всё о любом фильме:

Иван Грозный

год
страна
слоган-
режиссерСергей Эйзенштейн
сценарийСергей Эйзенштейн
операторАндрей Москвин, Эдуард Тиссэ, Виктор Домбровский
композиторСергей Прокофьев
художникИосиф Шпинель, Лидия Наумова
жанр драма, биография, история, ... слова
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
для любой зрительской аудитории
время95 мин. / 01:35
Это фильм о человеке, который в XVI столетии впервые объединил нашу страну и из отдельных разобщенных и своекорыстных княжеств создал единое мощное государство, о государе, впервые возложившем на себя венец Царя Всея Руси, об одной из самых сложных, мощных и противоречивых личностей, — о царе Иоанне Васильевиче, вошедшем в историю под именем Грозный.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
100%
15 + 0 = 15
8.4
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • За первую серию режиссёр и съёмочная группа получили Сталинскую премию; вторая серия была запрещена.
    • Третья серия фильма существует только в сценарии, в подготовительных рисунках, в рабочих записях и нескольких запечатлённых на плёнку фрагментах. Из-за запрета второй части, работы над фильмом были прекращены.
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка

    ещё случайные

    У каждого народа, имеющего длительную историю, есть свой эпос, истинно всенародное, великое повествование. Оно дает народу повод для гордости, поднимает престиж в глазах других народов, повышает национальное самосознание. Это касается и кино. В кинематографе каждой страны есть как минимум одна такая лента, которая способна доказать кому угодно величие страны, в которой она родилась. Для США это «Унесенные ветром», для Франции — «Отверженные», для Японии — «7 самураев». Для СССР и России киноэпосом по праву может считаться грандизное, непревзойденное кинополотно великого Эйзенштейна «Иван Грозный».

    Перед нами один из самых эталонных, эпохальных фильмов в истории кино, дело многих лет кропотливого невыносимого труда гениальных мастеров экрана, фильм, по праву вошедший в хрестоматию мирового кино, по которой учатся западные мастера, фильм-эпоха и фильм — отражение эпохи. Бессмертное произведение искусства!

    Великий режиссер Сергей Эйзенштейн был уже болен, когда приступал к съемкам фильма, призванного в очередной раз посадить в лужу заокеанских коллег и развенчать миф о том, что социалистическое искусство неспособно создавать шедевры. Эйзенштейн снимал свой последний фильм. Трудно представить, сколько сотен тысяч, а может, и миллионов рублей заплатила изорванная гитлеровскими войсками страна, сколько нужно было сил и веры вложить в фильм, который мог никогда не появиться или погибнуть при какой-нибудь бомбежке.

    Итак, почему именно Иван Грозный был выбран Эйзенштейном? Иван 4 — личность, безусловно, провокационная, одиозная и в тоже время, нестандартная и притягательная для киношника. С одной стороны, создатель «3-го Рима», самодержец-объеденитель, первый царь, гениальный полководец, преобразователь и завоеватель. С другой, человек больной духовно и душевно, помешанный на власти, жестокий до садизма убийца, затопивший кровью всю Русь. И, с третьей, сильнейшая личность, набожный до безумства человек, окруженный ненавистью и злобой, взращенный своим веком и шедший по единственно возможной дороге. Но самое главное, что привлекало Эйзенштейна — это большая симпатия к Грозному Сталина, который видел себя эдакой новой реинкарнацией царя, и, в общем-то, был прав. Именно поэтому, всегда шагавший в ногу со временем Эйзенштейн, все документы о создании фильма, каждую реплику, каждое слово нес на рассмотрение лично Сталину, и казна, работавшая на военные цели, была открыта для Эйзенштейна.

    И режиссер не подвел честь страны, вождя и народа. Появилось кино, принятое во всех странах мира, как полет человека в Космос — с восхищением и завистью. Только подслеповатый глаз мог не заметить явную проекцию с Ивана на Сталина, но сейчас можно рассматривать фильм свободным от политики, потому что, даже снимая кино в стиле соц. реализма, С. Э. остался верен себе. Он досконально изучил личность Ивана Грозного и его историю и представил личность Ивана близкой к одноименной пьесе А. Толстого. То есть симпатии художника очень явно оставлены на стороне царя, и, хочешь, не хочешь, зритель тоже симпатизирует человеку, который жестокими, но единственно возможными способами «вгонял» Россию в великую историю.

