всё о любом фильме:

Туринская лошадь

A torinói ló
год
страна
слоган-
режиссерБела Тарр, Агнеш Храницки
сценарийЛасло Краснахоркаи, Бела Тарр
продюсерМартин Хагеман, Джульетт Лепутр, Мари-Пьер Масиа, ...
операторФред Келемен
композиторМихай Виг
художникЛасло Райк
монтажАгнеш Храницки
жанр драма, ... слова
сборы в США
сборы в России
зрители
Франция  15.1 тыс.,    Венгрия  5 тыс.,    Португалия  4.3 тыс., ...
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 16 лет
время146 мин. / 02:26
Номинации (1):
В 1889 году на улице итальянского города Турина случилось странное происшествие. Кучер хлестал кнутом свою старую лошадь, которая отказывалась тронуться с места. Неожиданно к повозке подбежал хорошо одетый господин с пышными усами и обнял животное за шею, при этом горько зарыдав. Это был не кто иной, как всемирно известный философ Фридрих Ницше. Его с трудом увели от лошади, а когда привели домой, выяснилось, что он не в себе. Ницше поместили в лечебницу для душевнобольных, где он провел остаток жизни…

Но что же случилось с лошадью и ее хозяином? Об этом и расскажет фильм.
Рейтинг фильма
IMDb: 7.80 (9699)
ожидание: 91% (220)
Рейтинг кинокритиков
в мире
88%
45 + 6 = 51
8.1
в России
63%
5 + 3 = 8
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Трейлер 02:28
    все трейлеры

    файл добавилAbleAction

    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 101 пост в Блогосфере>

    ещё случайные

    После таких фильмов ещё долго возвращаются к реальности. Угнетение, тяжесть и безысходность — фильм дышит этими эмоциями; он пропитан меланхолией насквозь.

    От экрана невозможно оторвать взгляд с первой секунды. Все эпизоды — продолжение мыслей зрителя и толчок к их появлению. Черно-белый поток будничных кадров. Голова наполняется образами и разрывается от упорного «смотри, смотри, как ты жалок». Зритель по собственной воле заходит в тупик, и напоминает ту самую лошадь, которая отказалась идти.

    Все мы — частицы в пылевой бури Вселенной. Ничего значительного не происходит, и произойти не может. Зрителя не интересует, что дальше — но на подсознательном уровне он понимает, что миру тоже. И это, к сожалению, уже не кино. Не все ли равно, что варить на обед, за каким столом сидеть? В этой ленте все показное, ненатуральное, неестественное, и даже Эрика Бок, исполнительница главной роли, ходит «на камеру». А её отцу и до самого себя нет никакого дела — привычка дышать, не более.

    Человечество морально глухо и слепо, мы на все мысленно отвечаем «я не знаю», боясь признать хоть что-то. «Давай спать» — лучшая отговорка, которую мы услышим за два с половиной часа дважды — а это непривычно много, учитывая количество диалогов.

    С каждым днем героям идти все труднее, но ни действия, ни сама их последовательность не меняются. Привычек настолько мало, что они кажутся очень значимыми, а ведь в глазах зрителя это смешно. Камера движется не сверху вниз, и даже не на уровне глаз, а от земли — человек должен быть «велик», как же.

    Зритель смотрит на всё это со стороны и думает: нет, ко мне это не имеет никакого отношения, а ведь одновременно с этим понимает, что в этом заключена главная ошибка.

    Помните историю? Главный герой фильма бил лошадь. Там, за кадром. А сам он кто, чтобы судить? И чего стоит вся его жизнь, от начала до конца? Бела Тарр касается и вопросов религии, рассуждая о делах праведных. Известно, что, когда вокруг пустота, люди обращаются к вере. Но кому рассуждать о праведности? И режиссер показывает зрителю цыган, осушивших колодец, но подаривших случайной встречной Святое Писание.

