всё о любом фильме:

Остров смерти

Ta paidia tou Diavolou
год
страна
слоган«An original film, thrilling from start to end»
режиссерНико Масторакис
сценарийНико Масторакис
продюсерНико Масторакис, Несторас Павелас
операторНикос Гарделис, Нико Масторакис
композиторНикос Лавранос
художникКэтерин Зейсс, Джон Галатис
монтажВасилис Сиропулос
жанр ужасы, ... слова
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время108 мин. / 01:48
Молодая пара приезжает на райский греческий остров Микон. Кристофер считает себя «ангелом господним с пылающим клинком», и свое призвание видит в уничтожении «извращенцев». Селия подчиняется ему и принимает активное участие в казнях, которые он учиняет на острове.
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Фильм вошел в анналы мирового кино как наиболее цензурируемая и запрещаемая лента.
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка


    Фильм «Остров смерти», снятый режиссером Нико Масторакисом, и выпущенный в свет в 1975 году, мне понравился. Итак, я посмотрел еще один довольно редкий фильм, далекого 1975 года. Попался он мне совершенно случайно. Но не об этом. Если честно, я решил посмотреть его из-за его режиссера, с многими работами которого я знаком. И это его первая режиссерская работа. Снято все здесь как-то не профессионально, хотя чувствуется, что создатели старались, но нужно учитывать, что бюджета у фильма практически не было. Он был слишком мал. Но несмотря на это красиво получилось снять природу вокруг, открытое море, разные окрестности, все эти здания вдалеке. И весь этот вид иногда сопровождается довольно хорошей музыкой, которую, на мой взгляд, удачно подобрали к тому, что происходит на экране. Можно вполне считать, что кино музыкальное.

    Самое интересное то, что главные герои, Кристофер и Селия, приезжают на остров, причем, не на какой-нибудь необитаемый или на такой, где стоит какая-нибудь одна маленькая деревушка, а на довольно широкий, где находится большое поселение, даже город. Создатели это продумали. А приезжают туда для одной цели, которая у них возникает позже — избавить нормальных людей от извращенцев и прочих уродов. Расположившись на острове, Кристофер начинает самыми жестокими способами казнить всех, кто на его взгляд не достоен здесь жить и мешает нормальным людям. Причем, его ненормальному поведению нисколько не удивляется его жена, Селия. Она даже ему помогает расправляться и пытать его жертв. А остров, который называется Микон, большой. Соответственно, можно понять, что и жертв у этой пары будет много.

    Я думаю, что Нико Масторакис справился со своей задачей. Хотя, в наше время этот фильм вряд ли кого-нибудь может напугать, но вы посмотрите, в какое-время он снимался. Это то же самое, если фильм 2011-го года смотреть в 2078-ом. Сюжет, конечно же, кажется очень простым, спецэффекты отсутствуют, все эти казни серьезного впечатления или страха не производят, но все равно выполнены хорошо. Хочется еще отметить и операторскую работу, ведь благодаря ней местами можно заметить хорошую природу вокруг и красивые места. Актеры играют средненько, хотя получается хорошо выражать боль и страх у тех актеров, которые играют жертв самосуда Кристофера и Селии.

    В итоге — довольно интересный, но местами даже скучноватый фильм, который рассказывает нам историю о самосуде на большом острове Микон. Уверен, стоит посмотреть.

    11 марта 2011 | 12:37

    В Греции, как известно, есть все, или, если сделать скидку на текущие события, было все. Несправедливо полагать, что лишь на Крите какая-то особая магнетическая аура, из года в год притягивающая туристов со всего света. Каждый островок в Эгейском море не только хранит следы античной цивилизации, но и способен предложить своим гостям изысканное наслаждение, свободное от каких-либо норм и ограничений. Закон соблюдать при этом, конечно, желательно, но парочка английских молодоженов Кристофер и Селия на подобные мелочи привыкли не обращать внимания. Изрядно повернутые на сексуальных игрищах в самых, подчас, неординарных местах, взбалмошные молодые люди быстро начали считать остров собственной вотчиной. Попутно они наделили себя полномочиями блюсти мораль окружающих с применением самых радикальных средств, вроде револьвера, случайно подвернувшейся под руку сабли, а то и собственных кулаков с каблуками. По тихому райскому уголку будто пронесся кровавый смерч, истребивший множество людей без видимых причин. Некоторые из убитых имели нетрадиционную сексуальную ориентацию, другие имели неосторожность быть совращенными или же сами проявили нездоровый интерес к английским гостям, но итог один — местное кладбище разжилось новыми постояльцами.

