'Глупое сердце, не бейся!'
Советский Союз, 30-е годы минувшего столетия, самое непостижимое и неоднозначное десятилетие нашей истории. В культурном отношении- эпоха новых свершений, этапа внутреннего эстетического перехода. Позади остался 'Серебряный век' и раннесоветский революционный авангард, но 'сталинские чистки' постепенно добираются и до лучших кадров союзного искусства, отправляя их в 'топку' ГУЛага. На экранах страны блистает секс-символ Орловой в музыкальных комедиях своего мужа Александрова, а сказки Роу- возвращают зрителя из репрессивной фантасмагории кремлёвского ампира в далёкое прошлое славянского язычества.
Именно в этот промежуток времени, ровно в середине десятилетия, появляется философская побасенка Александра Медведкина 'Счастье', где в образе главного героя- мужика Хмыря, выведена целая страна, да и весь русский народ. Снимая свою ленту в момент всё большего утверждения звука в кино, режиссёр выбрал идеальную форму подачи- немую иллюстрацию. Тем сохранив чистоту первородного формата, зашифровав символы минувшего, настоящего и будущего в сатирические фантазийные кадры. И сказка, из лжи, превратилась в быль, милостью языка Эзопа, где однозначно считывающиеся намёки, стали назиданием идущим вслед поколениям.
Недаром именно Медведкина, признала прогрессивно настроенная часть западных киношников, именно его простой и понятный каждому киноязык стал универсумом раскрытия для них нашего менталитета. А не скажем того же Александрова, который был адекватен только внутреннему пользователю.
'Счастье - это состояние довольства, благополучия и радости от полноты жизни, от удовлетворения жизнью'- такое определение этому слову даёт толковый словарь. Для русского человека счастье- это в первую очередь спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, то чего не давала нам наша история почти никогда. В пучине войн, революций и постоянных реформ, доводя граждан нашей державы до общенационального отчаянья, всегда только обещая жизнь лучшую. А счастье в конечном итоге так и оставалось недостижимой утопией.
8 из 10