всё о любом фильме:

Игрок

The Player
год
страна
слоган«Making movies can be murder»
режиссерРоберт Олтмен
сценарийМайкл Толкин
продюсерДэвид Браун, Майкл Толкин, Ник Уэкслер, ...
операторЖан Лепин
композиторТомас Ньюман
художникСтефен Олтмэн, Джерри Флеминг, Александр Джулиан, ...
монтажМэйзи Хой, Джеральдин Перони
жанр триллер, драма, мелодрама, комедия, криминал, ... слова
бюджет
сборы в США
зрители
США  5.23 млн,    Франция  741.2 тыс.,    Испания  369.9 тыс.
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время124 мин. / 02:04
Номинации (2):
Крупный чиновник на голливудской киностудии Гриффин Милл наделен правом решать, какой из предлагаемых сценариев запустить в производство. У него сотни врагов, потому что большинству проектов он вынужден говорить «нет». Его начинает запугивать некто, подбрасывая угрожающие записки. Гриффин нервничает и в приступе ярости совершает нелепейшее убийство безвинного драматурга. Он сходится с вдовой убитого, художницей-авангардисткой и пытается решить две трудные задачки: избежать кары за преступление и сохранить руководящее кресло, зашатавшееся в результате студийных интриг.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
98%
60 + 1 = 61
8.8
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Эпизод, в котором Джефф Дэниелс, облаченный в халат хирурга, играет в гольф в больнице, и сцена, где Патрик Суэйзи демонстрирует приёмы каратэ, были сняты, но в окончательный вариант картины не попали.
    • Появление в ролях-камео звёзд не планировалось. Олтмен включил их в картину по собственному усмотрению. Никаких написанных диалогов звёздам на сьёмках не давали.
    • Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
    • В момент, когда Гриффин достает из своего багажника зонтик, чтобы вытащить подброшенную в салон змею, на машине видно отражение оператора.
    • еще 1 факт
    Трейлер 02:12

    файл добавилQuickWay

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка


    «Игрок» Роберта Олтмена — одно из ярких кинособытий 90-х. Олтмен выступил продолжателем традиций Билли Уайлдера в кино и Натанаэла Уэста, Фрэнсиса Скотта Фитцжеральда в литературе. Взгляд художника на голливудскую систему, где ему приходится выражать себя, существовать и всячески приспосабливаться к жизненным реалиям.

    Сам Олтмен, как режиссер есть яркий представитель голливудской фабрики звезд. В его обширнейшей фильмографии можно легко отыскать картины, снятые на заказ крупных кинокомпаний. И уже добившись определенного статуса, мудрый режиссер решил отразить свой взгляд на современное кинопроизводство. Здесь вы не найдете уайлдеровского надрыва и гневного обличительства Уэста и Фитцжеральда. Олтмен умудрился остаться отстраненным от всего этого.

    Киноиндустрия изменилась, изменились и фильмы про нее. Режиссеры и актеры старой школы безвозвратно ушли, былая романтика пропала, а кино превратилось в огромный бизнес, вокруг которого стали виться стаи бесталанных и алчных дельцов-барыг, заинтересованный не в качественности конечного продукта, а в его прибыльности.

    Гриффин Данн (Тим Роббинс, которому в первой половине 90-х вообще везло на прекрасные роли) один из них. Чтобы не отрываться от коллег по цеху, таких же невежественных в вопросах настоящего кинематографа как и он, Данн щеголяет названиями картин и их сценарными достоинствами. «Гражданин Кейн», «Сансет Бульвар», «Веревка» — эти ласкающие ухо каждого киномана названия, произносятся ушлыми продюсерами и иже с ними вполне буднично. И то, данные знания обрывочны и явно выдернуты из киносправочников. Больше всего людей этой профессии волнуют кассовые сборы и все, что с ними связано. Каких звезд пригласить, какой сценарий выбрать. И конечно, штампы, штампы, штампы.

