всё о любом фильме:

Туринская лошадь

A torinói ló
год
страна
слоган-
режиссерБела Тарр, Агнеш Храницки
сценарийЛасло Краснахоркаи, Бела Тарр
продюсерМартин Хагеман, Джульетт Лепутр, Мари-Пьер Масиа, ...
операторФред Келемен
композиторМихай Виг
художникЛасло Райк
монтажАгнеш Храницки
жанр драма, ... слова
сборы в США
сборы в России
зрители
Франция  15.1 тыс.,    Венгрия  5 тыс.,    Португалия  4.3 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время146 мин. / 02:26
Номинации (1):
В 1889 году на улице итальянского города Турина случилось странное происшествие. Кучер хлестал кнутом свою старую лошадь, которая отказывалась тронуться с места. Неожиданно к повозке подбежал хорошо одетый господин с пышными усами и обнял животное за шею, при этом горько зарыдав. Это был не кто иной, как всемирно известный философ Фридрих Ницше. Его с трудом увели от лошади, а когда привели домой, выяснилось, что он не в себе. Ницше поместили в лечебницу для душевнобольных, где он провел остаток жизни…

Но что же случилось с лошадью и ее хозяином? Об этом и расскажет фильм.
Рейтинг фильма
IMDb: 7.80 (9699)
ожидание: 91% (220)
Рейтинг кинокритиков
в мире
88%
45 + 6 = 51
8.1
в России
57%
4 + 3 = 7
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Трейлер 02:28
    все трейлеры

    файл добавилAbleAction

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 101 пост в Блогосфере>

    ещё случайные

    После таких фильмов ещё долго возвращаются к реальности. Угнетение, тяжесть и безысходность — фильм дышит этими эмоциями; он пропитан меланхолией насквозь.

    От экрана невозможно оторвать взгляд с первой секунды. Все эпизоды — продолжение мыслей зрителя и толчок к их появлению. Черно-белый поток будничных кадров. Голова наполняется образами и разрывается от упорного «смотри, смотри, как ты жалок». Зритель по собственной воле заходит в тупик, и напоминает ту самую лошадь, которая отказалась идти.

    Все мы — частицы в пылевой бури Вселенной. Ничего значительного не происходит, и произойти не может. Зрителя не интересует, что дальше — но на подсознательном уровне он понимает, что миру тоже. И это, к сожалению, уже не кино. Не все ли равно, что варить на обед, за каким столом сидеть? В этой ленте все показное, ненатуральное, неестественное, и даже Эрика Бок, исполнительница главной роли, ходит «на камеру». А её отцу и до самого себя нет никакого дела — привычка дышать, не более.

    Человечество морально глухо и слепо, мы на все мысленно отвечаем «я не знаю», боясь признать хоть что-то. «Давай спать» — лучшая отговорка, которую мы услышим за два с половиной часа дважды — а это непривычно много, учитывая количество диалогов.

    С каждым днем героям идти все труднее, но ни действия, ни сама их последовательность не меняются. Привычек настолько мало, что они кажутся очень значимыми, а ведь в глазах зрителя это смешно. Камера движется не сверху вниз, и даже не на уровне глаз, а от земли — человек должен быть «велик», как же.

    Зритель смотрит на всё это со стороны и думает: нет, ко мне это не имеет никакого отношения, а ведь одновременно с этим понимает, что в этом заключена главная ошибка.

    Помните историю? Главный герой фильма бил лошадь. Там, за кадром. А сам он кто, чтобы судить? И чего стоит вся его жизнь, от начала до конца? Бела Тарр касается и вопросов религии, рассуждая о делах праведных. Известно, что, когда вокруг пустота, люди обращаются к вере. Но кому рассуждать о праведности? И режиссер показывает зрителю цыган, осушивших колодец, но подаривших случайной встречной Святое Писание.

    Кому-то может показаться, что фильм затянут. Долго? Не интересно? А что же в вашей собственной жизни такого интересного? Можно встать и уйти с любого момента? Правда? И если у вас поднимется рука поставить этот фильм на перемотку, задумайтесь над тем, что с такой же легкостью можно было бы перемотать вашу жизнь.

    Знаете, иногда, чтобы остановиться, нужно гораздо больше сил, чем для того, чтобы продолжать по инерции идти. Лошадь кажется странной людям, привыкшим себя обманывать изо дня в день. У лошади хотя бы есть силы остановиться.

    Что делают герои «Туринской лошади»? Шесть дней Бог создавал мир.

