всё о любом фильме:

Я прихожу с дождём

I Come with the Rain
год
страна
слоган«Can you find the path to Redemption ?»
режиссерЧан Ань Хунг
сценарийЧан Ань Хунг
продюсерЖан Казе, Жан-Пьер Маруа, Фернандо Суличин, ...
операторХуан Руис Анчия
композиторГуставо Сантаолалья
художникБенуа Бару, Деви Тируванзям, Джуди Шресбери
монтажМарио Баттистел
жанр триллер, драма, ... слова
бюджет
$18 000 000
сборы в России
зрители
Россия  42 тыс.
премьера (мир)
премьера (РФ)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
время115 мин. / 01:55
Бывший полицейский Клайн, выполняя заказ загадочного миллиардера, отправляется на Филиппины и в Гонконг, чтобы найти сына богача — Шитао. Юноша — целитель. Он снимает чужую боль, перенося ее на себя. Его путь исцелений других — путь личных страданий. И для Клайна дорога к Шитао — тоже путь страдания.

Детектив сам нуждается в исцелении: охота за серийным убийцей Хасфордом открыла ему мир смешения уродливого и прекрасного, в котором боль объявляется воплощением красоты. И он отправляется в путешествие на Восток, мистическое путешествие, уподобляясь в этом таким героям восточного эпоса, как Царь Обезьян. Он шествует словно эпический персонаж, ни зло, ни красота, царящие вокруг, не касаются странника. Он ищет Шитао, ищет свою Мудрость.
Рейтинг фильма

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 160 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    «Я прихожу с дождем» — это остросюжетный триллер, шестой режиссерский проект снятый Чаном Ань Хунгом в 2009 — ом году с Джошем Хартнеттом в главной роли. Над фильмом трудились целых шесть стран (Франция, Гонконг, Испания, Ирландия, Великобритания, и возможно, Филиппины), сколотившие вместе 18-и миллионный бюджет — приличные деньги для независимого кино.

    Клайн — необычный полицейский. Нет, он не обладает какой — нибудь сверхспособностью, но обладает той болью внутри себя, что никому такое не снилось, а если и снилось, то хочется о ней поскорее забыть. Тогда он был обычным полицейским. Пока на горизонте не появился проклятый Хэсфорд. Хэсфорд был настоящим, безжалостным убийцей, для которого плоть была настоящим искусством. В результате одной из операций, Клайн стал пленником этого безжалостного садиста, почувствовал настоящую, нестерпимую боль, какую не пожелаешь даже злейшему врагу. В конце концов, после долгих мучений и страданий, Клайн убивает убийцу. Прошло два года, теперь он частный детектив, но призраки прошлого не отпускают его не на минуту. Таинственный незнакомец, называющий себя хозяином крупной фармацевтической компании нуждается в его услугах. Задача, на первый взгляд, проста — найти сына заказчика, Шитао, и вернуть его обратно, к отцу. Согласившись со всеми условиями, Клайн отправляется сначала на Филиппины, а потом в Гонконг на поиски парня, не веря слухам о его смерти…

