Венгеров — Карпухин
Эта лента может показаться заурядным сельским детективом. Автомобиль сбивает человека. Никто особо не хочет внимать в детали, ведь Карпухин, водитель автомашины, в недавнем прошлом привлекался к уголовной ответственности. Все понятно. Был пьян. Задавил мужчину. Сбежал. Точка. Ждем приговора.
- Карпухин, это человек, неумевший или нежелавший совладать со своей пагубной страстью, каждым своим действием, каждым своим шагом он нарушал... Карпухин виновен...
Даже молодая жена во время судебного заседания не выдержит - 'Ты же обещал....'. Думаете, что это останется без внимания судьи и присяжных заседателей?
'(Следователь:) Не пьет только сова. А знаете почему? Днем она спит, а ночь магазин закрыт'.
Но прежде нам покажут молодого следователя, который стремится выяснить все нюансы. Достаточно быстро он понимает, что личное дело Карпухина не так уж и очевидно. Герой войны лишь по случайности попал под раздачу и получил срок. Да и совсем не очевидно садился ли он за руль пьяным.
'Некоторые факты, кажущиеся бесспорными, такими бесспорными сейчас не выглядят. Был ли он действительно пьян?'.
Так мы переходим к стадии судебного заседания. Портреты судьи, прокурора и присяжных не внушают особого оптимизма. Все уверены, что Карпухин виновен. Да и заниматься всем этим никто уже и не желает. Однако Венгеров показывает нам, что может сделать обоснованное сомнение одного человека.
Тем самым, как это не парадоксально, критикуя систему нам показывают ее эффективность. Да... следователь был неопытен. Да... прокурору, так и вовсе кроме своего здоровья ни до чего остального не было дела. Да... судья, кажется уже все решил. Да... один присяжный признается, что пьет, но с оговоркой, что по праздникам, а другая, так и вовсе соглашается во всем со следователем. И тут есть замечательный авторский ход. Режиссер допускает, чтобы зритель экстраполировал и даже допустил как репрессии, так и маховик судебных ошибок. Но ведь нам рассказывают о решениях системных!
Так что в части реалистичности и оптимизма лента 'Карпухин' удивительным образом оказывается глубже и острее известных '12 разгневанных мужчин'. Лента бросает вызов некоторой части советского общества, уверенной в 'бездушных тисках судебной машины'. В том же 'Вокзале на двоих' у героя нет шанса на выяснение всех деталей. Формально виноват - в тюрьму. А Венгеров допускает, что все гораздо сложнее и неоднороднее.
'Вы что же следователю не доверяете. Следователь ознакомился, расследовал квалифицированно, а вы не доверяете? Я доверяю следователю'...
Если в смысловой составляющей - это шедевр, то в вопросах визуальных лента более, чем скромна. Нет особой изящности в постановке планов. Невыразительна и игра света. Зато нет никаких нареканий к актерским работам. Каждый артист подобран ровно на 'свое место'. Даже Людмила Гурченко блеснет в небольшой роли заболевшего прокурора Николая Еременко-ст.
9 из 10