всё о любом фильме:

Фауст

год
страна
слоган-
режиссерАлександр Сокуров
сценарийЮрий Арабов, Иоганн Вольфганг фон Гёте
продюсерАндрей Сигле
операторБрюно Дельбоннель
композиторАндрей Сигле
художникЕлена Жукова
жанр фэнтези, драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в России
зрители
Россия  100.2 тыс.,    Италия  87.1 тыс.,    Франция  60.4 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
релиз на Blu-Ray
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время140 мин. / 02:20
Сюжетной основой является первая часть поэтической драмы Гете, где повествование, в основном, строится на любовной линии Фауст-Маргарита.
Рейтинг фильма
IMDb: 6.70 (4011)
ожидание: 90% (1197)
Рейтинг кинокритиков
в мире
63%
19 + 11 = 30
6.4
в России
100%
14 + 0 = 14
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • «Фауст» является финальным фильмом тетралогии: «Молох» — «Телец» — «Солнце» — «Фауст».
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 1054 поста в Блогосфере>

    ещё случайные

    «Фауст» — громкое название вечного романа. Фильм режиссера Александра Сокурова и сценариста Юрия Арабова, при чем, оценить их вклад в процесс, в процентах кощунственно и невозможно, оба гениальны. Кино входит в серию фильмов о власти, но «Фауста» можно легко смотреть даже не подозревая об этом факте.

    Причудливое путешествие во времени и перенесение зрителя в эпоху непонятия, абстракции, какой-то иллюзорности и дикого средневековья. Смотрится это все абсолютно нестандартно, умышленно интересно и безумно объемно реалистично на прямую безо всяких тайн и загадок. Картинка наполнена фантастическими кадрами и необъяснимыми планами, плавающая камера снимающая абсолютно нестандартно и эффектно. Игра цвета тени и преображение какой-то монотонной палитры цветов, буйством красок и красот пейзажа — все это обескураживает и оставляет врасплох любого зрителя, неожидающего такую полноту и плотность кадра и действия.

    Отрывок жизни из вечного и важного произведения Гёте. Жизнь доктора Фауста проста и бесхитростна, он целыми днями на пролет делает все что бы узнать, где находится душа у человека исключительно из научного, профессионального интереса, который перерастает в смысл жизни и предопределяет дальнейшее его существование. Душа не находится в пятках, не находится во внутренней полости и это сильно угнетает, злит нашего героя. Почему он великий доктор Фауст не может узнать и понять, что такое душа человека и где она спрятана. Но нужно ли знать. При встрече с Мефистофелем, герой пускается в самые потаенные уголки своего внутреннего мира, изучает себя, воспаряет и становится могущественнее, мудрее, богаче и хитрее, а все ради одного — своего желания познать душу человека, знаниями о бытие, о смысле жизни и в конечном счете о возможности стать сверхчеловеком, преодолевшего все земные барьеры, построенные моралью, принципами, нравственностью, религией, ценностями, мудрым разумом, которые на самом деле, наполняют наш внутренний мир и создают общественную/индивидуальную гармонию человека. Свободный и раскрепощенный, доктор ищет больше, больше и больше власти, он переступает через трупы, по ницшеански раскрепощается и фактически сам становится одержимом Демоном куда сильнее, чем сам Мефистофель.

    Убийство, обман и все пороки освобождают (или затмевают) разум Фауста, он уже не хочет малого, он хочет всего и сразу. Но он не знает, какую цену ему придется заплатить, что его ждет в дальнейшем и сможет ли он пойти до конца.

    Фильм абсолютно для всех, каждый зритель найдет в нем что-то свое, а может и выключит на первой минуте. Лента, после просмотра которой, мне с охотой пришлось пересмотреть его и переосмыслить. Фильм, который не выходит из головы до сих пор, фильм, который влияет на восприятие жизни и облачает всю праздничную мишуру бытия в абсолютно бесполезное времяпрепровождение.

    Одиночество и темнота ждет слепца доверившегося Мефистофелю. Именно эти награды получит опустошенный и обманутый Фауст, слабый и искушенный.