    Режиссером фильма стал Чан Ань Хунг. Сказать, что вьетнамец удивил -значит не сказать ничего. Предполагалось, что это будет обычный крепкий триллер с элементами боевика, но Хунг практически отказывается от этого (несколько перестрелок все же будет), говоря о том, что в данном фильме важно совершенно другое. И он прав, ибо фильм не об убийствах, а о жизненном пути, чей вопрос преследует каждого. Режиссер буквально приказывает смотреть фильм не только глазами, но и всей своей душой, сердцем, пережить все то, что пережили герои, понять основный смысл всего, что сделано. В центре внимания того же Чан Ань Ханга (он не только режиссер, но и сценарист) не только одно время — настоящее — но и прошлое, связующее каждое действие поэтапно, подробно рассказывая что да как, возвращая зрителя обратно в настоящее. Этот ритм подобен волне: вот тебя окутывает происходящее прошлого, после чего перенося на поверхность, в настоящее, отвечая на многие возникающие в процессе вопросы. Помешательство — вот один из главных ключей фильма, оно заряжает картину и все происходящее, включая и смотрящего. Клайн ищет Шитао, при этом все больше погружается в самого себя, иногда просто разрывая себя воспоминаниями о Хэсфорде, и о событиях прошлого. Героя можно понять, так как пережить то, что видел и чувствовал он сам, порой не сможет вынести не один человек. К слову, героев тут несколько — это и сам Клайн, и Хэсфорд, живущий только в кошмарах первого, и бандит Су Донгпо с его девушкой Лили, постоянно находящейся в наркотическом бреду, и хороший коп Менг Зы. Этим сценарист хочет сказать, что отчетливо видит не одного главного героя, а сразу нескольких, их скрещение судеб и устанавливает нужный эффект, нужное действие или мотив намеченной цели. Персонажи — одна из главных конструкций и сценария, и фильма в целом. Если персонаж окажется недостаточно правдоподобным — все насмарку, это ни к чему не приведет. Это не тот случай — здесь четко прописаны и сами герои (буквально снятые с живых прототипов), их отчетливые действия, личностный характер каждого. Эти переплетения судеб так же не случайны — у каждого свой путь, он не всегда верный, но решать можешь только ты сам. Каждый чего — то ищет: Клайн ищет Шитао, Су Донгпо ищет пропавшую Лили, оказавшуюся у Шитао. Менг Зы ищет преступников, каким является Су Донгпо. Сценарист играет с судьбами героев, объединяющих одно — они или пережили или переживают сильную эмоциональную боль. В большинстве случаев слова просто не важны, поэтому Хунг хочет сказать: «Смотрите, прочувствуйте все сами». Удивительный сценарий, погрязший в философии и атмосфере триллера показывает яркий почерк независимого кино. Очень ярко, с пониманием, передает нужный стиль, атмосферу оператор Хуан Руис Анчия, выбирающей не только психоделические цветовые гаммы и метод съемки, но и комбинирует их, то зайдя за спину героев, то сделав «экшн сцену» ночной погони. Оператор чувствует нужный ритм, ту оригинальность сценария и его специфику, благодаря чему Хуану удалось сделать все так, как хотел режиссер. Особо эмоциональными вышли слишком настоящие сцены жестокости и финал, бросающий в дрожь от великолепного сочетания кадра и музыки, звучащей в тот момент. Не удивительно, почему музыка получилась такой атмосферной и чувственной — музыку написали двухкратный обладатель «Оскара» Густаво Сантаолалья и группа «Radiohead». После просмотра понимаешь, что такой союз больше, чем удачный. Он восхитительный!

    Великолепно и очень удачно подобран актерский состав. Джош Хартнетт, взявший на себя образ Клайна, как будто создан для своего персонажа: ему не просто удается показывать то, что прописано в сценарии, он открыто показывает чувства, эмоции, идущие от него самого. Кажется, что это не игра, актер действительно испытывает ту боль, которую нанес ему Хэсфорд, чью роль взял Элиас Котеас. Он же сыграл не типичного маньяка, скорее приемного сына Ганнибала Лектора, убивающим профессионально, ради искусства, придерживающийся собственных философских убеждений. Хэсфорд — это пожиратель и плоти, и души. Он — настоящий ночной кошмар, пришедший из глубин ада, приносящий боль даже находясь в могиле. Не менее эмоциональную роль исполнил Такуя Кимура. Его роль Шитао более чем серьезная: герой умеет лечить людей, принимая всю их боль на себя. Шитао — это некая фигура Христа, помогающая людям, но губящим себя. Такую роль сыграть крайне трудно, необходимо подойти к персонажу правильно, с нужной позиции, понять его. Кимура справился с этим на отлично. Ли Бён-хон так же правильно вошел в образ бандита Су Донгпо, раскрыв его и со стороны темной, и со стороны светлой, где он является любящим человеком, готовым отдать все ради его любимой Лили (исполнившая роль Чан Ну Йен Кхе является женой режиссера).

    Итого:

    «Я прихожу с дождем» — это кино далеко не для каждого, наполненная своей, независимой атмосферой и крайне философским, глубоким смыслом. Здесь все сделано на высшем уровне — уверенная, смелая режиссура и сценарий, чувственная операторская работа и музыка, пропитанная в каждой сцене, а так же настоящая, слаженная, натуральная игра актеров. Рекомендовать фильм стоит только понимающим людям, созданным не только для просмотра попкорновых «Мстителей, но и вдумчивого кино. Что бы понять этот фильм, смотрите его не глазами, а душой и сердцем.

    Спасибо за внимание и приятного просмотра!

    24 июля 2016 | 21:40

    Фильм — сравнение, фильм — метафора, кино-продукт, который не то, чтобы не для всех, но для тех, кто захочет и сможет его воспринять и понять!

    Может быть высоко поднятая, а потом реализованная посредством создания фильма, идея порой выглядит слишком пафосно или бесвкусно… Но скорее всего качество порой нужно принять таким, какое оно есть и тогда можно будет насладиться действом полноценно! Что и может произойти при просмотре «I Come with the Rain» ("Я прихожу с дождем»).