    Изо дня в день они едят картошку, будто бы решают судьбу человечества. А ведь точно так же все мы ведем бессмысленные разговоры о будничном и второстепенном, воображая себя королями планеты.

    Они надевают на себя слой за слоем, прячась, становясь чуть менее уязвимыми, ведь ветер все сильнее.

    Они смотрят в окно — и не делают ни шага, чтобы раскрыть его. Маленькое окно, чтобы следить за миром изнутри, из ограниченной рамки будней.

    На пятый день они переехали, но привезли с собой всё то же самое. Они поменяли место, но не себя. Они остались без воды и света, погрязнув в собственном неведении. Напоследок они говорят: «завтра». Что именно они хотят изменить?

    Люди почему-то думают, что им все позволено. Один из героев скажет: «Мир обесценился. Все, к чему они прикасаются — а они прикасаются ко всему — обесценивается. Прикасаются, добиваются, обесценивают». Но голос разума всегда почти беззвучен, и этот путник уходит, заплатив хозяевам более понятным способом — не знанием, а брошенными на стол деньгами.

    Если бы люди говорили только тогда, когда им есть что сказать, они бы говорили и того меньше. Этот фильм нельзя сократить. Тебя должно начать тошнить от собственной ничтожности.

    Я могу наблюдать за этим фильмом со стороны, но никак не назову любимым. Он сложный и угнетающий своей правдивостью. И все же он единственный в своем роде. Бесспорно.

    1 мая 2012 | 22:36

    - Разве ты их не слышишь?
    - Кого?
    - Личинок древоточца не слышно. Я 58 лет их слышал. Но сейчас от них ни звука.
    - Правда, их больше не слышно. Что это значит, папа?
    - Я не знаю. Давай спать.


    В своем последнем фильме венгерский мастер длинных планов показывает нам шесть дней из жизни отца, дочери и их лошади. Эффект присутствия во время просмотра создается просто поразительный. После 2,5 часов, которые идет фильм, кажется, что провел все эти шесть дней там, с его героями. Хотя главными героями для меня стали не отец и не дочь, и даже не лошадь. Главный герой этого фильма — ветер. Это абсолютно бесполезно описывать — просто надо видеть.

    Сам автор определяет свое произведение, как «фильм о тяжести человеческого бытия». Однако к одной этой идее все не сводится — я уверен, что у каждого зрителя после просмотра возникнет много своих мыслей. Также мне кажется, что вместо мыслей может возникнуть и пустота. Разумеется, будут и недовольные, потому что четкого сюжета и развернутых диалогов здесь нет.

    Хочется сказать пару слов о технических деталях, благодаря которым этот фильм не смотришь, а практически живешь в нем. Во-первых, непрерывность действия — использовано всего 30 монтажных склеек. Во-вторых, отсутствие зума — приближение и отдаление всегда достигается только движением камеры. В-третьих, отсутствие искусственных декораций — специально построенный дом из старого камня и дерева, специально вырытый колодец, настоящая домашняя утварь, т. е. практически подлинный XIX век. Однако моя высокая оценка фильму даже не за это. Просто я никогда не видел, чтобы кто-нибудь еще так снимал ветер.

    10 из 10

    10 октября 2011 | 10:41

    Прежде, чем начать рассказывать о фильме, мне всегда хочется описать атмосферу, которую он создает. «Туринская лошадь» напомнила мне длинные октябрьские вечера в одиночестве, когда жизнь кажется даже не черно-белой, а попросту однотонной. Но вы только не подумайте, что то же можно сказать о фильме! Он, напротив, вобрал в себя все возможные оттенки между черным и белым. Это если говорить о цветах и тенях в картине. В этом фильме, кроме того, глубокий психологизм сочетается с предельно-выверенной съемкой, аккуратными, образцово-показательными планами и музыкой в тон. В тему. В точку. Я даже не уверена, что эту картину возможно описать словами, текста в ней крайне мало, что подчеркивает: надо смотреть. Фильм насыщен (даже перенасыщен) зрительной информацией, оправдывая тезис «кино- искусство говорить без слов»

    3 июля 2011 | 02:00

    Все-таки главная проблема современного авторского кино заключается в том, что у режиссеров осталось очень мало свежих идей. Куда ни глянь, везде наблюдаешь сугубо фестивальное кино доморощенных «последователей» Бергмана, Тарковского и прочих великих. Причем каждый из них пытается сделать что-то креативное, просто далеко не всегда это смотрится как зрелое и убедительное произведение. Хотя, разумеется, есть исключения.

