точки стоило поставить на лоб, может быть кто да и признал бы за мишень.
Бес и провокатор Каримов, словив гениальность на волне успеха людей неадекватных, задумал заделаться людём гениальным, а потому решил поиграть в маэстро, забыв вероятно наспех придуманную мудрость о том, что засунув смычок в известное место — маэстро не станешь, впрочем, оно и неважно, когда со всех сторон слышатся «революция», «прорыв», «гений», «самородок», «эвуэвуэ», «надежда русского кинематографа» и многое другое.
Взяв за основу название своего первого и последнего хорошего кина, некий режиссёр решил, что если в фильме будет много фриков, то его по крайней мере запомнят, а отдельные недалёкие быть может и душу продадут, и об стену в знак признания разобьются. Поэтому в срочном порядке в сюжет были задвинуты две тёлки, именно тёлки, весьма приятной наружности, которую частенько снимают со стороны филейной части, которая в свою очередь является главным мыслительным модулем девиц, которые, как и все последующие герои, очень любят голливудское кино, но то был «addicted to base», а это вполне себе реальные прерии земли русской, которую кассир Клинт Иствуд в кавказ-эдишн принимает за «Дикие, Дикие Химки», а потому огонь со всех орудий, и можно и не обращать внимание на хромающую на оба глаза меткость, которая несёт лишь материальные ущербы, не снося при этом ни одной головы.
Если повезёт, то можно даже дожить до истории одного простенького ди-джея, страдающего синдромом туретта, почти как я, только с абсолютной неспособностью здраво заворачивать слова в умопомрачительные обороты, что есть наказуемо. Наказание за инвалидность у микрофона несут инвалиды по мозгу, круг жизни замкнулся настолько неожиданно, что Симба сам бросился под ноги диким диким бизонам, чтобы те затоптали его вместе с саундтреком Элтона Джона.
В «Вдребезгах» Элтона Джона, естественно, нет, оно и понятно почему, с таким бюджетом кроме Димы Билана рассчитывать не на что, но так как последний не в почете, режиссёр открыл на компе папку «новая папка», в которой хранился неизвестный ему мьюзик, врубил на полную громкость, но колонка была поломана и иногда затихала, что, впрочем, пошло фильму только на пользу, потому что неожиданные вопли с обезьяньими гитарными рифами — единственное, что не даёт уснуть. Не факт, что так планировалось, скорее просто не хватило денег на новую колонку.
Бесплатный совет.
Каждый раз, когда вы хватаясь за камеру, намереваетесь играть в Тарантино, Ритчи, Карнахана или Даффи, помните одно: вы -не Квентин Тарантино, вы — не Гай Ритчи, вы — не Джо Карнахан, и да, вы — не Трой Даффи. А потому не удивляйтесь, если после монтажа получится не ожидаемый криминально-молодёжный шедевр, а нечто похожее на усложненную версию 'Камеди Клаба'.
Но не стоит отрицать, что определённые отголоски от киногениев у Каримова определённо слышны, так, например, от Тарантиныча некто режиссёр позаимствовал тягучесть в диалогах, с той оговоркой, что забыл научить актёров эффектно выражаться матами, от Ритчи присутствует гора полудурков, с той лишь разницей, что если у агличанина на три минуты приходилось сто событий, которые как минимум веселили, как максимум заставляли превращаться во всем известные мужские органы, то у Каримова три события на сто минут, которые своим наполнением и искромётностью едва ли могут дать фору в увлекательности прогулке за хлебом и прочим опустошениям холодильника.
Главные герои и не очень герои всеми силами стараются вести себя неадекватно, превращая действие в фарс, потому что как пела Ыршмари: «тяжело думается, когда всё вокруг красное и розовое, тяжело кушается, когда всё вокруг сладенькое», а потому даже на наспех скроённой трассе 60/1 едва ли можно найти нечто интересное, когда истории невероятным образом пересекаются, хотя с тем же успехом они могли пересечься на Омикрон Персей 8, никто бы разницы не заметил, но, увы, бюджет не тот. Режиссёр ещё не стал культовым, на премии не примеривался, как и не номинировался на номинации, да и на брудершафт с дворянами выпить не успел, а потому несколько мильёнов рубликов можно было бы здраво потратить на блэкджек и шлюх, что без устали я советую, но утончённая публика требует зрелища и эстетства от самородка, а потому «Камера! Экшон! Мотор! Вынесите мусор!».
В фильме, кстати, действительно имеются актёры. Именно, что имеются. Сей нехороший процесс изначально сотворил некто режиссёр, когда пригласил несчастных попозировать на хоум-видео, закончил дело сценарист и оператор. Хотя барышни были весьма и весьма талантливы той частью, что была в кадре.
На волне поклонения фильм имеет более чем приличные шансы на успех в кругах настолько же узких, насколько узок ум веселого сантехника, который вероятно весел тем, что зажигательно хихикает во время прочистки санузлов, а так же весело пританцовывает дансинги тынц-тынц-тынц, когда непослушные законы физики оборачиваются гейзерами самых разнообразных оттенков оттенков. Амбреллу ему в руки, Ваниллу скай на фонограмму.
Кино для веселых сантехников и не только, личностям помешанным на классике строго противопоказано, потому как можно поранить мозг вот здесь и вот здесь. Экспрессия, если верить в существование оной в этом кине, бьёт ключом, так же как и «так называемый» юмор, который непременно оценят любители хороших шуток. Если иллюзий не строить, экспрессий не создавать, то вполне проходное кинцо без йоты креатива, оригинальности, всё та же «жесть», только, так же как и «жесть», совсем не жесть.
2 из 10
p.s. удивительно случается порой, вот наснимают Боллы и Бондарчуки треша на полном серьёзе, а ты держишься за живот и смешинками заливаешься, а бывает, что вроде бы тот же трэш и даже комедия, но смеяться не получается ни разу, потому что даже и постебать нечего, куда там смеяться.
68.9 тыс , ...