    Режиссер и его команда — хорошо справились со своей задачей! Отлично поставлена деталировка и акценты на кадры, которые добавляют настроения этой кино-картине; музыкальное сопровождение весьма сбалансировано и живет совместно с развитием фильма. Хочется отметить еще и актерскую игру главных героев — отлично играют все персонажи этой истории. Ну и самое большое преимущество этого фильма находится, как я считаю, в сути метафор и сравнений: дождь и отдача всего себя, страдания и боль, ищущий и находящий, отец и сын, ну и еще множество элементов, которыми пропитана вся эта кино-картина.

    Фильм, который явно заслуживает внимания и уважения, по крайней мере; необычный и многогранный кино-продукт, замешанный в микс библейских мотивов вместе с современной структурой мира!

    6 сентября 2010 | 16:43

    Не стоит воспринимать буквально то, как кричат люди, бушуют ветра, для чего похищают, и для чего хотят вернуть. Порой кажется, что воспринимается буквально лишь боль. Страшное и одновременно завораживающее чувство. Пропитан болью каждый вдох. Каждое движение глаз. И каждый звук вызывает микроболи в ухе.

    Месть — чувство, дающее ответы. Глупое действо, оставляющее маленький чёрный лучик негатива на небе, который не разглядишь, как бы близко не подобрался к планете людей. Там эмоции превращаются в уродов, когда хочется увидеть лицо чего-нибудь неосязаемого. Хочется разглядеть красоту в пороке. Отвратительно.

    И как бы не старался Хартнетт смотреть в камеру, в экране в это время прокручиваются прошлые сцены. Эмоций через край, но все они какие-то искажённые. Страшные. Опасные. Элиас Котеас прекрасно кусается. И напряжения не счесть, когда начинаешь нервно поглядывать на часы, а с экрана, не переставая, льются немые откровения.

    Пространства между домами образуют крест. Страшные мёртвые чудища когда-то были людьми. А маленькая, всего лишь девять миллиметров, глядела на огни ночного города сквозь стекло.

    Но кино старается быть чувствующим существом. Чан Ань Хунг уже почти набил руку на неясных драмах, но всё равно слишком пересолил, переперчил. Предложил героям искупить свою вину, воскресить того святого. Попытался добавить философию. А получилась боль. Азиатская жестокость. Получилось нечто буквальное.

    А когда крупные планы заканчиваются, вступает лирическая мелодия, и мир становится виден будто бы с высоты божьего взгляда, зритель начинает отдыхать и зализывать свои раны. Чтобы снова вступить в бой с сюжетом. Там где лицо Хартнетта прерывается шрамом, а страшные скульптуры захлопывают свои пасти, начинается самое страшное. Где бедняга забирает на себя боль этой планеты. А на нашей половине мира ночь. Мы спим на бочке с порохом. Тогда, когда кое-кто стоит на крыше небоскрёба и смотрит через бинокль на людей.

    И там, на стыке с религией, местью и прощением трещит небольшой узелочек насмешки. Словно разбитая специально ребёнком ваза. Он её разбил случайно, но его всё равно будут спрашивать, почему он её разбил. Всё чаще с востока стали засматриваться на западную религию. А фотографии фрагментов людей всё реже стали собираться в людей. И пока дождь наполнен не водой, но слезами, никто не придёт. Потому что не было дождя.

    А фильм. Он примерно такой же…

    23 октября 2010 | 23:34

    Бывший полицейский Клайн (Джош Хартнетт) получает от безымянного китайского миллиардера предложение отправиться в Азию (сначала на Филиппины, а потом в Гонконг), что бы найти его пропавшего сына Шитао (Такая Кимура). Предложение Клайном принято, поскольку это шанс заодно избавиться от жутких снов с участием серийного убийцы Хасфорда (Элиас Котеас). А Шитао, по слухам, избавляет от душевных мук и дурных видений одним прикосновением руки.

    Как и во многих азиатских арт-ужасах, грань между сном и реальностью размыта, как сам жанр фильма. То ли это психодрама, прикидывающаяся мистическим триллером, то ли триллер, замаскированный под религиозную притчу. Но для триллера здесь много религиозных аллюзий и символики, а для притчи — кровавых подробностей. Лучше недо, чем пере…

    «Темнее-темного» вьетнамца Чан Ань Хунга, обладателя «Золотой камеры» в Каннах, и «Золотого льва» в Венеции, снятая в Гонконге, на французские деньги с американскими и японскими актерами привлекает, прежде всего, атмосферой «неонуара» и отличными актерскими работами.

