всё о любом фильме:

Дом терпимости

L'Apollonide (Souvenirs de la maison close)
год
страна
слоган-
режиссерБертран Бонелло
сценарийБертран Бонелло
продюсерБертран Бонелло, Кристина Ларсен
операторЖози Дешайе
композиторБертран Бонелло
художникАлен Гюффруа, Анаис Роман
монтажФабрис Руа
жанр драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в России
зрители
Франция  201.6 тыс.,    Россия  9.7 тыс.,    Португалия  8.5 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время122 мин. / 02:02
Номинации:
Начало ХХ века. Парижский публичный дом, доживающий последние дни. Длинный шрам на лице одной из проституток — словно трагическая улыбка. В этом отгороженном стенами закрытом мире, невидимом со стороны, происходит целая жизнь: мужчины влюбляются или ненавидят, а женщины делят радости, печали, страхи и секреты…
Рейтинг фильма
IMDb: 6.80 (4324)
ожидание: 98% (73)
Рейтинг кинокритиков
в мире
81%
22 + 5 = 27
7.1
в России
67%
6 + 3 = 9
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • В фильме имя персонажа Clotilde (Клотильда) написано с ошибкой (Clothilde, распространенная ошибка во Франции), это можно увидеть, когда появляется строка с ее именем, где указывается, что она надзирательница.
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 140 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    L`Apollonide — эстетическая драма в постмодернистском толковании.

    Фильм-воспоминание повествует о тяжкой доле тружениц фронта любовных утех в элитарном борделе на рубеже XIX и XX века. Монотонное действие практически всего фильма происходит в замкнутом пространстве, с единственной вылазкой на природу (сердцевина картины), где куртизанки с глотками естественного воздуха более остро ощущают безнадежность своего настоящего и будущего. В прекрасной манере показаны бытовые, жизненные перипетии девушек, с присущими им страданиями, болезнями и мечтами о возврате долгов, с осознанным пониманием, что вернуть их никогда не удастся.

    Размытая фабула по замыслу автора Бертрана Бонелло, определила концепт эпохи фривольности, чрезмерной расслабленности и декадентства переходного времени. Отсутствие откровенных эротических сцен, разочаровало многих кинозрителей, но они и не являлись главенствующей темой фильма, как это может показаться на первый взгляд из названия. В этом случае режиссер решил уйти от прямолинейности подобного жанра и не посмел слить свой чувственный шедевр в перегнойную яму порно-мелодрам. В основном представлены легкие формы перверсий и фетишизма (сцена с ванной из шампанского).

    Купаж из непрофессиональных и достаточно известных актрис, оправдывает себя в полной мере. Автор не делает акцента ни на одной из них, все в равной степени являются частью общей картины, срезом французского общества в период наступления века двадцатого. Хотя Бонелло ненавязчиво выделяет на фоне остальных, единственную — «женщину, которая смеется», лишенную самого интимного, в результате бесчеловечной выходки горячо любимого посетителя.

    Отдельным моментом выделяется художественная постановка — ансамбль манерных тюрнюров, элегантных корсетов, интерьеры инкрустированные позолотой и перламутром, атмосфера ироничной отрешенности, все содействовало получению визуального удовольствия от просмотра. Сезар за лучшие костюмы — достойная и заслуженная награда!

    На музыкальном плане звучит «soul» 1960-х годов, проводя параллели с угнетенными чувствами бывших рабов и узниками дома терпимости. Кроме того, выбор данного звукосопровождения обусловлен смещением времен, подобно тому, как дом закроется, и действие передвинется в современный мир, на улицу…

    P.S. Избыток затянутых и манерных сцен не пошел фильму на пользу, восприятие получилось однообразным. Впрочем, статичность сюжетного элемента сыграла на выгоду, позволив реализоваться центральным идеям «Конца века» с визуальной позиции.

    7 из 10

    20 апреля 2012 | 15:50

    Франция. Самое начало двадцатого века. В центре внимания парижский бордель. Это не элитный — Ле-Шабане, но и не самый дешевый. Тут нет особой интриги, нет скандалов и оплакиваний прожженной молодости, нет влюбленных Ромео и заторможенных Джульетт. Все живут одной коммуной.

