всё о любом фильме:

Трудно быть Богом

год
страна
слоган-
режиссерАлексей Герман
сценарийАлексей Герман, Светлана Кармалита, Аркадий Стругацкий, ...
продюсерРушан Насибулин, Виктор Извеков
операторВладимир Ильин, Юрий Клименко
композиторВиктор Лебедев
художникСергей Коковкин, Елена Жукова, Екатерина Шапкайц
монтажМария Амосова
жанр фантастика, драма, ... слова
бюджет
сборы в США
сборы в России
зрители
Россия  182.9 тыс.
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на Blu-Ray
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время177 мин. / 02:57
На планете, погружённой в глухое Средневековье, работают наблюдатели-земляне, которые пытаются бережно подправлять ход событий, не нарушая логическое развитие истории. Главный герой, дон Румата Эсторский, осознавая свою задачу сохранения нейтралитета, тем не менее, не выдерживает, когда в Арканаре (одном из городов планеты) захватывает власть «чёрное братство», свергнувшее господство «серых», столь же отвратительных, но не столь кровавых. Румата берётся за меч, чтобы покарать злодеев, и тем самым нарушает все правила и закономерности, вмешиваясь в чужой исторический процесс.
Рейтинг фильма
IMDb: 6.70 (2470)
ожидание: 88% (4098)
Рейтинг кинокритиков
в мире
100%
14 + 0 = 14
9.0
в России
85%
47 + 8 = 55
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Съемки начались в 2000 году и закончились в 2006 году. С тех пор, Алексей Герман работал в основном над звуком. К сожалению, он умер в феврале 2013 года, не успев доработать звуковую составляющую.
    • По сценарию название картины должно было быть «Что сказал табачник с Табачной улицы». К весне 2008 году Алексей Герман завершил монтаж фильма и хотел назвать её «Резня в Арканаре» или «Хроника Арканарской резни». В августе 2011 режиссер заявил, что фильм находится на стадии озвучки и окончательный вариант названия будет такой же, как у повести братьев Стругацких «Трудно быть богом».
    • Натурные съемки начались весной 2000 года в Чехии. В окрестностях замка Точник был построен Арканар. Павильонные съемки проходили в Санкт-Петербурге.
    • Режиссер решил снимать «Трудно быть богом» еще в 1968 году, через 4 года после выхода книги. Вместе с Борисом Стругацким они написали первый вариант сценария. В августе Герман получил разрешение на съёмки, но вскоре началась операция «Дунай» — вторжение в Чехословакию войск СССР и других стран Варшавского договора, поэтому режиссеру не разрешили снимать фильм. Производство картины затянулось по причине трудностей с финансированием и сложности озвучания.
    • 21 февраля 2013 года Алексей Герман скончался, так и не успев закончить фильм. Завершали работу над картиной его сын, Алексей Герман мл., и Светлана Кармалита.
    • еще 2 факта
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 5149 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    Очень давно, посмотрев одноименный фильм П. Фляйшмана, счел его надругательством над творчеством АБС, поэтому, готовясь к просмотру «долгостроя» Германа, думал хуже точно не будет, ведь снимал Наш человек! Вдобавок столько лет! Я ошибся. В отличие от фильма Германа, у картины 1989 г. была какая — никакая попытка передать основные мысли писателей, хоть что — то донести до зрителя, пусть обронив по дороге большую часть интеллектуального багажа повести. А что в активе у Германа? Попытка превзойти А. Тарковского в своем понимании Стругацких, заодно показав язык П. Фляйшману? Или вся эта серая картинка продукт агонизирующего мозга умирающего режиссера? Может дело в мизантропии? Возможно это исповедь или отповедь?