    6 из 10

    28 августа 2011 | 19:25

    Наконец-то. Фильм доступен. На английском языке. Очень давно искала.

    Фильм жесткий и очень выразительный. Философичный. Не скажу, что мой. Первое что приходит в голову — артхаус, притча, послание. После просмотра я первый раз задала себе вопрос — что есть артхаус и в чем его прелесть.

    Самое верное определение — это кино для подготовленных эстетов, априори неокупаемое, направленное на нишевую не массовую аудиторию.

    Теперь всё верно.

    Фильм `Я прихожу с дождем` именно для эстетов.

    Сюжет пересказывать не стану, он не важен. Каждый увидит в фильме своё послание. Много красивых мужских лиц и тел, тени религиозных иносказаний, эстетика унижения и боли, очищение палача и возрождение жертвы.

    Отдельно заслуживают внимания сцены насилия — они просто гипнотизируют, немыслимо лаконичные и красивые. САМА НЕ ВЕРЮ, ЧТО ЭТО ПИШУ!

    Много крови, герои на секунды выныривают из темных бездн безумия, и режиссер погружает их туда снова. А вместе с ними и зрителя.

    Джош Хартнетт (детектив Клайн) и Элиас Котеас (маньяк Хасфорд)… это что-то завораживающее. Плотское, пугающее, манящее. При всей жесткости сюжетной линии, связывающей их персонажи, каждая сцена наполнена просто пульсирующей эротической красотой.

    Когда их тела сливаются в кадре, ты понимаешь смысл слова `страх`. И снова режиссер наполняет картинку сексуальным напряжением. Клайн с головой Хасфорда в руках в сюрреалистичной галерее как послание Сальвадора Дали…


    Не понимаю, как это всё совмещено. Изумляющий по красоте кошмар. Джош Хартнетт просто излучает боль. Божественно красиво.

    Ли Бён-Хон и Такуя Кимура сделали фильм реалистичным и нереальным. Сильное впечатление. Игра их прекрасна. Обязательно посмотрю другие их работы. Азиатская колористика окутывает с экрана кокаиновым покрывалом… Кислотная гамма под ритмы гоу-гоу.

    Опьяняющий саундтрек.

    Есть в нем что-то.

    Фильм не оставит равнодушным. От резкого неприятия до полного слияния.

    Я ставлю на второе
    .

    Особая работа.

    10 из 10

    Необыкновенная работа Хартнетта

    28 ноября 2009 | 14:09

    Азиатское кино, его режиссеры и сценаристы, его психология, философия — все это не вписывается в рамки стандартного проката. Фестиваль, ретроспектива, камерный зал, а еще лучше — просмотр дома, дабы не нарушать всю интимность зрелища. Фильм режиссера Чан Ань Хунга с его массивом мыслей, параллелей, аналогий требует уединения — душевного и физического — чтобы осмыслить идею: Путь мессии, его муки и жертвоприношение ради других. Угнетенных, ожесточенных, развратных, обнищавших, страдающих — в общем всех, кто нуждается в нем и кто требует его чуда.

    В фильме много таких «искривленных жизнью» персонажей: серийный убийца, находящий красоту в мучениях других, в их агонии, в их смерти, в их телах после нее. Созданные им скульптуры из частей трупов чудовищно красивы, с легким намеком на творчество С. Дали, представляют собой памятник боли и зверству, от которых выворачивает на изнанку, но в то же время заставляет питать какой-то трепет перед «шедеврами» резника-художника! Выследивший его полицейский детектив Клайн переживает это, сроднившись со своим преступником за 27 безумных месяцев, когда он его искал. Он сходит с ума, когда смог понять действия и мысли Хасфорда, аномальные для любого нормального человека. Он убивает его, но охмеленный красотой смерти, Клайн сам жаждет ее. Он расчленяет тело маньяка, тем самым успокаивая ту потребность наполнившего его насилия, которую начал питать. Тяжесть случившегося одолела его быстрее чем Хасфорда, но выход для себя Клайн предусмотрел тот же…

    Чудом оставшись живым, Клайн нуждается в своем спасении, оздоровлении, отрешении от прошых кошмаров, видений, снов. Выполняя заказ, он отправляется на поиски парня-целителя по имени Шитао. Сам того не зная, этот путь поможет ему очиститься самому. Клайн обладает удивительной способностью — чувствовать человека. Облачившись однажды в шкуру маньяка, ему предстоит теперь понять этого удивительного мальчика.