    Перед нами предстает Иван Грозный со дня своего венчания на царство до создания опричнины, то есть во время, когда царь был вполне вменяем и действительно вершил великие дела, борясь с древними боярскими родами, не желавшими нарушать вековой уклад, завоевывал новые земли, отбивался от врагов, заключал дипломатические соглашения с Европой, объединял Россию и строил империю. Это время, когда жестокость царя еще не перешла в стадию демонической одержимости. В этом фильме на вопрос царя Ивана «Прав ли я?!» Эйзенштейн отвечает однозначно: «Прав!»

    Царя Ивана сыграл Николай Черкасов. На нем лежала огромная ответственность — раскрыть характер царя, показать его личность так, чтобы люди поняли, что грозным его сделал не злобный характер и не психоз, а окружение, что, возложив на себя тяжкий крест, он нес его всю жизнь, искренне веруя в тот карающий меч, вложенный в его руки Богом, нужно было раскрыть характер борца, который всю жизнь положил на плаху служения родине, всю жизнь был одинок, глубоко несчастен и обозлен, но не мог поступать иначе, ибо им одним крепка была тогда Русь. Черкасов играл не тирана, а человека, обремененного необходимостью тирании, беспощадного к себе и остальным. Актер не оправдывает царя, он просто дает жизнь застывшей в веках маски жесточайшего монарха и очеловечивает ее.

    Удивительно органически соединяет актер в этом образе героико-эпическое и человеческое начала. Его Иван — это воплощение эпохи, быта и мира российского средневековья. Сколько беспомощности в Иване, когда он оказывается болен и на коленях просит бояр, чтоб они не бросали дело его и целовали крест на царствие его сына. Как велик он, когда говорит о величии и силе своей Отчизны, как низок, когда отмахивается от верных друзей и слушается наушников. Как заботлив к своей любимой жене, как страшится за будущее сына…. Ужасный в гневе, великий в славе, преданный делу… В исполнении Черкасова перед нами поистине живой тип, выхваченный не только из истории, но и из жизни, ведь жизненный пример был совсем рядом… Поистине тяжела шапка Мономаха!

    Михаил Жаров, игравший Малюту, верного царского пса, немного переврал роль. Малюта изменил истории и оказался парнем куда более простым и куда менее страшным, чем того требовалось. Зато Серафима Бирман в роли царской тетки — это что-то невероятное! Страшная черная тень, паучиха, повсюду проклятьем следующая за царем и вершащая злые дела за его спиной, главная заговорщица и вместе с тем любящая мать. Сыграно просто конгениально. Нельзя не отметить и Кадочникова, сыгравшего роль дурачка-Владимира, боярского «выставленца» на царство. Существо простодушное и безобидное, герой страшен тем, что он может стать царем, и тогда падет величие Руси, как оно пало при идиотичном Павле. Марионетка с воловьими глазами, он почти бессловесный, но такой значительный и интересный персонаж.

    Эйзенштейн применил множество новаторских техник и в операторской работе и в режиссуре. Фильм снят с размахом, которым не может похвастаться ни один «Титаник». Это и тысячи статистов, и декорации дворцов и церквей и костюмы, и предметы быта, точно соответствующие эпохе. И музыка великого Прокофьева. Многочисленные крупные планы лиц и некоторая театральность в игре актеров нисколько не мешают, наоборот, помогают выразительности, помогают полнее ощутить дух страшного времени, понять его и принять. Каждый кадр здесь, каждый эпизод полны символов и смысла. Они идеальны.

    Перед нами величайшее полотно величайшего мастера и творца. Перед нами история великого царя, рассказанная великим режиссером так, как будто он сам был очевидцем тех событий. Перед нами русский киноэпос «Иван Грозный». Больше найти слов для описания величия этого шедевра я не могу. Это то, что навечно останется в памяти народной.

    10 из 10

    28 мая 2008 | 23:59

    Мысленно готов к расстрелу, так как покушаюсь на святыню от советского кинематографа. Пристегните ремни, конформисты-империалисты, кто не спрятался, я не виноват!

    Первая часть фильма сделана под Иосифа Виссарионовича, я представляю как он покрякивал от удовольствия, разглядывая карикатурных послов и персонажа Павла Кадочникова в слащавом гриме! Видимо макияжное ружье было изобретено в СССР задолго до Гомера Симпсона. Правда говорят, что Коба утверждал чуть-ли не каждую правку к сценарию, с таким продюсером особенно не поспоришь. Сказано-сделано!

