Развод Надера и Симин

Jodaeiye Nader az Simin
год
страна
слоган«Ugly truth, sweet lies»
режиссерАсгар Фархади
сценарийАсгар Фархади
продюсерАсгар Фархади, Негар Эскандарфар
операторМахмуд Калари
композиторСаттар Ораки
художникКейван Мохаддам
монтажХайде Сафи-Яри
жанр драма, детектив, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в мире
сборы в России
зрители
Франция  976.2 тыс.,    США  887.6 тыс.,    Германия  123.4 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
релиз на Blu-ray
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG-13 детям до 13 лет просмотр не желателен
время123 мин. / 02:03
Супруги Надер и Симин решили уехать из Ирана в поисках лучшей жизни. Но в один момент Надер все-таки решает остаться рядом со своим отцом, страдающим болезнью Альцгеймера. Симин подает на развод в надежде уехать с их 11-летней дочерью, но судебное решение оказывается не в ее пользу. Дочь, тем временем, надеется, что мама одумается и вернется.
Рейтинг фильма
IMDb: 8.40 (170 131)
ожидание: 80% (165)
Рейтинг кинокритиков
в мире
99%
161 + 1 = 162
8.9
в России
100%
6 + 0 = 6
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлеры
    Знаете ли вы, что...
    • Образ мужчины, который моет своего отца, страдающего болезнью Альцгеймера, был первым, что пришло на ум режиссёру Асгару Фархади. Весь сюжет фильма он выстроил вокруг этого образа.
    • Первый фильм иранского режиссёра, удостоенный премии «Золотой глобус» Голливудской ассоциации иностранной прессы.
    • Первый иранский фильм, получивший премию «Оскар».
    • Практически весь фильм был снят на ручную камеру.
    • По иранскому телевидению новость о том, что фильм Асгара Фархади удостоен премии «Оскар», прошла всего один раз.
    • В Иране фильм вышел под названием «Развод Надера и Симин». В английском названии фильма осталось только слово «Развод».
    • Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
    • Многие зрители не понимают, что, в конце концов, происходит с деньгами, из-за которых разгорелся весь сыр-бор. Деньги, в краже которых Надер обвиняет Разие, Симин в начале фильма выплачивает грузчикам.
    • еще 4 факта
    Редакционные материалы
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка

    ещё случайные

    Новости из Ирана сродни новостям из ада — интересно, но хорошего мало. Но «Развод Надера и Симин» на 61-м Берлинском кинофестивале стал новостью не только интересной, но и хорошей, даже замечательной, недаром пять наград. Но мало того, сложно было вообразить, что подобное кино могло пройти горнило идеологической цензуры, ведь при всей тонкости организации этой ленты, многие справедливо отмечают ясность изложения. И потому, приходится заключить, что внешний частный характер истории вряд ли мог смутить цензоров и отвести их взгляд от остроты заявленных в фильме проблем. Но может это сознательная жертва западному либерализму перед лицом реальной угрозы не только изоляции, но и войны? Впрочем, все это только мои догадки, довольно второстепенные при анализе этого произведения.

    При первом взгляде, можно совершить вполне оправданное, справедливое, но очевидное заключение о том, что развод для режиссера это передний план ленты, это конкретная жизненная ситуации, исследуемая им, так сказать, предмет изображения. Из этого развода и происходит восхождение, как из источника, к серьезным авторским обобщениям. Иными словами, акцент на семье. Но, на мой взгляд, более эффективным и объективным, если так можно выразиться, был бы иной подход. И начать я хочу с названия.