    Философские рассуждения Сокурова/Арабова/Гете в наше современное время смотрятся воистину прекрасно. Мефистофель в образе ростовщика — бесполого, отвратительного, мерзкого, скользкого — это потрясающая метафоризированная образность современного буржуа. Ведь совсем не давно, ростовщичество было богохульным деянием, отвращаемым обществом. А сейчас все мечтают быть похожими на них, быть ими и восхвалять их. Одержимый телец правит нашим миром, нашими разумами и душами.

    Фантастический Александр Сокуров расскажет нам свое видение и объявит миру свои мысли, рассуждения по средством закадрового голоса. Великолепнейшая работа оператора Брюно Дельбонель, каждый пишет о нем только восторженные отзывы, но я не буду не таким. Он восхитителен и прекрасен, поражающий красотой своего мастерства.

    Отличные актеры. Особенно сам Фауст Йоханес Цайлер и демон Антон Адасинский. Отлично воплотили свои роли, составили великолепный дуэт. Понравилась и красотка Изольда Дихаук.

    Философские рассуждения о власти, причинах её зарождении, о слабостях человека, о смысле жизни и конечно, об одиночестве и тьме, которая ждет Фауста и всех героев тетралогии неизбежно. Шедевр, меняющий мир, хотя бы кого-то.

    Осталось только посмотреть.

    10 из 10

    13 апреля 2014 | 01:05

    Благодаря глубокому высказыванию одного гениального до безумия немецкого философа некоторые обитатели земного пристанища усвоили, что если долго и пристально вглядываться в бездну — вдруг понимаешь, что бездна, в свою очередь, так же внимательно всматривается в тебя. Взгляд у бездны острый, цепкий, холодный и зловещий. Поэтому играть в эти игры — занятие рискованное для физического и в особенности умственного здоровья. Стало быть, не вызывает особых сомнений, что необходимо обладать незаурядной выдержкой, чтобы нырнуть с головой в природу мистического, погрузиться в бескрайние пределы небытия и тёмной материи, которые нагоняют суеверный страх на обывателя, тем самым защищая его хрупкую психическую надстройку от столкновения с бесконечной недремлющей пустотой. Недавнее творение Сокурова — это именно тот самый ницшеанский взор, устремлённый в глубины непознанной зияющей пропасти между сознательным и бессознательным, рациональным и иррациональным, человеческим и сверхчеловеческим.

    Сокуровский «Фауст» — это факт искусства. Факт объективный и состоявшийся. Заявляю это твёрдо и без тени сомнений. Недоумевающим по сему поводу ненавязчиво рекомендую проследовать в библиотеку (можно и электронную) и жадно насыщать свой алчущий знаний разум. На базе классического произведения мировой литературы создан абсолютно самостоятельный культурный феномен, обшитый вереницей художественных символов с двойным-тройным смысловым дном, усыпанный плеядами логических дилемм, не имеющих однозначного разрешения, обрамлённый виртуозным техническим, игровым, музыкальным и операторским воплощением.

    Ключевым для постижения художественных аллегорий «Фауста» является понимание языка картины и самонастройка на нужную волну восприятия. Обилие ребусов и бурное течение невольно возникающих реминисценций на упомянутого выше Ницше, Шопенгауэра, Фрейда и, как ни странно, Достоевского с первых минут отсеивают случайных зрителей, оставляя у экранов лишь тех, кто ставит перед собой философские вопросы и ищет на них тонкие нетривиальные ответы, то есть мизерный процент кинолюбителей.

    Картина выполнена в цельном авторском мутно-зеленоватом стиле, а таинственный символизм кадра возведен в квадрат, а то и в куб. Разгадка сокуровских кодов, улавливание намёков и полунамёков сюжетных перипетий, разглядывание затейливых образов Гёте, переиначенных и переосмысленных на самобытный манер, позволяют в финале выстроить основательную, ветвистую концепцию о моральной метаморфозе человеческой натуры, которую логично было бы назвать: «Диалектика перерождения человека в сверхчеловека».

    Зная предысторию создания ленты, несложно догадаться, что «Фауст» существует в неразрывном сиамском единстве с ранними псевдобиографическими новеллами Сокурова о мистерии власти. Но именно история падшего доктора расставляет все точки над i, превращая трилогию про фюрера в зените могущества, умирающего в мучениях вождя мирового пролетариата и императора-солнце, срывающегося с пьедестала, в законченную слитую в одно целое четырехгранную заостренную конструкцию, разрубающую гордиев узел недосказанностей и вероятностных мыслей о том — что есть власть и что представляет собой существо, наделённое высшей властью.