    Фильм просто ломится от клюквы, а о исторических несоответствиях даже говорить неприлично. Сплошное фэнтези. Кому интересны подробности, прочитайте рецензию Добужинского. Особенно хочется отметить Малюту Скуратова, который получился прям ландыш серебристый! Привет НКВД! А уж как я хохотал, когда Ефросинья Старицкая ввалилась в палаты с криком: «Колычева взяли»! Ну достоверно же, черт подери!

    Актеры крутые, но зачем их загнали в такие ходульно-фальшивые рамки с деланными паузами и выпученными глазами? Совершенно непонятно зачем эти угловатые позы Ивана Грозного и хронический профиль? Зачем такой акцент на бороде? Ностальгия по Ильичу? Может в ней скрывается сила русская, как у Самсона в кудрях? Теряюсь в догадках. На ум приходит Старик Хотабыч и Троцкий, но не будем углубляться в дебри аллюзий.

    Основная часть съемок проходит в каких-то катакомбах без окон, при этом на стенах все время двухметровые тени, а в кадре пару канделябров на три свечи. Вот незадача. И если Лунгин перебрал с пытками, Эйзенштейн заигрался с тенями. Целесообразность искажения икон остается под вопросом как и гротескная театральщина под лубочным соусом, который лезет из всех щелей, как мишкина каша. Здесь кто-то восхищался массовками, ну так «Триумф воли» вышел еще в 1935 году, вот там массовки, а здесь сплошная статика.

    Вторая часть, она же цыганская, смешала в кучу все: оперу, балет, цвет и ч/б, песни и пляски, смех и грех. Рискну предположить, что Эйзенштейн, осознав эффект воздействия первой части на вождя народов, начал немножко понимать всю серьезность проблемы. Поэтому вторая часть госприемку не прошла, Сталин посчитал, что Иван Грозный получился унизительно похожим на Гамлета (surprise!), а опричнина на ку-клукс-клан (снова привет НКВД и товарищу Берии!).

    Фильм любопытный, но лишь как экспонат кунсткамеры времен беспробудного сталинизма. Конечно нужно сделать скидку на военное время, но заявлять, что это шедевр? Увольте! Что касается международного признания тех времен, то интерес к фильму иностранцев мне представляется таким же как к нетрезвому медведю на велосипеде «Орленок» c одной педалью.

    Третью часть Эйзенштейн снять не успел. История продолжается.

    24 апреля 2016 | 02:19

    Вы думаете, что фильм про Ивана Грозного? Не тут-то было! На экране мы видим завуалированного Иосифа Виссарионовича Сталина со скипетром и державой в руке, только вместо ярко выраженных усов присутствует ярко выраженная борода. Эйзенштейн, сделал царя всея Руси яростным, жестким, устремленным избранником народа. Чем не Сталин?

    Конечно, можно сказать, что царь и вождь и так чем-то похожи. Но фильм раскрывает только наиболее выгодные для советского правительства черты характера, что и заставило меня задуматься над тезисом про Ивана Сталина. Кому нужно, чтоб царь был показан психически нездоровым, неуверенным в себе, опьяненным от власти человеком?

    Ни для кого не секрет, что на экраны советских телевизоров было очень сложно попасть. Необходимо было писать пропагандирующие сценарии фильмов, удовлетворяющие правительство СССР. Эйзенштейн как выяснилось не исключение… Хотя погодите, я вру!

    Все кто смотрел этот фильм, знает, что у него существует 2 части, причем вторую запретили к просмотру. Почему фильм был разбит на две серии? Чтобы картина не была слишком долгой и нудной? Вряд ли!

    Догадку о хитрой игре Сергея Эйзенштейна можно узнать из второй рецензии ко второй части этого фильма: «Иван Грозный. Сказ второй: боярский заговор». Отзыв называется — «Шахматист Эйзенштейн».

    25 января 2014 | 23:41

    Действие первой части фильма Эйзенштейна разворачивается в период с 1547 по 1564 годы. Естественно, в такой промежуток времени произошло множество событий, которых очень трудно уместить в полтора часа, но создатели «Ивана Грозного» попытались это сделать. Неудивительно, что сие вышло у них не самым лучшим образом. Во-первых, многое осталось за кадром. Так в фильме практически полностью отсутствуют такие значимые фигуры того времени, как духовник царя поп Сильвестр, Алексей Адашев и митрополит Макарий. Во-вторых, появилось большое количество хронологических несоответствий с реальными событиями. К примеру, по сюжету данной кинокартины выходит, что царица Анастасия Романовна умерла в 1564 году, сразу после побега Кубского в Литву. На самом деле первая жена Ивана Грозного ушла из жизни на четыре года раньше, в году 1560.