    Шитао — образ Спасителя, его второе пришествие на землю, если хотите. Знаковой стала фраза одного из персонажей перед распятым(!) Шитао: «Говорят, Бог снова среди нас? Так это ты? Я всем расскажу об этом». Распятый умоляет его о спасении, его крики ужасны, он нуждается в ответном милосердии… А тот бросает его, как и все, насытившись его силой, исцелившись его жизнью. Его используют еще очевиднее, чем было две тысячи лет назад. А он, как прежде, страдает, мучится, умирает ради людей-паразитов. Снова проходит свой путь на Голгофу вплоть до распятья, вплоть до прощения, вплоть до забытья, вплоть до воскрешения.

    Не удержусь и от параллелей с Понтием Пилатом. Шитао убивает прожженный насквозь жестокостью человек Су Дангпо. Он не останавливается ни перед кем, и собственноручно убивает людей. Окуная свои руки в крови и спотыкаясь на крови (ключевая сцена с убийством «своего»), он будто подпитывает жестокостью свое сердце. Однако самому кровожадному бандиту свойственны человеческие чувства: страх, который гонит его убивать, и любовь, которая заставляет его жить. Ради Лили он готов на все: и на трогательную встречу, и на жестокое убийство ее спасителя. Но Шитао прощает и Су Дангпо: последние прикосновение ломает звериную жестокость бандита и лишь в погоне за ней он приказывает распять Шитао, распиная прежде всего свою же злобу и ненависть…

    Шитао — истинная жертва одного серийного убийства — убийства над самим собой. Его искалеченное тело и стигматы превращают то чудесное предназначение Шитао в бесконечную боль и агонию. И настоящим чудом для нас становится осознание, что его вера не исчезает и желание спасти жизни преодолевает саму смерть. «Я нужен им!» — кричит он в отчаянии, истекая кровью и идет в толпу. Снова и снова приходит на землю. с дождем, с новым утром, с новым вызовом. Шитао — мессия, который пытается спасти погрязшее в жестокости, ущемленное нищетой и развращенное пороками общество.

    И вот здесь появляется Клайн, приходя из ниоткуда, но по велению, в самый нужный и трепещущий момент. Он будто ангел, посланный отцом (в ангийском «father» и как отец, и как Отче — игра слов) найти сына, вернуть его, зная как его дар убивает его. В конечном итоге, герой Хартнетта делает больше — он спасает Шитао, символично унося его на руках, как младенца, не способного контролировать свои (пусть и благие) действия, которые стали убивать его.

    О фильме: много-много крови. Повторюсь, но липкая красная субстанция порой готова выплеснуться с экрана. Много символических знаков и вещей — они привлекают: шрам на шее Клайна, крест на куртке Шитао, пистолет в руках Лили. Крупные планы — глаза Шитао после первого возрождения, снимки ран на его теле. Натурализм — множество червяков на теле полуживого Шитао и детали частей изувеченных трупов. Искусство — квартира Хасфорда будто музейная экспозиция, интерьер с золотым крестом бедного архитектора, та же золотая краска на теле распятого Шитао.. Атмосфера — небоскребы Гонконга, «китайский» автодрифт, азиатския кухня, даже тату на лопатке Клайна. Музыка — обязательно надо скачаю саундтрек: роковые композиции своим ритмом иногда спасали от напряжения или отвращения. А потом быстрый переход на тишину — вдох, стук, капли воды, разбиваемая бутылка…

    Игра актеров: Шитао (Такуя Кимура) — популярный и располагающий, ему сочувствуешь и сопереживаешь, но мне понравился Су Дангпо (Бён Хон Ли) — его персонаж настолько эмоционально сдержанный и закрытый, что редкие вспышки гнева/отчаяния/страха/любви ему удаются особенно ярко, итотвести свой взгляд от него уже не получается. А вообще, отмечу, что глаза азиатских актеров точно магнетические: их находишь в кадре и уже смотришь только на их игру!

    Ну и Джош Хартнетт. Похоже, что он пополнил группу тех актеров, которые выбирают интересные проекты, нерастиражированные, смысловые. Он превратился в настоящего актера, независимого, жаждущего сильной игры и характеров, и самое приятное — умеющего их дать. Хартнетт — уже вырос из милого Зики-мальчика и скромненького летчика Денни. И «счастливчик» Слевин, и шериф Эбан, и теперь детектив Клайн серьезен и колоритен — играет каждая клеточка его лица и тела. Боль, страх, грусть, безысходность — все отражается в его глазах, складках на лбу, вокруг глаз и рта, коже со шрамом и тату, изгибе тела и мускулов, так точно напоминающих очертания идеально сложенных, чудовищных, застывших от боли скульптур Хасфорда. Он будто был создан специально для этой роли и даже сложно представить кого-то другого, так органично вписавшегося в эту восточную теософскую историю.

