Давно это было дело, у меня была подборка фильмов с актером Дэвидом Боуи. На этой подборки были настоящие классические шедевры. Данный фильм тоже присутствовал на этом диске. Когда я его сел смотреть, я даже не знал что мне ждать от фильма. В те времена я просто не знал таких людей как Нагиса Осима, Рюити Сакамото и Том Конти. Про Такеши Китано я, конечно, слышал, но фильмы его еще не смотрел. Но все меняется и иногда даже в лучшую сторону.
Фильм произвел на меня очень сильное впечатление. После этого фильма я пересмотрел другие фильмы Нагисы Осимы. Пересмотрел все фильмы Такеши Китано. И полюбил музыку Рюити Сакамото. Нагиса Осима снял душераздирающую драму про разных людей, про разные ценности и, наконец, про разную культуру. В этом фильме все пропорционально. Восток и Запад. С одной стороны музыкант Рюити Сакамото с другой стороны музыкант Дэвид Боуи. С одной стороны актер Такеши Китано с другой стороны актер Том Конти. А что тогда посередине? А посередине война, слезы, боль и густая кровь.
Каждый борется за свою правду разными способами и методами. Судить об этом фильме очень трудно. Режиссер потихоньку расскажет про каждого героя. Он сделает это очень своеобразно. Вообще мне кажется, этот фильм снят не для всех. Я видел много военных драм, но этот фильм очень сильно отличается от своих товарищей. Лично мне кажется, данный фильм должны знать люди, которые интересуется старым кинематографом. Данный фильм я забрал себе в коллекцию. Настоящий шедевр.
P.S.
Когда Такеши Китано крикнет – Счастливого рождества, мистер Лоуренс! Слезы потекут из глаз…
Японская война. Лагерь военнопленных. Картина разделяется на несколько слоёв, демонстрируя столкновение культур Японии и Великобритании, а также показывает психологическое воздействие на главных героев. Пусть и полковник Лоуренс занимает главную позицию по сближению и адаптации стран, главную роль занимает майор Селльерс, который служит часовой бомбой в сложившемся мире.
Война открывает повествование. Примечаются отношения к пленным, дисциплина и труд. Лоуренс выступает ключевой фигурой: он знает японский, что существенно облегчает жизнь его товарищей британцев в лагере. Картина весьма почтено относится к культуре японцев, даже если они выступают в роли завоевателей, то отношение с пленными, с равными товарищами, с командованием положены на кодекс. Удивляет то, что начальник Йоннои строго придерживается кодекса самурая, тем самым не спуская ничего с рук: будь то пленные, либо невежественные подчинённые.
Одновременно с введением в курс дела, нам представляют майора Селльерса, который как зверь борется всегда за жизнь, ничему не уступает и готов умереть за правое дело. Именно взаимодействие Боуи и Лоуренса ставит непосильную задачу. Режиссёр Нагиса Осима при экранизации автобиографии Лоренса ван дер Поста отлично подобрал контраст внешности Дэвида и окружающих его японцев. Мало того, что Селльерс выделяется нравом и поведением, так он ещё и отличим среди всех людей на острове Ява.
Изменения устоев и дисциплины при появлении Дэвида отлично сотрясают размеренное повествование. Сюжет уже привычно диктует распорядок японского менталитета. Дух и сила нового военнопленного словно разрезает положение в лагере, сортируют одних от других. Мистер Лоуренс со своей компромиссной миссией уходит на второй план, а сильный духом Селльерс набирает обороты.
С точки зрения побеждённых и угнетённых фильм дарит отличное представление пленных в лапах врагов, без насилия либо пыток, общие наказания, если таковые имеются, сложенный распорядок, взаимоуважение и труд. С точки зрения майора – это вечная борьба, это сила духа и упор. Боуи приносит динамику на этот размеренный остров, он жаждет свободы, адреналин в его крови заставляет действовать. Конечно, такая сила не может быть незаметной, как со стороны врагов, так и союзников, отчего мы видим постепенное налаживание отношений, взаимодействия с Лоуренсом, а также резкие выплески энергии.