    Самое радикальное из них вышло 20 лет назад — черно-белое «Сатанинское танго» венгерского режиссера Белы Тарра. Это почти восьмичасовое сошествие в рутинный человеческий ад, сопровождающееся сложнейшей работой оператора и минималистичной музыкой Михая Вига. Неожиданно это делает кино безумно красивым и гипнотичным при всей его грязи и безысходности. Но речь все же идет о последней работе Тарра, которую сложно назвать серьезным откровением после «Сатанинского танго», но все же… я поймал себя на мысли, что авторское кино совершенно не обязано быть оригинальным — оно должно быть искренним, целостным и воздействующим. И «Туринская лошадь» — один из немногих представителей именно такого кинематографа.

    Во-первых, если не знаешь года создания этого фильма, то его можно смело принять за творение 50-ых или 60-ых. Второй раз убеждаюсь, что самые виртуозные стилизации под черно-белое кино принадлежат именно Тарру. Стилистически и тематически фильм может вызвать ассоциации с «Белой лентой» Ханеке (роскошный фильм ведь!), но даже ему чертовски далеко до этой потрясающей кинематографической мощи, которую иногда так хочется ощутить на большом экране. Кстати, смотреть на большом экране фильм вполне можно — режиссер ограничивается вполне адекватными 150-ю минутами. Надо сказать, это делает фильм еще более ёмким и еще более воздействующим.

    Режиссер создал свою маленькую вселенную, дико фактурную, ни на что не похожую, напрочь вырванную из контекста нормального земного существования. Словно органичное завершение библейских сюжетов, эта вселенная неумолимо угасает на протяжении шести дней… гнетущая повседневность и нравственный тупик героев способствуют этому. Надо сказать, фильм мог запросто скатиться в заунывную сельскую драму, если бы не потрясающе выстроенные длинные планы, каждый кадр которых пропитан магией упадка. Поэтому знаменитая фраза Ницше «Бог умер» вполне может сойти за основную мысль фильма.

    Да и вообще, тема подобного духовного апокалипсиса успела стать ключевой у многих культовых режиссеров, но лучше Белы Тарра и Вернера Херцога ее не раскрыл никто. В творчестве обоих режиссеров одним из главных героев становится пейзаж, и всем своим существованием он олицетворяет медленное вымирание человеческой цивилизации. Но если Херцог пытается уловить побольше ярких моментов, увидеть мир во всем его многообразии и красоте перед неминуемым крахом, то Тарр куда более пессиместичен. Кажется, что все его черно-белое творчество направлено к единственной возможной развязке — ко дню, когда Бог либо умрет, либо окончательно покинет наше заблудшее человечество.

    26 марта 2014 | 02:28

    Тема конца света, начиная с 1999 года, стала самой актуальной, как в развлекательном, так и в авторском кино. Как только не изгалялись самые разные режиссеры в уничтожении нашей планеты. И метеориты падали и водой затапливало и мертвецы восставшие из могил ее уничтожали. Кажется, что в этой теме поучаствовали все самые именитые киношники от Арнольда Шварцнегера до Ларса Фон Триера. Вот и самый знаменитый венгерский режиссер Бела Тарр тоже скромно взял для своего последнего фильма тему апокалипсиса.

    Фильм «Туринская лошадь» начинается с пролога. 3 января 1889 года Фридрих Ницше выходит из своего дома на улицу и видит, как извозчик жестоко стегает кнутом свою лошадь. Ницше подбегает к лошади обнимает ее и закрывает своим телом. Именно в этот момент он теряет рассудок и оставшиеся 10 лет своей жизни проведет умалишенным. А далее собственно начинается фильм и он совсем не о Ницше, как многие могли бы подумать, а о той самой лошади и ее хозяине. Весь фильм это 6 дней жизни хозяина лошади сразу после случая с Ницше. Это молчаливый, сухорукий старик, который живет в бедной лачуге в месте со своей дочерью. Утором они ходят к колодцу за водой, потом кормят лошадь, вечером едят печеный картофель. А на улице все это время бушует сильнейший ветер и все указывает на то, что дело близится к апокалипсису. Сначала лошадь окончательно отказывается слушаться, потом бесследно исчезает вода из колодца, а в самом конце гаснет свет и все погружается во мрак.