    Сюжет. Не секрет, что понять нечто, творящееся на экране, способны лишь те зрители, кто знаком с повестью Стругацких. Для остальных шансов практически нет, т. к. многообразный физический и духовный мир, с элементами позднего средневековья — начала возрождения, огромного города Арканара Стругацких заменили культурой первобытнообщинной формации и втиснули её в несколько комнат клоачного типа, за внешними стенами которых расположена парочка грязных не мощеных псевдоулиц с общественными сортирами без разделения на «М и Жо». Что оставили зрителю? Ничего, ведь его внимание приковано к карикатурам на людей, показываемых крупным планом. Да так приковано, что даже ключевые моменты запросто теряются в этой кунсткамере Босха. И пока зритель пытается разобраться: кто такой вот этот юродивый, а кто вот этот, откуда их знает некий Румата, как они узнали друг друга, и почему они друг друга ненавидят, калечат, убивают, топят в нужниках, осуществляют путчи, лезут в наглую в кадр, наконец, режиссер быстренько прогоняет обрывки основополагающих диалогов, разрозненно и странно вставленные в беспрерывно харкающий и принюхивающийся к чему — то похотливый мирок. Как будто он боится, что зритель услышит то, что слышать не должен. На пятидесятой минуте просмотра для меня наступил момент истины и все вольности, что позволял себе Герман, стали мне поперек горла. Появилась Кира. Вместо скромной, умной девчонки режиссер подсунул нам мартышку с лицом и повадками не сильно отличающимися от повадок звероподобных личностей, постоянно мелькающих на экране. В повести это один из ключевых персонажей, не дающих Румате уподобиться молоху. Образ Киры, как и других протагонистов повести, напоминает Румате о том, что он замаскированный бог, землянин, человек, что вокруг все таки не звери, а люди пусть пока ещё только «болванки, из которых только кровавые века истории выточат когда-нибудь настоящего гордого и свободного человека.» И когда в конце повести Киры не стало, не стало и цепей, сдерживающих кровавого Бога. У Германа этот увечный бог почему — то присутствует на протяжении всего фильма. Кстати, сомнительно, что у Руматы, в отличие от оригинальной повести, могло «сорвать башню» от того, что он увидел убитую гнилозубую идиотку с поясом верности наперевес. Более того, у Германа Румата явно не проходил «психологическое кондиционирование» и мгновенно теряет моральные ориентиры от алкоголя, а не от переживаний по поводу созерцаемой им действительности. Кстати, в отличие от АБС, режиссер не снабдил своего любимца «каспарамидом», видимо, получая садистическое удовольствие, наблюдая за тем, как люди превращаются в свиней. А вообще все земляне хороши: пьянство, разврат, всеобщее отупение — чему они могут научить варваров с другой планеты, если сами ничем не лучше? Такие земляне могут изучать эволюцию социума по себе, зачем прилетать на другую планету? Даже просто наблюдать горе разведчики не в состоянии — ноги заплетаются, глаза косят от градуса. А что могут натворить полубоги в пьяном угаре? Видимо, для этого режиссер в начале картины без всякой интриги раскрывает все карты: это другая планета, вот эти свиньи — земляне, а вот эти — местные. И не вздумайте их перепутать: на одних красивые доспехи на других мешковина. Правда, разница несущественная, ведь и те и другие в грязи и крови по колено. С пьянством связана, по — видимому, и теснота этого мирка: пьяный Румата со своей штормовой походкой далеко ходить не может, а поэтому всех антигероев ему дали зарезать прямо недалеко от его дома. Здесь вообще все в шаговой доступности от его бунгала с протекающей крышей. Не удивлюсь, если он упер свой меч рукояткой в землю, по причине невозможности его удержания дрожащей рукой, а враги сами словно куски шашлыка нанизывались на его лезвие. Есть и другие несообразности, например, куча рож, заглядывающих и бормочущих в объектив, как бы обращаясь к зрителю как участнику событий, ещё часто мы видим сено — в смысле скот чище людей? Что — то в картине безусловно трогает, но поймет это лишь тот, кто соберет в одно целое осколки, состоящие из монолога засыпающего комментатора и пары ключевых диалогов, пытаясь все время абстрагироваться от смачных звуков человеческих выделений и испражнений, а также от чувства, что он видит кошмарный сон, который скорее не пугает, а надоедает.

    Возможно фильм есть отражение нашего времени: все жрут, пьют, трахаются, пытают друг друга огромными деревянными фалосами и все это бессмысленно, без «вектора», как говорит Задорнов. Может это и есть основная мысль режиссера, только вот Стругацкие писали не про похождения социопатов, а зритель не обязан зачитываться социальной философией, чтобы найти в фильме хоть какой — то смысл.

    Актеры. Вместо актеров здесь пердящие, срущие, жрущие рожи и рыла с невнятной речью и одинаковыми характерами. Ярмольник не плох, и не беда, что не так молод как Румата АБС. Он настолько неплох, что когда его физию камера брала покрупнее, я инстинктивно отдалялся от экрана, боясь как бы он на меня смачно не сплюнул.

    Спецэффекты. Их попросту нет, зато атмосфера раннего средневековья представлена с точностью претендующей на историчность. Костюмы, человеческая масса, смешанная с грязью, пребывающая в пещерном разврате — все это достойно уважения и использования в документалистике. Не исключено, что Герман черпал вдохновение из «Попытки к бегству» Стругацких.