    К тому же, в фильме вообще не должен был присутствовать Малюта Скуратов. Сей товарищ стал «оком государевым» только во второй половине 1560-х. Кстати, Малюту почему-то сделали по происхождению простым мужиком, хотя он в действительности происходил из дворянской семьи. Подобным же образом «понизили» Алексея и Федора Басмановых. В реальности они оба являлись представителями знатного боярского рода, тогда как в фильме эти опричники превратились в обычных дворян.

    Ну а сам фильм, несмотря на все ляпы, неплох. Посмотреть стоит.

    28 мая 2013 | 16:05

    Перечитав недавно «Князя Серебряного», заинтересовалась я Иваном Грозным, точнее, его образом в искусстве. Неоднозначная личность, огромное поле для трактовок и переосмыслений. С некоторыми колебаниями взялась за фильм Эйзенштейна, знаменитый цветной отрывок из которого к этому времени я уже видела. То, насколько это отличный момент, правда, можно оценить, только просмотрев весь фильм.

    В фильме много странного.

    Самая заметная странность — подход к актерской игре. Установка на красоту каждого кадра, а не на психологизм образов, и уж явно не на достоверность поведения. Все эти размашистые жесты (простирание дланей и иже с ними), подчеркнутые выражения лиц (Иван, например, то и дело странно таращит глаза), картинные позы (этак, извернувшись, отставить посох, или живописно припасть к ложу жены). Это выглядит уже не так дико, как в «Метрополисе» 1921 года, но иногда вызывает усмешку в явно неподходящий момент. О причинах такого подхода можно спорить, но даже при некоторой моей терпимости к подчеркнутой театральности в кино, это мешает.

    И ведь есть редкие моменты, где переживаниям героев начинаешь верить. Пожалуй, это разговор Грозного с Малютой о Курбском: «рыжий пес» царя очень умело играет на его чувствах, интригуя против его старых друзей: ты, мол, о дружбе его тоскуешь, а не на государственную измену гневаешься, — и, видимо, в точку попал, Иван очень ожидаемо среагировал. И еще некоторые моменты с Ефросиньей (ее первая колыбельная сыну и финальная).

    Потом, значит, странный подход к спайке эпизодов. Не успел закончиться один период жизни царя, как начался другой. Например, бунт, и царь такой народу: «Так давайте лучше на Казань!» — и все такие: «На Казань!» — и побежали на Казань, в тот же момент. Получилось, опять же, скорее смешно. А уж над гробом любимой моментально «включить» государственного мужа и с ходу ввести опричнину — это тем более странно. Судя по источникам, реальному Ивану в тот момент явно было не до политики: шок, истерика, горе, а уж потом, придя в себя… Зато нам обозначили, очень символически, причины и приближения «новых людей» в лице Басмановых, и «апгрейд» ненависти к боярам.

    Ну и госзаказ: к примеру, в первой серии «антинемецкие» высказывания явно предназначены вызвать у зрителя ощущение «тогда мы немцев били — значит, и сейчас одолеем» (фильм 1944 года).

    Понятное дело, не обошлось тут без затянутости, основательности, для серьезных фильмов это как-то обязательно, системное свойство. Но, хотя меня этой затянутостью пугали, за рамки она не выходила, это не «Сталкер», где ее явный перебор.

    Ну теперь к интересным моментам. Потрясающие костюмы, декорации, организация масовки. Посмотрев цветной эпизод пляски опричников, жалеешь, что не весь фильм цветной — такая роскошь. Но зато в черно-белом формате прекрасна игра светотенью. В общем, оформление выше похвал.

    Много красавцев. Сам Иван в молодости (удивительно, актер тот же играет его и в зрелости — отличный грим), Курбский, Басманов-младший. С красавицами хуже: хотя царица Анастасия по идее должна быть очень красива, тут, под многослойной одеждой, и не разберешь. А Ефросинья просто страшна, сначала я даже думала, что ее играет мужик. Зато какой характер очерчен: жестокая, хитрая, огромной воли и еще более огромного честолюбия женщина! Из вполне обычного исторического прототипа сделали фактически главного антагониста Ивана.