    Куприн в своей «Яме» подобрал очень точные слова: «Иногда внимательно и долго, иногда с грубой поспешностью выбирают любую женщину и знают наперед, что никогда не встретят отказа. Нетерпеливо платят вперед деньги и на публичной кровати, еще не остывшей от тела предшественника, совершают бесцельно самое великое и прекрасное из мировых таинств — таинство зарождения новой жизни. И женщины с равнодушной готовностью, с однообразными словами, с заученными профессиональными движениями удовлетворяют, как машины, их желаниям, чтобы тотчас же после них, в ту же ночь, с теми же словами, улыбками и жестами принять третьего, четвертого, десятого мужчину, нередко уже ждущего своей очереди в общем зале».

    У некоторых девушек больше сложностей, у некоторых — меньше. Одну порезали, другая — стремится к независимости, третья… Ну и так — около десятка персонажей можно набрать — на первом плане некого и выделить. Хорошие актерские работы. Перспективные актрисы. Я бы, например, выделил Илиану Забет за небольшую второстепенную роль начинающей Полин.

    Режиссер выбрал намеренно пастельные тона и медленный темп повествования. Секс тут будет присутствовать, но главенствовать он точно не будет. И никакого разврата, никакой пошлости. Показывается похоть, но она уравновешивается сценами медицинских осмотров и неожиданно удачной сценой отмывания спермы.

    При этом, фильм поддерживает интерес зрителя на протяжении всего просмотра. И то, что Бертран Бонелло не переходит в кинематографическую эстетику, еще ничего не означает — фильм получился достаточно красивым и реалистичным. Что может быть точнее девушки, рассматривающей ползущего клопа на стене, в то время как сзади клиент осуществляет свой заказ. Понравились мне и полиэкранные выставки, раскрывающие в разные периоды повествования, чем занимаются обитательницы борделя.

    Это атмосферный фильм — фреска. Своей неторопливостью и четкостью он будто пытается «воссоздать» определенный фрагмент эпохи: людей, настроения, желания, ожидания. О современности будет напоминать лишь надрывная песня Ли Моузеса Bad Girl (1967). Место, конечно не самое уважаемое, с пробивающимся запахом спермы и шампанского.

    Ну а вообще, тема борделей обычно вызывает особый интерес. А тут нам предлагают просто таки прямой репортаж из порочного места. Не согласны? Раздражаетесь? Тогда могу лишь напомнить Вам слова из «Крейцеровой сонаты» Толстого: «Брат Трухачевского, я помню, раз на вопрос о том, посещает ли он публичные дома, сказал, что порядочный человек не станет ходить туда, где можно заболеть, да и грязно и гадко, когда всегда можно найти порядочную женщину».

    Концовка определенно удалась. Случайно опадающий лист розы, как финальный штрих.

    7 из 10

    24 августа 2013 | 03:52

    Данный фильм — угрюмая элегия о жизни парижского публичного дома. Здесь богатые мужчины томятся с шампанским и табаком, в то время как красивые молодые женщины обнимают и ласкают их на бархатных диванах.

    Можно проводить параллели с публичным домом и обществом того времени, но время нам дано лишь как факт, его не ощущается во время просмотра, ровно, как и места действия, ведь за пределы дома фильм выходит лишь один раз. Бертрану Бонелло удалось показать всю подноготную жизни элитных проституток, и сделано это с такой профессиональной тонкостью, что запутанные повороты сюжета даже как-то мешают простому созерцанию жизни высшего света. Музыка из середины XX века, перекочевавшая в конец XIX, грамотно вплетена в безжизненную атмосферу публичного дома, декорации которого поражают роскошью. Все это сопровождается хорошей операторской работой и меланхоличным саундтреком от самого режиссера. Целая плеяда никому не известных французских актрис предстает здесь в обворожительном и болезненном свете куртизанок, переставших бороться за свою жизнь, лишь увеличивая и без того большие долги. Каждая из актрис на своем месте и сложно выделить среди них главную: каждая особенная, каждая чем-то запоминается и притягивает с невероятной силой.

    Проститутка не имеет никаких прав, и фильм Бонелло заставляет приблизиться к их жизням, помогает понять их положение и проявить сочувствие. Крайне сложно уловить их чувства — грустно ли, тошно ли от такой жизни, получают ли они еще удовольствие, или притворяются, играя свою роль. Их жизни уже куплены тысячи раз, они томятся в этом доме, зная, что никогда не выйдут наружу. Фактически они — рабыни, живущие роскошной жизнью, но платящие за это свободой.