    В человеческом обществе бал правит добровольное грехопадение. Сатана лишь даёт короткие подсказки — указывает тропу к пороку. С чёртом-ростовщиком охотно взаимодействуют беспечные мещане и благодушный жрец культа христова, принимая от него деньги и оставляя взамен частицы собственного естества; женщины в стиральном зале завороженно внимают искушающему их левиафану, одаривая его похотливым смехом. Мир скучен во грехе и дьяволу тоскливо возиться с порочным и примитивным в своих желаниях людским муравейником. Его занимают масштабные натуры.

    Голодный профессор, далёкий от страстей обогащения и впитывания сиюминутных радостей бытия, полжизни отдавший на изучение природы homo sapiens, познавший её в совершенстве и решивший для себя, что души нет, обращается к демону с прозаической просьбой — ссуды средств на пропитание. Но получает взамен нечто совсем иное. Шанс пройти путь от человека до демиурга, отринув химеры глупой иллюзорной морали и эфемерной перспективы спасения души, которой, как он выяснил, не существует. Для этого необходимо совершить три надругательства над заветом божьим: убийство, первородный грех и предательство.

    Убийство с лёгкой руки Мефистофеля совершается играючи и шутя. Метания Фауста перед учинением второго преступления — это следствие сложной внутренней борьбы с собственной совестью, которая ещё теплится в теле одержимого низкой страстью доктора. Овладение Маргаритой, осквернение невинного и чистого создания, сохранившего первозданную непорочность, это водораздельная черта, истощающая в дерзком учёном остатки того высшего промысла, который делает человека тем, кто он есть. Частицы невидимой и неосязаемой души, которую невозможно узреть в окоченевшем подопытном трупе.

    Самое страшное извращение сути божественного творения — это грех преданного доверия, преданной любви. Принимая решение покинуть Маргариту, Фауст теряет человеческую душу, вверяя её тёмным созданиям чистилища. Душа, сворачиваясь в липкий комок, охваченная демоническим уродством, преобразуется в иную субстанцию — всесильную и беспощадную волю земного Молоха. Молох топит в гейзерных потоках духовные угрызения, как ненужный атавизм, хоронит под грудой камней мнимые предрассудки о грядущем низвержении в адское пламя — и уверенно карабкается к альпийским вершинам. Всё дальше и дальше, выше и выше. К скипетру и владычеству.

    Бес истерически хнычет и подозрительно хихикает, заваленный булыжниками. Молох победоносно забирается на гору. Искушённый зритель снова задаётся вопросом — в чём сущность власти? В имморальной потребности обладания и болезненной одержимости идеей господства. И в том, что она точно не от Бога. Потому что Бог умер.

    15 апреля 2012 | 20:13

    С художественной точки зрения фильм действительно Сокурову удался. Он как немецкий живописец XVI века, подражающий Дюреру, Альтдорферу или Кранаху Старшему, но сохраняющий собственную самобытность (так сказать, собственный стиль в духе эпохи), при этом диалоги и монологи авторства Арабова литературно хороши и остроумны. Однако главный недостаток фильма в том, что идейно он остался в дискурсе того же XVI века, а то и более ранних веков. Изменив идейный мир «Фауста» Гёте, авторы фильма создали историю о человеке, который не верит в Бога, занимает себя делами насущными (наука и вышивание здесь одно и тоже), зато как будто бы верит в чёрта, однако не найдя поддержки и в нем, устремляется в своей абсолютной свободе «дальше, дальше и дальше»». Однако, по мнению авторов, это свобода ледяных безжизненных пустошей.

    Арабов в своем интервью утверждает, что «картина о разрыве современного человека с метафизикой», сиречь Богом. После чего он, человек, должен ощущать абсолютную свободу, ведущую его в ледяные пустоши. Но как ненавязчиво авторы уравнивают вышивание и науку, также ненавязчиво они завязывают всю жизнь человека на бесплотной патерналистской фигуре Создателя. Это тот гвоздь, который торчит в стене религиозной традиции и на котором висит всё человеческое: от этики и аксиологии до любви и брака. И вроде бы стенка уже крошится давным-давно, но такие, как Арабов и Сокуров, продолжают вбивать туда этот гвоздь. Авторы фильма продолжают вещать о проблеме богооставленности или богоотступничества с абсолютистской позиции, онтологической, т. е. для них, в том-то и дело, «Фауст» не метафора. В этих координатах кроме Бога придать смысл жизни человеку нечему, и, мол, нет у него, человека, другого цензора, других рамок кроме «божьего страха». И болтается этот человек по пустошам, потеряв всякие смыслы и цели, и готов он обратиться то «молохом», то «тельцом», то «солнцем», то «фаустом». Поэтично, не будь создатели «Фауста» столь серьезны, столь буквальны…