    Судя по этому фильму, кажется, что конец света не такая уж плохая альтернатива той жизни, которую показывает Тарр. Ведь в этой жизни уже давно нет никакого света. Что может быть хуже, чем всю жизнь просыпаться в одной и той же постели и одинаково проводить день за днем. Каждый день видеть один и тот же унылый пейзаж за окном, есть печеный картофель и ни разу за свою жизнь не задуматься о том, зачем ты вообще живешь на этой земле. Конец наступает, когда умирает душа в человеке. Об этом говорит эпизод с зашедшим к ним в гости толстым, лысым дяденькой. Его монолог о том, что все в этом мире обесценилось, производит очень сильное впечатление особенно на фоне почти всего бессловесного фильма. Но кучер с дочкой даже не стали его слушать. Да что там они ведь даже друг с другом то не разговаривают. А еще важно, что замолчал этот дяденька на словах о переменах. Складывается ощущение, что Тарр понимает, что нужно предложить зрителю какой-то выход из мрака, но сам не знает какой.

    Ну конечно тема фильма не нова в истории кинематографа и тут стоит сказать о форме. Еще во время съемок Тарр заявил что «Туринская лошадь» станет его последней картиной. И конечно для него важно было сделать, что-то действительно глобальное. И эта глобальность ощущается здесь с первой до последней минуты. Этот фильм по масштабу я бы сравнил с оперой. Черно-белая картинка, трагическая музыка, свирепствующий ветер за окном, почти полное отсутствие слов. Этот фильм нужно воспринимать целиком, как истинное произведение искусства. Конечно, в идеале именно такое кино нужно смотреть в кинотеатре с полным погружением в происходящее, не на что не отвлекаясь. В домашних же условиях его просто высидеть от начало до конца будет весьма проблематично.

    Мне кажется, все-таки фильм не дотягивает до лучшей картины Тарра «Сатанинское танго» но там и хронометраж был в три раза больше. Но если сравнивать «Туринскую лошадь» с другими фильмами о конце света, то тут Бела Тарр явно в выигрыше. На мой взгляд, ему удалось снять фильм, после просмотра, которого на душе у зрителя остается ощущение настоящего апокалипсиса.

    7 из 10

    24 марта 2013 | 20:04

    Все художественные средства: и медленный ритм, и громадные кадры с нередко надолго замирающей камерой, и внешне неэмоциональная игра актёров, и однообразное музыкально-шумовое сопровождение — создаёт удивительно мрачное, но цельное впечатление. Чёрно-белое изображение явно ориентирует нас на кинемотограф 50-х годов, прежде всего на притчи Бергмана. Но Бергман неотступно искал ту надежду, на которую можно опереться, чтобы выжить. Тарр, вступая в полемику, пытается перепроверить эти истины.

    Экзистенциалисты любили повторять миф о Сизифе, который упорно вкатывает камень на гору, прекрасно зная, что тот оттуда скатится. Герои Тарра руководствуются этим же стремлением исполнять долг, не обращая ни на что внимания. Их жизнь превращена в ряд последовательных ритуалов, при выполнении которых нет необходимости даже в общении. В нормальных условиях этого достаточно для выживания. Но исчезают жучки, сбрасывают листву деревья, а потом налетает сокрушительный ветер, уничтожен город, не стало воды, света. Апокалипсис!

    Безрадостное и бессмысленное исполнение обязанностей оказывается лишь самоуспокоительной иллюзией, не отвечающей на главные вопросы бытия, мужественным мифом. Руководствуясь им, люди живут как зашоренные лошади, нет надежды даже на продолжение человеческого рода.

    Кто же тут туринская лошадь и какой смысл в этот символ вкладывается? Ясно, что Ницше сошёл с ума, сопереживая избиваемой лошади, то есть неизбывному страданию тех, кто бессилен себя защитить. Лошадь эта притащилась из сна Раскольникова (Достоевский — любимый писатель великого философа). А дальше: «Милочка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь» (Маяковский). Тарр решительно отвергает философию экзистенциалистов, демонстрирует, что король голый.

    Предлагает ли он что-то взамен? Беззаботную жизнь цыган? Стремление соседа обвинить во всех бедах каких-то всесильных, но безнравственных людей, тем самым выбрав для себя позицию высоконравственной жертвы? Но ведь недаром пришёл он за бутылкой водки. Нет, жизнь такова, какова она есть, то есть бессмысленна.