    Музыка. Нет её, ну не считать же музыкой какое — то низкое фоновое гудение и Руматовское дудение в разного рода свистелки.

    Вывод: Поклонники Стругацких должны посмотреть, но будут скорее разочарованы. Любителям покопаться в изнанке общества тоже пригодится, а вот обычному неподготовленному зрителю здесь делать нечего. Может Герман и доказал, что мы можем снимать фильмы не только про Великую отечественную и мыло про бандитизм девяностых и сегодняшних, но меня не покидало чувство, что это последний фильм уходящей эпохи, он»… как история. Назад идти нельзя. А он пошел». Жаль, но впереди у нас по — прежнему пустота.

    5 из 10

    9 мая 2014 | 19:54

    Фильм однозначно не понравился, но оставил массу противоречивых чувств:

    Во-первых, режиссёр явно экранизировал что-то своё, но не Стругацких. И если у меня роман вызывал в памяти приятное послевкусие газировки отрочества, то фильм оставил сладковатый привкус блевотины. Герман мастерски перенёс на экран, то что другие оставляют в кабинете психолога, ларьке с палёнкой или у барыги. 3 часа самой чёрной стороны души профессионала, поставившего месиво из грязи, кишок и Ярмольника.

    Во-вторых, Ярмольник в роли дона Руматы. К счастью, этому благородному дону по ходу фильма редко приходится говорить больше одной-двух фраз подряд. Ибо, как только Ярмольник произносит абзац текста, тут же превращается опять в самого себя. А он, как известно, актёр одной роли — «цыплёнок табака». Из этого плачевного ряда в лучшую сторону выделяется только предпоследняя сцена (беседа Руматы после побоища).

    В-третьих, затянутость. К чему растягивать всё это действо на 3 часа? В этом операторы Клименко и Ильин (наверное, их Алексей Герман заставил) похожи на профессионального фотографа, снимающего видео: камера плывёт по застывшей сцене, где персонажи явно начинают играть роль, как только камера доходит до них, и снова застывают, когда перемещается дальше. Плохо снимать триптих, водя объективом по отдельным участкам, и называть это фильмом.

    В-четвёртых, вялые мужские писюны. Тут Герман прогадал: это стало мейнстримом после «Игр престолов». В «Трудно быть богом» маленькие волосатые мужские гениталии (4 сцены) разбавляются женскими целлюлитными задницами (3 сцены) и стоящим ослиным членом (1 сцена на 7 секунд на весь экран).

    В-пятых, преобладание формы над содержанием. В этом Герман переплюнул и Кубрика, и даже Гринуэя. Особенно напрашивается сравнение с «Дитя Макона» последнего. Интересно, что того эффекта, который Гринуэй достигает за счёт камерности и заказных костюмов от Жана-Поля Готье, наш режиссёр добивается за счёт фекалий, крови и грязи.

    В-шестых, уровень. Учитывая вышесказанное, вынужден признать, что уровень картины — это-таки Гринуэй и Кубрик. Пожалуй, это достоинство фильма.

    4 марта 2014 | 23:27

    Опиши свои впечатления коротко:

    Режиссеру должно быть стыдно за такое. Авторам сценария — тоже.

    По существу:

    Сюжета в фильме нет. Нету завязки, развития сюжета, каких-то событий, кульминации. Нету подвигов, трагедий, ужасов, пыток, фашизма, гуманизма, героизма и любви описанных в книге. Есть лишь набор плохо связанных между собой отвратительных кадров, в которых все что видно — это грязь, фекалии, и пара уродливых немытых людей. К той замечательной книге, по которой это, якобы, все снималось — фильм отношения не имеет.

    Режиссерская работа на самом примитивном уровне. Создается впечатление что весь фильм снимался в каком-то одном, безумно грязном сарае, притом максимально крупным планом — чтобы не дай Бог зритель не смог увидеть что-же на самом деле происходит в этом маленьком и тесном мирке.

    Про актеров. Леонида Ярмольника очень хотелось увидеть на экране. Сам по себе он смотрится красиво. Из него действительно бы вышел хороший Румата Эсторский. Но увы, в фильме сюжета нет. Поэтому Леониду Исааковичу спасти картину не удалось. Жаль. Я очень разочарован.

    Напоследок вопрос к создателям фильма: Нежели за 15 лет (могу быть неточным в датах), нельзя было снять достойную картину??? За что, ну за что Вы так искалечили эту прекрасную повесть???