Фильм местами утомляет, от монотонного японского этикета устаёшь, но когда в кадре Селльерс, то жди динамики. Будто то траур по погибшему сослуживцу, будь то коллективное наказание за полнейшую несправедливость, будь то старания главного героя ради общего блага. Впечатляет закалка майора, не смотря на все отчаянные попытки его обуздать, не смотря на все лояльные обращения Лоуренса, Боуи непоколебим!
Кадры воспоминаний из детства Селльерса драматически отдаются в настоящем времени. Ты понимаешь, какая сила духа скрыта в Боуи, что им движет. Человек, которому не ведом страх, находит свою совесть в воспоминаниях. Также картина отражает психологию бойца – всеми силами держаться до конца – как олицетворение борьбы за независимость, за свободу. И хоть исход войны был предрешён, хоть уже сходились звёзды над Великобританией, главный герой стоит смирно и почётно.
Причём тут Рождество? Эта финальная фраза, которая ставит жирную точку гуманизма и любви людей друг к другу. В итоге вышла довольная интересная история о войне, в которой рвение и сила духа могут и помочь, и навредить.
Если вы спросите меня о чем же фильм 'Счастливого рождества, мистер Лоуренс' - я вам отвечу, что в первую очередь он о том, как бескомпромиссная сила характера и железобетонная воля отдельно взятого человеческого индивидуума способна изменить и поколебать даже, веками заложенные самураями, принципы и изменить первоначально презрительное отношение к 'иноверцам' на уважение (похожее на то, какое проявили фашисты к советскому солдату в нашем киношедевре 'Судьба Человека').
Этот фильм о том, что в любой ситуации нужно не терять присутствие духа и оставаться 'свободным человеком' в любом положении, даже в тюремной камере (каким, например, оставался герой Тима Роббинса в заграничном киношедевре 'Побег Из Шоушенка'). Или как говорят те же 'самураи' - не терять своего лица.
И (самое главное) этот фильм о том, что на100ящего ЧЕЛОВЕКА можно убить, но нельзя победить! И здесь, в отличном фильме 'Счастливого рождества, мистер Лоуренс', Дэвид Боуи еще раз продемонстрировал нам, что его талант воистину многогранен.
Еще стоит также отметить хорошие актерские работы Такеши Китано и Рюити Сакамото. И хотя я смотрел этот фильм всего два раза, но пересматривать его буду определенно еще не один раз.
P.S. А зачем эти цветы? Для еды. Для еды? Хотелось бы белых цветов, но эти - всё, что я смог найти...
Фильм о несломимой силе духа. О внутренней свободе. О том что не всегда победитель внешне является победителем по сути. О том что сила может быть и в слабости. И, что самое поразительное, в этом пацифистском фильме, в котором в кадре не присутствует ни одной женщины (есть лишь упоминание в речи героев), побеждает именно женское начало, которого, казалось бы, вообще нет в нем. Важнейшие ценности здесь - жизнь, верность, любовь, дружба, и умение слышать другого.
Не могу не оставить рецензию на данное произведение. Потому что смысл этой изумительной картины заключен в простом.
Человеческие отношения всегда были сложной частью жизни каждого живущего на Земле и попавшего в социум. Любые отношения могли привести к вражде, дружбе, любви, состраданию и другим эмоциям. Эмоции - это то что проявляется во время общения с людьми. Непроизвольно ты засмеешься вместе с человеком, который просто начал смеяться, а может и не поймешь, почему он смеется? Может со мной что-то не так? Или он вспомнил хороший момент своей жизни и ему захотелось посмеяться.
Но почему в плену? Почему война? А где стереотипные гнев и страдания? Они есть и будут, потому что это война.
Но именно в такие моменты проявляются реальные и искренние эмоции человека. Он не будет сдерживать свои чувства. Он раскроет их всем: охране, пленникам, командиру. А какова будет реакция? Конечно же по уставу, но через все приказы и наставления будут просачиваться искренние чувства.