    Песня Басманова — вот так энергетика, а главное, уместность: кульминация борьбы бояр и царя, момент, когда маски будут сняты, предвкушение победы — но не честного боя, а грязной игры. Дикий карнавальный разгул, а под ним — трезвое напряженное ожидание эндшпиля. Музыкальная тема этой песни сохраняется до финала: «Гой-да, гой-да, говори… говори…»

    Вот еще интересный вопрос: о чем фильм? Как в школьном сочинении: «что хотел сказать автор?» Судя по всему, интересовали его вопросы очень глобальные, судьбы России, не менее — а лично я бы предпочла трагедию личности. Но тут приходится вспомнить опять же о времени: тогда вопрос судьбы нашей страны был очень острым и личным для каждого, это сейчас, тьфу-тьфу, он воспринимается более абстрактно. А уж если вспомнить о госзаказе…

    Если «Метрополис», уже мной упомянутый, стал теперь просто культурным явлением, то «Иван Грозный» пока еще воспринимается как «нормальный» фильм, правда, исследовательского интереса при его просмотре у меня все же было существенно больше. Не могу сказать, что меня полностью удовлетворил такой образ Ивана, но как вариант он любопытен.

    Что ж, классику посмотрели, какие есть еще фильмы про Грозного?..

    9 декабря 2012 | 16:51

    Под конец Великой Отечественной войны, выдающийся российский(советский) режиссёр Сергей Эйзенштейн снимает фильм о величайшем царе Иване Грозном.

    Сергей Эйзенштейн, подаривший нам такой шедевр как: «Броненосец Потёмкин», всегда в приоритете держал фильмы, доносящие до народа суть, которую они первоначально из других источников по-другому восприняли. Интерперетации режиссёра, которые он вносил в легендарные истории, всегда были чётко обоснованы. Еще в довоенные времена, а именно в 1938 году режиссёр снимает фильм о великом полководце Александре Невском. Из истории мы помним его подвиги, из литературы мы помним стих «О Ледовом побоище», а в фильме Эйзенштейна мы видим Невского во всей красе, мы видим его характер и обдумывание стратег и тактики и ещё больше начинаем восхищаться этим и без того великим воином. Само собой Истрия не всегда может быть той, кой является. И то, что до нас дошло из летописей и баллад не всегда могут быть стопроцентно правдивыми; без сомнения отблески гротеска присутствуют во всех легендах, которые мы изучаем учебниках истории. Но каким бы там ни было это все равно очень занятная почва, на которой пишутся книги, ставятся спектакли и в конечном этапе снимаются фильмы. Один из которых мы сейчас будем обсуждать.

    Фильм, а точнее дилогия «Иван Грозный» очень незауряден. Из этих двух серии, мы поговорим только о первой. Режиссер ставит перед собой задачу-максимально передать атмосферу 14 века на пленку в 20 век. Но лично я не совсем согласен, что это ему удалось. На мой скромный взгляд, фильм представляет собой съёмку театральной постановки, возможно этого и хотел великий режиссёр, но честно говоря мне этот стиль не особо понравился. Хочу заметить, что актёры бесподобны, проделанная ими работа не оставляет зрителя оставаться равнодушным. Перевоплощение Николая Черкасова из Александра Невского в Ивана Васильевича прошло очень даже успешно. Актеру хорошо удалось найти тот образ царя, который изначально ставил Эйзенштейн. То есть царь-не жестокий и кровожадный монарх, а думающий и справедливый. Но стоит заметить, что это пока что изначально, на первом этапе его царствования. Сюжет первой серии про великого царя о том, как царю приходилось терпеть предательства, наезды бояр, а также победа над Казанью.

    Царь выступает перед нами как патриот, чьё желание вернуть былые владения великой Руси. Но саму одержимость этой мыслью режиссёр не затрагивает. Хотелось бы кое-что ещё обсудить, но в этом случае будут спойлеры, поэтому не будем трогать. Возможно следует смотреть и вторую часть, дабы объявит вердикт. Как говорится:" История весьма сомнительна» и что-то предъявить великому мастеру будет не совсем обоснованно.

    Поэтому лучше обсудить сам фильм. Что касается операторской работы. Фильм снят потрясно. Верный соратник Сергея Эйзенштейна-оператор Эдуард Тиссэ навсегда войдёт в историю и будет считаться величайшем мастером своего дело. Этот оператор снимал для Эйзенштейна все его великие творения. Больше всего понравились крупные планы, они в фильме играют очень большую роль. Мимика, эмоции каждого героя картины о многом говорят. Так же понравилась очень плавная съёмка, несмотря на то, что фильм был снят 70 лет назад. Это говорит о невероятном таланте и старание очень сильного оператора. Монтаж тоже радует. Все 135 минут склеены несомненно хорошо. Хотя в те времена это было очень сложно.

