера (РФ)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
время118 мин. / 01:58
Стареющая безработная актриса соглашается на последнюю работу, не представляя себе последствий, которые повлечет за собой это решение…
Рейтинг мультфильма
IMDb: 6.50 (10 852)
ожидание: 97% (874)
Рейтинг кинокритиков
в мире
73%
69 + 25 = 94
6.6
в России
40%
2 + 3 = 5
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Основой фильма стала книга польского писателя Станислава Лема «Футурологический конгресс» 1971 года.
    • Как и у ее экранного альтер-эго, у Робин Райт двое детей, старшая девочка и младший мальчик.
    • Изначально на главную роль рассматривались актрисы Кейт Бланшетт и Кэмерон Диаз, но увидев на одном мероприятии актрису Робин Райт, режиссер Ари Фольман сделал предложение именно ей.
    • Все анимированные сцены предварительно были сыграны актёрами в павильонах для того, чтобы аниматоры наиболее достоверно перенесли сюжет в мультипликацию.
    • Живая часть фильма снята в Америке, а анимацией занимались специалисты из Израиля, Германии, Бельгии, Люксембурга и Польши.
    • еще 2 факта
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 3709 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Моё первое знакомство с европейским режиссёром Ариего Фольманом произошло при просмотре военного мультфильма «Вальс с Баширом». Тогда заинтересовала нарисованная война в Ливане и загадочный сюжет, который не боясь чёрного юмора и вселенской насмешки над происходящим, смог достаточно наглядно показать мысли и отношение к войне. С тех пор, имя режиссёра запомнилось, и на горизонте замаячил «Конгресс». Как большая часть арт-хаусного кино, к нам, на просторы вечно заснеженной, если не посещать определённые кинозалы для любителей, данный фильм добирался очень долго. Разумеется, он тоже привлёк моё внимание использованием анимации, но теперь уже по совместительству с натуральными, живыми съёмками. Дополнительным стимулом к просмотру была «старая» знакомая Робин Райт, часто встречавшаяся мне с детства в бесконечном сериале «Санта-Барбара». Перед самым просмотром, новый факт лишь усилил ожидания: фильм Фольмана по мотивам романа Станислава Лема, польского писателя-фантаста, с творчеством которого я ознакомился более плотно после неудовлетворительных просмотров «Соляриса» Тарковского и Содерберга.

    «Ты хотела выбирать сама, но в итоге разрушила все свои мечты». Читать Лема порой тяжело, как например «Глас Господа», порой легко, как «Непобедимый», а вот экранизировать вдвойне сложно, поскольку произведения, по большей части, можно охарактеризовать как многожанровые. Тот же «Солярис» с экрана так и не смог передать необходимую атмосферу книги, а фильм Ари Фольмана «Конгресс», видимо и именован только вторым словом романа Лема на котором основан, поскольку лишь часть его есть в фильме. Фильм скорее даже не основан и не по мотивам, а мотивы из книги заимствованы для фильма. Режиссёр, мне кажется, вполне способен был снять отличную научную фантастику с элементами боевика, иллюзорно-реалистичными фишками и сюжетными оборотами, усилив эффект романа, но Фольман, не мейнстримовый постановщик, да и такая картина имела бы успех только при огромных своих особенностях. «Футурологический конгресс» Лема, написанный ещё 1971 году уже достаточно растаскан, случайно копирован или повторён многими творческими людьми, поэтому сюжет его уже неудивителен. Фольман в этом фильме поменял основной фундамент, убрав главного героя романа — известного Ийона Тихого, поставив на его место Робин Райт, играющую саму себя. В итоге получились две истории, переплетённые между собой душевными нотами Фольмана и наркотической фантастикой Лема.

    «Это новая формула свободы выбора!». Робин Райт в фильме, возможно, как и в реальной жизни — не особо востребованная, теряющая свою популярность актриса, которой было сделано последнее, весьма неожиданное и дерзкое предложение от студии «Мирамаунт». Боссы, возрадовавшись новейшим технологиям, хотят оцифровать актрису, создав образ, полностью копирующий её реальную, только на экране. Своего рода, этот пожизненный motion capture человека с полным комплектом записей эмоций, лишает её последующей работы, а права на использование «Робин Райт», согласно контракту, отходят полностью студии. Главная героиня встаёт перед вопросом идеологического выбора, как человек творческий, а её почти взрослая дочь Сара и сын Аарон, состояние здоровья которого постоянно ухудшается, отдавая всё больше времени на лечение его странной болезни потери слуха, определяют выбор. Первые пятьдесят минут фильма смотрятся на одном дыхании благодаря не только интересной теме и длинным аргументированным монологам героев, но и актёрской игре, где Дэнни Хьюстон, глава кинокорпорации, выглядит чуть слабее Харви Кейтеля, но оба профессионально и эмоционально выдают свои десять-пятнадцать живых минут.