И вот, встретились люди абсолютно разных наций, с разными менталитетом и обычаями. И по сути, все одинаковы, у всех хрупкие тела, но у кого-то сильные души. И данное произведение показывает нам, как развиваются отношения этих людей. А говорить что плохие японцы или плохие пленники? Все не правы, и все делают как хорошие поступки, так и плохие. Но вопрос, а какие поступки хорошие, а какие плохие? Это так же будет оценивать сам и каждый. Чтобы понять, нужно сесть и от начала до конца посмотреть данное произведение. А после, подумать...
Столб огня вздымается от шумящего моря до застланных пеплом небес. Охваченные яростью противники не видят себя, не помнят прошлого, забыли о мирной жизни, одержимы желанием уничтожить, сокрушить, покорить. Это - война, самое очевидное ее изображение. Но есть и другое – тихое, задумчивое, многозначительное. Для понимания оно не требует копания в планах полководцев. Лучше отдаться по-восточному пронзительной музыке, восславившей дуэль британского солдата и самурая. На острове Ява, в японском лагере для военнопленных развернулась битва, наградой за победу в которой становится признание: «Мы все не правы». Взявший в руки оружие и окропивший цветущую землю кровью воин привык руководствоваться кодексом чести или бусидо. Но прочитав в таких же смелых глазах желание познать чужой характер, уважение к справедливому противнику, такой боец – уже не деталь страшной военной машины, а яркая и волевая личность. О таких людях слагают легенды, на их примере воспитывают детей, по их поступкам изучают страны. О таких снял свое последнее большое кино Нагиса Осима.
К теме войны и тяжести ее последствий японский режиссер за долгую карьеру обращался неоднократно. Тонкий дипломат и сильный психолог – он редко клеймил кого-то безапелляционными обвинениями, признавая естественную уязвимость разума. Война – безусловное зло, но она же открывает возможность почувствовать своего врага, как самого себя. За армейскими порядками, шумом зычных приказов и бесстрастным подсчетом убитых практически утрачивается дух воина – полузабытый средневековый идеал, о котором чаще можно прочесть лишь в старых книгах да чьих-нибудь мемуарах. Это сакральный образ, которому соответствуют два обитателя лагеря: английский пленный Джек Селльерс и японский комендант Йоннои. Непокорный бунтарь по прозвищу «Бесшабашный» и ревностный блюститель самурайского этикета не могли не схлестнуться, но вместо беспощадного сражения или проявления хозяйской воли над жертвой случается совсем другое. Осима четко разделяет блуждания в сомнениях и склонность к самоанализу, заставляя учиться прощать. Как бы ни было тяжело или неприятно. Перед ротой подчиненных или лицом смерти, но это необходимое искусство. Противника простить – очень сложно, но самого себя, за совершенные ошибки – еще сложнее. Однако лишь в этом случае можно ощутить себя правым не по букве кодекса, а по одобрению собственных инстинктов, прошедших закалку и очищение.
В понимании Осимы безжалостность идет рука об руку с безупречностью. Два стержневых качества прирожденного воина подвергаются испытаниям значительно чаще, чем можно было бы предположить, находясь за линией фронта. Будучи сильным лидером и талантливым командиром, капитан Йоннои неожиданно наталкивается на безвестного, как он считает, британца, который словно бы в издевку не желает слыть трусом. По философии самурая, сдавшийся в плен противник заслуживает только презрения, но в представлении европейца капитуляция – отнюдь не синоним несмываемого позора. Особенно, если находясь в неволе проявить себя мудрым и дружелюбным человеком, как старый однополчанин Джека – мистер Лоуренс. Единственный английский пленник, владеющий японским языком, он – связующая нить между противоборствующими нациями, схлестнувшимися на клочке суши, и неспособными уважать друг друга. А насколько это полезно и нужно, легко понять по поведению Йоннои. Комендант то в ужасе спрашивает Селльерса, не злой ли он дух, то пытается сломить его волю приказом обходиться без воды и питья двое суток. «Наградой» японскому капитану за неразумность выступает лицо Бесшабашного Джека, самоуверенно жующего сорванные цветы. Не всегда сила оказывается верным средством, и уж точно не всегда терпение приравнивается к слабости.