    Гриффин Данн вроде пытается выделиться из этой серой массы, он понимает всю продажную сущность бизнеса, но вырваться из замкнутого круга не горит желанием. Зачем, если прекрасно работают отработанные схемы. Поэтому и его знакомство с «Похитителями велосипедов» ограничивается лишь пятью минутами. По настоящему талантливые люди оказываются за бортом лайнера под названием «Голливуд». Однако это неокончательный вердикт режиссера, а лишь отражение некоторых тенденций, присущих тому времени.

    Мартин Скорсезе в своем исследовании об американском кино, делал ставку на то, что в Голливуде всегда были интересные рассказчики, и упор в кино делался, прежде всего, на сценарий. В картине Олтмена сценарии превратились в окололитературные огрызки, напичканные до отвала клише. Из работы ушла страсть и задор, а на их место пришла скука и расчет. Олтмен вступает в перекличку с Уайлдером, но в свою очередь резко меняет всю концепцию. Его преступление так и останется без наказания. Былого безумия уже нет, эмоции все сошли на нет и списаны в архив, куда не скоро кто-то заглянет.

    Сама же история превратится еще в одну остросюжетную зарисовку о буднях Голливуда, которою еще предстоит снять. И в 2001 году она получит свое продолжение, только уже в более ироничной форме, даже если быть точнее почти издевательской.

    10 марта 2009 | 07:44

    Роберт Олтмен — несомненно, один из лучших американских режиссёров, автор таких фильмов как «M.A.S.H.», «3 женщины», «Нэшвилл». В начале девяностых он снял великолепный фильм — «Игрок».

    «Игрок» — история Гриффина Мила, который подбирает сюжеты для новых голливудских постановок. Но большинству людей он вынужден отказывать, а так легко нажить себе врагов. И один такой враг начинает ему угрожать. Гриффин оказывается не очень-то смелым и, как можно быстрее, пытается устранить возможную опасность. Но после расправы над, как он думал, виновным, открытки с угрозами продолжают приходить. А тут ещё и молодой карьерист метит на его место. Гриффин оказывается в очень тяжёлом положении.

    Сюжет нагнетается неспешно и постепенно. Камера то и дело выхватывает постеры со зловещими заголовками. Ставка в игре Гриффина слишком высока. Либо всё, либо ничего.

    В своей ленте Олтмен с лёгкостью мешает жанры: триллер, чёрную комедию, детектив, сатиру. И делает это надо сказать мастерски (не зря он получил приз за лучшую режиссуру в Каннах).

    В фильме «Игрок» Голливуд показан местом, где талантливые люди никому не нужны, где всё решают деньги. Голливуд, в котором нет места искусству.

    Это фильм про который бесполезно говорить, его нужно смотреть. Великолепная режиссура, неповторимая атмосфера и шикарный финал делают фильм «Игрок» гениальным.

    10 из 10

    3 августа 2009 | 21:26

    Кому, как не Роберту Олтмэну, — одному из ярчайших пасынков Новой Голливудской волны 70-х, — дано было снять фильм, проходящийся катком по голливудской системе, при этом не накидывая на свою сатиру ядовитую пелену и без страха нахально обнажить свой острый оскал. Прежде — до обретения статуса классика — Олтмэн через каждый фильм проходил сквозь трения с нерадивыми продюсерами, о чём, например, в стилистике желтых газет ярко описывает книга Бискинда про бунтарей на колесах и боксеров с самим собой. Однако, описывая будни своего главного героя, вышедшие далеко за обычные рамки «прочитать сценарий — подумать над продвижением», он не только втихомолку посмеивается над ним — наоборот, даже находит повод тому посочувствовать. Сочувствие к своим героям вообще одна из главных черт, непременно упоминаемое каждым при рассмотрении творчества Олтмэна. А как тут не посочувствовать: каждый год выкладывается по пятьдесят тысяч заявок, а возможна реализация лишь двенадцати! Только и остается, что наживать врагов.

    По форме же это доведенное до совершенства слияние полноценного кино с сериальной структурой. В основную линию Гриффина вдавлено множество микро-сюжетов, всплывающих и отплывающих в никуда, как и их участники. Не неся в себе особой смысловой нагрузки, в них тем не менее заложена немалая юмористическая составляющая фильма — и они прекрасно иллюстрируют суматоху, царящую в павильонах и окрестностях киностудии. Не обошлось и без излюбленных перекрестных диалогов: за раз могут вещать аж несколько лиц, а содержание речи остается угадывать лишь по общей «хоровой» тональности.