    В российском прокате фильм шел с оригинальным переводом названия: «Развод Надера и Симин». Слово «Развод», в самом распространенном значении, имеет семейный характер; нахождение его вкупе с именами разводящихся в названии картины только подчеркивает личный, семейно-психологический характер картины, при этом опуская в основание проблематики ленты семью с ее частной историей. Но в англоязычном прокате фильм шел с названием «A Separation», буквальный первый перевод которого «разделение», «разъединение» вообще. Неопределенный артикль лишь подчеркивает родовой характер слова. Заметьте, не «divorce», который бы сразу отсылал к делам семейным, а именно «separation». В этом случае, название говорит нам о самом широком охвате проблематики, оно как бы оставляет в стороне развод двух частных персон, выводит его в категорию частного случая проявления общенационального, а то и общечеловеческого «разъединения». Кстати, я допускаю мысль, что «семейный» характер названия был еще одной щепоткой пыли в глаза иранской цензуры.

    И это не просто формально-лингвистический подход. Драматургия фильма если не кричит, то очевидно свидетельствует, что развод Надера и Симин не главный драматургический узел, а скорее всего, просто частный случай, «киноповод», еще одна форма конфликта. В этом случае, точность названия просто не дает основания априори концентрировать внимание на частной истории и видеть в ней корень всех остальных проблем. Скорее в семье, как в авангарде человеческих отношений, разногласия дают о себе знать быстрее, чем в любом другом месте. Ведь дело не в семье как таковой, а в том, что между людьми существуют конфликты идей, интересов, принципов и т. д., которые и порождают разные виды «зла». И именно поэтому наивной выглядит попытка одного из героев протянуть ниточку причинно-следственной связи от развода к невыносимому клубку противоречий, где каждый конфликт не существует обособленно, но взаимосвязан со всей системой отношений между людьми.

    Обычно, в кино подобного рода художник стремится только изобразить проблематику, что уже достойно само по себе, но при этом остается как бы «над битвой» или старается примирить стороны, апеллируя к их человечности или к пресловутому иррациональному чувству. Иногда, как, например, в «Войне супругов Роуз», режиссер оставляет после конфликта только «кровавое» поле брани, но и то в назидательных целях. Но в случае «Развода Надера и Симин», в отличие от многих своих знаменитых предшественников, например, «Крамер против Крамера», «Развод по-итальянски», чувствуется, что Асгар Фархади хоть и старается сохранить нейтралитет в созданных им конфликтах, но, по большому счету, занимает довольно определенные позиции, настолько определенные, что о них можно говорить и оценивать.

    И самой любопытной из позиций режиссера стала религиозная. А ведь это не шутка, это довольно опасно. В Конституции Исламской республики Иран вы можете встретить следующие пассажи:

    «Исламская республика — это система правления, основанная на вере в:

    1. Единого бога (Ла иллахи илла-ллах), в то, что Он устанавливает законы шариата и что человек должен покоряться его воле;

    2. Божественные откровения и их основополагающую роль в толковании законов;

    3. Страшный суд и его конструктивную роль в человеческом совершенствовании на пути к Богу;

    4. Божественную справедливость в Создании и установлении законов шариата; …» (ст. 2)

    «Во время отсутствия Вали-е-Аср (да приблизит Аллах его явление!) (читай — Спаситель — прим. мое) в Исламской Республике Иран управление делами правоверных и имамат в исламской умме возлагается на справедливого и набожного, обладающего широким кругозором, смелого и имеющего организаторские способности факиха…
    » (ст. 5)

    А значит это лишь одно, религия — дело государственной важности. А значит религия уже идеология, а что может быть страшнее для любой живой идеи. Претензия на предельную тотальность и яко бы объективность выхолащивает и формализует любую живую идею, выжигая всю ее витальность как кислотой. В итоге образуется выжженная пустошь между идеалом и практикой, и только гул высокопарных слов различит в этой пустоте любой честный и рефлексирующий человек. Идея, решившая стать религией, а религия государственной идеологией, обречена на фарисейство. Ислам не первый пример. В конце концов, какой-нибудь «ницше» в чалме сорвет мертвые маски и обнажит образовавшуюся пустоту. И, возможно, моя риторика и логика довольно радикальны для этой ленты, но для меня после просмотра ясным остается одно, что в религии Асгар Фархади видит скорее источник внутренних и внешних противоречий, чем залог высокоморальных убеждений и ответственности за этот мир и уж тем более абсолют. Хотя на определенного рода порталах можно встретить и такое прочтение этой проблематики: «в фильме, очень хорошо обыграна роль религии. Религия помогает одному из главных героев не совершить откровенно бесчестный поступок» (http://www.islamnews.ru/). Конечно, suum cuique, как говорили антики, но мне все же кажется, что человек порой видит то, что хочет видеть.