По сравнению с красочной выразительностью «имперской» дилогии, картина отличается скромностью исполнения, под стать самурайской сдержанности. Осиме было крайне важно не обмануться в исполнителях, и, следуя интуиции, он доверил сложные роли выдающимся музыкантам, в чьих образах накрепко отпечаталась национальная узнаваемость, дополненная внешним колоритом. Закопанная по самую шею во всех смыслах светлая голова Дэвида Боуи – самое грустное и одновременно сильное воспоминание о картине. Столько мыслей проносилось в голове его персонажа, а было и всеобъемлющее чувство – искупленный годами войны и месяцами заточения стыд перед когда-то преданным младшим братом. Страшное дело: Джеку потребовалось шокировать надменного японского командира, чтобы суметь простить самого себя. А о значимости Рюити Сакамото в этой киноленте лучше всего скажет ошарашенное лицо Йоннои в момент крепких неприятельских объятий. Видит Будда: красноречивее передать глубину потрясения несгибаемостью воли – попросту невозможно. Нет сомнений, написанная Сакамото музыка к фильму выражает среди прочего и личное признание мужества, которое как духовная сущность не имеет страны происхождения.
Какой бы жестокой и бесчеловечной ни являлась война, у нее должен быть конец, и не обязательно счастливый. В то же самое время у великолепного кинофильма только оптимистичное послевкусие. Сыновья своих стран, японцы и британцы, сошлись при трагических обстоятельствах, в их отношениях было немного человеческого, но пройдя сложный извилистый путь, они многое поняли и осмыслили. Не войною единой, есть и мирная жизнь, в которой существуют праздники. Есть разница в пожелании «Счастливого рождества», когда оно сказано с насмешкой, пьяным в доску японским сержантом, или им же – совершенно трезвым, освоившим чужой язык, и теперь добавляющим слово «мистер» к имени. Неизбежно наступает пора перестать делить всех на правых и виноватых – в свою гуманистическую и высокохудожественную картину Нагиса Осима вложил именно эту идею. Предубеждение – зло для всех и каждого, и только отринув, пробившись сквозь его толщу, можно ощутить настоящую мудрость. В ней состоит оправдание победы, и во имя этого великого осознания страшиться смерти не нужно.
Фильм Нагисы Осимы «Счастливого рождества, мистер Лоуренс», снятый по романам Лоренса ван дер Поста «Семя и сеятель» и «Ночь новолунья».
Драматическая история о заключённых и тюремщиках во время Второй Мировой войны.
Режиссёр Нагиса Осима, основатель «новой японской волны», ниспровергатель моральных устоев современного общества, и просто классик мирового кино.
Действие фильма происходит 1942 году, на захваченном Японией острове Ява, где находится лагерь английских военнопленных, /ныне, если кто не знает остров принадлежит Индонезии/. Старший в отряде заключённых, полковник Лоуренс, /Джон Конти/, старший в отряде надзирателей сержант Хара, /Такеши Китано/. Оба, понимающие насколько это возможно истинное положение вещей и оба пытающиеся с достоинством выйти в создавшейся ситуации, /я имею ввиду войны/. И всё вроде бы ничего, но неожиданно в лагерь попадает Джек Селлерс, /Дэвид Боуи/, отвага которого обращает на себя внимание начальника лагеря капитана Ёнои, /Рюити Сакамото/. Оба глубоко порядочные люди, романтики, но вмести с тем люди чести. И между этими двумя, возникает, что-то типа симпатии и ярого противоборства.
У обоих в душе бушует вулкан страстей, тут и представления о долге, тут и застарелая вина перед близкими, тут и попытка увязать этот мир со своими представлениями об идеальном. При этот каждый видит в своём враге тот недостижимый идеал мужских качеств к которым стремится, понимая, что это враг и нужно быть другим, лучшим, чтоб соответствовать.
Соответствовать своим понятиям чести, той самой красоты в мужском понимании.
Вот только у японца красота, в том, чтоб вспоров себе живот, захлебнутся собственной кровью. А у англичанина, не отвести глаз от дула ружья, направленного на расстреле тебе в грудь.
Сила духа, мужской эквивалент красоты вращающий скрытые пружины этого мира. Ты тоже так думаешь?