    Пребывая в долгой творческой спячке, Олтмэн всё же пророчески наметил «Игроком» ближайшее будущее для кино. Каждый кадр тут того и треснет от отсылок и оммажей. Он уже открывается с долгого проезда камерой, как у дядюшки Уэллса с его «Печатью зла», одновременно вербально отсылая к «Веревке» с её новаторским подходом к съемкам. «Кино это искусство сегодня больше, чем раньше» — пафосно и поверхностно рассуждает Гриффин перед микрофоном. Можно рассматривать эти слова как иронию в утилитарном отношении самого Голливуда к кино, однако не о том ли «Игрок», с его уймой перефраз и поклонов к классике, что искусство кино подминает целиком под себя реальность? Реальность на правах тонкой матрицы, а если фильмы не в состоянии адекватно воспроизводить её ткань, им остается безрадостная участь вариться в самих себе. Это же десятилетие озарит собой «Криминальное чтиво» Тарантино, а за ним уже станет модно писать фильмы в ключе «тут содрал, здесь содрал, соединил, в итоге вышел новый текст».

    4 января 2016 | 00:47

    Голливудская шишка Гриффин Милл, отбирающий наиболее перспективные сценарии для их последующей реализации, вдруг начинает получать одну за другой анонимные открытки с угрозами. Призванный вершить судьбы начинающих авторов и ежедневно отвергающий десятки заявок, Милл осознаёт, что вполне может иметь врагов среди пишущей братии. Уязвленное пространными намёками самолюбие активизирует Милла провести самостоятельный поиск недоброжелателя. Привыкший выносить вердикты, не сильно вникая в суть дела, он довольно скоро вычисляет (как ему кажется) инкогнито…

    Но выигрывая очередную битву, Гриффин Милл вступает во всё более тесные отношения с Дьяволом, и потому проблески некогда всё же присущей ему порядочности к финалу улетучиваются окончательно. Притом что и из этой щекотливой истории он выходит триумфатором, изначально заданная авторами необходимость сопереживать злодею (что вытекает из двойственности его натуры), лишает сюжет плоской однозначности.

    Смесь едкой сатиры и детектива, искусно стилизованная под мнимый документализм (поскольку фоном в этой истории проходят несколько десятков американский кинозвёзд, играющих, по сути, самих себя), преобразуется в чистый трагифарс, избавляющий от радужного ореола такое устоявшееся понятие как «голливудский успех». С таким издевательством режиссёра смогли смириться далеко не все. Поэтому всего три не увенчанных ничем номинации на Oscar можно расценивать как своеобразную месть со стороны американских академиков.

    И даже Каннский успех «Игрока» отдает лёгким привкусом абсурдности. Будучи главным претендентом на «Золотую пальму», фильм стал жертвой интриг жюри (возглавляемого тогда Жераром Депардьё), которое решило, что ни при каких обстоятельствах не отдаст главную награду Америке четвертый год подряд. В результате кино, показавшее нечистоплотность голливудского бизнеса, было проигнорировано по обе стороны океана.

    13 ноября 2014 | 12:51

    Ветеран режиссуры Роберт Олтмен, чьё новаторское видение кино часто ставило в тупик и зрителей и критиков, пробыл на задворках кинематографа целое десятилетие прежде чем триумфально вернулся на большие экраны, создав неповторимую сатиру на такой близкий и одновременно далёкий ему Голливуд, вектор которого за последние годы ещё больше сместился от искусства к бизнесу.