    Во время просмотра получаешь какое-то крайне приятное эстетическое удовлетворение от неспешной манеры съемки, изящества интерьера в комнатах дома, слоняющихся в расслабленном состоянии, полуголых проституток в шикарных одеждах. Публичный дом предстает здесь сетью запутанных коридоров и комнат, по которым сонными мухами ходят прекрасные девушки, а посетители сидят в богатой гостиной, забавляясь шампанским, игрой и беседами. Беседы ведутся долго, беспечно, никто не торопится увести купленную девушку наверх, все купаются в безвольном упадничестве порока. Сумерки XIX века уже отгремели, и начался новый XX век, не предвещающий ничего хорошего. Ощущение грядущей катастрофы неотвратимо увеличивается, и к концу фильма напряжение достигает крайнего предела. Распад общества грянул, и никто уже не в состоянии вырваться с терпящего бедствие корабля. Все скоро потонут, публичный дом закроется. Проституция выйдет на улицы мира.

    25 апреля 2012 | 16:42

    Сначала я подумала: «А что, это просто красиво снятый фильм про очередной парижский бордель» и села смотреть, как я это умею, ради костюмов, эротики и французского языка. Чуть позже я почувствовала, как место действия перестает быть просто красивой картинкой, а как бы втягивает тебя внутрь. Конец 19 века, красивые девушки, некогда дорогой публичный дом, доживающий свои последние дни. Мне показалось, что все это — как бабочка-однодневка и вместе с тем — огромный бизнес, подминающий под себя любые моральные устои. Девушки, каждую ночь меняющие платья на все более кружевные и открытые, смеющиеся за бокалом шампанского, занимающиеся любовью на белых простынях, они кажутся такими прелестными и беззаботными. Однако наутро видно, какие усталые у них лица, проступают синяки или ссадины, и боль, и становится видна печаль в глазах. Их жизнь сложилась так, что им почти невозможно вырваться отсюда: вечные долги, отсутствие места, куда можно было бы вернуться, круг замкнулся. Они приходят сюда совсем юными, если повезет, то сразу в шикарное заведение, а потом им остается только медленно опускаться.

    Мне кажется, все эти девушки в душе намного старше, чем они есть на самом деле. Это из-за тяжелого взгляда, который рано или поздно приобретает каждая из них.

    Si nous ne brûlons pas, comment éclairer la nuit?

    Мне понравилось, что режиссер сумел показать не «историю одного борделя», а истории разных людей. Когда фильмы такого плана не фокусируются на каком-то одном персонаже, картина буквально оживает и начинает играть на контрасте. У них схожие судьбы, хотя разные обстоятельства привели их к этому ремеслу, и ни одна из них не знает, что будет, когда бордель закроют: наверняка их разбросает по разным местам и даже странам, поэтому они живут настоящим и учатся ценить то, что у них есть на данный момент. Они оживают каждую ночь и словно падают в пропасть каждое утро.

    Фильм на самом деле отдает клаустрофобией. Закрытый дом, из которого девушкам нельзя ни на шаг (сцена с пикником резко выбивается из общей картины, и видно, насколько необычно и радостно для девушек такое событие), все действие происходит буквально в нескольких комнатах, где каждую ночь рождаются новые интриги и желания, а после горечь и опустошение, и все это надо терпеть. Дом терпимости. Тот редкий случай, когда, мне кажется, русская интерпретация названия попала в точку.

    Те, кто знает французский, могут заинтересоваться этой статьей http://www.lemonde.fr/cinema/article/2011/09/20/l-apoll… в Le Monde, я-таки ее осилила по такому случаю. Всем остальным — не проходите мимо, посмотрите после премьеры. Я не могу определиться с впечатлениями, но по крайней мере фильм не оставляет равнодушным.

    8 из 10

    11 августа 2012 | 16:41

    «Дом Терпимости», фильм о проститутках, нет, будет мягче сказать, о жрицах любви, но вернее, увы, именно о проститутках, ведь любовь они не дарят, лишь продают секс и свои души.«Запертые» в стенах публичного дома, они годами, десятилетиями томятся в стенах своей обители, спрятанные от внешнего мира и забывшие о простых человеческих радостях, зная лишь своё дело и обрекая себя на муки грусти и одиночества.