    «Теперь время субъективно, ты сам решаешь когда наступает рассвет». Связующим моментом с романом Лема является приглашение Робин Райт на футурологический конгресс…спустя 20 лет, когда «Мирамаунт» стала уже мощнейшей корпорацией по внедрению в общество различного вида развлечений с использованием химических веществ, действующих на восприятие мира, поэтому въезд в «закрытую анимационную зону» сопровождается обязательной разовой нюхательной капсулой. На этом моменте реальность прекращает своё существование, оставляя позади семью актрисы, болезнь сына и прочее, предлагая только то, что ты хочешь видеть, быть тем, кем хочешь и на волне всеобщего ментального разнообразия и счастья, прослушать и принять новейшие возможности, расширяющие понятие жизни. Гибкая, яркая и вычурная мультипликация стиля 30-х, как воплощение того разнообразия личностей, пришедших на конгресс, пёстрота и изобилие, манящее вечно быть, как минимум, молодым. Отголоски семидесятых, как оставляющие Настоящее во времена написания романа, а Будущее оборачивающее полным крахом, закрытым людскими желаниями, навеянными общечеловеческим пиаром о мечтах.

    «А если я не хочу участвовать в этом химическом шабаше?» Но, что будет дальше, когда как Робин Райт, затерявшаяся в светской толпе самозванцев, извращенцев, шутов и расчётливых бизнесменов, беспощадно упускает не только связь с реальностью, но и время, отбирающее у неё дочь и любимого сына? Время, за которое люди стали существовать в иллюзиях благополучия, обрекая реальность на предсмертный обморок, Ари Фольман обрисовал сугубо по своему, поэтому мультфильм в фильме смотрится «на своей волне», где немаловажен настрой для его восприятия. Непринятие мира сопровождается многочисленными элементами прошлой жизни, которые появляются в виде воздушного змея, провоцирующего свист в ушах и всё время норовящего попасть под самолёт или людей-хранителей как герой Кристофера Дункана, освободителей, как герой Джона Хэмма. У режиссёра получилось увеличить масштаб происходящего таким образом, что действие так называемого отрезвина, не то что бы в итоге шокирует, но с разочарованием удивляет, вместе с Робин Райт, заставляет созерцать истинное лицо потребительской цивилизации миролюбивого «побочного эффекта». Единственной мечтой может быть только возвращение домой к сыну. Концовка, где во владения атмосферой, в полную силу вступает красивая музыка Макса Рихтера, достаточно закрученная, впечатляющая и по грустному душевная, способная оставить некие тревожные мысли, но добрые чувства.

    «The Congress» Фольмана далеко ушёл от печатного оригинала, который разумеется обязателен к прочтению любителей социальной фантастики, но представляет собой авторское видение истории с позиции одного человека и его личных переживаний на фоне всеобщего прогрессивного регресса общества. Самобытно, душевно и на удивление объёмно, но всё-таки хочется когда-нибудь увидеть историю, более приближённую к первоисточнику.

    8 из 10

    31 мая 2014 | 20:05

    Я обратил внимание на этот фильм в первую очередь как на экранизацию Станислава Лема. Не могу сказать, что получил то, что ожидал, однако, фильм заставляет задуматься.

    С оригинальным текстом Лема режиссер обошелся бережно, но своенравно, переписав основной сюжет под других героев. Исполнительница главной роли прекрасная Робин Райд, играет как бы саму себя. Этот смелый и интересный ход сильно освежил картину. Агенты и продюсеры давят на выходящую в тираж актрису, увядающую красотку, перечисляя фильмы её реальной фильмографии. Потухающей звезде предлагают последний в жизни контракт, кинокомпания хочет полностью выкупить все права на использование актрисы в своих будущих фильмах в качестве цифровой копии. Райд сначала глубоко оскорблена таким предложением, недоступная в таких условиях свобода выбора, кажется ей неприемлемым условием. Но оглянувшись вокруг, глядя на своих детей, на сына, что медленно теряет слух и зрение, она решает согласиться, закончить карьеру и посвятить себя детям.