    19 ноября 2013 | 11:13

    Фильм по достоинству отмечен множеством престижнейших наград, а значит игра актеров (всех!), выверенный и не отпускающий сюжет, операторские и режиссерские решения — всё это здесь на очень приличной высоте.

    «Развод Надера и Симин» Асгара Фархади (здесь он продюсер, режиссер и сценарист!) построен, как классическая драма — это значит, что в фильме нет никакой метафизики, только сложные, но понятные всем проблемы, возникающие, когда в жизни приходится делать неоднозначный выбор. Несмотря на это, здесь непривычно много «слоев». Каждый герой сталкивается минимум с двумя проблемами — внешней и внутренней.

    Главный из них — Надер — сильный и рациональный мужчина (если бы снимали Коэны, была бы черная комедия а-ля «Серьезный человек»). У него непростой пограничный период в жизни, он поставлен в очень жесткие условия и рамки. Еще есть жена Симин и дочь Терме, отец с болезнью Альцгеймера, его сиделка Радзие и её муж Ходжат. Остальных героев можно пересчитать по пальцам — полагаю, что этот малобюджетный фильм отлично смотрелся бы на сцене.

    Основной конфликт (с него начинается и им заканчивается фильм) — развод и его последствия для дочери — в течение фильма то отходит на второй план, то вновь становится главным. По ходу фильма зритель часто не знает, что и думать, а ведь это очень приятно — стараться угадать дальнейшее во время просмотра! Удивительно показано, сколь многое может случиться с человеком и как он способен меняться при разных обстоятельствах. Там где достойный человек считает себя морально правым, он может и соврать, а вот если он знает, что виноват, говорить неправду (например, своей дочери или Богу) очень сложно.

    Может быть, самая главная идея фильма и заключается в вопросе о рациональности жизни и что будет, если следовать только разуму? Так, разрешение конфликта между Надером и Радзие не поддается логическому объяснению — слишком много всего «накладывается» на истину. Наверное, об этом же и открытый финал фильма — в длинном, казенном и шумном коридоре мы вынуждены ждать самого, может, главного решения в нашей жизни, ничего больше не в силах изменить.

    6 сентября 2015 | 14:35

    Фильм, снятый выпускником Тегеранского университета Асгаром Фархади — уроженцем небольшого городка Хомейни, что в Иранской провинции Исфахан, подобно страйку в боулинге смёл все возможные призы различных кинофестивалей по обе стороны океана, что не удивительно, поскольку это художественное полотно провоцирует мыслительный процесс по многим проблемам, возвращая зрителя к истокам, подзабытым западной цивилизацией. Будучи также продюсером и автором сценария, Фархади вынужден прибегать к использованию эзопова языка, учитывая непростую политическую ситуацию на его родине.