    Сегодня, как мне кажется, «проблема Бога» это проблема, которая решается методами интроспекции и анализа религиозной традиции. Метафизические (субстанция души, атрибуты Бога и т. д.) и чисто религиозные (ритуалы, молитвы, Церковь и т. д.) методы явно сдали позиции. Более того, часто можно услышать разговор о Боге как об эдаком экуменическом «personal Jesus»: Бога не определяют, не описывают, но и не собираются выпускать за границы своей «Внутренней Монголии» (к вопросу об интроспекции). Более того, о Боге более или менее внятно говорят только в терминах этики: хорошо/плохо. В этом контексте проблема утраты веры это не проблема экзистенциального кризиса или просто метафизики, как заявляет Арабов, это, как мне кажется, проблема языка и люди это интуитивно чувствуют. Предположу, что пока у человека не будет другого ПРОВЕРЕННОГО языка, он не сможет говорить более или менее ясно о себе, добре, зле, прекрасном, любви и смысле жизни. Ведь поставь вопрос о Боге чуть серьезнее, чем границы жизни человека и его сознания, т. е. в онтологическом ключе, то столкнешься не с проблемой истинности или ложности ответа, а с бессмысленностью вопроса. Во всяком случае, говорить об этом невозможно, об онтологии Бога можно только молчать.

    По этим причинам содержательного диалога с «Фаустом» не получается, по крайней мере у меня. С авторами мы находимся уж больно в разных системах координат.

    21 августа 2013 | 18:19

    Недавно я посмотрел новый фильм Сокурова Фауст. Да, должен сказать, что фильм весьма хорош. И мне прекрасно понятно, почему эта картина завершает «тетралогию власти» Сокурова.

    Если в предыдущих трех картинах говорится о конкретных исторических примерах, то в Фаусте рассказывается о самом принципе. Символически показан генезис воли к власти, генеалогия мотивов, ведущих человека к созданию кумира абсолютизированной самости. На этом пути человека сопровождает некий даймон — несовершенная, но все же сверхъестественная проекция этого воления.

    Говоря об историчности трех предыдущих фильмов тетралогии надо сказать, что они все же не совсем исторические. Сокуров снимал их скорее о самом себе. Историческая личность здесь условна и выполняет лишь роль специфической линзы, которая помогает и автору, и нам вглядеться в сокровенные, наиболее темные уголки души, где возможно уже вызревает новый локальный Молох, Телец и т. п. Это очень страшные фильмы. Но пугают они вовсе не спецэффектами, а ужасающей логикой, некой рельефной характерностью событий, персонажей и т. п. — т. е. собственно тем, что поначалу выглядит комичным, гротескным. Но ужасает не гротескное угасание, деградация, интроверсия героев. Ужасает не сам гротеск, а именно понимание того, что за этой ширмой скрывается чудовищный оскал невообразимой и непередаваемой бездны.

    Итак, в Фаусте отображен сам принцип потакания даймону, служения идолу самовластия и вся тщета этих действий. Но парадоксальным образом(в книге Гёте это описано несколько иначе) Даймон-Мефистофель способствует изживанию у Фауста этой страсти к власти и выталкивает того в горние эмпиреи. Таким образом он действительно является «частью той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». В фильме содержится невероятное количество психологических нюансов, которые можно разбирать и интерпретировать сколь угодно долго, но лучше, конечно, посмотреть кино.

    Я думаю, что фильм этот почти что на уровне Меланхолии Триера. Фауст также блещет красотой натурных сцен, вниманием и даже эстетизацией деталей человеческого быта и тела. Плюс ко всему, я вынес из фильма объяснение моих душевных бед, любовных переживаний и разочарований, а это значит, что я и Сокуров смогли найти своеобразное лекарство, решение. Фрагменты тетралогии сложились воедино.