    Казалось бы, избитая тема в кинематографе- бордель, клиенты, проститутки, их отношения и тайны, жизнь в спальнях и комнатах, всё просто и обыденно, может даже показаться, немного скучно и монотонно, но что- то отличает этот фильм от подобных ему картин, задевающих столь щепетильную тему. Что же- обнаженка?(нет, ведь она свойственна большинству работ французских кинематографистов);антураж?(нет, ведь есть масса фильмов, более качественных и оригинальных в визуальном плане);подача материала?(нет, качественно, но не столь изящно и оригинально).-Герои, образы и, конечно, их воплощение — именно эти качества являются сильнейшими сторонами картины, достойными детального рассмотрения, вызывающими буру чувств и эмоций, достойные восхищения и печали. Собрать под одной крышей столь разных героев — глупые и простые, изящные и утончённые, божественно красивые и зверски изуродованные (можно продолжать сравнения, но это не будет иметь смысла — всё итак ясно)-это доказательство виртуозности сценариста Бертрана Бенелло,(также взявшего на себя режиссёру фильма, и пускай второе уступает первому), а также сплочённость актерского состава, которые вместе создают интересный контраст, при этом не упуская возможно выступить сольно, полностью раскрыв свою героиню и передавая этот эмоциональный заряд зрителю, в особенности стоит отметить Селин Салетт и Жазмин Тринка, оказавшимися более чувственными и интересными.

    И пускай режиссура не блещет оригинальностью, крупные планы раздражают глаз, а музыка не всегда соответствует действиям, создавая неверный эмоциональный тон сцен, зато актрисы и их героини, создающие тот самый «цирк уродов» — печальных, весёлых и ущербных, стоят тех двух часов, потраченных на просмотр картины, с уверенностью перекрывающие все недостатки фильма, за это им мои аплодисменты.

    8 из 10

    4 января 2013 | 15:10

    Истошные вопли сотрясают драпированные стены элитного борделя — привязанная к кровати Мадлен бьется в конвульсиях и захлебывается собственной кровью. Свихнувшийся художник оставил лишь два штриха: два резких взмаха кисточки-бритвы навсегда изменили облик молодой куртизанки, даровали ей вечную улыбку злобной кариатиды, насмешливую и трагичную одновременно. И с этим уродством Мадлен придется не просто смириться, ведь карьера шлюхи обычно прерывается только у края могилы. В «Доме Терпимости» Бертрана Бонелло история «смеющейся женщины» стоит особняком, как и положено стоять любой из ряда вон выходящей истории. А среди прочих путан — все как на подбор простые судьбы, те самые маленькие трагедии больших городов, что встречаются в любое время. Кто-то рвется наружу, просит выпустить, другие отчаянно пытаются стать частью «семьи». Судьбы, изломанные борделем и им же выправленные, но никогда не счастливые, а с каждым новым годом все больше никчемные. И все это где-то на стыке эпох, на фоне больших перемен, которых не требуют, но совершенно точно ждут, вот только приведут ли они к лучшей жизни, никто не знает, лишь надеется на лучшее. Но зараза не выбирает, прошлое не стереть из памяти, и с каждым новым вдохом все ощутимее запах погребальной земли.

    «Дом терпимости» — это, конечно же, мир в миниатюре — сравнение, приходящее на ум еще при прочтении синопсиса. Бонелло вполне мог пуститься во все тяжкие грязного реализма, окунуть своих героинь по горло в жижу бордельной действительности, сосредоточиться на извращениях и низостях, обоссаных матрасах и облупленных стенах. Но скорость свободного падения тут ничтожно мала, а декаданс кроется не в декорациях, но в душах обитательниц дома. Изящная ширма благополучия ближе к финальным титрам становится совершенно прозрачной — искусственный лоск притона блекнет в сознании зрителя по мере того, как увядают одна за другой шлюхи, теряющие престиж в меняющемся мире. Бонелло же в некоторой степени хитрец, ведь ему хватает художественной силы для замедленной демонстрации упадка в среде, где взлет был лишь иллюзией, навеянной стремительным духом времени. Его фильм — это нарезка бытовых сценок, стирающий временные границы саундтрек, калейдоскоп обнаженных женщин, изумительных в своей естественности, где-то уже пустых, а где-то пустеющих, почти никогда не улыбающихся, а иногда плачущих навзрыд. Прекрасное пастельное полотно, под которым копошатся рвущиеся наружу черви порока. Парижа нет, он где-то за стенами. Вселенная шлюх и их безликих клиентов сжалась до старого особняка, но тут работают все те же правила, что и в большом мире. В мире, где есть место истинной ненависти и крепкой дружбе, а собственное уродство можно обращать в достоинство, изюминку, награду щедрому извращенцу и просто способ выжить.