    Кому-то может показаться, что фильм затянут. Долго? Не интересно? А что же в вашей собственной жизни такого интересного? Можно встать и уйти с любого момента? Правда? И если у вас поднимется рука поставить этот фильм на перемотку, задумайтесь над тем, что с такой же легкостью можно было бы перемотать вашу жизнь.

    Знаете, иногда, чтобы остановиться, нужно гораздо больше сил, чем для того, чтобы продолжать по инерции идти. Лошадь кажется странной людям, привыкшим себя обманывать изо дня в день. У лошади хотя бы есть силы остановиться.

    Что делают герои «Туринской лошади»? Шесть дней Бог создавал мир.

    Изо дня в день они едят картошку, будто бы решают судьбу человечества. А ведь точно так же все мы ведем бессмысленные разговоры о будничном и второстепенном, воображая себя королями планеты.

    Они надевают на себя слой за слоем, прячась, становясь чуть менее уязвимыми, ведь ветер все сильнее.

    Они смотрят в окно — и не делают ни шага, чтобы раскрыть его. Маленькое окно, чтобы следить за миром изнутри, из ограниченной рамки будней.

    На пятый день они переехали, но привезли с собой всё то же самое. Они поменяли место, но не себя. Они остались без воды и света, погрязнув в собственном неведении. Напоследок они говорят: «завтра». Что именно они хотят изменить?

    Люди почему-то думают, что им все позволено. Один из героев скажет: «Мир обесценился. Все, к чему они прикасаются — а они прикасаются ко всему — обесценивается. Прикасаются, добиваются, обесценивают». Но голос разума всегда почти беззвучен, и этот путник уходит, заплатив хозяевам более понятным способом — не знанием, а брошенными на стол деньгами.

    Если бы люди говорили только тогда, когда им есть что сказать, они бы говорили и того меньше. Этот фильм нельзя сократить. Тебя должно начать тошнить от собственной ничтожности.

    Я могу наблюдать за этим фильмом со стороны, но никак не назову любимым. Он сложный и угнетающий своей правдивостью. И все же он единственный в своем роде. Бесспорно.

    1 мая 2012 | 22:36

    Сквозь призму шести дней жизни лошади, ее хозяина и его дочери после этого события, фильм повествует о судьбе мира, началом разрушения которого, по совпадению, стал день, когда Ницше увидел старую лошадь. Или, скорее, наоборот, Ницше медленно сходит с ума именно с того дня, когда мир начинает исчезать. Когда происходит анти-творение мира, шесть дней его исчезновения, в полном соответствии с обратной последовательностью творения, описанной в книге Бытия. И если в первый день начинает медленно умирать лошадь, то в последний день в полной тишине исчезает и свет.

    На протяжении всего фильма не покидает ощущение онтологической трагедии происходящего, и это ощущение нарастает по мере того, как один день в фильме сменяет другой.

    В этом фильме нет ни одного лишнего кадра, ни одного лишнего звука, ни одного лишнего слова… это безусловная метафизика, шедевр, который можно назвать уже не столько фильмом, сколько бытием на пленке, и если вообще возможна экзистенциальная онтология в кино, то этот фильм, на мой взгляд, есть предел ее воплощения.

    22 декабря 2012 | 04:32

    В определённом смысле «Туринская лошадь» безнадёжно устаревший и одновременно удивительно актуальный фильм. Тематика и поэтика фильма отсылает нас к эсхатологическому дискурсу конца XIX- начала XX века, который столь ощущается в работах Ницше, Шопегауэра и Шпенглера. Однако вряд ли случайным представляется появление «Туринской лошади» именно в 2011 году. Напомню, что тогда вышли в свет триеровская «Меланхолия» и николсовское «Укрытие». Обилие эсхатологических коннотаций затронуло не только мейнстрим, разрядившийся потоком фильмов-катастроф, но и авторское кино, что лишний раз позволяет характеризовать кинематограф, как кривое зеркало социальной реальности.

