Есть в этом фильме какая-то загадка. Уже первая минута настраивает зрителя на хорошее кино: Анатолий Кузнецов через вагонное окно наблюдает за убегающими вдаль перелесками. При этом не столько за кадром, сколько за спиной героя звучит песня: 'Конечно, всё на свете преходяще - мы вспоминаем встречи, города. Чем дальше, к сожалению, тем чаще мы с кем-то расстаёмся навсегда...' Думается, что сейчас начнётся история, под стать пронзительно-печальным глазам Кузнецова, но... Мелодрама - слишком расплывчатая жанровая принадлежность картины. Когда фильм закончится, начинаешь понимать, что производственная мелодрама тоже не до конца описывает сценарий, потому что не отражает главного - иронической сатиры в духе киножурнала 'Фитиль'. Итак, фильм вроде как кончился, а вопросы остались. Главный из них: почему два режиссёра и два оператора? К сожалению, всемогущая Паутина не смогла дать исчерпывающего объяснения, пришлось собирать информацию по крохам. В 1980 году Юрий Дубровин приступил к съемкам фильма 'Его отпуск'. Когда половина материала была уже отснята, его отстранили как якобы не справившегося, и передали фильм другому режиссёру.

Впоследствии всё отснятое полностью вошло в фильм, поэтому Дубровин подал на студию в суд. Заканчивал фильм другой режиссёр - Геннадий Полока. В 1976 году Полоке предложили пост художественного руководителя студии музыкальных фильмов ТО «Экран», который он и занимал в течение последующих пяти лет, сотрудничая с молодыми режиссёрами. Под руководством Полоки были выпущены телефильмы «Артём» (1977), «Жил-был настройщик» (1978) и «Мелодия на два голоса» (1979), где Полока был режиссёром окончательного варианта картины. С 1980 года Геннадий Иванович работает на киностудии «Беларусьфильм». В 1981 году завершилась работа над фильмом «Наше призвание» (3 серии), кроме того, в 1982 году вышел мини-сериал «Его отпуск» (4 серии!), где Полока выступил художественным руководителем, а также режиссёром финального варианта под псевдонимом Егор Геращенко. Полоке приходилось 'доводить' чужие фильмы, потому что его собственным проектам пришлось ждать перестройки, чтобы 'уйти в народ': 'Интервенция' (1968) 20 лет пролежала 'на полке', 'Наше призвание' (1981) - 6 лет. Почему отстранили Дубровина - не понятно. Почему назначили Полоку - понять можно.

Снятая в 'недопустимо авангардном ключе' 'Интервенция', и последующие два фильма закрепили за Полокой репутацию «идеологически чуждого» режиссёра и привели к фактическому запрету на любимую работу. Функционеры от кино прекрасно знали о фарсовой стилистике Полоки, поэтому отдали ему 'на откуп' полуотснятый фильм. Геннадий Полока поступил порядочно - не стал 'светить' свою фамилию, а ограничился псевдонимом. Трудно сказать, какие правки претерпел сценарий с приходом нового режиссёра, но вторая половина картины - это та самая фарсовая стилистика, которой Полока вносил смятение в ряды 'правильной' киношной номенклатуры. Ругать такой фильм - всё равно, что обижать калеку. Ведь, по сути, получилась 'сборная солянка', а если вспомнить многочисленные 'перескоки' с эпизода на эпизод, то у фильма явно отрезали хронометраж. Трудно представить, что могло быть вырезано (да и вырезано ли в самом деле?) в картине. Остаётся принимать последнюю работу Юрия Дубровина именно в таком виде, потому что Юрий Николаевич погиб через 2 года после отстранения от съёмок при невыясненных обстоятельствах. И было ему всего 46 лет...