    30 октября 2014 | 16:44

    Париж, рубеж девятнадцатого и двадцатого веков, дорогой бордель со взыскательной и приличной клиентурой. Красивые, хорошо и небрежно одетые девушки застыли в разнообразных позах, периодически перемещаясь от одного посетителя к другому. Кто-то играет в настольную игру, кто-то музицирует или поет, кто-то поднимается наверх в комнаты. Атмосфера непринужденна и расслабленна.

    Перед зрителем на протяжении всего фильма проходит череда жанровых, мало связанных сцен — Вечер в салоне, Взыскательный клиент, Клиент-оригинал, Утро, Приход новенькой, Клиент-маньяк, Прогулка, Купание, Опиум, Медосмотр, Сифилис, Смерть проститутки — список можно продолжать и дальше…

    Молодой нарождающийся двадцатый век где то там, за окнами, утопает в тусклом обволакивающем свете красного фонаря и вкрадчиво напоминает о себе приглушенными голосами посетителей, обсуждающих смутные и непонятные для девушек темы — дело Дрейфуса, открытие метро, возобновление олимпийских игр, новый роман Уэллса. Так через призму борделя украдкой демонстрируется срез эпохи.

    Распорядок в «доме терпимости» прост, ясно расписан и по своей четкости чем то напоминает устав военной части. Даже на вечерний «выход» в салон девушки выходят под закадровую музыку, чем-то напоминающую барабанную дробь. И клиентов и девушек камера рассматривает отстраненно, как бы через лабораторное стекло. Это женский мирок, мужчина здесь субъект, который вторгается извне, он может причинить боль, или развеселить, или выкупить и заплатить в долги, быть милым или злым, но исчезает он почти так же быстро, как и появился. И опять в кадре череда светлых или зашторенных комнат, заполненных одними девушками и их мечтами и заботами.

    Смыслы и идеи в фильме либо очевидны, как опадающий по лепестку в конце бутон розы или проститутка с разрезанным лицом, плачущая молочными слезами спермы, либо полускрыты. Но их и не хочется искать, слишком велик риск откопать очередной социальный или политический подтекст, которыми славится французское кино.

    Проще откинуться в кресло и насладится вереницей проходящих перед тобою картин, зарисовкой минувшей эпохи.

    7 декабря 2012 | 05:41

    Когда читаешь описание к «Дому терпимости» ждешь много чего увлекательного, особенно если примитивно ожидаешь интимных сцен и все тому подобное. В действительности фильм совсем не такой красочный и интересный в плане профессии о которой идет речь, моментами даже забываешь чем занимаются эти женщины, в кадре похоже что они ведут обыкновенную жизнь, занимаясь повседневными делами.

    В фильме нет четкой сюжетной линии, ну я ее по крайней мере не обнаружила. Все героини не выражены в плане индивидуальных характеристик, в полной мере не раскрывается характер и переживания девушек, они являются одним целым. Так же складывается ощущение что и мыслят они все одинаково, у них подавленное состояние и бедственное положение в котором они оказались в силу обстоятельств. Первая половина фильма проходит в замкнутом пространстве, мрачные тона перегруженной обстановки борделя, иногда мелькающие обнаженные тела, атмосфера конечно не столь радостная но наверняка передающая стиль той эпохи. В сравнении конечно с клиентами публичного дома контраст велик, веселые и распущенные клиенты смотрятся ярким пятном на фоне женщин которые должны ублажать их желания.