    Через двадцать лет Робин Райд возвращается в кинокомпанию, ставшую к этому времени закрытой анимационной зоной, чтобы принять участие в Футурологическом Конгрессе и продлить свой договор со студией. Здесь зрителя поджидает тяжелый вход в многоступенчатый анимационный трип, который давит, не только визуально, но ещё и отсутствием логики. Большие смысловые куски оригинального текста просто выкинуты, от чего ощущение наркотического опьянение только усиливается. Все тонет в розовом тумане, расслаивается и вибрирует, одна картинка наползает на другую, сюжетные ниточки спутываются, зритель падает обессиленный, не сумев удержаться на гребне мощной психоделической волны. Если этот вполне уместный по смыслу эффект был запланирован режиссером, то можно сказать, что все получилось. Хотя порою возникают подозрение, что смысловой массив, который автор планировал втиснуть в хронометраж, в купе с психоделической анимацией дают слишком большую нагрузку на восприятие, что неминуемо идет в ущерб режиссуре.

    В анимационной реальности нет войны, борьбы и ненависти, все вольны выбирать себе аватаров на свой вкус. Цифровая копия Робин Райд снимается в целом конвейере третьесортных боевиков, вдохновляет миллионы, занимает высшую ступень на звездном пьедестале. В мире, где все хотят быть Робин Райт, сама Робин Райт счастья найти не может. Разрыв между реальностью и сном все менее ощутим, социум забывается в сладкой галлюцинации, пока кинокомпания набивает карманы. Рисованный мир ярко парадирует всю современную индустрию, особенно задевает проповедник галлюциногенного будущего с лицом Билла Гейтса и замашками Стива Джобса. На экране постоянно крутятся узнаваемые персонажи, карикатурно изображенные звезды шоу бизнеса, герои фильмов, образы, сошедшие с полотен мировой живописи. Интертекстуальное общество бурлит, наслаждаясь самим собой. Все счастливы в этой квазиреальности, лишенной телесности. И вдруг все сложные философские вопросы, которые могла бы поставить картина, разбиваются об стандартный сентиментальный нарратив.

    Мрачное предсказание величайшего из фантастов уже не раз становилось предметом осмысления в кино и не только. Братья Вачовски создали свою матрицу под впечатлением от этого текста. Но судя по всему общество, постепенно зарывающееся в виртуальность, вызванную наркотической приятностью, нам не грозит. Нам грозят куда более страшные вещи, поэтому картина Ари Фольмана выглядит приятно, но до конца понятной она может быть только бывалым психонавтам.

    23 июля 2014 | 18:40

    О сюжете.

    Сюжет фильма не простой. С первого просмотра можно и не понять, я и сам не понял его через час просмотра, однако все больше начинаешь понимать к концу фильма. Именно к концу, ибо начальная часть фильма, до мультипликации, вполне понятна и особого интереса не вызывает (похожа на обычную историю актрисы), однако и там есть детали, которые будут важным элементом сюжета в конце фильма. Через 20 лет, когда актриса решает посетить Мирамакс и вдохнет порошок, полученный у пограничника, начинается самое невероятное.

    Параллельная реальность

    Вокруг все начинает плыть, всё меняться. Героиня себя уже ощущает немного по другому, окружающих так же воспринимает по другому, так, как ей подсказывает ее сознание, а не как есть на самом деле. Вокруг нее простирается реальный мир, который ее мозг показывает ей совсем по другому. Она начинает узнавать об этом мире все больше и больше, но в конце концов, она всем сердцем желает найти ее сына, которого она оставила когда то давно. Встреча с персонажем, который в реальности был аниматором и узнавал о ней информацию, стала важным событием в ее понимании происходящего, после чего она решает вернуться из параллельного мира, который ей рисовало ее сознание (под действием порошка), в реальный, который воспринимался обычными людьми несколько лет назад.

    Возвращение в реальность

    Самое печальное наступает, когда героиня возвращается в реальный мир и видит разницу, какая она в реальном мире, и какая в том, какой рисовало ей её сознание под действием порошка. Реальный мир не такой интересный, как тот, в котором она была, а ведь как хочется туда вернуться и забыть о текущих проблемах…

    Послесловие

    Над чем стоит задуматься, так это над реальной проблемой ухода от реального мира. У многих людей есть депрессия и каждый борется с ней по разному. Кто-то бежит на стадион сгонять ее прочь, кто-то пьет таблетки, кто-то заливает её алкоголем, кто-то пытается заменить ее новыми ощущениями… Но смысл в том, что физически, ты всегда будешь в реальном мире, и все твои достижения и действия, несомненно отразятся на реальном тебе. Вымышленные миры (компьютерные игры, всякие наркотики, позволяющие тебе очутиться в «другом мире») смогут помочь тебе отвлечься от реального мира, но они вряд ли смогут помочь тебе достичь чего то в реальном мире, а в вымышленном, никому твои достижения, кроме тебе самого, не нужны.