    28 августа 2010 | 17:52

    Я долго боялась и не хотела смотреть «Я прихожу с дождём», ничего хорошего от этого фильма не ждала… А посмотрев, буквально в него влюбилась. Несколько дней ходила счастливая, будто дорогой подарок мне сделали.

    Да, этот фильм жесток и поначалу работает, как электрошокер, После первого контакта с ним ошалело трясёшь головой, пытаясь придти в себя: «Что это было?» А потом тебя затягивает. И не можешь перестать о фильме думать. Я уже посмотрела «Дождь» трижды. А уж сколько раз пересматривала отдельные моменты — не пересчитать. И чем больше смотрю, тем больше нравится.

    В «Дожде» потрясающий, гипнотический саундтрек и на редкость красивый, выразительный визуальный ряд, даже когда на экране что-то немыслимое, ужасное. Картинка местами буквально завораживает. Все актёры работают просто великолепно, за единственным исключением. Мадам Чан Ну Йен Кхе (Лили), жена режиссёра, конечно, очень красивая женщина, но как только надо сильные эмоции передать, она не справляется.

    «Дождь» вовсе не триллер, а мистическая философская притча, использующая христианскую образность и мотивы. Мне было страшно интересно расшифровывать режиссёрские ребусы, получила великолепную зарядку для мозгов. А в заключительной трети и эмоциями пробрало. Да как сильно пробрало! Я, конечно, всегда любила современные евангельские «апокрифы», хоть и далека от религии. Для меня новые и неожиданные прочтения этой темы, сделанные художниками, к официальной религии (да и вообще — к религии) не относящимися, позволяют куда острее прочувствовать саму идею, соприкоснуться с живой плотью её и духом. Снова задуматься о той сути, которую официальная церковь за минувшие тысячелетия превратила в догму.

    Садясь смотреть этот фильм, я, признаться, думала, что Чан Ань Хунг, по примеру многих современных художников, будет одержим негативом, пессимизмом и отрицанием. Что его «Дождь», про который он сказал в интервью «Я всего лишь хочу, чтобы люди поняли, которую боль испытывал Христос», — будет горькой и безрадостной историей. О том, что в какое бы время, в каком бы облике ни вернулся в этот мир Иисус, люди всё равно сначала будут настойчиво и эгоистично требовать от него чудес — на износ, пока с ног не свалится от изнеможения. Как там было в своё время в Superstar: «There are too many of you…There`s too little of me». При этом люди в своём слепом эгоизме ни на секунду не задумаются, какую цену их спаситель платит за то, что принимает на себя их боль и страдания. И вместо благодарности будут платить ему страхом и непониманием. А потом — из того же страха и непонимания — всё равно распнут и убьют.

    Да, все эти невесёлые размышления в фильме есть, он нисколько не обольщается по поводу благости и совершенства человеческой натуры. Но при этом… всё равно оказывается оптимистом! Его история вовсе не о смерти Христа в нашем дрейфующем без руля и ветрил, жестоком, выморочном мире. А о том, что он — бессмертен, не смотря ни на что. Что он будет возвращаться снова и снова, до конца времен, пока стоит этот мир. Даже несмотря на те муки, которыми ему приходится платить за своё присутствие здесь. Потому что дело того стоит, а люди всё же не совсем безнадёжно слепы и тянутся к свету, даже самые худшие их них. И что-то, пусть самая малость в них меняется, когда они сталкиваются с чудом.

    Чан Ань Хунг рисует неприглядную картину современного мира — жестокого, кровавого, равнодушного, съехавшего с катушек, потерявшего всякие нравственные ориентиры. Я и предположить не могла, что его фильм может выйти на такой светлый, жизнеутверждающий, праздничный даже финал. Но заключительная сцена «Дождя» даёт чувство освобождения и напрочь снимает давящее ощущение кровавого, безумного морока, в котором большую часть фильма существовали герои. Я давно уже не переживала в кино столь яркого и сильного катарсиса. Спасибо всем, кто этот фильм делал!