    17 марта 2012 | 13:51

    Итак, «Фауст». Все мы читали в школе великую драму Гете, потом мы его благополучно забывали, но годы спустя многие заново открыли для себя это произведение классической немецкой литературы, подобно тому как открываются перед нами, более зрелыми и сумевшими уже многое увидеть и понять, романы Достоевского и Гоголя…

    «Фауст» не даром считается квинтэссецией духа всей западной цивилизации. Это история о неумеренной жажде познаний и богатства, история о бунте западного человека против Бога, о попытке подчинить себе природу и всю планету вцелом. Доктор Фауст — это искатель, учёный, мистик, пассионарий, маргинал и величественный в своём одиночестве эгоист и романтик. Но эгоист, мечтающий о знании — и готовый дать его людям… я не буду говорить здесь о исторической обусловленности романтизации в то, да и в наше время тоже, Фауста, Прометея, а также того, кто дал некогда Фаусту силу и исполнял его капризы. Главное в другом. Фауст — это воплощённый дух самого Запада. Точнее, последних его 5-6 веков… А одной из особенностей западной цивилизации был и является европоцентризм, когда западная цивилизация объявляется цивилизацией универсальной, а западноевропейский путь развития — единственно верным для всех народов Земли. Это было сказано ещё до Гегеля, и не на Фукуяме закончится. Всё это необходимо помнить, ибо фигура Фауста для Запада — это примерно то же самое, что образ Прометея для античной Эллады. Но вернёмся же к фильму Сокурова.

    Фильм начинается с показа покрытых лесом невысоких гор, мы как бы приходим в этот мир, проникаем в него на высоте птичьего полёта… А потом сразу и крупным планом показывают мужской член. Показывают его отнюдь не мельком, а затем от пениса переходят к показу всего остального. Ага, а ведь это же мёртвое тело некоего мужчины, и это тело вовсю потрошат два жаждущих познания адепта науки — собственно сам доктор Фауст и его ученик. Сам процесс вскрытия показан весьма и весьма неаппетитно, все эти кишки, печень и т. п. … Опять же, задумка режиссёра здесь вполне понятна и в принципе правильна — ибо доктора должны знать как именно устроено человеческое тело. Другое дело, как это всё показано на большом экране… Как показано — и ещё со словами Фауста о том что вот душу-то он никак найти так и не может…

    Сокуров в своём фильме представил на суд публики совершенно новых Фауста и Мефистофеля. Его Фауст — это человек, в котором злой внутренний мистер Хайд довольно легко и быстро побеждает добрую половину мистера Джекилла, его «чёрный человек», с радостным криком ринувшийся на свободу… Вместо духа тьмы Мефистофеля мы видим сгорбленного ростовщика, морального и физического уродцы, чуть ли не карлика. Нет в нём почти ничего демонического — но он страшен. Он словно пришёл на большой экран со страниц то ли рассказов Гофмана, то ли повестей Брэдбери, злой карл, человек осени… Да, битва за человеческую душу идёт в каждом сердце и ведут её ангел и демон — но ищущий чего-то, непонятно чего Фауст в конечном итоге фактически занимает позицию «я душу дьяволу отдам за ночь с тобой» — и уже нет в его падении ничего титанического. Зато зов плоти и боязнь последствий совершённого им убийства показаны хорошо. Как хорошо и то что обнажённая женщина на этот раз показана живой. Хотя особой красавицей Маргариту явно не назвать.

    Да, можно увидеть в этой картине перекличку с известными работами таких мастеров европейского и общемирового кино как Бергман и Пазолини, но не всё так просто. Ибо если в «Фаусте» можно найти мотивы как «Декамерона» и «Кентерберийских рассказов», так присутствует в нём и дух «100 дней Содома», ибо герои картины Сокурова порою просто наслаждаются грязью (как в прямом, так и в переносном смысле), копошатся в ней подобно червям; мотивы же поиска Бога и смысла бытия, характерные для лучших работ Бергмана (в первую очередь для его знаменитой «Седьмой печати»), мотив бунта против Бога показаны как никогда приземлено. Ближе к финалу мы видим почти прямые отсылки к «Седьмой печати» — но нет в «Фаусте» ни очистительного катарсиса, нет в нём и вечной победы жизни над смертью — скорее возникает ощущение что паук пожрал паука… и ещё холод и тлен.