    Рассказанная история интересна сама по себе. В центре внимания находится конфликт, разворачивающийся внутри симпатичной семейной пары с достатком много выше среднего, воспитывающей дочь-подростка. Причиной серьёзной ссоры стал отказ мужа Надира (Пейман Маади) от эмиграции вместе с семьёй в поисках лучшей жизни. Его мотивация более чем убедительна, он не может оставить умирать в одиночестве отца, страдающего болезнью Альцгеймера с полной утратой способности говорить. Трепетное отношение к родителям — одна из основополагающих истин, отличающих человека от животного, эту мысль по разному формулировали известнейшие мыслители разных народов и мировых религий, но одним из лучших является высказывание, принадлежащее перу древнегреческого драматурга Менандра, жившего на рубеже III-IV веков до нашей эры. «Родителей всегда почитай наравне с богом». Странно, но для Симин (Лейла Хатами) миражи «сладкой жизни» перевешивают сыновний долг, будто и в самом деле где-то есть те «края — походи, поищи-ка, попробуй…» Всюду свои проблемы и одно дело — ездить за рубеж в гости или туристом и совсем другое — на постоянное место жительства. К тому же, от себя не убежишь, все проблемы в голове, да и не нужно забывать слова, опять же, древнегреческого философа Фалеса. «Помните, что дети всегда будут обходиться с вами так же, как вы обходитесь со своими родителями». Неудивительно, что дочь Терме (Сарина Фархади) осталась с отцом, после переезда матери к своим родителям. Во-первых, она надеялась сохранить таким образом семью, ведь сложно представить мать, бросившую свою дочь, будучи в здравом уме, а во-вторых, что не менее важно, ребёнок судит родителей по их поступкам и Терме видела, что отец вёл себя, до определённой поры, честнее, но вскоре произошло нечто, нанёсшее серьёзный удар по репутации отца в глазах дочери, буквально перевернув её внутренний мир.

    Историю сыновьего долга по отношению к отцу можно воспринимать буквально, но вряд ли такая, довольно обычная жизненная история удостоилась бы стольких наград и признания критиков, если бы за ней не скрывалось несколько большее. Вполне очевидно, что больной отец — это аллегория Ирана, переживающего непростые времена. Отец Иран подобен матушке России. Бессловесность отца символизирует отсутствие свободы слова, засилье цензуры. Автор недвусмысленно даёт понять, что Родину нужно любить не меньше, чем родителей. Нельзя бросать её в трудное время, ведь если уедет большинство образованных людей, то кто будет поднимать Персию — страну с многовековой культурой, которой вновь угрожает разрушением Запад, как это уже проделал однажды Александр Великий — историческая икона западной культуры, что однако не помешало ему в IV веке до рождества Христова, в худших традициях варваров, разрушить исторические памятники и разграбить то, что сохранялось веками в древней Персии. В связи с Александром Македонским нельзя не привести ещё одну аналогию, вновь, как и тысячелетия назад в империи Александра, гомосексуализм в Европе и Америке стал считаться нормой и такой противоестественный стандарт агрессивно навязывается странам, чтящим свои духовные каноны.

    Поднимается в картине и тема религии. В Иране сложно быть атеистом и большинство граждан считают себя мусульманами, но это ничуть не мешает им нарушать заветы пророка, даже ортодоксальные мусульмане способны на ложь, когда речь идёт о защите интересов их близких. Религия уже не служит тем «духовным скрепом» нации, поиски которого безуспешно ведутся и в нашей стране.

    Если говорить об актёрской работе, то невозможно никого выделить особняком из этого стройного ансамбля, играющего единую симфонию. Роли не сыграны, а прожиты, включая и юных актрис. Финал поначалу вызывает разочарование, поскольку не даёт однозначного ответа на вопрос, способного удовлетворить естественное любопытство и кажущегося до поры важным, но, спустя некоторое время, понимаешь, что все ответы уже даны и выбор той или иной стороны конфликта не способен ничего изменить в принципе. Такой финал даёт зрителю простор для размышления и каждый делает выбор в соответствии со своим жизненным опытом и личной парадигмой.

    При всей многоплановости картины, хочется выделить трагедию, переживаемую дочерью. Если для её родителей развод видится естественным выходом из того тупика непонимания, сложившегося за многие годы совместной жизни, причём в основе конфликта разногласия по фундаментальным понятиям, то для 11-и летней девочки рушится её мир и она бессильна что-то изменить, несмотря на предпринимаемые ею серьёзные усилия. Родители собственноручно разрушают идеалистические представления ребёнка о мироустройстве, что с одной стороны делает её более адаптированной к реалиям суровой жизни, но с другой стороны, так мир никогда не станет лучше.