    10 из 10

    28 февраля 2011 | 21:25

    Первые кадры — и сразу хочется выключить: «Чтоо? Опять? Опять маньяки в стиле Ганнибала? Нееет!» Пересилив себя, смотрю одним глазом. Ради любимого Хартнетта. Удивительно, но такое начало подготовило к спокойному восприятию: дальше намного мягче, расслабляешься, а кровавые сцены лишены тревожных вступлений и особо жестоких деталей.

    Необычный фильм, таких в Голливуде не найдешь. Восточная метафоричность, французская утончённость и изощрённость создают удивительное полотно. И оно действительно цельное: каждая мелочь, каждый штрих имеет значение, искусно завуалированное и не поддающееся сиюминутному анализу. Жесткий, не назову жестоким: насилие обыграно очень изысканно, тонко — поражает, проникает в сознание, но не вызывает ужаса или отвращения.

    Идея? Хм… «Страдания человечества — шедевры вселенной»

    Страданиями пропитан весь мир, каким бы идеальным, красивым, уравновешенным он не казался. Одни помогают, страдая, другие причиняют страдания ради самоутверждения, одни бегут от страданий, отстраняясь от всех и вся, других страдания заставляют бороться, искать, переступить через страх и выживать вопреки. «Я не боюсь тебя: ты не знаешь меня». Фильм пропитан христианской символикой, которая вначале воспринимается как иносказание, но к концу библейские цитаты откровенно отсылают к истории Иисуса и… второму пришествию?

    Город. Он прекрасен. Панорамы ночного города завораживают. Величественные. Но он не оставляет места человеку: загнанное, растерянное животное среди пустыни. Для фильма очень подходят фразы из «Макса Пейна»: * Где-то подо мной пульсировало чудовищное сердце мегаполиса. * Город, словно гигантское кладбище, которое жадно тянется за новыми телами праведников. * Смерть перестаёт быть чем-то страшным, когда становится нормой жизни. * Добро и зло — это всего лишь разные обличья одного и того же чудовища.

    Музыка. Она действительно опьяняет, точнее и не скажешь. Эти звуки погружают в транс, смягчают сцены насилия, будто все лишь сон.

    Фильму ставлю 9, потому что не люблю насилие. Хотя объективно картина заслуживает высшей оценки в своем жанре.

    9 из 10

    30 сентября 2011 | 22:39

    «Я прихожу с дождем» — фильм непростой. Нельзя сказать, чтобы чересчур сложный для восприятия — там все понятно, повествование хорошо выстроено. Проблема в том, что он очень насыщен аллегориями, символами, постоянными обращениями к библейским сюжетам. Триллер в нем уступает место притче, иногда начинает казаться, что где-то маячит артхаус. Но, в принципе, это просто умный фильм, ставящий перед зрителями много вопросов и дающий гораздо меньше ответов.

    Зритель сам должен разгадать эти намеки, услышать недосказанное, домыслить. Но это не всегда и не всем нравится. Тем не менее, у фильма «Я прихожу с дождем» высокий рейтинг и критиков и зрителей.

    О чем этот фильм? Разве можно пересказать содержание притчи? Нужно рассказывать саму притчу. В разных концах света — где-то в Лос-Анджелесе и на Филиппинах живут двое незнакомых людей. Но встреча их предопределена. Если бы не просьба отца одного из них разыскать потерянного сына — наверняка нашелся бы другой повод, но два этих человека не могли не встретиться. Их ведут друг к другу какие-то мистические обстоятельства.

    Просто у них обоих есть нечто общее — они оба обречены пропускать через себя страдания и боль других людей. Один (Кимура), обладая уникальным даром целительства, испытывает все физические муки излеченных людей. Другой (Хартнетт), в поисках маньяка-убийцы на несколько лет обрекает себя на полное вживание в его характер. Понимание мотивов убийцы, его мыслей, приносит герою Хартнетта невыносимые душевные страдания. Настолько невыносимые, что перед ними меркнет перенесенная физическая боль. Им, видимо, предназначено свыше избавлять людей от страданий, испытывая собственные муки. И неважно — детей, обездоленных нищих, или патологических маньяков. Это крест каждого из них, символ которого вырисовывается между небоскребами на небе Гонконга.

    Эти двое идут друг к другу, видимо потому, что только они могут облегчить страдания друг друга. Хартнетт просто бесподобен. У него всегда такой нерв, но в этом фильме его страдания чувствуешь просто физически. Все-таки он выдающегося таланта актер — здесь трудно спорить.

    Фильм кажется немного странным потому, что это взгляд европейцев на Азию. Несмотря на то, что режиссер Чан Ань Хунг вьетнамского происхождения, но фильм он адаптировал под европейского зрителя. Это не настоящий гонконгский фильм, они себя видят на экране немного иначе. Зато реверансы в адрес европейского зрителя очевидны — вроде казни при помощи гвоздодера. Хотите видеть Азию такой? Получайте.