    27 февраля 2014 | 23:11

    Буду краток.

    Предыстория. Я большой любитель Стругацких, книга мне очень понравилась, и я очень ждал этот фильм последние 7 лет, как прочел книгу и узнал, что фильм снимают.

    По опыту просмотра предыдущих экранизаций этих великих писателей у меня все время были некие сомнения, перемешивающиеся с трепетным ожиданием релиза. И вот она, долгожданная премьера…

    Что же мы видим в итоге?

    1. Прекрасно воссозданные мир и атмосферу.

    2. Актеры проживают свои роли, не видно наигранности, как это обычно сквозит в большинстве советских и российских фильмов.

    3. Отличные съемки, ракурсы, смены планов.

    4. Потрясающая озвучка

    Однако…

    5. Я так и не понял, какое отношение происходящее на экране имеет к оригинальному произведению, кроме места действия, имен, отдельных реплик и общей канвы сюжета.

    6. Не понятно, что авторы фильма хотели донести до публики, так как ни одна сюжетная линия книги и ни один из персонажей не раскрыты.

    Мое личное имхо, что в данном случае получилось больше ожиданий, чем результата.

    Рекомендую фильм для киноэстетов (редко где вы увидите такую высококачественную техническую реализацию), фанатов Стругацких (посмотрите, как Арканар выглядел визуально глазами писателей) и любителей русского арт-хауса (трэш и психоделическое настроение на 3 часа сеанса и последующую неделю вам обеспечены).

    Не рекомендую для широких масс, которым важны сюжет, зрелище, действие, а также для тех, кто не знаком с оригиналом.

    И напоследок скромное обращение к нашему режиссерскому цеху.

    Многие книги Стругацких сочетают в себе фантастику, экшн, психологию, социологию, историю, политику, и т. д, и т. п. Еще ни одна экранизация не смогла раскрыть все грани в балансе, всегда получался перекос в ту или иную сторону. Еще не родился, и вряд ли родится тот режиссер, кто сможет передать Стругацких так, как они свои произведения задумывали. Поэтому пожалуйста, пожалуйста, и еще раз пожалуйста, даже не пытайтесь задумываться о том, чтобы снять экранизацию по Стругацким. А если такая мысль залезет к вам в голову и не захочет выходить, застрелитесь, ибо это будет эффективнее.

    1 марта 2014 | 13:38

    Данный фильм Алексея Германа, я рискну назвать биологическим испражнением, которое Некто держал в себе на протяжении шести с лишним лет. Точнее — это даже не испражнение, а отработка шлака, который изначально должен был быть переработан в симпатичное и ценное изделие, но по некоторым причинам его просто вхолостую перелопатили и снова выбросили туда, откуда взяли.

    На протяжении трёх часов, нас зрителей, тыкают в грязь. Герои фильма живут в вонючей жиже. Они наслаждаются грязью, могут специально ею измазаться, но при этом я нередко замечал их чистые руки. Да, несмотря на гнетущую атмосферу гниения, некоторые персонажи были замечены в чистых одеждах. Даже чёрно-белая картинка не смогла скрыть явную очевидность. Было странным наблюдать хлюпающих по болоту людей, в относительно чистых халатах. У них даже подошвы чистые (был такой кадр), и дети ухоженные, хотя видно, что специально измазанные. Этот каламбур выбивает из колеи. Подсознание кричит: НЕ ВЕРЮ! Всё это фальшивое! Актёры не могли постоянно сниматься грязными, я это понимаю. Но если по сценарию они в говно, значит и выглядеть они должны в говно.

    Смысл фильма равен нулю. Спустя два часа, известные персонажи произносят книжный диалог: что бы вы посоветовали Всемогущему так сказать, Богу? До этого я вообще не мог найти ничего близкого к содержанию — кроме имён и закадрового голоса зачитывающего некие отрывки. Если бы не пара диалогов в конце (не считая закадрового голоса), то можно подумать что Стругацкими тут и близко не пахло, и фильм просто вольная фантазия автора на тему… как всё плохо, и т. п. Тут надо смотреть иначе. Но как именно я не задумывался. На меня после фильма напала такая депрессия, что не передать словами. В таких случаях говорится: настроение ни к чёрту, жизнь отстой, да и вообще пошло оно всё нафиг. Так что если вы хотите прочувствовать подобное состояние, смотрите и… тяните удовольствие.