    Ну и напоследок хочется сказать, что фильм «Иван Грозный» снят очень качественно, но в список лучших фильмов 20 века в советском кинематографе я бы его не занёс. Как я уже сказал, закос под театр портит атмосферу. Но вторую часть надо смотреть обязательно.

    15 декабря 2015 | 21:58

    Эйзенштейновского «Ивана Грозного» можно и нужно по праву ставить в один ряд со всеми общепризнанными эпохальными киношедеврами, знаменующими собой переход на совершенно новый этап в развитии всемирного киноискусства.

    Этот фильм, снимавшийся в обстановке цензурно-идеологического давления и потому изначально лишённый определённого сюжетно-творческого размаха, получился в итоге, пусть и в незаконченном виде, настоящим прорывом в кинематографе. По факту он перевернул все тогдашние представления о гармоничности сочетания технической и художественной составляющих кинопроцесса и доказал самим фактом своего существования простую, но ранее почти не бравшуюся в расчёт истину — техническая сторона фильма может и должна быть частью, органичным элементом его художественной стороны.

    Более красивой, творческой и новаторской работы операторов, художников, осветителей, монтажёров и прочей технической братии мир ещё не видел, — по крайней мере, в столь насыщенном и предельно качественном виде. Бочку мёда в этом случае не испортят даже несколько ложек дёгтя в виде устаревшей театрально-надрывной актёрской игры, довольно архаичной манеры преподноса сюжета и не очень хорошо сокрытого под видом якобы естественного окончания срыва съёмок на начальном этапе 3-й серии, из-за чего пришлось спешно перефигачивать окончание 2-й серии в окончание всего фильма.

    1) Визуал. Что и говорить, визуально «Иван Грозный» представляет собой что-то нереально совершенное и до невозможности поразительное. И хотя с этой точки зрения в той или иной степени хороши все работы Эйзенштейна, но именно этот фильм стал апофеозом 20-летней эволюции мирового кино в его развитии от хаотичного набора ракурсов, композиций и панорам до предельно выверенных и грамотно расставленных акцентов в плане творческого преподнесения картинки.

    Режиссёр построил практически весь фильм на сочетании новаторских и художественно-неповторимых кадров: даже рядовые, казалось бы, эпизоды, являются постоянно действующим торжеством либо незабываемого свето-теневого куража (игра теней на стенах царских палат впоследствии будет копирована в неисчислимом множестве более поздних фильмов), либо всесторонне реализованного как бы поиска операторского ракурса, на деле представляющего собой уже оформленный метод передачи визуального ряда.

    Что и говорить о ключевых моментах фильма — их сопровождают по-настоящему стильные (иначе не скажешь) крупные планы царя (одна из самых запоминающихся сцен — склоняющийся профиль Ивана Грозного крупным планом на фоне мелкой вереницы крестного хода вдали) и масштабно-символистские панорамы, будь то картинка одинокого царского шатра на холме у Казани, или просто демонстрация огромных и гнетуще-пустых комнат государя с неизбывной, зловеще-потусторонней теневой игрой на стенах (порой само действие фильма разворачивается в качестве его теневого отображения).

    Кадровая композиция с динамично движущимися облаками в соединении со статичной панорамой — это ещё один элемент революционности фильма, который тоже впоследствии не раз повторится в других фильмах, как наших, так и зарубежных (в первую очередь — именно в зарубежных). Безумно-инфернальная пляска скоморохов в финале второй (оказавшейся последней) серии с кроваво-красной цветовой вставкой — это потрясающая по своей силе и чёрной энергии внепространственная и вневременная аллюзия к прошлому, тогдашнему настоящему и будущему. В общем, это надо видеть.

    Помимо всего прочего, «Иван Грозный», как и любой качественно сделанный костюмный фильм, предельно эстетичен и красив сам по себе. Ну и не стоит забывать о музыке великого Прокофьева — даже самые рьяные добронежелатели «Ивана Грозного» не смеют оспаривать её (музыки) совершенства и органичности наложения на визуальный ряд.

    2) Актёры. Как и указывалось ранее, актёрскую игру можно назвать морально устаревшей. На первый взгляд, действительно — все эти резкие движения, нарочитая вычурность характеров, театральное позирование и прочее сегодня может восприниматься как нагромождение архаизмов.

    Однако необходимо принять во внимание, что над актёрами стоял великий режиссёр Эйзенштейн: будучи неисправимым тираном (в хорошем смысле) на съёмочной площадке (равно как и на театральных подмостках), всех актёров он подчинял прежде всего своему собственному соображению о том, как НАДО и как НЕ НАДО играть ту или иную роль.