    Довольно сложно судить о творчестве Бела Тарра, ознакомившись лишь с последним его фильмом. Впрочем, эпилогический характер «Туринской лошади» несомненен. Видимо, режиссёр стремится напомнить публике и самому себе, что без наполненного смыслом существования, человек обречён на гибель. Более всего человека страшит ничто и небытие, именно это и преследует главных героев, не оставляя им надежды на спасение.

    Утрата содержательного начала бытия занимала умы многих мыслителей и в этом смысле Бела Тарр не оригинален. Однако, мало где можно встретить столь цельное и концептуально выверенное отображение последствий этой утраты. Здесь уместно всё: от чёрно-белой расцветки до музыки, играющей чрезвычайно важную роль в создании специфической атмосферы этого монументального кинематографического полотна.

    Ницшеанство «Туринской лошади» не столь уж заметно, скорее можно говорить об экзистенциальном налёте повествования. Этим и обусловлена определённая несовременность фильма, создатель которого с патологической серьёзностью говорит о конечности всего и вся, принципиально отказываясь от любых проявлений постмодернистского юмора.

    Несомненно одно: знакомство с «Туринской лошадью» даёт обширную пищу для размышлений. От просмотра каждый обретёт нечто своё, порцию эксклюзивных ощущений и мыслей. Впрочем, для этого необходимо запастись терпением и уважением к творению классика европейского кинематографа.

    10 из 10

    18 августа 2015 | 01:17

    Все художественные средства: и медленный ритм, и громадные кадры с нередко надолго замирающей камерой, и внешне неэмоциональная игра актёров, и однообразное музыкально-шумовое сопровождение — создаёт удивительно мрачное, но цельное впечатление. Чёрно-белое изображение явно ориентирует нас на кинемотограф 50-х годов, прежде всего на притчи Бергмана. Но Бергман неотступно искал ту надежду, на которую можно опереться, чтобы выжить. Тарр, вступая в полемику, пытается перепроверить эти истины.

    Экзистенциалисты любили повторять миф о Сизифе, который упорно вкатывает камень на гору, прекрасно зная, что тот оттуда скатится. Герои Тарра руководствуются этим же стремлением исполнять долг, не обращая ни на что внимания. Их жизнь превращена в ряд последовательных ритуалов, при выполнении которых нет необходимости даже в общении. В нормальных условиях этого достаточно для выживания. Но исчезают жучки, сбрасывают листву деревья, а потом налетает сокрушительный ветер, уничтожен город, не стало воды, света. Апокалипсис!

    Безрадостное и бессмысленное исполнение обязанностей оказывается лишь самоуспокоительной иллюзией, не отвечающей на главные вопросы бытия, мужественным мифом. Руководствуясь им, люди живут как зашоренные лошади, нет надежды даже на продолжение человеческого рода.

    Кто же тут туринская лошадь и какой смысл в этот символ вкладывается? Ясно, что Ницше сошёл с ума, сопереживая избиваемой лошади, то есть неизбывному страданию тех, кто бессилен себя защитить. Лошадь эта притащилась из сна Раскольникова (Достоевский — любимый писатель великого философа). А дальше: «Милочка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь» (Маяковский). Тарр решительно отвергает философию экзистенциалистов, демонстрирует, что король голый.

    Предлагает ли он что-то взамен? Беззаботную жизнь цыган? Стремление соседа обвинить во всех бедах каких-то всесильных, но безнравственных людей, тем самым выбрав для себя позицию высоконравственной жертвы? Но ведь недаром пришёл он за бутылкой водки. Нет, жизнь такова, какова она есть, то есть бессмысленна.

    Ну хорошо,- скажет зритель,- Тарр создал свой шедевр, доказал способность жить в полной безнадёжности — а нам-то как жить? А это уж не к нему, на вопросы конкретной жизни философская притча не отвечает. Стоит лишь все верёвки и канаты, столь обильно представленные в фильме на переднем плане, запретить к продаже в Венгрии, и так страна лидирует по количеству самоубийств.