    Фильм Сокурова действительно европейское в самом полном смысле кино. Но нет в нём, невзирая на используемый режиссёром текст Гёте, нет в нём никакого прорыва, нет глубин бунта и покаяния, как нет и не может быть прощения. Ибо для либерального интеллектуала «Бог умер!» уже очень давно. И то, против чего бунтовал и к чему в то же время стремился в своих фильмах сын шведского пастора, для нашего соотечественника-космополита всего лишь серость и тлен. И если старый рыцарь-крестоносец, великолепно сыгранный более чем полвека назад Максом фон Сюдовым всёж получил в свою последнюю минуту земное причастие и понял что жил и умирал он не зря, то сокуровский Фауст просто уходит вдаль. Человек, фактически ставший воплощением тёмных сил. Плоть от плоти европейской/западной цивилизации, дитя осени «тёмных веков», Ренессанса и Просвещения, отдавший свою уже ненужную ему душу за материальные блага и силу исполнять свои похоти…

    В Сокуровском фильме нет Добра. Есть в нём Зло — а вот Добра как-то и не заметно. И именно поэтому и проиграл свою битву человеческий титан Фауст, и проиграл он её не сколько уродливому ростовщику, сколько самому себе, своим слабостям и страстям. Ибо если «души нет», «Бога нет» — то действительно «можно всё».

    Итак, налицо тёмный как в прямом, так и в переносном смысле фильм. Фильм гениальный — но это уже какая-то болезненная гениальность. И в финальной сцене невольно возникает чувство что из лабиринта скал выбирается на дорогу не только познавший и испытавший многое человек, но и некий древний орк или йотун, злой великан сумрака…

    Резюме: «Фауст» Сокурова снят на стыке мастерства и гениальности режиссёра-художника, он отличается просто блестящей актёрской игрой — но оставляет по себе крайне неоднозначные впечатления. И дело не сколько в нескольких крайне неаппетитных сценах, показанных в фильме. Дело в совсем другом. Для героев этой картины просто уже не будет рассвета… слишком уж остро чувствуется угасание жизни, затягивание её словно паутиной, её угасание…

    Сугубо на любителя.

    7 из 10

    13 марта 2012 | 08:46

    Фильм начинается с демонстрации самым что ни на есть крупным планом, гениталий мертвого мужчины. Я думаю, это исчерпывающее описание, дающее понять что за картина перед нами. Голая жесткая правда в чистом виде, это наш мир без прикрас, мир полный порока, грязи и крови, такой какой он есть на самом деле.

    Во время просмотра лично мне бросалось в глаза обилие красноречивых фраз и чуть ли не по каждой из них можно было бы написать отдельную «рецензию».

    Довольно-таки забавно было наблюдать эту картину в 4:3 в 2012 то году. Но, скажу честно, это лишь приумножило свойственное фильму Сокурова обаяние, в таких случаях принято говорить «старая школа». Приятно осознавать, что в эпоху столь ненавистного мною 3D, выходят такие фильмы.

    Не скажу что до конца понял посыл фильма, но спустя несколько дней после просмотра его в кинотеатре, возникло стойкое желание пересмотреть его ещё раз, чем я собственно и занялся незадолго до написания этого текста. Во время повторного просмотра многие детали стали намного яснее и понятнее, как например то что фильм дьявольски многогранен, но говорить о нем что-то конкретное довольно-таки тяжело. Книгу я, увы, читал давно и к моменту просмотра практически ничего не вспомнил. Но могу точно сказать, что каждый подчеркнет из фильма что-то особенное именно для себя, поэтому могу посоветовать это кино любителям подумать и «погрузиться» после просмотра.

    Трудно выставлять оценку такому кино. С одной стороны, это вроде бы даже и не кино вовсе, с другой же — такой кинематограф намного ближе к искусству, чем многое из того то что даёт нам киноиндустрия в последнее время. Поэтому ограничусь нейтральным отношением.

    7 из 10

    3 марта 2012 | 22:17

    Есть слова, которые звучат сами по себе, придавленные собственной славой и грузом возлагаемых надежд (все-таки это ужасно тяжелая штука, чтоб вы знали). Так было (и будет) с великими произведениями. Так было (и, конечно же, будет) с победителями известных кинофестивалей. Так было, есть и будет с «Фаустом» И. Гёте.