    Даже столь титулованный и признанный к тому моменту Николай Черкасов беспрекословно выполнял все режиссёрские требования и, как и прочие менее «звёздные» актёры, всецело отдавал себя в бездну объятий авторского замысла. Многие полагают, что подход к актёрской игре, имеющий место в «Иване Грозном», — это нечто общее для всего тогдашнего если не мирового, то хотя бы советского кинематографа. Но это не так: вполне «раскованная» и «свободная», близкая к современной, манера лицедейства наблюдается во многих более ранних советских фильмах. Нет, — Эйзенштейн специально заставил своих актёров играть так, как они в итоге сыграли.

    «Иван Грозный» — это беспримерная историческая драма, строго выдержанная в поэтическо-метафоричном ключе. Художественная поэзия требует соответствующей актёрской игры, и — вот она! Это она и есть — поэзия в лицедействе, более чем грамотно вписанная в общий поэтический фон всего фильма. Кого-то она раздражает, но… мало ли кого что раздражает.

    Нужно просто принять во внимание: этот фильм не имеет ничего общего с нашими привычными представлениями о киноискусстве — да-да, именно с нашими. К сожалению, современные мастера кино в большинстве своём делают всё для того, чтобы отучить нас видеть в кино полноценное искусство, и мы потихоньку отучаемся. Так вот — «Иван Грозный» Сергея Эйзенштейна — это один из тех фильмов, которые никогда не позволят нам окончательно забыть о том, что и кино — это тоже искусство. И вполне возможно, если поверить человеку, загубившему третью серию эйзенштейновского шедевра и лишившего нас возможности увидеть полную версию фильма, кино — это важнейшее из искусств. Во всяком случае, в том числе и «Иван Грозный» делает его таковым.

    10 из 10

    6 июня 2009 | 19:54

    Получилось так, что смотря «Ивана Грозного» я воспринимал его как 2-х серийный фильм, по полтора часа приблизительно каждая серия, как это любил делать Тарковский. Только потом я узнал, что вторая часть была запрещена к показу. А есть даже и 3-я часть короткометражная, созданная по обрывкам сценария Эйзенштейна. Поэтому я буду говорить о двух фильмах сразу (полагаю, что так и задумывалось Эйзенштейном).

    Да, каждому более-менее здравомыслящему и сведущему человеку ясно, что данный фильм является заказом, причём конкретного лица. От себя добавлю: сдаётся мне, что на самом деле фильм делался для одного единственного зрителя. На самом деле в то далёкое время в стране и не было больше зрителей, кроме великого и ужасного отца народов. Поэтому содержание фильма, его историческая достоверность сразу же становятся несостоятельными в глазах современных любителей кино. Но вот в художественных средствах Эйзенштейна никто не мог ограничить, в частности и потому, что авторитет его на тот момент был огромен. Хотя и ответственность как Эйзенштейна, так и каждого участника съёмочного процесса, была не менее огромной.

    Обратимся к технической стороне дела. Разумеется, киномастера видят в этом фильме много замечательных приёмов и способов съёмки. Я же со своей дилетантской колокольни заметил следующие явления.

    Старые фильмы я оцениваю в первую очередь по критерию: интересно или неинтересно смотреть. Дело в том, что со временем фильм теряет свою актуальность, если он сделан на злобу дня. И так как фильм изобилует большим количеством изощрённых технических приёмов, то этот процесс старения кино особенно заметен в сравнении с другими искусствами. Первый раз я обратил внимание на это обстоятельство, смотря Тарковского. Тогда я подумал: А ведь если бы фильм снимался сегодня этими же людьми, то воспринимался он приблизительно так же, быть может, за исключением некоторых косметических нюансов. То есть фильм был снят таким образом, что манера подачи картинки и звука оказалась вневременная и не поддающаяся старению. Абсолютное большинство иных старых фильмов, включая, например, «Унесённых ветром» или «Бен Гура» смотрятся сегодня безнадёжно убого. Правда это не исключает, что фильмы можно смотреть с интересом, но при условии исторической снисходительности.

    И не ясно, что именно позволяет фильму быть вневременным. Наверное, это черта истинного искусства. В полной мере это можно отнести и к Ивану Грозному. Его ветхость выдаёт, разве что чёрно-белая картинка и «дискретное» звучание. (Стоит заметить, что я смотрел отреставрированную версию.)