    Ну хорошо,- скажет зритель,- Тарр создал свой шедевр, доказал способность жить в полной безнадёжности — а нам-то как жить? А это уж не к нему, на вопросы конкретной жизни философская притча не отвечает. Стоит лишь все верёвки и канаты, столь обильно представленные в фильме на переднем плане, запретить к продаже в Венгрии, и так страна лидирует по количеству самоубийств.

    25 марта 2012 | 18:30

    Смотрела этот фильм в несколько подходов. Подходить к нему с готовым набором каких-то привычных оценочных критериев — все равно что пытаться описать в двух словах величие черной дыры.

    Итак, шесть дней. Три существа — отец, дочь и лошадь. Каменный дом, летучая буря. Твердая картошка, прозрачная водка. Густое молчание, обмен пустыми фразами. Отчаяние, надежда. Тьма, свет. Жизнь, смерть.

    Появление соседа и его спутанная кафкианская речь, приезд странных цыган — все это никак не добавляет красок к дихотомии Белы Тара.

    Фильм, как и его саундтрек, выдержан в стиле минимализма: герои повторяют одни и те же действия, виолончель ржаво дребезжит снова и снова. И из этого повтора выползает безграничный экзистенциальный ужас.

    К третьему дню приходишь к выводу: да лучше бы главный герой совершил что-то ужасное — чем просто тупо колол дрова. Лучше бы девочка выбросилась в колодец — чем только сидела перед зарешеченным окном, за которым гуляет апокалиптическая буря.

    Лучше бы лошадь лягалась и билась в стойле, как кони в фильме Триера «Меланхолия» перед падением планеты на Землю, — но она просто стоит и смотрит в никуда.

    Кинокритики должны набрасываться на этот фильм как на десерт в мишленовском ресторане. О нем можно написать очень много: и с точки зрения драматургии, и сценария, и актерской работы, и всевозможных символов, и переклички с великими предшественниками. Этот фильм — для диссертаций, но что он может дать простому зрителю?

    На этот вопрос мне трудно ответить: он не смотрибелен. Отсылка к Ницше вначале обеспечивает какую-то интригу, но она совершенно иссякает уже минут через десять, когда становится понятно, что никаких подробностей к знаменитой сцене не добавится. Да, гениальный философ Фридрих Ницше — очень чувствительный, нервный, в сущности — совершенно больной человек, который считал сострадание унизительной слабостью и превозносил здоровье, силу и красоту, сошел с ума, увидев, как бьют старую лошадь. Какая ирония судьбы…

    Проясняет ли дальнейшая судьба лошади сдвиг в сознании великого немца? Я бы не сказала.

    Что же остается нам?

    1) Смотреть и наблюдать детали.

    Кстати, только ближе к середине фильма я обратила внимание, что отец использует исключительно левую руку. Наверное, поэтому так дико выглядит сцена с поеданием горячей картошки, которую он чистит и мнет шустрыми пальцами одной руки, пока девочка — скорее, маленькая женщина даже — аккуратно, по кусочкам, съедает свою порцию.

    2) Провести эксперимент над самими собой — способны ли мы выдержать два с половиной часа бессобытийного видеоряда, выдержанного в стиле кошмарного сна. Возможно, фильм Белы для кого-то послужит мерой собственного отчаяния — кажется, скорбь этого режиссера бесконечна.

    10 июля 2014 | 04:14

    Смотреть было непросто не столько из-за длительности, сколько из-за отсутствия динамики сюжета. Здесь как раз в полной мере проявляется одна из главных идей Ницше о вечном возвращении:

    жизнь, как она есть, — без смысла, без цели, но возвращающаяся неизбежно, без заключительного «ничто»: «вечный возврат».

    Подтверждая эту мысль, герои весь фильм занимаются однообразными повторяющимися вещами: одеваются, носят воду, варят и едят картошку (одна картофелина в день — меню, на которое стоило бы обратить внимание завсегдатаям мак-доналдсов), пьют палинку.

    Постоянный ветер, черно-серые тона и депрессивная мелодия задают тон всей картине. Единственными яркими пятнами на этом фоне становятся приход соседа и визит цыган, оставивших героине Библию, зачитавшей из нее отрывок. Библия вспоминается и раньше: повествование поделено на 6 дней, что позволяет провести определенную аналогию с созданием мира, но только зеркальную, ибо в фильме мир не создается, а уничтожается. Лошадь отказывается принимать пищу и воду, затем и вода в колодце исчезает. Финалом становится исчезновение света. А ведь цыгане звали героиню на край света — в Америку!