    Уж как его только не мурыжили со всех сторон! С одной бока пристроились киношники и театралы, с другого — критики и переписчики, даже пражские гиды вовсю показывают падким на мистику туристам «знаменитый дом знаменитейшего Фауста»…

    И вот перед нами новая экранизация авторства нашего соотечественника Александра Сокурова. Мало того, что снято по мотивам Гёте, так еще и фильм получил венецианскую премию. Чего же ожидать простым зрителям, незнакомым с предыдущими частями из тетралогии? А вот чего: квадратного, нестандартного ныне изображения, одноголосой озвучки, наложенной на бойкую и прекрасно различимую немецкую речь. Первые кадры же словно специально сделаны для нейтрализации определенного типа людей: так, уверенно и стремительно Фауст вынимает из трупа двухнедельной давности сердце, а следом за ним и веер из кишок (нам медленно и тщательно показывают труп, соседи, жующие чипсы, давятся.).

    Сам Фауст при этом не морщится, а лишь пытается найти душу в трупе и… не может. Весь фильм он пытается найти то, чего нет: то деньги, то смысл жизни. Он как Дон-Кихот, борющийся с ветряными мельницами, только вместо мельниц у него власть, которая одерживает верх. Без веры, без цели, Фауст не свободен: душа его томится. Власть порока, похоти захватывает его, и он, тонущий в ней, бессмысленный и не желающий с ней бороться, поддаётся ей. Загадочный ростовщик помогает ему и всячески сбивает с толку, уводит куда-то в сторону и, в конце концов, предлагает продать Фаусту то, во что он не верит: душу, в обмен на ночь с Маргаритой…

    При этом в главной роли не только персонажи. Вместе с ними главенствуют и истертые ступеньки немецкого города, каменные давящие стены, умирающий лес, в котором Фауст гулял с Маргаритой, цвета — зеленые, темные, подводные, символы — безумные и мрачные (свиньи вперед покойника, толпа и человек в ней, пр.), яркий и такой непривычно теплый свет, вмиг делающий Маргариту похожей на ангела, но развращающий Фауста…

    В итоге получился яркий, давящий и затягивающий водоворот. Он всё меняет, сносит и выворачивает наизнанку. Зритель тонет в этом потоке, погружается на дно вместе с Фаустом и ищет ответы на извечные вопросы, задавая их своей душе. И тоже меняется. Ведь Фауст все-таки нашел, то, что искал, и его крики «Вперёд! Вперёд!» эхом отдаются в сердцах зрителя, оставляя за собой горькое послевкусие надежды.

    17 февраля 2012 | 20:30

    Впечатление от «Фауста» осталось неоднозначное.

    И дело вовсе не в том, что я сугубо впечатлительная, эмоциональная особа, которая падает в обморок при виде крови и, простите, внутренностей из людей вываливающихся. Я же только за, друзья мои, но только в том случае, когда это ОБУСЛОВЛЕНО.

    Возможно, это я настолько поверхностна и необразованна, что не могу оценить величайший гений Сокурова, но у меня как у его зрителя, на которого собственно всегда и направлена работа художника, осталось дурное послевкусия пустоты. Как будто меня два с половиной часа водили «вокруг да около», завораживали прекрасной атмосферой и приятными цветами, а потом обманули, жестоко обвели вокруг пальца.

    В общем, красиво, элегантно и крайне атмосферно. Приятно смотреть, покуда из людей не вываливается их составляющее, конечно. Но вот ужасное впечатление того, что картина — кич, не проходит.

    Внешняя сторона невероятна, будто по малейшим крупинкам собирал Сокуров свое детище. Фоновое оформление, актерская игра, звуковое сопровождение — на высоте. А внутренняя сторона либо потерялась, либо слабеет под всем этим натиском метафор и аллегорий. Но где душа? Когда она робко проскользнет из под своего яркого обрамления?

    Спасибо.

    Спасибо за то, что я вернулась к излюбленному мной Гете.

    24 апреля 2012 | 23:36

    Фауста конечно все читали, поэтому сюжет известен. Хотя все-таки этот фауст сильно разбавлен Гоголем, а именно гоголевским чертом — жалким, больным, который ничего не может дать и вообще ничего с человеком не может сделать, только наврать, запутать, заморочить — ну так он лжец всегда и был.