    Пока ты живешь в виртуальном мире, наслаждаясь красотками из компьютерных игр, расслабленным ощущением от принятия алкоголя или приема наркотиков, можно того же самого достичь в реальном мире — выйти на улицу, пойти на какое-нибудь мероприятие, где можно познакомиться с новыми людьми и улучшить свои коммуникативные качества, пойти в спортзал и, после тяжелой тренировки, ощущать расслабленность, лежа в теплой ванне, при этом понимая, что твое тело стало крепче, а ты — более увереннее.

    Однако проблема в том, что этого сложнее достичь в реальном мире, и проще получить сиюминутные ощущения в параллельном.

    8 из 10

    16 апреля 2014 | 22:53

    Жаль, но сейчас есть полная уверенность в том, что подрастающее поколение в своём подавляющем большинстве понятия не имеет кто такой Станислав Лем. Родившийся во Львове поляк, стал фигурой для экранизаций благодаря повести из научно-популярного цикла «Солярис». В своё время я смог прочитать это произведение и оно дало толчок к тому, что дальше я его старательно обходил стороной — слишком уж тяжёлая, трудная для чтения у него оказалась книга. Но в сборниках «Мир приключений» его сборник в салатовой гибкой обложке хранится на полке, может когда-то и доберусь до «Непобедимого» и до «Звёздных дневников Ийона Тихого».

    Таким образом, обозначаю, что его прикосновенность к созданию ленты «Конгресс» стала для меня большой неожиданностью. Его «Солярис» ставили, где сам Джордж Клуни сыграл главную роль, а в Советском Союзе книга была экранизирована как минимум дважды, где особый резонанс произвела экранизация от Андрея Тарковского, хотя и фильм с Василием Лановым признаётся отличным. И всё же лента «Конгресс» кажется снятой по мотивам произведения Станислава Лема, вряд ли уж он писал про голливудских актёров, которых перевели в режим 3D, пользуясь для съёмок их компьютерными рисованными копиями вместо физиологически телесных актёров. Но доля правдивости в этом есть — почему бы этим не воспользоваться, ведь тогда актёрам не нужно будет платить баснословных гонораров для участия в съёмках, а это, согласитесь, очень по-капиталистически.

    Станислава Лема нельзя назвать откровенным провидцем, как это происходит в случае с Жюлем Верном, есть превосходный пример наших братьев Стругацких, которые в одной из статей объяснили почему не являются предсказателями. Однако же, намёки на переформатированию будущего кино затрагивал не только «Конгресс», но это было сделано ещё в моделированной системе с «Симоной», а затем была притязательная попытка создать новую веху в кинематографе с «Помутнением». Но только «Конгресс» продемонстрировал закулисный драматизм такого хода событий. И обозначать это было дано Робин Райт. У актрисы много ролей в замечательных лентах (например, возлюбленная в «Форресте Гампе», несчастная в «Послании в бутылке», необходимая в «Неуязвимом»), но только стать героиней перворолей ей было не суждено. Поэтому, в ходе действия появилось чувство недоверия: никак нельзя было взять в толк, почему так носятся с Робин Райт, а ведь будь на её месте Джулия Робертс, то тогда фильм приобрёл бы больше эффекта реализма, несмотря на фантасмагорию всего происходящего.

    Помимо Робин Райт в картине приняли участие Харви Кейтель, Пол Джиаматти и Дэнни Хьюстон. Люди известные, но вот у Харви Кейтеля карьера пошла на откровенный спад, хотя в этом фильме (будучи даже рисованным персонажем) он сыграл свою лучшую роль за последнее время, так что в этом актёре ещё есть что-то, только голливудским воротилам это незаметно. Ничего нового в своих образах не показали Пол Джиаматти и Дэнни Хьюстон: первый — добродушный человек, к которому таковое отношение складывается из-за внешнего вида, а второй — крамольный делец, неприятный субъект, и таких субъектов в кинокарьере Дэнни Хьюстона уже было предостаточно, так что ничего нового от них обоих.

    Конечно же, этот фильм можно назвать неким экспериментом: связка кинофильма с компьютерной графикой, где последняя играет основополагающую роль, шаг рискованный и необыденный, но вот вялость в фильме ощущается, пребывая в ожидании новизны сталкиваешься с неспособностью выразить мысль в уникальном стиле, а ведь создатели «Конгресса» именно того и добивались.