    Но куда уж там… Отец с дочерью так и остаются в своей хижине. Без воды. С картошкой, которую они «должны есть», но героиня заражается безразличием и апатией лошади. Ей ничего не хочется, словно все уже было. Хотя точнее сказать, что ничего не было, а главное — и не будет.

    Смысл жизни человек придает самостоятельно, видимо смысл весь в этом и есть: ставить цель, идти вперед, а не по кругу. Иногда только смерть может вырвать из этого круговорота, но в данном случае она осмысленней жизни, ведь персонажи просто с у щ е с т в у ю т, а не живут.

    Стоит смотреть в качестве противоядия от бездействия, пассивности и лени.

    8 июля 2012 | 04:27

    Почитав предыдущие рецензии, нашел много точно выраженных мыслей — лучше, чем я бы смог их сформулировать. Поэтому добавлю только то, чего не прочитал.

    Фильм о стабильности в мире перемен. Так или иначе, а человек на индивидуальном уровне и все человечество в целом существуют в определенном пространстве, которое они могут знать. Извне всегда есть что-то другое, но понять его у нас просто нет ресурсов. Слишком много нужно делать в границах своего мира, добиваясь своего образа жизни, а когда происходят внешние перемены, природу которых мы не знаем, то остается только подстраиваться, пытаясь сохранить то малое, что у нас есть. Так функционирует весь современный мир, объединенный в одну сеть множеством путей, — никто не владеет полнотой информации, само общество внешне по отношению к нам, все в чем-то важном живут отшельниками, и изменить это нельзя.

    Через способ принятия пищи передаются характеры персонажей, возможно, даже обобщенные характеры мужчины и женщины.

    Врядли лошадь или герои что-то поняли. Они не сдались, не умерли от безысходности, и врядли режиссер критикует их привязанность к обыденности. Просто внешне произошло что-то, информации о чем у них нет. Говоря о скорых проблемах, воду кто-то выкачал, ведь ее чистой не так уж много осталось, да и в целом природа умерла от пагубного влияния человека — не этих двух, а какого-то обобщенного человека, ведь Ницше был пророком. Мы живем свои жизни, которые зависят от жизней других, способных на любое добро и зло, и любые добро и зло уже были и еще будут, но мы о них знаем только частично.

    Фильм не современный, но он навсегда останется о сегодня.

    8 из 10

    6 мая 2012 | 00:36

    Выражаю своё личное мнение и согласен что у других зрителей этого фильма может быть своя точка зрения.

    Интригующим моментом фильма является его пролог, с упоминанием истории случившейся при участии Ницще. Но фильм совсем не об этом…

    Сюжет фильма не самое главное, более важно, что все средства фильма, такие как: длинный непрерывный кадр с невероятной красотой картинки, музыкальное сопровождение, игра актеров и минимализм сюжета т. е. событий за два с половиной часа происходит очень мало, и все события носят практически один характер, и все это для выражения ИДЕИ — безысходность. Безысходность однобокая и однообразная как и повествовательная манера фильма. Отталкивающая атмосфера, и серое однообразие в котором даже неминуемая гибель воспринимается как тень надежды.

    Персонажам фильма не хочется сопереживать и даже понимать их не хочется, чувствуется односторонне высветление их жизни, которое усиливается грандиозной по своей депрессивности музыкой. Не сопереживая персонажам не хочется погружаться в атмосферу фильма, которая становится отталкивающе тошнотворной и лучшая реакция на весь этот процесс просто уснуть. Потому что тяжело представить человека который хотел бы переживать нечто подобное на протяжение двух с половиной часов.

    По окончанию первого часа фильма это состояние усиливается монологом в философском стиле призванный подтвердить ту же идею отчаянья. И подарок цыган какой то религиозной книги не меняет ситуации. А главное никакого намёка хоть на что то радостное вы не дождетесь.

    Кроме идеи безысходности в фильме нет никакой иной глубины, только мнительность и претензия на глубину за счёт техничности съёмки и оригинальности формы, и внешняя депрессия всего лишь скрывает пустоту и заносчивую претенциозность.

    Мой вывод: два с половиной часа моей жизни прошли в пустую, я не получил ни удовольствия, ни вдохновения, ни даже полную осмысленную идею над которой стоило бы посидеть, а только налёт скуки и отчаяния.

    Не все фильмы стоит смотреть, не все книги стоит читать — Выбирайте Сами.

    18 февраля 2012 | 17:55

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>