    25 марта 2012 | 18:30

    Не важно, разбираетесь ли вы в живописи или в литературе, однако посмотрев ленту «Туринская лошадь» вы однозначно скажете, что это больше чем просто фильм. Композиционно ни имеющий, не своего начала, ни конца, он, тем не менее, врывается в рутинную жизнь селянина и дочери.

    Режиссеры Бела Тарр и Агнес Храницки сняли философскую притчу на темы, которые развивает далеко не сам сюжет картины, а всяческие домыслы и рассуждения самих зрителей. Вот и получается, что картина «Туринская лошадь» — это большая взаимосвязь между идеей и зрителем, и рамки этой идеи не ограничены экранным временем ее художественного формата, и после финальных титров после просмотра, остается ощущение, что фильм еще продолжается.

    О чем собственно данный фильм? Рассказать об увиденом — значит не рассказать ничего о данной ленте, а вот взять и проникнуться в смысловые посылы авторов — то каждый зритель будет по-своему прав в своих суждениях. Формально, старик и дочь встречают конец света, во всяком случае, мы можем предположить, что наступает именно конец света.

    А еще главные два героя едят картофель, тратят треть своего времени на такие вещи, с которыми ныне урбанизированный человек практически не сталкивается. О чем именно хотели сказать режиссеры фильма «Туринская лошадь» — я утруждаюсь ответить, но кое-что после себя он оставил. Типичный европейский арт-хаус, который больше направлен на поклонников данного направления, а еще, возможно, на любителей философских картин.

    6 из 10

    19 ноября 2012 | 21:44

    Каждое мгновение при просмотре фильма зрителя посещают совершенно разные мысли. И это не удивительно, ведь Белла снял саму жизнь. Нашу серую, заполненную обыденностью, однообразную(к чему мы, к сожалению, привыкли) жизнь. Мы как будто смотрим в зеркало и видим свою сущность в деталях. Видим её мелочность, её абсурдность и без разочарования осознаём её конец, потому что понимаем, что ничего и не начиналось.

    Однако, я не могу назвать эту картину мрачной. Она уникальна тем, что каждый может в ней найти то, чего он хочет. Кто-то погрузится в весь экзистенциализм, предлагаемый автором, а кто-то увидит в этом фильме некий толчок к тому, что в своей бесцветной жизни нужно что-то менять, быть может так же предлагаемый режиссёром.

    5 мая 2012 | 15:50

    Тяжело перебирая копыта, осторожно ступая на землю, пытаясь удержаться от могучего урагана, который в воздух подмешивает неисчислимое количество пыли и грязи, что сжигает все живое в организме, слабая худая лошадь мучительно добиралась до дома, терпя вес хозяина и большой повозки. Держа равновесие, принимая удары порывов ветра, бедное животное знало свое предназначение, ей нужно было дойти до дома, а хозяин тем временем пытался вытерпеть этот ужасный холод, из-за которого, казалось, уже ничего не чувствуешь, тело становится чужим и не слушается.

    В доме же одиноко ожидает дочь этого пожилого мужчины, они с трудом пытаются уживаться в этом родном крае, где нет ни единой души, который начинает постепенно отбрасывать отмирающие клетки, подменяя компоненты, усложняя жизнь. Атмосфера, погода, все это давно действует в виде истинного врага, что имеет перед собой поставленные задачи и любыми возможными способами стремится избавиться от всего, что наполняет эту землю. Бушует ветер ураганами, наполняя все окружение довольно странными и пугающими мелодиями. Насекомые и птицы исчезли, лишь одна лошадь беспокойно отказывается сдвигаться со своего места, зная что-то, до чего не догадываются люди.