    Еще добавлю — не читавшим книгу, смотреть будет вдвойне сложнее, ибо кроме безсмысленных сцен он ничего не увидит. Кто читал книгу, тот тоже вряд ли обрадуется, и думаю не нужно объяснять почему. Судя по всему, «Трудно быть Богом» понравится «эстетам», которые смотрят фильмы не так, как мы привыкли, а как некое «искусство», которое нужно ни просто рассматривать, а чувствовать душой. Пример — картины Ван Гога или Малевича (тот самый «Квадрат Малевича»), на которых намазюкано странное. Но за то ведь, как это всё блин дорого продаётся!.. Такие вот пироги с яйцами.

    18 июля 2014 | 02:53

    «Трудно быть богом» — фильм-ностальгия. С первых кадров не получается отделаться от ощущения, будто я вернулся в свою родную Саратовскую губернию. Вот они, эти уютные улочки, залитые поносом, по которым разгуливают бомжи, плюющие друг другу в рожи. Рядом множество приятных людей: кто-то пускает слюни, блюёт или пердит, другой вырывает приятелю глаз, а где-то рядом бегает мальчишка с человеческими кишками в руках. Блюстители правопорядка тащат грамотея к яме с говном — будут топить. Соприкоснуться с таким кинематографическим чудом — это ли не счастье?

    Нет, серьёзно, что это было? Конечно, многим из вас известен роман Стругацких «Трудно быть богом». Надеюсь, перед походом в кинотеатр, никто себя не тешил надеждой увидеть обычную социальную фантастику? Поклонники творчества Алексея Германа достаточно хорошо себе представляли, чего ждать от экранизации. Дело в том, что в предыдущей своей работе «Хрусталёв, машину!» режиссёр уже дошёл до точки. Этот шедевр я смог раскусить только со второго раза. Сложное и неприятное кино, в котором нелегко уловить сюжетную нить, теряющуюся в череде карикатурно гадких эпизодах из советской эпохи. Всё это касается и последнего фильма, но с условием умножения на десять. Тут нет ничего такого, что отвлекло бы ваше внимание от созерцания мерзостей. Абсолютно беспросветный мрак. Герман отказывается от какого-либо нарратива, то есть не усложняет дешифровку сюжета, а упрощает её до нескольких сюжетно важных строк в сценарии. Всё остальное время посвящено смакованию каких-то гадостей.

    Сюжет, впрочем, здесь не излишество, и это стоит обговорить отдельно. Группа учёных XXII века отправляется на планету аналогичную Земле, но отставшую в развитии лет эдак на 800, ошибочно усмотрев в архитектуре дикарей начало эпохи Возрождения. На деле же, им пришлось погрузиться в дремучее Средневековье, где нормальных людей фактически нет, а тех, кто хоть немного стремится к знаниям, уничтожают. Просвящённые земляне под видом знатных господ не должны активно вмешиваться в историю, лишь оберегая туземцев от совершения очевидных ошибок. Один из таких учёных, дон Румата (Леонид Ярмольник), и является связующим звеном между зрителем и мрачным миром Германа. Он весь уже пропитан смрадом безумия, царящего в Арканаре. Кажется, что каждый из просвящённых землян находится в шаге от полной деградации. Моральные и физические уроды, населяющие этот чёрно-белый мир, периодически смотрят в камеру и обращаются к зрителю с какими-то невнятными замечаниями. Герман делает нас соучастниками этого трэш-аттракциона. Даже просто наблюдать за этим физически тяжело, но ближе к середине трёхчасовой эпопеи, чувства притупляются. Человек ко всему привыкает. Однако нельзя забывать о том, что перед Руматой стоит куда более сложная задача, чем просто сохранение рассудка: он пытается спасти хотя бы часть культурной и научной элиты туземцев, сохранив при этом нейтралитет.

    Вера Руматы в универсальность закона «не убий» в итоге даёт трещину. Он чувствует себя обязанным активно вмешаться в ход событий, чтобы восстановить справедливость. Впрочем, он слишком долго находился в королевстве кривых зеркал. Здесь Румата уже свой, он не кажется каким-то чуждым элементом в этом мире. Никаких полумер. Высшим проявлением нравственности Руматы становится устроенная им кровавая баня, массовое убийство. Цель оправдывает средства? Или же благими намерениями вымощена дорога в ад? Если жить в диких условиях, то грань между «добром с кулаками» и геноцидом, видимо, постепенно стирается.