    А фильм прежде всего о свободе, о том насколько много решает человек, и о том, что человек соразмерен Богу и ему мало всего, что в мире и даже самого себя со своей наукой, фантазией и прочим — тоже мало. Поэтому и поработить человека ничто и никто не может, пока он сам этого не захочет.

    Финал фильма при первом просмотре вдохновил, как это нужно современной культуре — вспомнить о достоинстве и величии человека, кинематограф тоже засмотрелся на падение человека, на его несчастность, глупость, страстность, и это внимание, сочувствие, жалость ко злу и отклонению — гнилой гуманизм и плохой источник вдохновенья, нужно именно как в финале — закидать черта камнями и пусть лежит — плачет.

    А Фауст пойдет дальше — быть может выше, а есть ли гарантия, что не пойдет в начало тетралогии — строить светлое будущее в отдельной стране.

    И однако, так ли прост черт? Вот и нет. На выходе мы получаем вовсе не благородного героя, а обычного сверхчеловека — ни любви, ни совести ни жалости. Тут и черт уже не нужен.

    И ракурс сразу меняется — Фауст и не искал никогда ни истины, ни Бога, он искал власти, только сначала пробовал научным путем. Но наука не дает свободы, а только законы. А рецепт черта прост — зачем искать? — просто не считайся ни с кем и ни с чем. Да, так человеку жить нельзя, значит лучше перестать быть человеком.

    На примере Фауста Сокуров раскрывает смысл власти как забвения — презирать жизнь, наплевать на людей, отречься от любви, забыть про совесть и на выходе — готовый сверхчеловек, вскоре он будет строить дивный новый мир на человеческих костях, т. е. к началу тетралогии.

    10 из 10

    7 июля 2012 | 01:25

    «Несчастливые люди опасны» (с)

    Мой «Фауст» в изложении Марло, Гете или Манна так окончательно и не состоялся. Поэтому я шла на показ в надежде узнать, чем же там все окончилось, плюс — оценить Сокуровскую вариацию, в которой, как всех убеждает режиссер, мало самого Гете.

    Оговорюсь сразу, что фильм не стоит смотреть больным/слабонервным/людям в депрессии/беременным/разочарованным/искателям романтических картин и т. д.

    Да, несмотря на изначальный запашок «Парфюмера», «Фауст» не выделяется таким количеством трупных эпизодов. Но несколько моментов (препарирование тела в самом начале, какая-то эстетически-извращенная, с некрофильским подтекстом «любовная сцена» Фауста и Маргариты, всевозможные зомби/орки/гомункулусы) периодически перебивают желание досмотреть фильм.

    Нельзя не оценить легкий юмор, как изюминка в несладкой булке, сопровождающий фильм. Немецкая речь с несинхронным переводом прекрасно вживляют в эпоху, особенно — когда в кадре появляется русская повозка с вопросом «До Парижа далеко?».

    Нечистоты Средневековья и цилиндры века Просвещения, оживающие картины Северного Возрождения и современная постановка, в которой Зло оказывается поверженным.. еще большим Злом в лице человека, вневременные вопросы «ты пришел ко мне за смыслом жизни? так у меня его для тебя нет!»

    Отец Фауста (отчетливо в его образе видится символ Бога-демиурга) оказывается постоянно занят и вовсе не желает тратить свое время на не самое удачное, с его точки зрения, чадо. Мефистофель в облачении жалкого бесполого уродца-ростовщика с хвостом и крыльями, но без рогов и копыт (и, видно, более раннего и еще более неудачного эксперимента Бога), как старший брат, пытается, но не может предложить ничего Доктору, так что оказывается в конце бит камнями, и бит нещадно.

    Во время просмотра вылавливаются множественные контексты, разнообразные цитаты и шлейфы смыслов, образующие некий несумбурный палимпсест, где Булгаков соседствует со Священным Писанием. Вот только не у каждого хватит моральных сил и желания их интерпретировать.

    Холод и могильный ужас, неприкрытое отвращение и жестокость, в первую очередь, самого человека, который посягает на верховенство в этом не созданном им мире.

    «Кто же тебя накормит, кто же тебя отсюда выведет…»

    Для очень больших ценителей, поэтому

    8 из 10

    11 февраля 2012 | 13:28

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>