    6 из 10

    24 мая 2014 | 16:32

    Странно, что теоретики до сих пор не задались этим вопросом. Если в мультипликации возможно все, то зачем тогда вообще кино? Особенно теперь, когда технология стерла остатки границ между кино реальным, физически достоверным, и кино квазиреальным, большую часть экранного времени существующего вне реального физического пространства.

    Как бы там ни было, не сговариваясь, различные авторы то и дело обращались к этой проблеме. Никкол и его «S1m0ne» пытаются серьезно высказаться по теме. Визуальные амбиции «Final Fantasy: The Spirits Within» в итоге уступают миниатюрному технологическому демо «Heavy Rain». «Pixar» периодически пугает фотореалистическими пятиминутками в своем полном метре. В конце концов, что есть «Аватар», если не высокобюджетный анимационный фильм с редкими live-action вставками?

    В одном ряду со всем этим баловством расположены и вполне состоятельные работы, конструирующие заведомо ложные фильмические пространства и тем самым дающие возможность через смещение реальностей внутри кинокартины ощутить переход от одной реальности, реальности фильма, к другой, более общей, реальности изображения, того, что видит глаз — и усомниться в ней. Впрочем, как таковая, идея не нова, скорее банальна, «Это не трубка». «Матрица» и «Экзистенция» просто фиксируют этот опыт в плоскости кинематографа.

    После всего этого «The Congress» Фольмана — один сплошной неправильный гипертекст, по касательной задевающий чуть ли не все существующие на данный момент ленты сходной тематики. Однако ссылки и цитаты в нем существуют вне необходимости нормализации текстовых аномалий и исключительно в виде подобия изображений.

    Этим аккумуляционные емкости «Конгресса» затягивают внутрь и многие из фильмов о кино. Глубоко личные «Holy Motors» Каракса актуализируют всю мощь индивидуальных отношений между автором и произведением. Робин Райт не даром заменила Ийона Тихого. Литературный текст «Футурологического конгресса» проглядывает на большем протяжении хронометража ленты, но, после «заключения» Райт в цифровую клетку, после одновременного смещения ее реальности как в реальность цифровой вечной жизни, так и в реальность неизбежного физического забытья, на заднем фоне ясно проступает мсье Оскар. В бесконечной череде его сюжетов, в веренице смены масок он тоже однажды попал в эту западню. Сумел ли сбежать или же находился в ней на всем протяжении «Holy Motors» — дело десятое. Главное здесь это срабатывание триггера.

    Невидимый рычаг дает ход инъекции в тело «Конгресса» всего личного кино о кино — что само по себе в контексте уничтожения личности актера, Робин Райт, в контексте грядущего исчезновения целых кинематографических структур и институтов, матриц, реальностей, прямо переворачивает с ног на голову буквально все.

    Слишком явно замена Тихого на реальную, во всех отношениях, Робин Райт в фильме о несуществующей реальности выдуманной студии и исторических процессов в контексте вопроса о подмене реального пространства пространством ирреальным, наталкивает на рассуждения о значении и ценности физически осязаемого, реального кино, как кино, а не просто последовательности технологически синтезированных изображений.

    Переходом от техники кинематографической к анимационной Фольман запускает механизм изменения восприятия. Фотографическое изображение явно противостоит изображению нарисованному — при том что оба они предметы искусства, артефакты. Насилие над перцепцией зрителя, смещение кинематографической реальности относительно начальных условий, синхронизированное со смещением реальности Робин Райт, прямо ставит вопрос о равенстве техник, технологий, о необходимости сознательного уравнивания механизмов анализа изображения вне зависимости от их природы.

    Реальность проникает в сознание человека через глаза. Так почему же стоит обращаться с заведомо ложным, нарисованным, ирреальным изображением иначе, нежели с фотографически точным? Графическое пиршество закрытой анимационной зоны Абрахам кишит и извивается, мимикрирует и непрерывно проверяет вестибулярный аппарат на прочность. Бескостные герои классической американской анимационной школы тридцатых-сороковых соседствуют с изящной угловатостью Дэвида Боуи. Все находится рядом со всем. Безграничная эклектика создает один из величайших аттракционов. Где-нибудь на заднем фоне можно разглядеть даже безупречных женщин Мацумото. В этом пространстве ртутно-текучего «Конгресса» возможно пережить все. Такова его концепция. В анимационном пространстве возможно пережить все. Таков его потенциал.

    И вот на фоне двух этих потенциалов, в зоне их суперпозиции в пласте повествования готовится третий сдвиг реальностей, главное событие, Великая Токсическая Революция, галлюциногенный путч. Это был бы хороший абсурдистский ход для фантасмагорической антиутопии — не будь Робин Райт в фильме самой собой.