    В центре повествования Гриффин Милл (Роббинс) — большой чиновник с большой киностудии, которого встречают улыбкой, а провожают презрительным взглядом. Виной тому его работа: ежегодно выдавать сценарным заявкам всего дюжину счастливых билетов в большое кино. Тысячи же других сценаристов получают в кабинете Милла увесистый пинок под зад. Говоря свои «да» или «нет», этот винтик бюрократической машины вершит судьбы многих начинающих авторов, оценивая их творческие способности по простым схемам и безжалостно отметая всё, что им противоречит. Более того, Гриффин из тех преисполненных чувством собственной значимости столоначальников, что смотрят на людей с высоты своей значимой должности, оставаясь при этом маленькими и бесполезными людишками. Всё меняется, когда один из уязвлённых сценаристов-«неудачников» решает изощренно отомстить герою, необычными угрозами и грамотным шантажом превратив однообразную жизнь Гриффина в опасную игру. Хотя… Может это вовсе не месть?

    Фоном «Игрока» служит безымянная голливудская верфь, строящая по одному и тому же проверенному чертежу свои дорогущие фильмы-корабли. Но под красивой вывеской «Movies now more then ever» и внешне творческой атмосферой скрывается настоящая цитадель лжи и цинизма, где за каждой фразой стоит разного рода выгода. В этом предприятии всё направлено не на художественную сторону процесса, а на максимизацию вэлью, ибо непомерно важные продюсеры полностью уверовали в безотказность изобретённой формулы стопроцентного хита. Формула проста — взять сценарий «не более 25-ти слов», добавить ряд проверенных элементов, пригласить звёзд на главные роли, прислюнявить хэппи-энд и дело в шляпе. Прикрываясь в своих кабинетах постерами нетленной классики кинематографа словно фиговыми листочками, барыги-продюсеры без стыда и совести превращают кино в один большой гипермаркет с витринами, набитыми однородной продукцией. И самое интересное то, что эти сукины дети выкручиваются из любых передряг, так и не попадая в петлю из киноплёнки, что было бы логично, справедливо и эффектно.

    Обварившись в котле студийной кухни в середине 70-х, Олтмен спустя годы с лихвой «благодарит» своих поваров, тонко пародируя холли-вудскую модель. Клишированное мышление чиновников от кино, подаренное ими изобилие надоевших штампов, заезженные вдоль и поперёк методы, культивация глупости — всё подвергается насмешке и порицанию. В том числе устами персонажей фильма, которые служат Олтмену рупором в антиголливудской агитации. Но когда на горизонте начинает маячить полный отказ от услуг сценаристов, а студийный босс с серьёзным видом проводит разделительную линию между кинематографом и искусством, то уже не так смешно. Скорее грустно. Подводит неутешительную оценку фабрики грёз эпопея с созданием номинально арт-хаусной ленты «Habeas Corpus», в которой из авторского в итоге остаётся лишь название, и отчаянный возглас «А как же реальность?» тонет в шуме аплодисментов испохабленному студийной системой фильму. И трудно поспорить с Олтменом, ведь до сих пор в кулуарах киностудий деньги решают всё, финалы пишут зрители, а авторская позиция стирается точно как в концовке «Игрока», выливающейся в фарс с приторно-сладким хэппи-эндом.

    Основная сюжетная линия в «Игроке» вторична по определению. Дабы придать своему изобличительному демаршу на Империю грёз интересную форму, создатели фильма со знанием дела использует в качестве заполнителя тот самый студийный рецепт. Незамысловатая фабула про мерзавца-продюсера в качестве основы, немного насилия и «красного моря», щепотку картинного смеха, чуток явно лишней наготы, разбавить искусственным напряжением и неестественной добротой, не забыть секс для пикантности, и обязательно «хэппи-энд, особенно хэппи-энд» в самых лучших голливудских традициях. Осталось ненавязчиво вкрапить авторскую мысль между проходных фраз и на задних планах этого смешного детективного триллера и каждый получит то, что ищет: неискушенный зритель — интригу и актёрскую игру, а ценитель — завуалированный контент.

    Обозначая проблематику Большого Кино, авторы картины не забывают предложить простое решение. Предположим, что герой Тима Роббинса символизирует кино потоковое, а художница-авангардистка в исполнении Греты Скакки — кино авторское. Соединив эти персонажи на экране, Олтмен как бы посадил на поле студийного самокопирования зерно арт-хаОса. Плодом любви полярных направлений кинематографа должно стать сбалансированное, умное и зрелищное кино, интересное широкому спектру зрителей. Именно в его зарождении заключается настоящий, олтменовский хэппи-энд, проходящий в тени искусственно-розовой концовки. Говорите, такой метод не сработает? Тогда посмотрите «Игрока» как яркий пример ортогональной мэйнстриму, но коммерчески успешной ленты, понравившейся и искушенным критикам, и обыкновенным зрителям.