    В рамках довольно обширной, хотя и не слишком известной фильмографии, Нико Масторакис отметился сразу несколькими острорезонансными постановками, и по иронии судьбы его дебютная лента «Остров смерти» быстро обрела нездоровую популярность. Спустя несколько десятилетий можно бесконечно долго заниматься домыслами, что же такого нашли в этом фильме цензоры, навеки припечатав его званием самого запрещаемого. Масторакису неведомо табу, и пусть американец с греческими корнями снял свое кино не в формате софт-порно, а размах эротических сцен впечатляет и по нынешним меркам. Другое дело — пресловутая хоррор-составляющая. Несмотря на обилие крови и кучу шокирующих эпизодов, «Остров смерти» реально способен устрашить разве уж очень чувствительных зрителей, которым в таком случае диск с «Калигулой» и в руки брать не стоит. Мало ли чего, в самом деле. Симптоматика совершаемых преступлений практически выходит за рамки стереотипного помешательства, которое способно внушить своему владельцу, что он этакий божий мститель или вершитель беспощадного правосудия над всеми, кто замечен в прелюбодеянии или противоестественных сексуальных связях.

    Пустить кровь, отсечь отвалом бульдозера голову, выстрелить мозги через глотку или даже прибить гвоздями несчастного аки Христа — дело нехитрое, но беспокойной европейской общественности в свое время, видимо, хватило. Масторакис, умышленно или произвольно, не стал утруждать себя головоломными перипетиями сюжета, сконцентрировавшись на «мясных» примочках. Точно предвосхитив появление знаменитых Микки и Мэллори, американогрек предпочел посвятить максимум экранного времени сочно исполненным убийствам Кристофера и Селии. Метаморфоза, которую регулярно переживают кровавые новобрачные, представая то веселой разбитной парочкой, то циничными палачами без внятной мотивации, устрашает много больше конкретных нюансов преступлений. Оказавшись в месте, где нет никаких запретов, англичане сполна наслаждаются ролью пираний в аквариуме. Трахается хозяйка апартаментов с кем-то вне брака? Ей черная метка. Новый знакомый кичится своей гомосексуальностью? Ничего, сабля придет за его телесами. Хозяйка бара не слишком скрытая лесбиянка? О’кей, и до нее доберемся. Тупость греческой полиции разжигает аппетит парочки убийц куда круче «ныряния» в чужие окна, свое название фильм оправдывает по самому высшему разряду.

    Не предлагая ничего экстраординарного в плане развития характеров, картина Масторакиса исправно работает на зрительский интерес, для чего у режиссера в запасе куча эпатажных сцен со всеми видами сексуальных девиаций и словно залетевшая сюда по ошибке тяга героев снимать свои похождения на фотокамеру. Непомерная озабоченность Кристофера и Селии дичайшим образом сочетается с их беспримерной наглостью, что выливается в откровенные провокации наивных греков и гречанок с непременными убийствами. Притом отношения между самими «Мэллори» и «Микки» представляются, мягко говоря, неоднозначными. Писклявый голосок Селии вроде как твердит об утолении кровавого аппетита, да и Кристофер браво соглашается, что, пожалуй, хватит, но это пускание пыли в глаза настолько явное, что может свидетельствовать как о желании Масторакиса запутать зрителя, так и о банальной недоработке. Религиозная подоплека, которая по первоначальной авторской задумке должна была являться основным лейтмотивом фильма, на деле незаметно испаряется в ласковой синеве греческого неба. Вся событийность благополучно возвращается во чрево обычного криминала с изрядным эротическим налетом.

    Снятый в эпоху высвобожденных нравов, фильм вполне можно счесть показательным примером эпатажного авторского стиля. Своих локальных высот Нико Масторакис, впрочем, будет достигать позже и с другими картинами, а «Остров смерти» стоит счесть запоминающимся режиссерским дебютом, который способен подарить любителям острых ощущений немало красочно-кровавых кадров. Заметный сарказм постановщика, его почти неприкрытое презрение к всевеликому воинству греческих развратников неплохо формирует специфическое обаяние картины. Масторакис сумел добиться непреходящего любопытства, отчего дуэт палачей вдруг разразился таким небанальным способом проведения досуга, найдется ли на кровожадных влюбленных управа, и какую роль в этих событиях играет фотопленка. Не имея принадлежности к хоррор-пантеону, оригинальный постановщик оставил в истории жанра любопытный образец, к которому стоит обратиться хотя бы для того чтобы побыть цензором для цензоров.

    24 ноября 2015 | 19:13

    Сегодня, когда я это пишу, мне 30 лет… Не самое лучшее начало для текста о мало известном в России старом греческом фильме ужасов. Но ничего не поделаешь: фильм оказался удивительно личным для меня, а я дал себе слово, что та лепта, которую я вношу в Кинопоиск, будет чем-то вроде блога, раз уж мой блог (если б он у меня был) априори никому не нужен. Да, блога у Кукки нет: не настолько он чудак, чтоб увлекаться совсем уж гиблым делом. А вот на Кинопоиске кое-что о фильмах, но на самом деле скорее о себе любимом, он за эти годы понаписал, и большинству читателей (пусть и не подавляющему) даже понравилось, так что есть смысл и в этот раз отметиться. Итак, накануне своего 30-летия я посмотрел фильм, удивительным образом позволивший мне критически взглянуть на своё творчество со стороны!