    Реальность ее нарисованной фигуры якорем удерживает в нашей памяти фотореальную часть фильма и заложенный в ней фундамент для грядущих преобразований. Повествовательный пласт активно взаимодействует с изобразительным. Третий, не реализовавший себя сдвиг, можно весьма ярко нарисовать в своем воображении. Будет ли этот умозрительный, не снятый кусок фильма, реальным? И да, и нет.

    С одной стороны, нет реальных фактов, подтверждающих его существование. Но, с другой, он достаточно реален, его ощущение зрителем может быть достаточно реальным — в том числе и в результате совмещения просмотра фильма с прочтением этого текста.

    В конце концов, восприятие реальности, как изображения, не зависящего от природы, раскрывается через Аарона. Героя, чьи органы восприятия работают вне принятой традиции. Их дефект из той текущей данности воспринимается скорее негативно. Но вряд ли кто-то из современников понимал всю суть дисфункции, тем более не понимал ее и Аарон. Уникальность его позиции в повествовании и в концепции восприятия изображения не является побочной или главной, то и дело, подобно фону, проступает в рассказе без особого влияния, взрывая, однако, его в самом конце. Это не внезапная thrilleresque-развязка, нет, но неожиданный ключ, некий паттерн, позволяющий переосмыслить весь фильм с первого и до последнего кадра. Главным образом, за счет изменения механики восприятия — исключительно в части полного нивелирования разницы между фильмом и анимацией.

    На сегодняшний день «Congress» является общим знаменателем достаточно большого корпуса кинотекстов, так или иначе затрагивающих вопросы взаимодействия реальности и изображения в сознании индивида. Возможность в облике Быка-Юпитера украсть Европу противопоставляется материальной и визуальной бедности бытовых реалий. Трансформация материальной и визуальной бедности бытовых реалий через тотальное и безусловное (об)искусство(вление) пространства как главная цель, желанная утопия, возможная только в рамках кинематографической анимационной условности — реализована Фольманом. Антропологический фундамент — отказ от социальных институтов и новая волна сексуального раскрепощения. Корпорация «Мирамаунт Нагасаки», некогда лишь киностудия, один из инициаторов процесса, технологический локомотив, возносит на трибуну своего джобсоподобного пророка с дьявольским оттенком. Грядущая визуальная и чувственная революция на экране готова обрушить, вывернуть наизнанку и выстроить вновь индивидуальные универсумы реципиентов. Она готова отменить границу между Восприятием и Воспринимаемым. «Конгресс» готовит нас к этому.

    18 марта 2014 | 21:12

    Во второй половине фильма мне показалось, что меня активно агитируют использовать химические «расширители» сознания. Меня заманивают испытать новые ощущения, воплотить свои мечты, ну и что, что лишь в своем воображении, Давай, давай, парень, посмотри, ты можешь быть кем захочешь, да что там «кем», «чем»! Ты можешь прожить любую жизнь! Ты можешь стать великим гуру, христом, единорогом, кентавром, ты можешь жить в прекрасном бесконфликтном мире, все вокруг будут милыми, добрыми… И все это достигается легким движением руки со склянкой, содержащей некий химический состав… Все элементы фильма протестующие против такого развития ощущаются как добавленные для успокоения общественности, типа это не пропаганда, это антиутопия, мол мы только предупреждаем… Но получается, не «предупреждаем», а «зовем в даль светлую», несмотря на все, якобы, предупреждения…

    ну и не нравятся мне художественные фильмы, перекрашенные в мульты. Тем более, когда это сделано так некачественно. Маски, а не лица.

    25 июля 2014 | 19:27

    Довольно странная экранизация выдающегося произведения моего любимого польского писателя-фантаста. Возможно, в отрыве от романа смотрелась бы лучше. Однако, до полноценного шедевра картине помешал дойти тот факт, что автор так и не определился — будет ли это полноценная экранизация, или всё же фантазия на тему. До обеих этих крайностей фильм не дотягивает: как ни странно, слишком многое выкинуто из оригинала, и слишком многое сохранено. Вероятно, режиссёр пытался найти «золотую середину», но-таки прогадал и выбрал интерференцию обоих зол.