    С другой стороны Ань Хунг, похоже, оставил сердце в Гонконге, поэтому в его фильме Гонконг прекрасен. Вообще, визуальный ряд порой просто завораживает. Но все-таки главное в этом фильме — его философия. Что есть душа? Что есть тело? Когда наше тело не в нашей власти, а во власти маньяка или возбужденной толпы, что происходит в нашей душе? Где грань между разумом и безумием? Каждый выносит из этого фильма разные вопросы для себя. А когда фильм заставляет размышлять — это уже показатель его успеха.

    8 из 10

    11 декабря 2013 | 19:06

    Памяти В. С. Соловьёва, ныне как никогда актуального в своих прозрениях

    Неплохая иллюстрация западнизации незападного менталитета. Корейцы вообще особо отличились адаптацией европейских версий секуляризации в собственной национальной идентичности. Северные корейцы блестяще привили себя марксизмом. Южные — ультрамодерновым протестантизмом. О них и речь в фильме.

    Некий «христос» страдает за людей. Во всём блеске азиатского натурализма показаны эти страдания, реки крови, стиснутые зубы, вопли боли. Он защищает униженных и оскорблённых в наиболее угнетаемой части человечества, подавляемой и своими, и чужими. И защищает их не как проповедник с пулемётом, а как страдалец. Азия не верит, что страдание может быть прекращено — в этом пункте неохристианство встретилось с исконным даосизмом. Вот и бродит страдалец по окраинам и захолустьям, отдавая свои паранормальные способности всяческим бомжам.

    Примечательна одна деталь. Тот, Кто пострадал за каждого христианина, был распят на вертикальном кресте. Корейский страстотерпец распинается на доске, лежащей горизонтально на земле. Интересная деталь, отражающая извечную разницу ментальностей. Вознесшийся Крест Запада намекает на духовное владычество всюду, где протянется тень Креста. Корейская доска лежит на земле — это стихия низа, материи, плоти. Это стремление не отрываться от земли, но ещё глубже вонзиться в неё.

    Противостояние двух сил в этом фильме — весьма даосское, это не западная диалектика. Вроде бы кошмарен маньяк, но и в его мраке вполне осязаема некая светлая область — уродливая, но притягательная. Вполне буржуазно выглядящий европеоид-каннибал символизирует крах Запада. Он — повторяет библейские слова, полностью лишив их смысла. Всё перевёрнуто, только Боль и Спасение остались. «Как Христос пострадал плотью, то и вы вооружитесь той же мыслью, потому что пострадавший плотью перестал грешить…» (1 Посл. Петра, 4: 1). Это — манифест и для американского маньяка, и для корейского страдальца. Но первый проговаривает эти слова почти прямым текстом, а второй почти ни слова не говорит — это сдвинутый проповедник провозглашает мученика спасителем. У приведённой цитаты есть продолжение, которое отметается Западом (в лице маньяка): «…чтобы прожить остающееся во плоти время уже не по человеческим похотям, но по воле Божией» (1 Посл. Петра, 4: 2), и забвение об этом смыслополагании символично. Западное обезбожение сперва свело Священное в человекоподобие, а затем попросту избавилось от Него. И без Бога, и без Священного нормально живётся. Вроде бы. Порой этакая «жизнь» заходит в страшные экзистенциальные тупики, как это обозначил и осуществил маньяк-художник.

    Итак, противопоставление: западная десакрализация, дошедшая до людоедства, противопоставляется азиатской зверочеловечности, вроде как дошедшей в своём самоотречении до Богоподобия.

    Вроде бы. На самом деле фильм весьма вялый в смысловом отношении. Высокие истины сводятся до банальщины, надеющейся на эффектность проповеднической методики — тарантиновской кровофилии. И вот он, кентавр: западнизировавшаяся страна, показывающая высочайшие темпы развития в том-то и том-то, на деле никуда не западнизировалась в глубинах своего бессознательного. Зверочеловечность Востока посредством экономических и просветительских ухищрений никак не превратить в богочеловечность Запада. А по мере того, как Запад теряет традиционно-христианские основы своей идентичности, подражание ему превращается в очень опасное пародирование, чреватое кроваво-оптоволоконным превращением в гибрида зверя и компьютера, этих ублюдков-потомков Востока и Запада.

    5 из 10

    5 августа 2014 | 19:43

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>