    Нужно что-то делать, здесь оставаться не стоит, но и не имеет смысла идти куда-то, где тебя не ждут и где неизвестно еще, что именно творится. А пока девушке нужно ухаживать за своим больным и старым отцом, с которым они единой силой пытаются выживать в этом мире, что не оставляет уже никаких надежд. Нужно есть, пока имеется еда, нужно пить, пока в наличии вода, нужно радоваться свету, пока тебя не поглотила кромешная тьма. В данной ситуации думать о чем-то большем уже не приходится.

    Весь фильм, который является завершающим в карьере режиссера Бела Тарр, соткан из не покидающего чувства приближающегося конца. Безысходность и неизбежность давит неподъемным грузом, как на актерский состав в виде Яноша Держи и Эрики Бок, так и на зрителя. Опустошенность и одиночество струится с каждого последующего шага, оброненного слова, выдоха, вдоха, тьма даже при свете дневном окутывает со всех сторон, продолжает свое действие.

    А порой все повествование просто наносит удары по оголённым нервам, допуская долгое молчание, давящее время, фиксирование пустых кадров, крупных операторских планов Агнеса Храницки и буквально «заворачивая» состояние зрителя в ноты опустошающей музыки. Немая трагедия, в которой если что-то и произносится, то все четко и по делу, и истинно пугающе.

    Все действо настораживает, наталкивает то ли на мысли о приближающемся конце света, то ли о предначертанной человеческой судьбе, у которой имеется в наличии всеми известный финал. И то и другое приводит к единому, а люди продолжают испытывать вековые страдания, и даже вольное и свободное животное, коим является лошадь, раньше всех начнет чувствовать себя затворником и станет подавать знаки опустошенности и трагедии.

    8 октября 2011 | 00:40

    Одна-единственная фраза может передать мою грусть: ее ставят обычно в конце описания, повествующего о паломничестве героя к местам прежней любви или былой славы, вот эта фраза: «…и он заплакал…». Ж. Жене

    Выключите свет. Абстрагируйтесь от внешнего мира. Два с половиной часа, шесть дней и целая жизнь ждут вас впереди, но будьте осторожны: настоящее Тарра может поглотить вас, вы медленно погрузитесь в затхлое болото выброшенных на поверхность останков давно ушедшей старины и, кто знает, может быть вам…понравится?

    В вышеприведенной фразе Жан Жене выразил суть человеческой жизни, ее смысл и чаяния — любовь и слава. Каждый человек хочет быть любим и каждый хочет реализовать свои амбиции. Но Бела Тарр жесток. Ни любви, былой ли настоящей, в киноленте нет, как, впрочем, и ушедшей славы. Есть только жизнь, изначальная ее форма, жизнь априори — это попытка выжить. Как бы парадоксально не звучало, выживание — это негласное правило, которое человек выполняет с самого появления на свет. Печально? Нет, эта мысль просто убийственна.

    В своей последней киноленте венгерский мэтр показывает жизнь отца и дочери, а также единственной помощи на их пути — старой лошади. Тарр намеренно не указывает время и место действия, подчеркивая тем самым их незначительность по отношению к величию жизни. На первый взгляд можно сказать, что идеей «Туринской лошади» есть визуализация сложности существования человека «на дне». Бедные люди — отец и дочь — находятся на грани выживания, у них нет ничего — ни любви, ни славы, ни куска хлеба.

    Шесть дней, шесть блеклых и унылых суток представляет пред зрителями Бела Тарр. Самый долгий день — первый, он изначально являет собой всю безрадостность человеческого существования. С каждым следующим часы сокращаются, ветер становится все более остервенелым, а мир… Мир умер. Сам режиссер говорит, что «это фильм о смертности, и родился он из глубокой боли…» — это далеко не ирония, и чем больнее человеку, тем ближе Апокалипсис. Сплетение религиозных мотивов и свидетельства о ницшеантстве, противопоставление жизни и смерти, а также глубокая метафоризация в киноленте Белы Тарра «Туринская Лошадь» нацелены на представление только одной простой цели, и эта цель до пресловутой боли проста: невыносимая тяжесть бытия.