    В оценке «Трудно быть богом» важен подбор слов. Выходя из кинотеатра, я не испытывал никаких чувств, кроме опустошения. Мне, наверное, неприятен фильм Германа, тем не менее, я впечатлён эпичностью этой сюрреалистичной киноконструкции. Серьёзная вещь, но крайне специфичная по форме, что неминуемо поляризует спектр зрительских оценок. И дело ведь не просто в натурализме. В фильме нет каких-то особо остроумных гадостей, но он пропитан настолько удушающей болезненностью, что поневоле задумываешься о том, что человек, создавший этот мир, наверняка познал все степени душевных страданий. Алексей Герман, ушедший от нас в феврале прошлого года, оставил после себя очень странное кинозавещание, дать объективную оценку которому весьма непросто или даже невозможно.

    12 марта 2014 | 15:05

    В зале гаснет свет, и после нескольких в меру дурацких трейлеров на экране появляется вид, достойный кисти старых мастеров. Ничего, это только начало. Где-то через полчаса зал начинают покидать самые нестойкие духом (и желудком). Еще полчаса — и бегство из зала приобретает повальные масштабы. Оставшуюся наиболее мужественную половину зрителей ждут довольно тяжелые два часа. Впрочем, для них припасена пара-тройка гэгов, которые гарантированно вызовут в зале облегченный, хотя и несколько нервный смех. В том числе и финальный, да, про музыку и живот, после которого редкий зритель не скажет на ушко спутнику/-це, что от фильма у него такие же ощущения.

    И их можно понять. Благородный дон Румата битых три часа перемещается по мрачным черно-белым локациям, вступая во взаимодействие с окружающими предельно отталкивающей внешности, журчат и капают телесные и иные жидкости, летает домашняя птица, что-то постоянно свисает с потолка, мальчики показывают неприличные жесты и копаются в кишочках мертвецов. Смысл потерянно бродит где-то за пределами кадра, в героях начинаешь разбираться в лучшем случае к середине фильма. Зато присутствуют: женская грудь во весь экран, голая и не совсем чистая задница, эрегированный ослиный пенис крупным планом на полминуты. Соседка гневно шепчет своему молодому человеку: «Валера, зачем ты меня сюда привел?». Парочка геев впереди: «Пазолини отдыхает».

    Действительно, по обилию насилия, жестокости и общей тошнотворной атмосфере последний фильм Германа вызывает ассоциации с последним фильмом великого итальянского режиссера. Но это только на первый взгляд. Все творчество Пазолини пропитано бурной, неукротимой тягой к жизни, которую режиссер находил в Евангелии и в античной драме, в арабских сказках и средневековых романах. «120 дней Содома» легко трактовать как столкновение смертельно жестокой силы пожилых фашистов с юной витальностью унижаемых и истребляемых ими героев. У Германа все по-другому. Тут нет ни «верхних», ни «нижних», все его герои на равных в устрашающем круговороте бессмысленного насилия и смерти. Если героиня Пазолини взывала к оставившему ее богу со дна чана с экскрементами, у Германа бог и сам бредет по горло в нечистотах вместе со всеми верующими и неверующими в него. Бог устал, у него болят колени и душа, и все, что он может, это наигрывать мертвяще холодный джаз, от которого все затыкают уши.

    Другое принципиальное отличие состоит в том, что «120 дней Содома», несмотря на радикальность художественного высказывания, это довольно традиционный нарративный фильм, что подчеркивается и названием, устанавливающим временной и пространственный промежуток действия, и четким делением фильма на части. Напротив, вся фильмография Германа есть хроника постепенного отказа от нарратива, от традиционного сюжетного кино. Для Германа важнее не рассказать историю, а передать ощущение. Отсюда мучительная предметность мира Арканара, бессмысленность и алогичность действий героев, вопиющая разница между героями фильма и романа. Отсюда бесконечная вереница звероподобных лиц, тычущихся в камеру, косноязычно бормочущих что-то, заслоняя и заглушая вроде бы главных с сюжетной точки зрения героев. Все они существуют, лишь пока на них смотрит камера в обруче на голове Руматы, а через нее — земные историки, принадлежащие к несравнимо более развитой цивилизации, которые, наверно, как и зрители в зале, в эти моменты морщатся и ругают про себя Румату: ну что он только одну грязь показывает! неужели нет чего-нибудь более приличного? Извините, нет.