    10 из 10

    1 декабря 2013 | 20:41

    Нахожусь под благостным впечатлением от фильма «Развод Надира и Симин»…

    Кстати, в названии я бы оставил одно только слово «Развод». Речь в нем идет не только о расторжении брака, но и «разводе» на деньги. Всё как у всех не очень богатых людей во всех странах мира.

    И никакого радикализма и доминирования сильного пола. Мужчины не бьют жён. Те, кстати, не только водят машину и ищут наравне с мужчинами работу, но и имеют право даже подать на развод. И судья одинаково внимательно выслушивает доводы, как мужа, так и жены.

    Мусульманское в этом фильме проявляется только в том, что у всех женщин и школьниц покрыта голова.

    Есть, конечно, чисто местечковый момент. Например, звонок в комиссию по этике с вопросом, может ли замужняя женщина подмывать больного старичка-неродственника? Не является ли это грехом?

    Однако в следующей сцене другая героиня отодвигает хиджаб, чтобы затянуться маленькой дамской сигареткой…

    10 из 10

    12 апреля 2014 | 12:46

    Отличный образец иранского кино. По моему мнению заслуженный «Золотой Медведь» на Берлинале-2011.

    По началу кажется что речь в фильме пойдет о том как сложно эмигрировать из Ирана и какие семейные проблемы это порождает, так как это довольно популярная тема для европейцев, однако довольно скоро понимаешь, что речь пойдет о обычных и вечных семейных проблемах непонимания, лжи, воспитания детей и т. д.

    На мой взгляд в фильме поставлен хороший и сложный вопрос: если все врут и все ошибаются, тогда кто прав? кого осуждать? кого оправдывать?

    Как откровенная ложь родителей влияет на их детей?

    Очень хорошо обыграна роль религии. Религия помогает одному из главных героев не совершить откровенно бесчестный поступок. Так что в данном случае слепая вера спасает…

    Актерская игра на высшем уровне, они действительно очень интересные персонажи со своеобразными характерами, качествами, силой веры и т. д. 

    Советую всем любителям интересного и драматического кино

    10 из 10

    12 июля 2011 | 16:35

    Долго ждал, когда этот фильм появится на русском языке, и, глядя на неимоверно высокий рейтинг imdb (8,6) и место в топ-250, надеялся, что он окажется шедевром артхаусного кино. В результате я в очередной раз убедился, что не стоит слепо доверять мнению большинства.

    Игра актеров, конечно, на высоте, и на протяжении всего фильма сохраняется напряжение и ощущение реальности происходящего. Однако после просмотра остается крайне неприятное впечатление (что еще больше обостряется завышенными ожиданиями). Весь фильм нам показывают скандалы, ложь, крики, драки, истерики, слезы — одним словом, сплошной негатив! Все постоянно лгут, выясняют отношения и пытаются друг на друга подать в суд. Лично мне и в реальной жизни хватает этой бытовухи. В кино (не важно, какой страны) мне наоборот хочется увидеть что-то возвышенное, красивое, мудрое, вечное — что заставит задуматься о ценностях жизни. А этот фильм ничему не учит. После него становится так же тошно, как после нескольких часов стояния в очереди и выслушивания чужой ругани в каком-нибудь душном коридоре Райсобеса.

    5 из 10

    26 января 2012 | 16:51

    Первая же сцена, и сразу семейный конфликт такого накала, что я даже засомневался, что автору удастся сохранить заданный темп в течение всех двух часов фильма. А его ведь нужно еще и наращивать. Честно говоря, небольшой спад затем последовал, но потом было целое «цунами» чувств, столкновений, конфликтов и истерик… ну и да, куда же без человеческого тупизма и гордости.