А ведь на войне нет правых и виноватых, /в какой-то момент эта мысль звучит с экрана/. И вдруг ты понимаешь, /а именно это на войне самое страшное/, что уничтожить, это не победить, а победить врага, это не победить себя, потому, как ты сам ничуть ни лучше, даже может, что и наоборот. Потому как в мире всё очень сложно, и порой чтобы возлюбить ближнего, необходимо его убить, и не потому, что ты так хочешь, а потому, что кто-то в верхах начал эту войну а твой долг перед родиной чётко прописан, ты солдат и у тебя приказ.
Если ты останешься жив, если ты победишь, ты поймёшь, что это неправильно, что виноват в этом не ты, до всё равно свою долю вины ты с себя не сможешь снять до конца жизни. Ни забыть, ни отмолить, с этим тебе дожить остаток жизни и с этим умереть.
В другое время, при других обстоятельствах эти двое, /Джек Селлерс и капитан Ёнои/, могли бы, если б и не понять друг друга, но стать ближе, объединить какой-то мерой восток и запад, на основе хотя бы взаимного уважения, культуры, той самой чести, которая на войне подразумевает смерть, а в мирное время искреннюю дружбу.
Да мы живём по христианским заповедям, они по законам бусидо, но тем не менее между нами гораздо больше общего, чем различий. И первое, оно же главное общее наше качество, это честь, она же порядочность, она же человеколюбие, она же вера в этот мир, она же готовность за этот мир умереть.
___
'Счастливого рождества, мистер Лоуренс' - великолепный фильм о войне, действие которого разворачивается на острове Ява во времена Второй мировой. Британские военнопленные спокойно терпят тяготы своего заключения, в то время как тюремщики искренне недоумевают по этому поводу, ведь по их убеждением они обязаны совершить харакири в целях сохранения чести своей страны. Подобными противоречиями между западным и восточным видением пропитано все повествование картины от начала до конца. Фильм предстает перед нами в виде диалога японской и европейской культуры, которые никогда не сойдутся в своих убеждениях. Правота взглядов смещается то в одну, то в другую сторону, но так и не находит своих победителей.
Происходящее взаимопроникновение культур в этом фильме рождает в героях необычайно естественную, но противоречивую двойственность, которая вызывает к ним стойкое чувство сопереживания и гордости. Это взаимопроникновение, в свою очередь, делает их не просто персонажами выдуманной истории, а реальными людьми, мечущимися между разными истинами. И только в конце они начинают проникаться друг к другу, поняв, наконец, что не прав никто.
Актеры в этой драме до бесконечности прекрасны в своих воплощениях: безумный Дэвид Боуи, жующий цветы и сверкающий сумасшедшими глазами разного цвета; искренне добрый и обаятельный Том Конти, умеющий лавировать между глупостью и проницательностью; Такеши Китано - то ли тиран, то ли добряк; ну и конечно Рюити Сакамото, ставший для меня самым загадочным персонажем, чьи мотивы остались предметом моих домыслов. К слову, он же является композитором саундтрека к сей картине. После просмотра данная композиция становится одной из любимых, напоминая о последних кадрах фильма, которые невозможно забыть.
Немало восторга прибавляет и горький сентиментальный юмор, скрывающийся в репликах измученных военнопленных и пьяных тюремщиков. Чего стоит только сцена с пьяным сержантом Хара, вообразившим себя Санта Клаусом и пожелавшим своим заключенным 'Счастливого рождества'...Некоторые насмешки над культурой японцев становятся так точны, что повторяют мысли зрителя. Когда Капитан Йонои наказывает несведущих европейцев незнакомым словечком 'гё', подразумевающим длительное времяпровождение без еды и воды, последующая реплика ни больше ни меньше напоминает настоящую жизнь с ее отчаянным юмором: 'Это что еще за гё?'.
Так, Рождество в японском лагере для военнопленных - конечно, не самое праздничное зрелище, но, безусловно, не оставляет равнодушным. Счастливого рождества!