    Кстати об историках. В советской исторической науке преобладал марксистский взгляд на историю, согласно которому все без исключения общества проходят через смену единых исторических формаций. Это приводило к забавным попыткам отыскать какое-нибудь армянское или китайское Возрождение, и Стругацкие в романе, среди прочего, скрыто полемизировали с этой доктриной. В западной исторической науке, напротив, к середине 20 века стало практически общепринятым, что каждое общество идет по индивидуальному историческому пути, и поэтому герои фильма, рассуждающие о возможном Возрождении на другой планете, для западного зрителя выглядят несколько странно. Также мы теперь знаем, что Средневековье — это далеко не просто «темные века», а Возрождение — совсем не такой «луч света в темном царстве», как полагали советские историки. Однако Герман не заинтересован ни в том, чтобы принимать во внимание достижения современной медиевистики, ни в том, чтобы следовать сюжету Стругацких, и чтобы не разочароваться в фильме окончательно, это важно понимать. «Трудно быть богом» — это беспощадный, бескомпромиссный, мизантропически тяжелый взгляд на человеческую историю, общество и культуру одного-единственного человека, Алексея Германа. Вы можете с ним не согласиться. Это вполне вероятно. Вам он может не понравиться. Это еще более вероятно. И тем не менее, собраться с духом и посмотреть фильм стоит. Потому что кроме экскрементов, крови и жестокости в фильме можно увидеть и выдающуюся работу оператора, и самоотверженную игру актеров, и уникальный, ни на что не похожий киноязык одного из лучших российских режиссеров.

    8 мая 2014 | 17:54

    На свете существуют всего 2 экранизации повести братьев Стругацких «Трудно быть богом»: первая была снята ещё в далёком 1989 году, и после просмотра оставила двоякое ощущение — вроде и не совсем провал, но и далеко не шедевр, не смотря на интернациональную команду кинематографистов. И вот, наконец, добравшись до кино адаптации 2013 года за авторством Алексея Германа, хочется сказать следующее: что это только что было?!

    Начнем, пожалуй с плюсов… с плюса — фильм чёрно-белый. Это и вправду хорошо, так как наблюдать происходящую на экране смрадно-фекальную психоделику все 3 часа, да к тому же еще и в цвете наверное не выдержал бы никто. Серьёзно, весь фильм перед зрителем творится нечто невообразимое…

    Сюжет данной кинокартины… Да нет здесь никакого сюжета, лишь нарезка эпизодов книги в хаотичном порядке. Следить за событиями невозможно, так как на протяжении всего фильма события на экране представляют собой форменный кавардак, по уши замазанный одной небезызвестной субстанцией.

    Постановка кошмарна, большинство актёров играют отвратно, да к тому же подавляющее число персонажей похожи на душевно больных. Да что там абсолютно все там таковые, включая главного героя. Ярмольник, к слову, играет на голову лучше остальных. Вопрос только в том, зачем его персонажа сценарист превратил из харизматичного героя-любовника и дуэлянта с широкой душой и добрым сердцем в уставшего и разбитого человека с явным расстройством личности? Как и не понятно, зачем превращать весьма развитый по средневековым меркам город в какую-то дурно пахнущую выгребную яму с парой сараев. Зачем заставлять персонажей половину своих реплик произносить прямо в камеру — тоже не понятно, ведь таким образом рушится магия кино!

    Музыкальное сопровождение представляет собой бессвязный набор завываний, свистов, скрипов и прочих звуков, которые музыкой можно назвать с большой натяжкой, однако надо отдать композитору должное — вписываются они в эту шизофреническую атмосферу превосходно.

    С точки зрения технических аспектов, фильм не выдерживает никакой критики: звук сведён кошмарно(все говорят с жутким асинхроном), съёмка такая, что складывается ощущение, будто оператор просто не знал, куда ему ставить камеру. Про монтаж же лучше вообще не вспоминать — походу монтажёра в фильме попросту не было.

    После выхода данной кинокартины многие критики поставили ей достаточно высокие оценки, говорили о глубоком смысле, заложенном в ней. Вот только я, к сожалению, из тех людей, кто не станет разгребать гору экскрементов, чтобы его понять. Если кто вдруг не понял, здесь фекальная тема раскрыта в полной мере и в самом что ни на есть прямом смысле.

    2 из 10

    18 июня 2015 | 11:37

    «Трудно быть богом» братьев Стругацких очень сильно впечатлила, в одной книге сконцентрировано множество философских и повседневных проблем: человечность вне зависимости от технологического прогресса, любовь, поддержка, безразличие, жестокость и так далее. Узнав об экранизации обрадовался, увидев трейлер — вдохновился. Посмотрел фильм (в кинотеатре) и что можно сказать: «Жаль, что не получилось экранизации»

    Плюсы: Атмосфера — полнейшее ощущение присутствия (и без хвалённого 3-Д, заметьте). Черно-белое кино, звуковое сопровождение, воссозданное средневековье, (грязное, скользкое, абсолютно неприятное) в него веришь сразу же, и отдельное спасибо операторской работе, она на высшем уровне.