    Необычным является и саундтрек к фильму, более менее современная мелодия на фоне абсолютно другой эпохи, при том что за весь фильм не другого музыкального сопровождения. После себя фильм оставляет какую то недосказанность. С таким сюжетом можно было сделать фильм более выраженным, а так получается просто повествовании о жизни женского коллектива в публичном доме.

    6 из 10

    23 февраля 2015 | 15:07

    1899 год, в Европе расцвет «Прекрасной Эпохи», которая, однако, не слишком ощущается в элитном парижском борделе «Апполонида». События, имеющие место в действительности буквальной, не находят отражения в этом месте, где царит давно заведенный порядок и стоит своя атмосфера. Роскошная обстановка, дорогие платья, классическая музыка — все это служит лишь ширмой для дома похоти и разврата. И хоть, девушки, работающие в Апполониде, следят за собой и умеют вести высокие разговоры, на деле они, естественно, несчастны. Каждая из них лелеет мечту выбраться обратно во внешний мир, хоть призвания свое они выбирали самостоятельно, предпочтя быть проституткой, а не швеей, или прачкой. Вот и 15-летняя Паулин, не желая жить обычной жизнью, отправляет в бордель практически резюме, с рекомендацией от родителей и автопортретом. А пока хозяйка дома терпимости раздумывает об ответе, происходит трагедия, нарушающая привычный ход событий, и служащая отправной точкой повествования. Постоянный клиент, в порыве страсти, рисует на лице одной из девушек вечную улыбку перочинным ножом, превращая ее из просто Мадлен, в женщину, которая смеется.

    Проходит год — Паулин уже вовсю осваивается на новом рабочем месте, шрамы Мадлен заживают, а в борделе, как и во всем мире, наступает эпоха перемен. 20й век неумолимо надвигается, общество меняется на глазах, а услуги элитных проституток становятся все менее необходимыми, что делает их жизнь еще более трудной. Однако демонстрация внутреннего мира и переживаний куртизанок не являются той сутью, которую хотел передать зрителям французский режиссер Бертран Бонелло. Жизнь публичного дома — это лишь фирменный почерк, авторская стилистика, призванная стать фоном для чего-то более глобального и общедоступного. Смена эпохи, перемены в жизни людей, новые обстоятельства и жизненные условия, неизбежно возникающие в судьбоносный момент столкновения веков — вот главный лейтмотив «Дома Терпимости». Бонелло сталкивает своих героинь с безысходностью и беспомощностью, которую ощущал тогда, наверно каждый человек, чувствующий необратимые перемены, происходящие, что в социуме в целом, что в жизнях отдельных людей.

    И поскольку кино, как и многие другие виды искусства, часто строится на крайностях, облегчающих понимание и восприятие авторского замысла зрителем, декорациями для действия фильма был выбран публичный дом. Ведь на чьем примере, можно лучше иллюстрировать человеческую слабость перед чем-то глобальным и необъятным, как само Время? Исторически самый незащищенный слой населения, девушки, не знающие жизни, находящейся за пределами лживого и грязного мирка публичного дома, ставшего против их воли им родным. Вряд ли, какой-то другой пример был бы более показательным. Используя девушек и «Апполониду» как фундамент для основного посыла фильма, Бонелло тем не менее сделал все, что бы этот фундамент был как можно более прочным. Атмосфера, костюмы, образы девушек — все это проработано до мельчайших деталей, что не осталось без внимания кинопремий — «Дом терпимости» был номинирован на «Сезар» в номинациях «Лучшие костюмы» и «Лучший художник-постановщик».

    Не остались без внимания режиссера и личные переживания героинь, без которых, безусловно, картина вышла бы неполной. Проходящий, что через маски, что через изуродованное лицо Мадлен, символ потери личности, лишний раз подчеркивает потерянность и неприспособленность героинь фильма к жизни. Постоянные обиды и разочарование сменяются в девушках на слабую надежду, лишь после случайно брошенных очередным клиентом намекам на спасение. И все это, для того, что бы после вернуться обратно — к еще большим унижениям, а, после — к разорению, болезням и, в конце концов, смерти, как в стенах дома, так и везде за его пределами.