Подполковник Джон Лоуренс искренне любящий и знающий культуру и язык Страны восходящего солнца, находясь во время второй мировой войны в японском плену, становится фигурой, понимающей как одну сторону, так и другую, являясь в определённой степени чужаком не только для японцев, но и для пленных британцев. Ситуация осложняется тем, что прибывший в лагерь знакомый Лоуренса майор Селльерс вступает в духовное противоборство с начальником этого учреждения капитаном Ёнои. Оба эти человека обладают большой силой духа, но являются представителями двух разных и порой непонятных друг другу культур.
На этой ноте, казалось, можно было бы наглядно показать конфликт цивилизаций, подтвердив избитую Киплинговскую фразу из «Баллады о Востоке и Западе» о том, что «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им никогда не сойтись». Но суть фильма, скорее, несет совершенно противоположенную идею. Ведь эти два человека стали ярыми противниками, прежде всего потому, что оказались в чудовищных условиях, которые называют одним словом – война, где такие несовместимые качества, как сила духа, преданность и честь существуют бок о бок с жестокостью и циничностью. Именно в этих условиях обычное непонимание превращается в беспощадную битву, в которой каждый совершенно необоснованно считает себя правым. Так Ёнои, спрашивая у Лоуренса о том, прав ли он в очередном конфликте между военнопленными и стражниками лагеря, получает ответ, в котором, пожалуй, и кроется основной смысл фильма: «Вы не правы, мы все не правы».
Не прав непоколебимый Ёнои, который пытается сломить такого же непоколебимого Селльерса. Не прав и сам Селльерс, который пошел но войну по причине глубокой личной драмы, узнав о которой он уже не кажется таким несгибаемым. Никто из них не прав, но каждый убежден в своей правоте, и поэтому готов биться до конца. Возможное, по этому в смертельной схватке не оказывается победителей…
Достаточно контрастной выглядит история подполковника Лоуренса и сержанта Гэнго Хары. После войны Лоуренс по просьбе японца приезжает к нему в тюрьму для военнопленных преступников, и у них завязывается вполне дружеский разговор. Хара, немного овладев английским, с растерянностью говорит: «Я готов умереть, но я не понимаю: мои преступления ничем не отличаются от тех, что делал любой другой солдат». На что Лоуренс отвечает: «Вы стали жертвой людей, которые думают, что они правы. Как когда-то вы и капитан Ёнои. На самом деле, конечно же, никто не прав».
Затем они с радостью вспоминают те дни, когда оба шли друг другу на уступки. В финале разговора Хара два раза с искренне доброжелательной улыбкой произносит такие слова: «Счастливого рождества, мистер Лоуренс», доказывая тем самым возможность итегративности двух культур, без которой наш мир рискует впасть в противостояние, в котором нет победителей.
В заключении, мне кажется, было бы неплохо привести цитату из вышеупомянутой «Баллады о Востоке и Западе» Киплинга, которая заканчивается менее известными словами писателя:
'Но нет Востока, и Запада нет, что племя, родина, род,
Если сильный с сильным лицом к лицу у края земли встает'.
Запад есть Запад, Восток есть Восток, но однажды, в 1942 году на острове Ява они сошлись. Об этом в 1983 году и снял фильм основоположник «японской новой волны» Нагиса Осима. Военная драма «Счастливого рождества, мистер Лоуренс» повествует об извечном конфликте людей Запада и Востока, волею судьбы ставшим конфликтом военным. Объектом исследования режиссера становится война между японской и британской армиями в Тихом океане. Желая разобраться в её причинах и целях, Осима обращается к трагедии заключенных в японском лагере для военнопленных. Более того – он сужает выбранную тему еще больше, воплощая конфликт цивилизаций в двух моделях взаимоотношений их представителей – британцев майора Селльерса и подполковника Лоуренса и японцев капитана Йоннои и сержанта Хары соответственно.