    Но, несмотря на всё это, смотрится с интересом и захватывающе. Процесс снятия цифровой копии с сопутствующим монологом Кейтела — самая сильная сцена фильма. Ради неё его уже стоит посмотреть. Впечатление, правда, портят мелкие смысловые недоработки: зачем-то после оцифровки Робин действие переносится на 20 лет вперёд, а изобретение масконов (на которых и построен драматизм книги) остаётся нераскрытым… Будь моя воля, вся анимационная психоделика началась бы именно в тот самый момент, ибо становится непонятно, кто же на самом деле находится в кадре — Робин или циф-Робин (уж простите мне мой неологизм, от Лема заразился). Причём степень гротескности в мире будущего должна постепенно нарастать до такой степени, что от неё стало бы тошнить, и единственным выходом стало бы принятие отрезвина.

    Сама изнанка реального мира будущего получилась… а нифига она и не получилась. Хоть одного бы человека показали, устраивающегося на ночлег в сугробе — не обязательно буквально воспроизводить оригинал — стало бы понятно, что это дикость, и от этой реальности стало бы тошнить не меньше, чем от психимикатов. Однако, получились средней степени правдоподобности трущобы, наполненные гламурненькими и опрятными бомжами. И опять же, концовка фильма изобилует логическими ошибками, тысячи их. Почему-то действизоры не страдают от всеобщей перенаселённости, почему-то доктор-отоларинголог появляется и в реальной, и в анимированной версии (по сюжету фильма ясно видно, что чтобы найти дирижабль, требуется отрезвин). Ну да ладно.

    6 из 10

    11 марта 2015 | 10:38

    Люби сейчас или никогда (с)

    Известной когда-то актрисе выпадает шанс отсканировать свой образ, получить деньги и остаться в глазах зрителей навсегда молодой. Она соглашается, и ее образ становится самым популярным в мире, но радоваться тут нечему, т. к. актрисе предлагается новый, еще более изощренный контракт. Человечество постепенно разделяется надвое, одни ради блаженства и вечного наслаждения закрывают глаза на все, другие пытаются всеми силами с этим бороться.

    Для картины Ари Фольман создал три абсолютно не похожих и в тоже время таких знакомых и близких друг дружке мира. Режиссер за неполные два часа рассказывает столько, что другим и за всю жизнь не снять. Фольман талантливо живописует всю глупость и вседозволенность человечества, ярко и четко показывая свое несогласие с тем, куда катится наш мир.

    Сценарий «Конгресса» подарок актерам, о которых в самом фильме вытирают ноги и используют, как самых низших созданий, на примере которых, публика при желании сможет найти и себя.

    Актерский состав у фильма волшебный, у каждого свой именной эпизод, а Робин Райт получила роль мечту, авторы смогли раскрыть все широты ее таланта.

    Музыка связующее звено всей картины, без нее бы у создателей не получилось соединить все свои мысли в один проект.

    «Конгресс» — умное, артхаусное кино, которые не оставит своего зрителя после просмотра, а еще долгое время будет приходить ему во сне и наяву и может быть поможет изменить свои жизни к лучшему.

    13 марта 2014 | 22:23

    Триповое кино

    Несмотря на то, что этот анимационно-игровой фильм, снятый по роману Станислава Лема «Футурологический конгресс» (1971), был удостоен европейской кинонаграды, как лучшая мультипликация 2013 года, он ни в малейшей степени не располагает к тому, чтобы провести время с удовольствием или «просто с детьми». Вероятно, что и сопереживать героям тоже получилось бы далеко не у всех. А вроде бы всё предвещало успех: и книга известного польского фантаста, и постановка израильского режиссера Ари Фольмана, снявшего пятью годами раньше глубокий по содержанию и необычный по форме «Вальс с Баширом», где была предпринята попытка соединить документальное кино и анимацию.

    Станислав Лем ещё задолго до революционной «Матрицы» братьев Вачовски прогнозировал в своём романе апокалипсическое будущее и расслоение реальности на две составляющие. Фольман, сохраняя этот принцип, сильно меняет содержание, убирая с авансцены повествования главного лемовского персонажа, Ийона Тихого, и отдавая её… американской актрисе Робин Райт. В отличие от книги, Фольман не просто существенно меняет акценты, но предлагает экранизацию, про которую логичнее было бы сказать: «снято под впечатлением». Начинающееся как вполне себе художественное кино, обыгрывающее мотивы личной истории Робин Райт, исполняющей здесь в какой-то мере саму себя, оно делает затем не вполне ожидаемый кульбит и надолго становится мультфильмом.