    Стоит заметить, что «Игрок» — это не только критика современного Голливуда, но и ностальгия по кинематографу 40-x, 50-x, 60-х. Словно говоря «Эх, вот было время…», Олтмен начинает фильм восьмиминутным непрерывным дублем, в котором отдаётся дань уважения гениальному вступлению «Печати зла» Уэллса и всего девяти монтажным склейкам «Верёвки» Хичкока. По всему фильму разбросаны памятки популярным и полузабытым фильмам — в качестве плакатов, постеров, открыток шантажиста — и каждая из них удостаивается крупного плана. Завершает ленту старомодное «The End», крупными буквами выбитое по центру экрана. Да, было время, когда кино не делилось на авторское и мэйнстрим, а на теперешних попкорн-конвейерах базировались выдающиеся экспериментаторы своего времени.

    Подводя черту, зададимся вопросом: кто же на самом деле Игрок? Кажется, что это главный герой, из пугливой рыбы превратившейся в хладнокровную и опасную акулу. Но нет. Настоящий Игрок незримо присутствует в каждой сцене, профессионально ведя свою тонкую игру. Его глазами мы видим, его фразы мы слышим, его руку мы чувствуем. Этот большой игрок ждал 17 лет, чтобы в многолетнем поединке индивидуального и массового оставить за собой последнее слово. И вот он вернулся, чтобы своей рукой подписать предупреждающие открытки Голливуду.

    «Я всегда стремлюсь, чтобы последнее слово осталось за мной» — Роберт Олтмен.

    27 августа 2011 | 19:41

    Исходя из популярного и не лишенного смысла обобщение, наша жизнь игра. А мы выходит игроки. В каждой игре, главным отличием является тактика. Кто предпочитает грубый натиск, кто осторожность, кто виртуозный блеф. Бывает правильная или неправильная тактика? Конечно, нет. Каждый, скорее всего уже выбрал себе по душе. Ведь быть аутсайдеров или чемпионом — тактика, каждая со своими плюсами и минусами.

    Гриффин Милл — игрок. Уставший, напряженный и трусоватый игрок. Когда в его жизнь входит опасность, он с начала как незапамятный Александр Иванович Корейко, проходит все стадии от недоумения до страха. Страх конечно силен и Милл начинает действовать…

    В этом фильме есть факторы настолько редкие и прекрасные, которые заставляют меня закрыть глаза на минусы картины, выстраивая общее впечатление от фильма. Это:
    1) Прекрасный финал, одновременно стебный и изящный.
    2) Ссылки на легенды кино, многочисленный камео любимцев публики, помогающие окунуться в атмосферу Голливуда.
    3) Отсутствие поднадоевшего единого визуального стиля, как и в нашей строптивой жизнь.

    Раз уж начал говорить про недостатки, предупреждаю, что они, как-же иначе, субъективные. Итак, это начало (ужасно медленный разгон), серенькая актерская игра главных действующих героев, неловкая постельная сцена. А так смотрите кино — может впасть в душу.

    28 февраля 2008 | 20:13

    Есть что-то запутанное и бессвязное в сюжете. По принципу некоторых голливудских хитов… фильм, возможно, соткан из интересных сцен, «лоскутков» и занудных связок, составленных из метаний главного героя между самим собой, работой и любимыми женщинами, хотя последние два слова можно и вычеркнуть.

    Я же, сижу, потягивая бутылочку пепси с крекерами, ожидая развязки, объяснения всего бессвязного, того кто «начинает запугивать…, подбрасывая угрожающие записки». Ведь меня заинтриговали все-таки. Но бессвязным получится и конец…

    Хотя за участие множества звезд в мини-сценах и «необычный» сюжет фильм заслуживает оценку «хорошо».

    16 июня 2012 | 13:40

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>