    «Иван Грозный» — это образцовый пример того, как нужно снимать лица. Это нечто бесподобное. Тут в бриллиантовую композицию сливается всё: и грим, и правильно поставленный свет, и временной хронометраж, и, разумеется, игра актёров и идеально подобранная мимика и многое другое. Зрелище действительно завораживает и передаёт всю глубину происходящего на экране. Причём игра с лицами делает каждого персонажа весьма ярким, насыщенным и индувидуальным

    Второе — это визуальный ряд: костюмы, декорации. Но особенно меня поразили тени. Я понял, что атмосферу фильма, и главным образом и в первую очередь исторического фильма создают мелочи. В «Иване Грозном» мне бросилась в глаза работа с тенью.

    Теперь я для себя вывел один из главных критериев качества исторических фильмов — работа со светом и тенями. В те достопамятные времена не было софитов, ламп дневного света и так далее. Тогда были убогие свечки, факелы, которые создавали специфические тени и их сложную световую динамику. Эйзенштейн «осветил этот вопрос сполна». Мы видим не только тени по разному отфокусированные в зависимости от удалённости от потенциально источника света, но и их динамику сообразно возможной освещённости того времени.

    Музыка к фильму (не поворачивается язык назвать её саундтреком) написана выдающимся русским композитором Прокофьевым. Он уже работал с тёзкой Эйзенштейном в фильме «Александр Невский». Тут как говорится: все звёзды сошлись (в прямом и переносном смысле). Музыка, может быть, и сложновата для обычного не искушённого классической музыкой зрителя. Так и фильм весьма не прост и весьма «классичен». В общем, великолепная музыка великолепно вписывается в великолепный визуальный ряд.

    Разумеется, при более внимательном и вдумчивом просмотре можно заметить множество иных интересных моментов. И может быть я их ещё замечу, ведь такие фильмы можно и нужно пересматривать.

    9 из 10. Бал снижен из-за заказа и полного переиначивания исторической действительности.

    29 апреля 2011 | 09:52

    «Иван Грозный» — один из лучших фильмов. В мире.

    Бочку мёда в этом случае не испортят даже несколько ложек дёгтя в виде устаревшей театрально-надрывной актёрской игры, довольно архаичной манеры преподношения сюжета и не очень хорошо сокрытого под видом якобы естественного окончания срыва съёмок на начальном этапе 3-й серии, из-за чего пришлось спешно переделывать окончание 2-й серии в окончание всего фильма.

    Все эти недочёты меркнут по сравнению с совершенной технической составляющей «Ивана Грозного» — этот фильм стал прорывом в операторской и монтажной работе (прорывом во всемирном масштабе), помимо того он превосходен с точки зрения работы художника-постановщика. Последовательность кадров, ракурсы объектива, свето-теневая феерия — всё это превращает банальный историко-биографический фильм в грандиозный манифест торжества киноискусства.

    Мне показалось, что эйзенштейновский «Иван Грозный» оказал существенное влияние на копполовского «Дракула» 1992 г.: сравните два основных образа в том и другом фильме, сравните игру света и тени в апартаментах того и другого персонажа — на мой взгляд, одно вытекает из другого. По крайней мере, художественно-декоративное оформление палат царя Ивана и замка графа Дракулы чересчур подозрительно похожи друг на друга. Между прочим, сам Коппола как-то признал влияние киноструктуры «Ивана Грозного» на дилогию «Крёстный отец» (ещё до того, как диологи превратилась в трилогию).

    10 апреля 2009 | 14:01

    Это такой фильм, при просмотре которого нужно забыть об истории и просто наслаждаться режиссёрской мыслью. Это фильм, снятый ради художественного замысла, а не исторической достоверности.

    Здесь всё стильно (Эйзенштейн вдохновлялся картинами Эль Греко), всё именно сыграно. Всё на высочайшем уровне. Режиссёрская работа шедевральна (Эйзенштейн прорисовывал чуть ли не каждый кадр, не говоря о том, что сам написал сценарий), операторская — не менее восхитительна, а какая музыка! Хочется самой пуститься в пляс с опричниками и: «Гости въехали к боярам во дворы…» А актёры? Актёрская игра здесь выше понимания. Каждый просто до невозможного слился с героем. Это, может, и не реальные портреты Ивана Грозного, Анастасии, Басманова, Курбского, но портреты до мельчайшего проработанные и очень «объёмные».

    Конечно, кино на любителя. Но если прочувствуешь дух, атмосферу картины, то обе серии смотрятся на одном дыхании.

    Здесь без вопросов,

    10 из 10

    2 января 2016 | 17:47

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>