    Можно предположить, что на этот раз Фольманом двигало не столько желание снова войти в знакомую воду, а скорее отсутствие надлежащих средств, которые израильское кино при всем желании изыскать на такого рода фантастику не может. Это вам не «Мосфильм» 1970-х, финансировавший для Тарковсого «Солярис», но даже и участие в проекте ещё с полдюжины стран вряд ли удовлетворило бюджетный потенциал сценария. Однако рисованная анимация, позволившая сэкономить немалые средства, выглядит здесь каким-то жутковатым анахронизмом. Мрачные аллюзии апокалиптического толка и замысловатость драматургических ходов не делают фантазию Фольмана гипнотической, в отличие от той же «Матрицы».

    Киберпанковская эстетика «Матрицы», к слову сказать, до сих пор выглядит образцом для подражания, особенно в сравнении с кислотным поп-артом «Конгресса», который смотрится преданьем старины глубокой. К тому же это кино грешит серьёзными сценарными неувязками и скатывается к злобной, но беззубой карикатуре и ретроградской патетике о технологическом тупике, в котором скоро окажется человечество. И вроде бы надо поддержать этот пафос, но почему-то не хочется. Поскольку фильм на это не особенно вдохновляет, перегружая мозг безысходностью депрессивных прогнозов, а философию доносит не столько с помощью образов, сколько слов, принижая значение визуального ряда. В итоге антиутопия оборачивается беспомощной и ворчливой сатирой с плоскими и не всегда понятными аллюзиями.

    Так, если в названии киностудии «Мирамаунт», купившей у Робин Райт права на использование её оцифрованного образа в кино, прочитываются однозначные намёки на голливудских мейджоров — «Парамаунт» и «Мирамакс», то появление ряда медийных лиц, например, Майкла Джексона в анимационном образе официанта, скорее, просто озадачивает, нежели располагает к каким-то актуальным размышлениям. Галлюцинации и психоделики, о влиянии которых главным образом здесь идёт речь, выглядят единственным способом выйти за рамки мрачного настоящего и раствориться в мире радужных грёз. Но не исключено, что кем-то это может быть воспринято слишком буквально — как пропаганда химических препаратов, изменяющих восприятие.

    2 июля 2014 | 10:52

    «Конгресс» Ари Фольмана (2013) — непрекращающаяся двухчасовая игра с шаблонами зрительского восприятия. Фильм не позволяет расслабиться и заскучать в полной уверенности, что уж дальше-то точно ничего неожиданного не случится. Мы привыкли четко разграничивать жанры и стили, по-разному настраиваемся на бездумное кино с красивой картинкой, на умный артхаус и на проникновенную драму, но что делать, когда на экране всего понемногу в непредсказуемых пропорциях и непривычных отношениях? Только следить за происходящим, забыв опустить удивленно задранные брови.

    «Конгресс» снят по мотивам почти одноименной повести Станислава Лема, однако собственно книжного материала в ленте оказалось совсем немного. Вместо этого мы знакомимся с драмой стареющей и давно уже не востребованной актрисы Робин Райт, матери двоих детей — и неожиданно понимаем, что играет ее стареющая актриса Робин Райт, у которой также есть старшая дочь и сын помладше. Повествование сентиментально и неторопливо.

    После великолепного монолога Харви Кейтеля кино сменяется анимацией, заставляя припомнить фольмановский же «Вальс с Баширом», а достаточно спокойный и гладкий мультик — фактически просто рисованное кино — перетекает по сюжету в психоделическое буйство, в немедленную реализацию любых фантазий персонажей. Внезапно появляется несколько сцен, почти дословно повторяющих соответствующие сцены из книги (о которой к этому моменту уже как-то забываешь), и снова — мир чистого воображения, перемешанный с неприглядно грязным реализмом (каковой отображен снова вклинивающимся в анимацию фрагментом игрового кино). Отдельного восхищения достойны эпизоды с мельканием десятков узнаваемых культурных персонажей, от египетских богов до Тома Круза, и саундтрек от неподражаемого Макса Рихтера.

    Фильм не назвать сюжетно сильным. На особенно глубокомысленное раскрытие затрагиваемых тем — отношения реального и воображаемого, проблемы наркотического эскапизма, ценности семьи как противовеса вымышленной жизни, и проч. — он тоже явно не претендует. Полноценной экранизацией книги его счесть невозможно. Техника анимации откровенно стара и тривиальна. Полно слабых ходов и логических несостыковок. И тем не менее перед нами чудесный фильм, красивый, добрый, умный и драматичный, и этот испытываемый в реальности эффект определенно имеет отношение к изображаемой на экране борьбе и взаимозависимости изображаемого и реального. Наслаждайтесь и думайте — хорошее кино существует именно для этого.

    8/10

    27 мая 2014 | 19:42

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>