    В процессе фильма ты проникаешься то состраданием, то лютой ненавистью, затем даже симпатией к одним и тем же героям. Автор искусно подвергает персонажей таким кардинальным метаморфозам и ты понимаешь, что они так же реальны, как и мы сами: иногда такие вроде бы идеальные, а иногда, что греха таить, слегка привирающие и лицемерные (Это я все конечно же только о себе, ни в коем случае вас не имею ввиду.

    7 января 2013 | 20:37

    Вот и состоялось моё первое знакомство с иранским кинематографом и оно мне скорее понравилось. С одной стороны он достаточно самобытен, что бы отделить его от европейского или тем более американского, но с другой воспринимается как что то предельно знакомое и понятное. Я бы сказал, что Асгар Фархади берёт традиционные драматические приёмы, но наполняет их ситуациями характерными для жизни именно иранского общества.

    За этим интересно наблюдать и обычные вообщем то конфликты такие как вынесенный в название развод приобретают какой то новый эмоциональный окрас. Да даже конфликт между главой семьи и сиделкой мог произойти практически в любой стране мира, но сами судебные разбирательства выглядят непривычно. Да и взаимоотношения отцов и детей на всех уровнях с нашей позиции выглядят слишком официальными.

    Но при всём этом фильм хорошо написан, и за этими бытовыми разборками наблюдать интересно. За это спасибо как изобретательной режиссуре, так и отличной актёрской игре. И что меня особо удивило, жители Ирана ведут себя как обычные современные люди, я по незнанию ожидал общества похожего на арабское.

    Очень простая и понятная драма посмотреть которую стоит хотя бы ради того, что бы познакомится с бытом этой страны.

    7 из 10

    18 марта 2017 | 12:30

    Фильм интересен тем, что принципиально отличается от западных и американских картин. И тем как снято, и тем, про что снято, и конечно же, постановкой жизненных вопросов. Немного затянут и как-то упрям, наверное, более близок мусульманскому миру. По большому счету это драма, где пересекаются общественная и религиозная мораль, борются юридическая и человеческая этика. С самого начала ощущаешь себя неким присяжным в суде, который должен понять, виновен или не виновен, кто вообще виновен и вынести вердикт. Весь фильм — детективная история с кусочками мусульманского морализма.

    После просмотра, я поняла, что я нервничаю на женщину, которая просто-напросто не сказала правду мужу. Ну о какой морали может быть речь, если она изначально пошла работать в дом к незнакомому мужчине втайне? Вот отсюда все пошло и поехало. Зацепило всех верных и неверных, оголило все плохие и хорошие стороны каждого героя, заставило соврать, переступить границу, нарушить закон, совершить грех.

    Жена должна следовать за мужем не только в Иране, а везде и всегда. И если этого не происходит — начинаются проблемы, касающиеся и ее тоже, потому что просто так отпустить семью женщина не в силах. И если в начале фильма они разводились не по-настоящему, то к концу — это стало реальностью и большим ударом для их дочери.

    Дед в фильме изначально явился камнем преткновения. Меня мало интересовала его судьба, но стоит отдать должное игре актера, ни на минуту не сомневаешься в его болезни и отстраненности от происходящего.

    Пересматривать не хочется, но и смотреть, я думаю, не стоило, если только для ознакомления, как я уже говорила, с иранским кинематографом.

    15 ноября 2013 | 09:28

    В 1998 году, задолго до появления самого нашумевшего фильма Асгара Фархади, на его родине был снят документальный фильм под названием «Развод по-ирански». Британо-иранский дуэт женщин-режиссёров поведал миру о жёсткой патриархальной среде с позиций освещения бракоразводных процессов. Несмотря на видимый уклон законодательства в мужскую сторону, некоторые женщины добивались желаемого и получали разводы даже при наличии неочевидных причин. То, что спустя 11 лет Фархади сделал развод своих вымышленных соотечественников лишь формальным поводом для более глубокого сюжета, во многом проистекает из самой аморфности этого социального явления и всё более очевидной мобильности социальных отношений внутри иранского общества.

