«Скотский хутор»
Случилось со мной форменное несчастье: отложив все дела, кинулся я посмотреть кинофильм «Жила-была одна баба»… А всё потому, что накануне видел по ТВ встречу с режиссёром Андреем Смирновым, где он рассказывал о своём творчестве и отвечал на вопросы. Сказал он несколько слов и о новом своём фильме, упомянув, что издавна шёл к созданию этого творения и сценарий начал писать аж тридцать лет назад, а содержанием должен был стать крестьянский мятеж на Тамбовщине под водительством Антонова.
Поскольку сам я родился и вырос на этой земле, я тут же загорелся посмотреть кинофильм. По случаю я оказался среди зрителей фильма «Жила-была одна баба» на Международном кинофестивале в Монреале. И должен был набраться адского терпения, чтобы вынести с самого начала сплошняком пошедшие сцены скотского насилия (Голливуд отдыхает!). Это ведь надо ещё суметь на сравнительно коротком пространстве кинодейства вместить столько грязи! Кое-кто из зрителей начал подниматься и покидать зал. При всём моём желании дождаться основных событий сделать этого я так и не смог: на показе очередного скотства в бане терпение моё иссякло – и я ушёл.
Во время оно в деревне на Тамбовщине двое подонков-насильников, хуже скотов надругавшихся над молодой крестьянкой, были бы схвачены и понесли бы заслуженную кару от общества. Уж не говоря о том, что сам по себе подобный случай был в старой деревне редчайшим и вопиющим (в кинофильме же это подано как норма).
А вот пример из жизни моего родного села. В первый год после революции – когда центральная власть ещё не владела тотальным контролем за жизнью провинции, – какое-нибудь чрезвычайное событие решалось на селе всем миром, на общем сходе. Случилось, например, тогда у нас разбойное нападение, и была вырезана семья зажиточного крестьянина. Схваченного злодея-главаря сход приговорил к смертной казни – четвертованию. Будучи подростком, мой отец видел эту казнь на площади при стечении народа.
Да, это было. Да, это вещи суровые, которые надо знать и помнить о них. Но не искажая истину, не лепя произвольно чернуху-порнуху для привлечения низкопробного зрительского интереса и дешёвой славы (а может, бедным киношникам захотелось в очередной раз поразить цивилизованный Запад, который и так уже, похоже, объелся и лубком, и примитивными поделками а-ля рюсс, и звероподобными персонажами из страны медведей?).
Но как же могу я судить о фильме, посмотрев лишь начало? Могу. Настаиваю на этом. Ибо увидел я осознанно говорящую преамбулу, перенасыщенную знаковыми эпизодами с намерением задать тон всему последующему действу, живописав скотскую жизнь как можно страшнее (и надо сказать, чёрное это дело вполне удалось), с тем чтобы это работало на основную идею. А о сквозной идее проговорился сам режиссёр, объявивший, что вся история пойдёт развиваться сквозь судьбу русской бабы (само название фильма, кстати сказать, тоже говорящее). Вот эта «основная идея» и уложилась на показе её жизни до 1914 года, а уж дальше, надо полагать, явятся лишь добавочные штрихи похожего свойства. Идейка-то, надо сказать, замечательная. Нет, это не та баба, что у всяких там Некрасовых коней на скаку останавливает… А та, которую пропустит через себя тьма оскотинившихся мужиков. Что ж, в народе нашем, как и во всяком другом, и скоты бывали. И ангелы тоже. Но в большинстве-то своём были нормальные люди. Но этакие банальности режиссёру не по вкусу. Вообще подобный подход к творчеству на материале народной жизни сильно напоминает так называемую шоковую терапию. Известно, чем она обернулась в экономике. В искусстве она не менее отвратительна.
Пьянства – такого, как это показано в фильме, – не было на селе в описываемое время. А было вот что: какой-нибудь одинокий пьянчуга вызывал дружное всеобщее осуждение и презрение. А уж до Первой мировой, чтоб так пили мужики, да ещё из горла (привет Голливуду!) огромной бутыли (видно, в фильме расстарались показать четверть, то есть бутыль, вмещающую четвёртую часть ведра, ёмкостью около 2,5 литра)?! Трудно обвинить в некомпетентности человека, который 30 (!) лет «работал» над сценарием. Вывод поэтому напрашивается однозначный: в фильме присутствует грубая и примитивная ложь. Почему?!
И вот, оценив во всей красе эту развесистую клюкву, приходишь к простой, как мычание, мысли: если бы в жизни селян уже в то время царила показанная «атмосфера бытия», то за последовавшие за этим сто лет с лица Земли исчезли бы не только такие селения, но и сам народ.
Этого не произошло, хотя кто-то, может быть, об этом и мечтал. Вот и село моё родное существует до сих пор. И подобных населённых пунктов в наших краях немало. Остановлюсь на том, что мне более или менее известно.
Как ни странно, даже в начале 40-х годов XX столетия в старом селе нашем (в статистическом справочнике Российской империи за 1863 год о нём сказано: «число жителей 3013 душ обоего пола, 397 дворов; еженедельные базары и три ярмарки в году», то есть в среднем около восьми человек на каждую семью), несмотря на все потрясения века, в жизни селян ещё не исчезли остатки домостроя. Могу судить об этом по семье моего деда, по семье его родного брата, двор которого был по соседству.
Мои дед с бабкой вырастили шестерых детей, у брата дедова было четверо. И ни один из этих десяти человек, рождённых в начале века двадцатого и ставших представителями нового, уже советского, поколения, ни один не прожил жизнь недостойно (среди них были: агроном, инженер, архитектор, художник, два военных лётчика, но в герои какой-нибудь киношки они попасть не сподобились). Разумеется, новая жизнь – одного за другим – выталкивала их из родного села, а уж грянувшая война и вовсе довершила дело: четверо сложили головы, защищая Отечество. А на сегодня и все остальные уже закончили свой земной путь. И не надо думать, что эти две семьи оказались каким-то исключением из сотен других большой деревни. Сельский народ наш всегда был разносторонне талантлив и в массе своей никогда не походил на сборище каких-то ублюдков.
Возникает резонный вопрос: а смогло бы описанное выше достойное племя вырасти в том грязном болоте, которое со страстью, заслуживающей лучшего применения, изобразил создатель фильма? Ответ напрашивается сам собой.
Жаль, что не изобретена ещё машина времени. Не то неплохо было бы «с культурной миссией» направить славного режиссёра для показа его шедевра в наше село в… 1909 год (как раз в этом году в селе была построена земством двухэтажная каменная школа).
В самом деле, совершенно непонятно, как же этот показанный Смирновым «скотский хутор» – после стольких испытаний! – выжил, победил в страшной войне и дожил до наших лихих дней?
75.9 тыс 
1.7 тыс