Кому и где жить хорошо
Странно, но экранизации произведений Николая Васильевича Гоголя с каким-то поразительным постоянством оказывались удачными. То ли его произведения уже в основе своей глубоко кинематографичны, то ли глупые режиссёры к классику приближаться не смеют, но результат один - экранизации удавались. Исключения есть: тут и переиначенная экранизация 'Носа' с сбегающим от хозяина мужским половым органом, беззубая и невкусная 'Ведьма' Олега Фесенко, да и на перспективы нового 'Вия' - одного из самых долгостроистых долгостроев отечественного кино, который уже впору называть 'убийцей Дюк Нюкема Форевер', без грусти смотреть нельзя. Можно ехидно подметить, что вот, дескать, большей частью классика экранизировали в советское время, когда отношение к делу было другое, когда Вий был страшнее, а женитьба - веселее. Но даже при весьма противоречивой реакции публики на них, я бы не стал записывать в откровенные провалы того же 'Тараса Бульбу' Владимира Бортко, развеселый телемюзикл Семена Горова по мотивам 'Вечеров на хуторе...', и авантюрную зарисовку Павла Чухрая 'Русская игра', перенёсшего на телеэкран комедию 'Игроки'. Для меня идеальным воплощением 'Игроков' была постановка Романа Виктюка с Александром Калягиным и Валентином Гафтом, в которой уважаемый мэтр со всей присущей ему экспрессией и иронией изобразил гоголевское карикатурное столкновение заядлых плутов. Короткометражка 1950 года от Клода Борма была куда менее искусной и яркой, даже несмотря на присутствие Короля всея комедии Луи де Фюнеса, а экранизация от Олега Меньшикова, к сожалению, прошла мимо меня. Экранизация от Павла Чухрая творение Виктюка не обыграла, но стоит делать скидку, что это таки художественный фильм, а не театральная постановка, потому и требования тут немножко другие.
Павел Чухрай в своих фильма всегда выделялся глубоким здоровым гуманизмом, стремясь делать своих героев людьми, а не фарфоровыми статуэтками. 'Русская игра' не стала исключением, и отчетливо видно, как тепло по-отечески относится режиссёр к каждому своему герою, как старательно переданы их характеры и манеры. И эта заразительное желание возлюбить персонажа своего передается и актерам, что приводит к самым разным последствиям: от искрометного попадания в роль Сергея Маковецкого, Сергея Гармаша и Игната Акрачкова, до некоторого переигрывания Джулиано Ди Капуа, иногда слишком уж по-арлекински изображающего заезжего валенка, да редкого выпадания Андрея Мерзликина из своей роли. Но за эту любовь к тому, что они хотят сделать на площадке, хочется все простить. Потому что с огромным уважением к Гоголю, даже несмотря на одно очень существенное различие с оригиналом. Потому что с трепетным пиететом перед воссоздаваемым временем. Потому что с желанием снять по тем самым советским лекалам, без пошлости и вопиющей глупости. Чухрай еще раз показывает, что для хорошей экранизации классики не нужно изобретать велосипед, а необходимо просто отнестись к ней с подобающим уважением, тогда Сезам и откроется. Не самая многослойная, но одна из самых веселых комедий Гоголя была соответствующе же и поставлена. Как шумный, веселый балаган, призванный в таком анекдотическом стиле отобразить глубинную суть непутевой России тогдашнего времени, где на всякого плута находился плут поматёрее, где природная смекалка уверенно одерживала верх над заскорузлым здравомыслием, а вера в себя спасала, когда в карманах оставался лишь ветер. Гусары просыпаются с похмельем, новоявленные нувориши едут на хромой телеге, а Европа исступлённо бьется в грязи, разрывая шёлковую рубаху в клочья, да силясь понять суть Страны дураков. Занавес.
7 из 10
14 тыс , ...