    Случилось так, что лет через 40 после Никоса Масторакиса, очередного хитрого грека, ставшего режиссёром худо-бедно мирового масштаба, ваш покорный слуга взял да написал почти точно такую же историю: двое приехавших издалека на курорт (у меня это казанец и девушка из Иванова в Абхазии, а здесь — британцы в Греции) любят друг друга, но не окружающих; местные жители, которых опасная парочка считает «грешниками» и «покарать» которых торжественно клянётся друг другу. Что секс и наркотики присутствуют там и тут, и говорить нечего. Вообразите моё удивление, когда я спустя полтора года после написания своей новеллы про «Бонни и Клайда» посмотрел фильм, который, выходит, задолго до меня сказал (а вернее — показал, да ещё и в красках) всё, что я хотел сказать миру в своей, будем прямо говорить, прошедшей для человечества незамеченной прозе! Вот разве что мои герои никого не убили (максимум, что они делали в физическом плане, это пинали упавшего человека, да и то всего одного; но мои персонажи страшны не убийствами: моральная, а не физическая жестокость была их кредо), и они не приходились друг другу теми, кем герои Масторакиса, а так сюжет просто сказочно совпадает. Даже фотокамера, на которую снимаются весьма пикантные сцены, фигурирует как в кино, так и у меня. А также лейтмотивом проходит через обе истории одухотворённая музыка, резко контрастируя с непотребным и безнравственным содержанием сюжета. Если у меня в сюжет вплетена высокоинтеллектуальная музыкальная группа, имеющая вокруг себя ореол благообразных и добродетельных людей, то для фильма Масторакиса некие пожелавшие остаться неназванными певцы (причём слова песен сочинил сам же Никос Масторакис) записали романтичные песни в духе того времени: с нескрываемым акцентом распевают, видимо, греки по-английски о наивной вечной любви, как пел аккурат тогда и дуэт «Баккара». Мда, как же я всё-таки банален, раз написал новеллу с уже сорок лет существующим сюжетом! А счастье было так возможно: я нарочно не стал в сотый раз обсасывать чернуху про озверевших маньячных любовников, за которыми тянется кровавый след, а полиция вечно остаётся с носом, а «Бонни и Клайдом» называл своих героев (простите, антигероев) исключительно образно, ради романтики, вот и уверовал, что создал действительно оригинальную и неповторимую вещь. Держи карман, Кукки, держи карман!

    Посмотрев кино Масторакиса, я саркастически посмеялся над собой: вот, мол, твоя «оригинальность». Собственной персоной. Моё, не побоюсь этого слова, произведение устарело на сорок лет и в этом кричаще-разукрашенном киночудище вылилось в легенду неуспеха даже в мире «би-муви». Действительно, этот фильм скорее показывает, как НЕ НАДО снимать эксплуатационные фильмы, если не хочешь вылететь в трубу, чем хоть какое-то подобие успеха. А Никоса Масторакиса в итоге, если и признают именитым режиссёром, то исключительно в области «би», но никак не «эй», причём конкретно этот его дебют он сам признал неудачей. Я, говорит, был такой молодой да ранний режиссёр, желавший снимать так, чтоб были и кровища, и сексуха. (Прям как Мёрфи, герой Гаспара Ноэ в его незабвенном фильме «Любовь».) А тут как раз на экраны выходит великая и ужасная «Техасская резня бензопилой» — и срывает куш! При таком-то бюджете и таком-то содержании! Ну, и я, значит, думаю: аккурат! У меня будет столько крови, что денег соберу столько, что «Техасцы» сами себя бензопилой с досады порежут! (Это не я, это Нико так говорил в интервью.) Вот и выстрелил он — в молоко. Как и я со своей новеллой.

    Наши с Нико неудачи — другим наука. Хорошо делать сумасбродные эксплуатационные сюжеты про злобных кроликов, которые карают за грехи, но сами грешат, — да, даже такие «содержательные и высоконравственные произведения» делать тоже надо уметь.

    P.S. Хотя образ пастуха неплох, как и музыка. Если музыка просто ласкает слух (ну, люблю я граничащее со слащавостью «диско 70-х»: Жанетт, упомянутую «Баккару» да латышскую еврейку Мондрус, чей оригинальный латышский хит впоследствии стал Пугачихиным «Миллионом алых роз»), то греческий пастух — это почти Пан, в смысле античный божок лесов, полей и стад, которого как кто видел, так и впадал в панику. Да, пастух славный, а британцы вишь, в чужой стране оттопыривались, прогневили греческую землю. Хотя… уж не прознал ли пастух, что главгад в начале фильма сделал с козочкой?!

    3 апреля 2016 | 22:37

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>