    Минусы: Полное погружение в фильм пошло против него. То, что показывают на экране вызывает сильный физический дискомфорт. Я не сторонник того, чтобы на весь экран демонстрировали то, на что смотреть абсолютно не хочется, особенно если это просто сцена или кадр, не несущая смысловой нагрузки.

    Фильм идет почти 3 часа, слишком долго, на мой взгляд.

    Итог: Минусов много, но в целом мне фильм понравился за атмосферу средневековья (если рассматривать его отдельно от книги), но не в коем случае не сравнивать с книгой. Это почти одинаковые по сценарию произведения, но вот содержание их совершенно различны.

    10 февраля 2015 | 10:11

    Это худшее, что я когда-либо видел. Герман вообще сделал себе имя на издевательстве над зрителем, но это кино — предел его перверсии. Сперва я не мог понять, как можно в наше время браться за экранизацию столь не своевременной и конъюнктурной повести. Оказалось, Герман не промахнулся. Он уловил два нынешних тренда, два популярных субкультурных пристрастия, и поэтому его фильм вполне современен и найдёт своего зрителя и даже почитателя.

    Первое — фэнтези. Удивительно, что фильм упорно записывают в категорию фантастических. Это чистейшее (т. е. грязнейшее) фэнтези. Для сотен миллионов утонувших в мониторах зомби, всё общение которых с Реальностью опосредовано всё тем же монитором, выдуманный мир — единственное пристанище. Когда окружающая реальность отвратительна, подавляюща и стабильна, естественно начинаешь воображать себя Дейенерис Таргириен, королевичем Каспианом или Леголасом — каждый в меру своей испорченности/недоделанности. А самые активные потихоньку начинают даже плести кольчуги из скрепок и посещать занятия по ролевому фехтованию. С другой стороны, т. н. «реальность» настолько часто на протяжении ХХ века (уплотняясь ближе к нашим дням) показывала себя игрой идеологий, масок, брендов, что у обывателя, оторванного от Естественных Условий Бытия, не может не возникнуть сомнения в том, что «здравомысленный» мир реальнее хорошо прорисованной компьютерной игры. И вся т. н. «жизнь» в эпоху медиаманипулирования стала таковой игрой. Почему быть «пацаном с раёна» реальнее, чем быть доном Руматой? Герман, в точку!

    Второй тренд — гриндкор. Смакование расчленёнки, кишок, дерьма и пр. На месте абстрактно «правильных» спецслужб я бы особо заинтересовался этой субкультурой, но статистика показывает, что таковая публика — самые порядочные и законопослушные соглашатели, избиратели и покупатели. А как они по ночам безобразничают или над чем облизываются в своих грязных мечтаниях, порождёнными подавлением мамами, железобетоном и «пацанами с раёна» — это их личное дело. Благо, в реал это не выплёскивается. И для замаскировавшихся пубертанов и переформатировавшихся прыщедавов фильм Германа создаёт атмосферу смачного виртуального прибежища.

    Так что гадость гадостью, а выжидал Герман столько лет не случайно. Он чуял, что когда-то тренд «самой читающей страны», страны пишущих стихи сталеваров, превратится в говённое месиво каст и стилей, нормального и безобразного, форматного и уродливого.

    Только в самом главном пункте Герман — ортодоксальный продолжатель Стругацких. В превозношении техногенной Современности над глухим, глупым и безотрадным Средневековьем, в котором тысячу лет жили не ради абстрактного «Человека», а во имя конкретного Бога. Когда наш народ был покультурнее, эпоху Ковки Духа пытались критиковать, осмеивать, оспаривать и умалчивать. Теперь — время бездарных и низких масс. И достаточно визуально уравнять Средневековье с образом всеохватного дерьма и блевоты, чтобы при упоминании о «эпохе Сергия Радонежского» или «мире Франциска Ассизского» подготовленная публика начинала морщить наманикюренные носики и готовить недопереваренные «дошираки» к извержению. Теперь всё просто!

    Если долго всматриваться в дерьмо, дерьмо станет тобой!

    1 из 10

    9 мая 2014 | 15:42

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>