    11 июля 2013 | 19:25

    Бертран Бонелло упивается красотой. Он ест ее ложкой и она сочится у него изо всех пор. Бертран ищет ее во всем: в богатых интерьерах, винтажных платьях, в повороте головы, в совершенной обнаженности женского тела, в снах, в галлюцинациях. Сделав местом действия публичный дом, Бонелло не скупится на нелицеприятные подробности: сифилис, садисты-клиенты, наркомания, моральная изношенность жриц любви. Эдакая куприновская «Яма», в которую падают все новые и новые персонажи — женщины, продающие тело, и мужчины, покупающие его. Но вместе с тем режиссер далек от морализаторства. Он не судит, не разжигает страсти, не педалирует конфлиты. Он просто живописует утонченную, красивую belle epoque, рассматривая каждую деталь, каждую складочку платья, каждый завиток волос, смакуя с героями каждый бокал шампанского и вдыхая вместе с ними опиумный дым. Он погружается в фильм с головой, снимает этакую красоту по-французски, где в прекрасных салонах прекрасные дамы изображают европейских гейш (недаром в одной из сцен куртизанка наряжается в кимоно и говорит несколько фраз на японском), увеселяя мужчин не только телом, но манерами и разговором.

    Бертран Бонелло одержим сексом. Вызывайте экзорциста, он грезит им в каждом своем фильме. Секс, наркотики и музыка в стиле соул — вот рецепт его кинематографа. Сексом упивался Ив Сен-Лоран, о сексе был «Порнограф», о «Доме терпимости» и вовсе говорить нечего. При этом секс Бонелло имеет мало общего с эротизмом. Это некий эстетский процесс, в котором зверь о двух спинах выглядит скорее статуэткой эпохи Возрождения, а не чувственным актом любви или похотливым удовлетворением страсти. Куртуазные беседы, ручные пантеры, ванны с шампанским, драпированные шелком интерьеры — все это режиссеру интереснее, чем люди и отношения между ними. Говорят, что для фильма «Стеклянное сердце» Вернер Херцог гипнотизировал актеров, пытаясь воссоздать ощущение сна наяву. Бонелло не столь радикален, но определенный отстраненно-гипнотический эффект от его погружения в мир парижского публичного дома начала двадцатого века ощущается.

    Бертран Бонелло обожает ретро. Словно герой вудиалленовской «Полночи в Париже», он стремится сбежать в прошлое, дабы рисовать эскизы платьев с Сен-Лораном или развалиться на мягких подушках дома терпимости мадам Мари-Франс. В своем стремлении противопоставить красоту былого тлену современности Бертран даже идет на небольшое эмоциональное передергивание, выстраивая контраст между публичным домом 1900-х и ночными бабочками, ныне вылавливающими клиентов на обочинах оживленных трасс. Хотя в том же начале начале двадцатого века были не только элитные парижские заведения, но и портовые бордели Марселя, и, в общем, прекрасная эпоха была прекрасна лишь для тех, у кого есть деньги. Как, впрочем, и всегда. Однако Бонелло можно и простить это небольшое сиюминутное дурновкусие, ибо очевидно — он так любуется атмосферой, антуражем, женщинами, прическами, костюмами, аккуратно, словно Микеланджело, вылепливает каждый поворот шеи, каждое движение руки, так чувствует материал и так вдохновенно с ним работает, что с легкостью подминает все неловкие метафоры и сюжетные пустоты.

    «Дом терпимости» — это эдакий музейный экспонат, серия картин о жизни представительниц древнейшей профессии. Каждый вечер девушки наряжаются, наносят макияж и выходят в салон, где ожидают гостей. Жизнь закольцована в бесконечный круг, праздник не кончается никогда, вечный карнавал любви в роскошных интерьерах. Даже страсти тут кипят приглушенно, словно их скрадывают бархатные портьеры и маски. Самира, Клотильда, Жюли, Леа, Мадлен, Полин — молодые, красивые, уставшие, перегоревшие птички в золотой клетке, задыхающиеся в душной атмосфере пресыщенной роскоши. В какой-то момент им удается выбраться на пикник, и это схоже с глотком чистого воздуха, мимолетной передышкой перед новым заточением. «Дом терпимости» — это красота застывших форм, барочная эстетика, услада для глаз на протяжении двух часов. И все же после просмотра так приятно вернуться в свой несовершенный, но такой привычный XXI век.

    31 августа 2015 | 16:05

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>