Фильм начинается со сцены неудавшегося харакири корейского охранника, обвиняемого в изнасиловании голландского заключенного, задавая тон всему повествованию. Пытаясь выяснить, как понятия жизни, смерти и любви различаются в западном и восточном мышлении, необратимо трансформируясь на войне, Осима вкладывает в уста сержанта Хары, которого сыграл Такеши Китано, фразу: «Лоуренс, ты не видел японца, пока ты не видел харакири». В массовой культуре распространено мнение, что у японцев принято не бояться смерти, и, в случае грозящей опасности, они предпочтут позору потерю жизни. Однако настоящее презрение к смерти демонстрирует только один герой – пленный британский майор Селльерс, не без таланта сыгранный музыкантом Дэвидом Боуи. Все его поступки, приносящие в старательно удерживаемый в порядке капитаном Йоннои лагерь хаос, ведут к гибели, и нельзя сказать, что он этого не осознает, более того – не всякий человек может так осознанно не дорожить жизнью.
А нельзя ли назвать поступки майора Селльерса своеобразным харакири? Нет, нельзя. Его действия направлены не на спасение себя – от позора, бесчестия, - а на спасение своих ближних. Селльерс и Лоуренс, персонажи, олицетворяющие Западный мир, ничего не делают для себя, они ориентированы на окружающий мир. Японцы же, даже выполняя служебные обязанности, стремятся, прежде всего, обуздать себя. Сознание восточного человека направлено на то, чтобысобрать разломанный на кусочки мир, отсюда и стремление к Порядку, отсюда и стремление наказать невиновного, потому что так следует быть. Режиссер совершенно беспристрастно показывает нам, по сути, ужасающую сцену в храме, когда капитан Йоннои объявляет Лоуренсу о его казни, а тот задает простой и страшный вопрос: «Я должен умереть, чтобы сохранить Ваше представление о порядке?»
Сталкивая представителей двух цивилизаций в относительно закрытом пространстве, Осима на примере конфликта заключенных и надзирателей блестяще иллюстрирует тезис Карла Юнга о принадлежности представителей Запада и Востока к противоположным психологическим типам. И, пытаясь решить заявленную проблему их конфликта, он на примере Селльерса и Йоннои и Лоуренса и Хары показывает два пути её решения.
Селльерс и Йоннои – лучшие представители своих народов, воплотившие в себе их традиционные принципы и ценности. Именно поэтому они имеют много общего – оба из высших слоёв общества, оба получили достойное образование, оба на войне искупают вину за ошибки прошлого. Поэтому, встретив равносильного соперника, Йоннои и обращает внимание на Селльерса, и по его прибытию в лагерь между ними начинается психологическая дуэль. И в этом противостоянии есть победитель: режиссер ясно показывает нам это в сцене попытки бегства Селльерса и Лоуренса. Предлагая свободу за победу в честном поединке, лощеный японский офицер, тем не менее, отчаянно пасует перед взлохмаченным героем Боуи и в следующую минуту становится между пойманным при попытке бегства заключенным и наставленным на него дулом собственного подчиненного.
Отношения Лоуренса и сержанта Хары – это, наоборот, история не противостояния, а сосуществования. Не имеет значения, кто из них, находясь в положении «сильного», ведет себя благороднее – хотя несомненно, что это Лоуренс. Дело в том, что им единственным из японцев и британцев, надзирателей и заключенных в фильме удается сблизиться, показывая, что человеческие качества значат гораздо больше, чем культурные различия.
Поднимая в своей картине сложнейшие вопросы устройства мира, Осима облекает свой фильм в традиционную форму военной драмы. Камера не отличается подвижностью, в лучшие моменты сбивается на документальную съёмку, однако композиция некоторых кадров поражает своей симметричностью, - вероятно, вдохновением для постановщика послужило традиционное японское искусство. Отсылки к западному искусству тоже присутствуют – в финале картины вереница раненных заключенных, бредущая к плацу, напоминает хрестоматийный сюжет картины Гольбейна.
Тем не менее, сложный философский подтекст не нивелирует некоторые недочеты сюжета, в частности, не всегда понятную мотивацию поступков персонажей. Но даже очевидные недостатки не мешают фильму очаровывать – и причина тому не только красота Боуи, страсть и чувственность японского капитана, дружба Лоуренса и Хары, но остающаяся после фильма вера в неуловимое и так и не произошедшее чудо.
