поедем домой длинной дорогой
' - Он заканчивается плохо, да?
- О чём ты?
- Французский фильм
- Поэтому он такой особенный'
Честно признаться, от 'Миддлтона' ожидал проходного сюжета с небольшими вкраплениями магии чудесного актёрского дуэта. Давненько не доводилось так ошибаться. За декорациями банальной завязки скрывается совершенно восхитительная начинка горькой действительности. И дело даже не в том, что она перманентно ни разу не дольче, цимес в контрасте. В спуске с небес на землю. Когда ты знаешь, что будет гроза, и тучи уже вовсю нависают над твоим беспечным взором, но солнце ещё не успело скрыться. И оно так нежно ласкает кожу, свет становится таким непередаваемо особенным, и как бы не замедлялось время, хочется остановить его ещё хоть на мгновение. И, кажется, вот она жизнь, здесь и сейчас. Отчаянная попытка удержать, когда нет никакой возможности остаться в выцветающем с рождения снимке полароида.
Романтичность прекрасна тем, что знание заведомой предрешённости не ставит крест на возможности. Кто-то зовёт эту черту самообманом. Но вкус жизни, как тогда, ещё на чуть-чуть. Не просыпаться от сладкого забытья, даже если фанфары будут трубить у виска. Давать несбыточному шанс, наперекор здравому смыслу и списку пропущенных звонков за день. Может быть, тогда в пустых годах появится дыхание жизни, а не просто эхо существования.
Шёл по фильмографии Энди Гарсии и здесь такой приятный сюрприз. Совершенно скучная и обыденная история раскрывается изящной красотой, словно весенний тюльпан почувствовав теплоту пока ещё скупого солнца. И во всём этом такие знакомые ощущения. Драйв особенного человека. Искренние, полные изумления взгляды встречаются, будто ветры зарождающегося циклона. И они полны благодарности. За возможность прикоснуться вновь к опьяняющей иллюзии осмысленности. Словно вселенная сужается до крохотных размеров, переставая давить грандиозным пафосом, оставив счастливчиков мечтать об объятьях друг друга. Когда все извилистые пути и неудачные выборы вели именно сюда. Под фиолетовые шторы туч и солнце вышивает золотом по ним. А затем гроза, автомобиль мчится в тишине собственных мыслей. И даже в ней больше музыки, чем в шуме бесчувственно прожитых лет.