    P.S. «Хочешь знать, в чем смысл жизни? Но его стоит поискать, поискать в самых узких и отвратных закоулках — там, где продают счастье…»

    23 ноября 2012 | 20:59

    Размышляя о своих, прямо скажу — не безоблачных отношениях с арт-хаусом, сущность которого никогда не признавал отдельным жанром (Кесарю — кесарево), а вместо этого предпочитал называть все своими именами — фильмами категории «B» или попросту — малобюджетными. Я так или иначе пришел к просмотру «Туринской лошади» — одного из претендентов на номинацию премии «Оскар» 2012 года, в качестве лучшего иностранного фильма, взявшего к тому же «Серебряного медведя» на Берлинском кинофестивале.

    Монументальная работа четырех европейских киностудий, захватила сознание в петлю еще до появления на экране первого кадра. Мощь и сила выражения породила бесконечную ненависть к бесславному существованию, влачению жизни и в то же время, сострадание к одиночеству героев, а кроме того страх… безотчетный страх к той роли, которую отводит нам лучшая из сценаристов — сама Жизнь. Все это оголяет нервы и бьет хлыстом по восприятию, в течении двух с половиной часов. Безумный вымысел, как кривое зеркало отражает неумолимое движение бессмысленных, на первый взгляд жизней, к роковому финалу.

    Разворачивая все действие картины в семи днях, режиссер предлагает себя в роли Творца, говоря при этом, что сложно будет сделать что-то более натуралистичное. Я же борюсь с ощущением, что смотрю диафильм «Преступления и наказания», в своей комнате, забитой книгами. При этом, проектор крутит ни кто иной, как сам дяденька Достоевский, попеременно выступая с короткими ремарками, поясняющими суть происходящего.

    В процессе просмотра, мною не было употреблено ни грамма никотина или алкоголя. Животные тоже остались целы. После финальных титров бушевало ощущение незаконченности. Возможно золотая статуэтка врученная непосредственному автору или же наоборот — полный провал картины в мировом прокате прикончат это чувство. Возможно. Но что именно произойдет, не решусь предсказывать.

    К слову, официальная премьера фильма в России состоится 22 марта 2012 года.

    9 ноября 2011 | 03:16

    - Разве ты их не слышишь?
    - Кого?
    - Личинок древоточца не слышно. Я 58 лет их слышал. Но сейчас от них ни звука.
    - Правда, их больше не слышно. Что это значит, папа?
    - Я не знаю. Давай спать.


    В своем последнем фильме венгерский мастер длинных планов показывает нам шесть дней из жизни отца, дочери и их лошади. Эффект присутствия во время просмотра создается просто поразительный. После 2,5 часов, которые идет фильм, кажется, что провел все эти шесть дней там, с его героями. Хотя главными героями для меня стали не отец и не дочь, и даже не лошадь. Главный герой этого фильма — ветер. Это абсолютно бесполезно описывать — просто надо видеть.

    Сам автор определяет свое произведение, как «фильм о тяжести человеческого бытия». Однако к одной этой идее все не сводится — я уверен, что у каждого зрителя после просмотра возникнет много своих мыслей. Также мне кажется, что вместо мыслей может возникнуть и пустота. Разумеется, будут и недовольные, потому что четкого сюжета и развернутых диалогов здесь нет.

    Хочется сказать пару слов о технических деталях, благодаря которым этот фильм не смотришь, а практически живешь в нем. Во-первых, непрерывность действия — использовано всего 30 монтажных склеек. Во-вторых, отсутствие зума — приближение и отдаление всегда достигается только движением камеры. В-третьих, отсутствие искусственных декораций — специально построенный дом из старого камня и дерева, специально вырытый колодец, настоящая домашняя утварь, т. е. практически подлинный XIX век. Однако моя высокая оценка фильму даже не за это. Просто я никогда не видел, чтобы кто-нибудь еще так снимал ветер.

    10 из 10

    10 октября 2011 | 10:41

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>