    Известно, что право на развод в Иране было и остаётся за мужчиной, если только нет брачной договорённости о возможности супруги подать на развод, но в случае Надера и Симин мы имеем чересчур свободную трактовку законодательства, в первую очередь, ввиду отсутствия всякого сопротивления Надера. Не будучи закоренелым адептом шариата, мужчина мотивирован чувством долга перед больным отцом и подрастающей дочерью, которую стремится воспитать в традициях иранской семьи. Его жена Симин являет собой пример человека в достаточно сложном психологическом статусе, когда вера в возможность лучшего мира и лучшего будущего подрывает фундамент традиций и рождает стойкие противоречия с действительностью. Симин, как и подобает женщине в Иране, носит хиджаб, но её волосы выкрашены в ярко-красный цвет и она всячески подчёркивает собственную независимость перед мужем и, что ещё более символично, перед семьёй и целым государством.

    Творчество Фархади отнюдь не поэтично, а свежий режиссёрский взгляд на институт семьи вовсе не ограничивается молчаливым созерцанием проблем и распространяется далеко за пределы дома Надера, устремляясь в суету общественных мест, будь то остановки, заправочные или дороги, несущие на себе отчётливую печать эмансипации. Надер, как мудрый отец и человек, подсознательно стремится сделать свою дочь частью нового мира, сильной и независимой женщиной, начиная с мелочей: умение пользоваться топливным шлангом, требование назад чаевых с работника заправки при отсутствии помощи с его стороны, обучение специальным фразам на фарси на некоторые случаи жизни. Вместе с тем, Надер контролирует свою дочь, не допуская лишнего шага в сторону, что говорит о приверженности консервативным методам восточного воспитания, которые грозят потерять свою значимость, если Терме выберет сторону матери и покинет страну. Поэтому выбор Надером в качестве сиделки для отца суеверной и набожной Разие — это ещё одно доказательство его стремления в сторону надёжности и безопасности родных. Но правда, как всегда, оказывается по центру — неприятное стечение обстоятельств с участием Надера и Разие приводит к взаимному конфликту, перерастающему в долгие судебные тяжбы и выявляющему не только разность их убеждений, но и возросшее духовное расслоение в стране, где вера и Коран прежде объединяли людей.

    Иранское кино, при кажущейся статичности, удивительно подвижное и плавное, но изменения происходят, скорее, внутри, а не снаружи. Внешняя невозмутимость героев Фархади скрывает под собой зачастую острые душевные раны, и их поведение напоминает об универсальном для всего Востока японском кодексе поведения бусидо, регламентирующем в том числе поведение человека в сложных ситуациях. В некоторые моменты они и впрямь близки к тому, чтобы совершить самое страшное — взяться за оружие и нацелить его на соотечественника, невзирая на пол или возраст. На протяжении долгого времени зрители видят то застывшую скорбь Терме, осознающей, что судьба отца во многом зависит от её слов, то с трудом скрываемую растерянность Надера, то размытые краски лица Разие на фоне остервенелого выражения её мужа. И только Симин во всех ситуациях выглядит одинаково твёрдой и непоколебимой, но и её нервы не всегда выдерживают общего накала.

    Как и в предыдущем своём фильме «История Элли», Фархади в «Разводе…» наглядно показал противоречивость и зыбкость понятия «мораль» в заведомо прочной среде мусульманского мира, затронутой глобальными изменениями в той же степени, что и многие традиционные страны. В открытом признании об этом на весь мир ничуть не меньше гуманистического содержания, чем в тексте Всеобщей исламской декларации прав человека, а в искренности любви Фархади к своей обновлённой стране вряд ли можно усомниться. Даже если любовь эта со слезами на глазах, и слёзы никак не высохнут.

    6 ноября 2016 | 23:14

    ещё случайные

    Заголовок: Текст: