всё о любом фильме:

Ночной портье

Il portiere di notte
год
страна
слоган«The Most Controversial Picture of Our Time!»
режиссерЛилиана Кавани
сценарийЛилиана Кавани, Барбара Альберти, Амедео Пагани, ...
продюсерЭза Де Симоне, Роберт Гордон Эдвардс, Джозеф Э. Ливайн
операторАльфио Контини
композиторДаниэле Парис
художникНедо Аццини, Жан Мари Саймон, Пьеро Този, ...
монтажФранко Аркалли
жанр драма, ... слова
зрители
Италия  5.78 млн
премьера (мир)
релиз на DVD
возраст
зрителям, достигшим 18 лет
рейтинг MPAA рейтинг R лицам до 17 лет обязательно присутствие взрослого
время117 мин. / 01:57
1957 год. В венском отеле случайно встречаются бывший нацист и бывшая заключенная концлагеря. Пробудившиеся воспоминания как палача, так и жертвы разжигают между ними странное, противоестественное влечение, которое психоаналитик назвал бы садомазохизмом.
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
68%
15 + 7 = 22
5.6
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    поделитесь с друзьями ссылкой на фильм
    Знаете ли вы, что...
    • В Италии гонения на фильм прекратились только после вердикта Верховного суда в Милане: «Ночной портье» — это произведение искусства, и никто ни при каких обстоятельствах не имеет права накладывать на него запрет.
    • Когда съемки подходили к концу, у продюсера Роберта Гордона Эдвардса закончились деньги. Съемки пришлось приостановить, группа и актеры разъехались по домам. Судьба фильма висела на волоске. Финальную часть (натурные съемки в Вене) удалось доснять только спустя месяц.
    • Первой отснятой сценой в картине была сцена, где Шарлотта Рэмплинг танцует с голой грудью.
    • Дирк Богард согласился сниматься при условии, что Лилиана Кавани перепишет сценарий. В итоге, из первоначального варианта выкинули одну сюжетную линию и большую часть разговоров персонажей о политике. Кроме того, по ходу съемок Дирк Богард не раз сокращал реплики своего Макса. Это всегда приводило к жарким спорам с Лилианой Кавани.
    • Съемочная группа очень опасалась гнева жителей Вены, которые могли неоднозначно отреагировать на нацистскую форму Дирка Богарда. Но в итоге все страхи оказались напрасны. Когда Богард, как он вспоминал позже, «с тревогой и страхом» вышел на улицу в мундире со свастикой, толпа зевак… громко зааплодировала. А кто-то даже выкрикнул: «Heil!»
    • В Нью-Йорке премьеру фильма обставили в стиле садомазохистской оргии. На званом обеде столы накрыли черной виниловой пленкой, на стульях повесили цепи, зажгли черные свечи, разложили спички в обертках из искусственной кожи с изображением сапог и хлыстов.
    • Сцена, когда героиня Шарлотты Рэмплинг голой танцует перед немецким офицером, вошла в 100 лучших сцен мирового кино. Её сняли с одного дубля.
    • еще 4 факта
    Трейлер 01:32

    файл добавилvic1976

    Из книги «3500 кинорецензий»

    оценка: 9.0/10
    Несмотря на то, что прошло несколько десятилетий после выхода этой итальянской (но англоязычной) картины на экран, она по-прежнему вызывает яростные споры и крайне противоречивые оценки. Неоднозначен и провокационен уже сам сюжет о вновь вспыхнувшей страсти в Вене в 1957 году между ночным портье, в прошлом — нацистским офицером, и бывшей узницей концлагеря. Разумеется, подобная тема должна была шокировать тех, кто прямолинейно и догматично воспринимает как искусство, так и реальность. И в фильме Лилианы Кавани, безусловно, есть элементы скандальности, эпатажа, чрезмерного заострения исходной ситуации, подчас повышенного внимания к садомазохистским комплексам. Но всякий, кто чересчур увлечён спором, не всегда точно в пылу словесных атак выбирает дипломатические выражения. (... читать всё)
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • 97 постов в Блогосфере>

    ещё случайные

    «Память состоит не из теней, а из глаз, которые смотрят прямо на тебя, и пальцев, указывающих на тебя».

    Действие фильма разворачивается в Вене в 1957 году. В одном из местных отелей встречаются «старые знакомые» — бывший нацистский офицер Макс (Дирк Богард) и бывшая заключенная концлагеря Лючия (Шарлотта Рэмплинг). Он сейчас работает ночным портье в этом отеле, она стала женой известного дирижера. Но, как было сотни раз сказано до, этот фильм не о фашизме. Это может показаться странным, но фильм всё же о любви. О любви, которую мало кто может понять и принять.

    В концлагере между Максом и Лючией сложились странные отношения, о которых Макс вспоминал все эти прошедшие 12 лет с нежностью и которые Лючия старательно пыталась забыть. Однако эта неожиданная встреча пробудила в них всё, что они скрывали в глубине себя так старательно. Теперь они уже не могут скрыться от… самих себя. Удивительно, какие болезненные отношения может породить подобная жизненная ситуация. Кто-то назовет это Стокгольмским синдромом, кто-то садомазохизмом, кто-то ещё каким-то психологическим отклонением, но найдутся и те, кто разглядит здесь любовь. Ни на что не похожую любовь. Дикую и жестокую, обреченную на страдания. Смогут ли остальные принять такие отношения?

    Фильм-шок. Фильм-сенсация. Таким он был, когда вышел на киноэкраны. По тем временам фильм включал в себя сенсационные сцены постельного характера и затрагивал темы, о которым негласно запрещалась говорить. Сейчас нам, людям привыкшим к постоянно шоку, фильм уже вряд ли покажется столь сенсационным. Он любопытен и противоречив, но не более. Хороша актерская игра Шарлотты Рэмплинг, которая передает всё эти странные чувства, которые одолевают её героиню и о которых мы можем по-настоящему лишь догадываться. Интересен и Дик Богард в отрицательной (но отрицательной ли?) роли.

    7 из 10

    13 января 2014 | 00:33

    «Портье» был и остается по сей день жестокой, болезненной, но по-своему красивой историей любви, побеждающей смерть. Кто сказал, что любовь — это нежность, романтика, заоблачность и доброта? А почему она не может быть болью, кровью, насилием и испепеляющим влечением?

    Именно об этом и говорит в своей картине Лилиана Кавани. Главные герои вовсе не извращенцы, не больные и не сумасшедшие. Они не более безумны, чем любая страстно влюбленная пара. Просто великое чувство зародилась в них в нечеловеческих условиях, когда один был палачом, а другая — жертвой.

    Поначалу Макс действительно кажется своеобразным сексуальным маньяком, но на своем пути он встречает родственную душу, которая понимает его и принимает его именно таким. И если их тюремные отношения все равно можно трактовать как удовлетворение болезненной похоти Макса и беспомощного подчинения Лилии, то прошедшее время и случайная встреча в послевоенной Австрии безоговорочно подтверждают, что то чувство, ни что иное, как любовь.

    Невозможность жить друг без друга, боязнь потерять маленькое личное счастье, готовность пожертвовать всем ради любимого! Что же это, по-вашему, как не Высшее Чувство?

    Фильм получился сильным, умным и тяжелым. Картина смотрится очень непросто, но это не недостаток мастерства Кавани, а способ показать душевное состояние героев. Война давно окончена, но все равно остались «свои» и «чужие», поэтому окружающий мир никогда не примет эту странную, ужасную с моральной точки зрения любовь.

    Но герои все равно борются за свое счастье, зная, что они обречены, и до последнего вздоха остаются вместе. Поэтому «Ночной портье» — это фильм не о победе над фашизмом, не о половых извращениях, не о сексе и насилии. Это просто кино о самом главном в этой жизни.

    16 ноября 2006 | 10:50

    Leaving you for me, try to understand,
    That I`m only leaving you for me,
    (Are you trying to hurt me?)
    Demons in my head,
    They won`t let go…

    Когда я слышу фразу: «не романтизируйте болезнь», в частности стокгольмский синдром, я всегда непроизвольно улыбаюсь: «это как?». На протяжении всей моей жизни, с самого детства, все виды искусств настойчиво внушали мне, что именно эта нездоровая привязанность между заложником и похитителем — самая волнующая и заманчивая разновидность страсти, а теперь, оказывается, мне должно быть стыдно?

    «Красавица и чудовище» с подачи дедушки Диснея пропахала молодую целину, советская «Принцесса на горошине» с новеллой о принцессе и тролле швырнула туда зараженное семя, «Лабиринт» прополол землицу, копполовский «Дракула» щедро оросил ее водой, Томас Харрис с Ганнибалом и Клариссой от души удобрил, а «Призрак оперы» Шумахера, в конце концов, собрал такой обильный урожай, что наряду со стокгольмским синдромом по отношению к главным злодеям, меня теперь уже трясло от синдрома Стендаля в адрес самих произведений, и я отчаянно не понимала, почему подобные истории не могут завершиться хэппи-эндом»! К слову, завершались они в большинстве случаев смертью героя или его насильственным удалением от героини, как будто сами авторы произведений опасались, что девушка, топчась на границе греха и добродетели, в итоге сиганет на темную сторону ситхов, послав к чертям переоцененную нравственность и забронированный номер-люкс в райском гостинице. Но на моем веку никто из них не посылал. До Лючии из «Ночного портье».

    Фильм Кавани — полотно мучительное для людей, предрасположенных к подобным кинолентам; носители же иммунитета, «правильные» и «психически здоровые», сочтут его трудным, пожалуй, только в плане продолжительного хронометража и строгой, скуповатой режиссерской подачи, которая изначально не имела цели развлечь и порадовать глаз. Я, как целевая, благодарная аудитория мазохистов, желала пострадать и ничуть не сомневалась в успехе предприятия, который мне буквально гарантировали тематика «Портье», год и страна производства, а также каждая рецензия на фильм на данном сайте — даже ленивые и уставшие печатать авторы, во избежание стресса, заботливо предупредили меня о финале.

    После знакомства с картиной можно долго рассуждать о скандальной интерпретации фашизма как психопатологии, о его гуманизации, о политике в целом, но делать этого совершенно не хочется, как не желала в это углубляться и сама Кавани, хотя кто знает, что представлял из себя изначальный сценарии до вмешательства Богарда? Но перед нами, без сомнения, история больной, отчаянной, бесконтрольной любви, намеренно помещенной режиссером в тупик безысходности для подогрева истерии и накала; скандальная и возмутительная от того, что лишенная оправданий концлагерем жертва добровольно отдается своему палачу теперь уже в мирное время, заставляя зрителя судорожно метаться в догадках — осознанный ли это выбор или последствия необратимой травмы. Кавани не дает нам шанса судить об этом объективно — она сама романтизирует свою историю и намеренно смещает акценты, запирая Макса и Лючию в тесный мелодраматический вольер, и оставляя за его пределами все прочие социальные роли мужчины и женщины.

    Без честной демонстрации Макса-эсэсовца, Макса-пыточника, Макса-палача нет повода заколебаться и задуматься над собственным к нему отношением, поскольку Макс-любовник обезоруживает первым же выпадом — взглядом. Без откровенных, беспощадных сцен насилия и унижений жертвы нет повода поставить под сомнение адекватность Лючии, а значит вопрос: «благодаря или вопреки?» столь же условен, как и социальный, и нравственный контекст. И все же, несмотря на вырванные из повествования страницы, Дирк Богард и ослепительно прекрасная Шарлотта Рэмплинг своей уникальной игрой раскрашивают, дорисовывают, лепят своих персонажей самым сложным способом — не поведением, а эмоциональным спектром в обездвиженности, и этот спектр широк настолько, что считать, усвоить целый образ за один просмотр невозможно. Особенно это касается Богарда. Его герой — канатоходец, сохраняющий равновесие без всякой страховки, равновесие-невозмутимость, равновесие-маску, под которой кривится единственный страх — быть узнанным, правильно понятым. Ужав и урезав реплики Макса до односложных предложений, Дирк до предела усложнил себе задачу, но взял невиданную высоту.

    «Ночной портье» Лилианы Кавани — удивительный, чувственный, почти мистический фильм о судьбе, запредельной терпимости и выживаемости женской любви, о ее высочайшем болевом пороге без всяких синдромов и помутнений рассудка. Сама любовь — уже болезнь, у каждого — своей степени тяжести. Я не увидела в финале искупления вины. То был всего лишь красивый финальный аккорд, необходимый картине не столько логически, сколько эстетически.

    …I`ve lock the door deep inside,
    Different memories,
    I`ve lock the door, deep inside,
    Different stories…
    What about you? What about me? ©

    18 августа 2012 | 10:10

    Фильм Лилианы Кавани «Ночной портье».

    Провокационный фильм. Фильм, поднимающий очень сложные вопросы фашизм и секс, причём с переходом оного в любовь. Даже не просто любовь, а высокую любовь. Фильм если и не окажет психологического воздействия, всё равно заставит задуматься над природой данных явлений.

    Чуть более десяти лет, как кончилась Вторая мировая война. В благополучной Вене в гостинице случайно встречаются Максимилиан Тео Альдорфер, /бывший нацист, палач/, и Лючия Атертон, /бывшая узница концлагеря, жертва Альдорфера/. Взаимные воспоминания, толкают палача и жертву в объятия друг к другу. А далее любовь,/или жалкое подобие любви/, со всем из этого вытекающим.

    Что-то не то, да? Так не должно быть? Согласен. Но.

    Не живи я в своё время, и не наблюдай действительность, и не делай выводы с увиденного.

    Преступник должен быть покаран и точка. Дабы другим, не повадно было. Ан нет. Нынешняя политическая обстановка показывает обратное. Победителей не судят. А надо бы.

    Кто виноват? Вот в чём вопрос. Палач, или жертва. Жертва, испытывающая симпатии к палачу, преклоняющаяся перед его силой, чувствующая в глубине души родство душ.

    В фильме есть сцена, где Лючия танцует полуголая перед офицерами и где Максимилиан в подарок за танец преподносит ей голову человека, который над ней издевался. Кто виноват, Саломея? Ты, или Ирод? Или время, или обстоятельства, или счастье твое такое, ущербное?

    По ходу развития сюжета возникает осень уж много вопросов, но автор фильма не даёт никаких, даже намёков на ответы, только констатация фактов, только герои фильма, живущие по своим порой непонятным жизненным понятиям. Я тоже не смогу, /не посмею/, дать какие либо нравственные оценки, тут уж каждый должен решать сам.

    Зачем оно мне нужно, возразит мне зритель, война давно прошла. Да, та прошла, а другая не прошла, только началась. А ещё одна начнётся, когда твои дети вырастут, если ты ничего не поймёшь. Не поймёшь, что и ты её ресурс, маленький кирпичик в стоне беззакония. И если ты это понимаешь, эта стена уже не столь крепка,/потому, как одного кирпичика в ней уже не хватает/.

    Вот такая любовь, не будем судить. Посмотрим внутрь себя, /это даст больше пользы/.

    А ещё возможно кто-то скажет, что это обычная патология, это тема не для нормальных людей, это для психологов да психоаналитиков. Не могу согласиться. Это тема для людей, живущих в человеческом обществе. Обществе, подверженном всевозможного рода катаклизмам, революциям, войнам и тому подобному.

    Это тема для людей, пытающимися понять разницу между моралью и моральным уродством, между тем, что считается нормой в человеческих отношениях и патологией. Между любовью и суррогатом.

    Только не надо скептически улыбаться. Иногда это ох, как непросто.

    18 июля 2015 | 13:59

    Всё-таки странный этот фильм. И не по тому что таков сюжет или же игра актёров удивляет своим натурализмом. Дело совсем не в этом. Это завораживающая картина. Её хочется пересматривать. Именно пересматривать, а не смаковать подробности того, как героиня Шарлотты Ремплинг голой уворачивается от пуль нацистского офицера.

    Хочется всматриваться в каждый кадр этой картины для того, что бы понять — в чём сила любви Лючии к Максу. В чём она? В ней или в нём? В обстоятельствах, которые свели их? Может быть не такие уж они и извращенцы, а просто люди, которые не нашли любви в своей прошлой жизни и теперь пытаются наверстать упущенное?

    Хочу отметить такой момент. Самая известная сцена в фильме, когда Лючия танцует в фуражке перед ССовцами. После мы видим как Макс приподносит ей в подарок голову её врага. Аллегория на Саломею. Саломею нового века. Саломею, которая сама пленница.

    Но… Кадры самого танца. Улыбка Саломеи развратна, но тем не менее принадлежит царю (Максу) и только ему.

    11 августа 2008 | 12:34

    57-й год, Вена. Макс (Богард) работает ночным портье в отеле, периодически ублажает постоялок и сверху вниз смотрит на постояльцев. Единственный человек, на которого ему придется посмотреть снизу — жена дирижера (Рэмплинг), которая помнит, как он в эсесовской форме заставлял ее играть с ним.

    Это прозвучит странно, но фашизм в Ночном портье почти не страшный. Ужас наступает не тогда, когда показывают изнасилования и костлявые тела на грязном кафеле, а когда Рэмплинг совершает легендарный садомазо выход в эсесовской фуражке под звуки демонического аккордиона — момент из тех, что красивы своей отвратительностью, и впечатываются в память намертво. Дирк Богард играет инфантильного нациста с домашней кошкой и запятнанной репутацией, Рэмплинг — хрупкую девицу непонятной национальности, которая так намучилась, что ей это вроде как стало нравиться. Портье — это мелодрама, в которой все не так, а отношения между центральной парой невозможно объяснить вербально: это похоже на любовь, где обе стороны совершенно слетели с катушек, или на ненависть, доведенную до той кондиции, когда ничего не остается, кроме как обнять оппонента и переспать с ним. Ни тот, ни другой ответ не является верным — «Это не романтика», — слова Богарда в одной из сцен. Это действительно не романтика и не ужин при свечах — это трагедия человеческого бытия, когда ты не знаешь, как быть, а по-человечески понимает тебя только тот, кто лучше всего тебя мучает.

    8 из 10

    11 сентября 2013 | 00:21

    После первого просмотра «Ночной портье»… скажем, не разочаровал, но произвел совсем не то впечатление, на которое я рассчитывала. Восторженные отзывы, противоречивая критика, страна и год выпуска (именно европейцы в 70-80е снимали самый жесткач, чаще куда отвязнее Голливуда), да и сама тематика, помноженная на мою симпатию к неординарным любовным историям, сулили потрясающее и незабываемое зрелище. В результате увидела несколько затянутый, даже скучноватый фильм со строгой и скупой режиссерской подачей. А любовная история вообще казалась задвинутой на второй, а то и третий план, уступая место войне и политике.

    Однако отзывы продолжали кричать о том, какая же, блин, здесь любовная история (кто с восхищением, кто с брезгливостью). После прочтения статей о создании фильма (о том, как Дирк Богард до хрипоты ругался с Кавани; в каких условиях были сняты те или иные сцены; какие трудности ждали картину в прокате) интерес начал усиливаться.

    При повторном просмотре фильм уже оказался не таким однозначным, а на первом плане выступила опять же не любовная история (любовь здесь вообще весьма своеобразна и не вписывается в общепринятые рамки — большинство назовет это садомазохизмом, извращением больной психики, а то и просто Стокгольмским синдромом), а то, как война калечит людей, причем порой не столько в физическом, сколько в моральном отношении. И что порой достаточно небольшого катализатора, чтобы тщательно сдерживаемые демоны вырвались наружу.

    Что и вышло с Лючией. Пережив в юности концлагерь, пройдя через странную связь со своим же мучителем, наладив нормальную жизнь после войны, будучи женой дирижера, после всего одной встречи с Максом, который теперь работает ночным портье, она пускается во все тяжкие.

    Именно при повторном просмотре стали более очевидны попытки Макса и Лючии восстановить лагерные события, а параллели между их нынешними «забавами» и концлагерными флешбеками — более прозрачны. Их связь — что-то странное, болезненное, но тем и заманчивое. К Максу сложно относиться совсем плохо, потому что никто не демонстрирует весь масштаб его злодеяний. А у Лючии после пережитого можно было ожидать чего-то подобного. Дирк Богард и Шарлотта Рэмплинг играют просто потрясающе, причем еще вопрос, кто из них сыграл круче. Он — вроде бы сдержанный, показывающий эмоции одними глазами и нервно двигающимися руками, она — одинаково прекрасная как с худосочной фигурой и коротко остриженными волосами, так и одетая в ночнушку со свитером и прикованная цепью. Редкий случай, когда ни один из партнеров дуэта не может перетянуть одеяло на свою сторону.

    Самое интересное, что фильм не создает впечатления агитки, не выделяет правых и виноватых, предоставляя зрителю самому трактовать происходящее и определять своё отношение. Фашизм несколько эстетизирован, что особенно заметно в концлагерных флешбеках, причем непонятно — то ли Кавани просто не хотела заморачиваться, то ли таким образом передает, что воспоминания обоих героев стали ретушированными. И совсем уж перегиб называть этот фильм полупорнографическим, а те, кто называют «Ночного портье» порнографией и извращенством, явно не смотрели какую-нибудь «Последнюю оргию третьего рейха», где бессмысленность жестокости и софт-порно просто зашкаливает.

    «Ночной портье», не лишенный элементов эпатажа, все же выглядит скорее попыткой разобраться в душевной организации людей, переживших войну, и какие кульбиты порой может выделывать человеческая психика. Отсюда и небезынтересный случай привязанности Макса и Лючии (вряд ли такое случалось повсеместно, но саму возможность сложно отрицать), отсюда странные, даже фарсовые процессы бывших нацистов, которые явно не испытывают особой вины, но всё же стремятся оправдаться.

    Если в целом, фильм действительно стоит посмотреть, а то и не один раз. Потому что толковать его можно по-разному. Кто-то увидит политизированную историю послевоенного времени, кто-то — небанальную и по-своему красивую историю любви и страсти, которая обречена с самого начала. А кто-то просто будет брызгать слюной и скажет, что Кавани сделала беспроигрышную ставку на больную тему и сняла откровенный фильм о своих сексуальных фантазиях.

    18 декабря 2013 | 14:13

    Я всегда считала, что отношения садиста с мазохистом — это что-то особенное. Даже более особенное, чем сотрудничество двух полноценных неполовинок, чем дружелюбные отношения проститутки со своим сутенёром… Хотя раньше думала: «Как это странно — хотеть кому-то подчиняться, жалко, никогда этого не пойму», — очень было интересно, почему Милхаусу нравится быть «шестёркой» Барта. Потом оказалось, что подчиняться хочется не кому-то, а определённому человеку, и это на самом деле отличается от того, что мы можем встретить на каждом углу. Обычно людьми движет влюблённость — часто вообще ничем не объясняющееся влечение к тому, кто просто в нужный момент оказался в нужном месте. Желание стать нижним партнёром появляется не настолько внезапно, и оно не может возникнуть по отношению абы к кому. Человек должен восхищать, вызывать уважение и трепет, желание в чём-то быть похожим на него. На этом человеке уже давно лежит какая-то огромная ответственность, с которой он справляется, поэтому пассив не чувствует неудобств, эгоистично желая навязать ему ещё и себя.

    Вообще, всё это, хоть и другими словами, отлично описано в Википедии. Единственный минус этих необычных отношений (хотя и относительный) — это что нижний партнёр через какое-то время таких постепенно перестаёт быть личностью. О нём заботятся, за него почти всё решают, и так как он уже заранее убедился, что на «верхнего» можно положиться, «нижний» может даже перестать думать, а просто расслабиться и безоговорочно подчиняться тому, кому безгранично доверяет, быть полностью в его власти. Со стороны это кажется каким-то противоестественным кошмаром, но, будьте уверены, такой «нижний» счастливее всех вас, вместе взятых.

    Мне кажется, именно это и произошло с героиней «Ночного портье» (плавно перехожу к самому фильму): сначала она ещё подавала какие-то признаки характера, но потом при взгляде на эту парочку я видела только Макса. У Лючии появилась возможность уйти в себя.

    Но всё по порядку. Прочитайте краткое описание. Складывается ощущение, что нам предлагают посмотреть жёсткое наци-порно… Во-первых, не всё так сразу. Во-вторых, не всё так просто. В-третьих, там совсем немножко «наци» и вовсе нет «порно». Оставаясь наедине, герои практически не используют слова, но при этом понятны мотивы их действий и чувства, которые они испытывают.

    Актёры здорово играют, особенно мне понравился Дирк Богард, сильно смахивающий на нашего Дмитрия Анатольевича, а в некоторые моменты — и на Дина Стокуэлла (и даже Тилля Линдеманна, но это, думаю, лично мои ассоциации). Когда Макс задумался — он действительно выглядит задумчивым, когда он сдержанно недоволен — он и правда выглядит сдержанно недовольным, когда он счастлив — ему нет необходимости что-либо говорить, чтобы зритель увидел это счастье. Хотя его разговор с актрисой на эту тему — это нечто. Чувства настолько переполняют его, что ему необходимо поделиться новостью о том, что он нашёл «свою маленькую девочку». Его слова «И никто не смеет к ней прикасаться!» звучат довольно иронично, если учитывать, при каких обстоятельствах они познакомились, и что он сам с ней делал. По сути, это ведь он сделал её такой. Если она и правда была очень молода, то этот опыт изменил всю её жизнь. Думаю, уже изначально у неё были тенденции к такого рода отношениям, потом «доктор» Макс сделал первый шаг, она очень боялась, но со временем ей это понравилось.

    На постерах чаще всего изображают Лючию в фуражке, чёрных перчатках и каких-то штанах с подтяжками, как будто это самый крутой эпизод в фильме. Я с этим не согласна. Пела она там какую-то тоскливую фигню (возможно, если бы я знала, о чём эта песня, я бы так не говорила, но…). На свете полно отличных немецких песен (что за песня в «Моём фюрере»?), а в этом отличном фильме звучит что-то скучное, даром что на немецком. Движения её тоже какие-то… не очень — эротическая танцовщица, называется… Единственное, что мне понравилось — это итог этой сцены. Макс сделал ей подарок. Когда-то ранее она попросила его, чтобы он перевёл заключённого, издевавшегося над ней, а он отрезал заключённому голову и презентовал её Лючии.

    Я хочу сказать, что были другие моменты, заслуживающие большего внимания. Например, про то, как Лючия заперлась в ванной, разбила об пол возле двери флакон духов, а потом открыла дверь. Она знала, что Макс босиком. Зачем она это сделала? Может, несмотря на то, что она обожает его, ей хочется хоть как-то отомстить за то плохое, что было в прошлом. Или же это простое «Накажи меня за это». И, может, это желание ещё раз проверить, насколько её хозяин силён, вспомнить это. Сцена вызывает очень много мыслей, отчасти из-за того, что в ней нет слов.

    Часто садистов и, тем более, нацистов, показывают чисто отрицательными персонажами. У них нет привычных для обывателей чувств, они полностью извращены и кричат и причиняют боль, просто потому что им нравится доставлять людям дискомфорт, как будто они самоутверждаются за счёт этого. Но это всё равно что сказать, что Гитлер — бесчеловечная сволочь и ничто большее, раз он учинил геноцид. Редко когда упомянут, что при этом он любил животных, являлся героем самой романтичной в мире истории любви и в молодости имел самую обыкновенную мечту. Не могу также не вспомнить бессмертные кадры, где он подыгрывает ребёнку, протягивающему ему для рукопожатия не руку, а ногу. У медали две стороны.

    В «Ночном портье» это хоть немного показано. Макс приковывает Лючию цепью, чтобы её не могли увести те, кто разбирается с его судебным делом, а она смеётся, спрашивает, что, если они придут с досье. На её месте я бы поинтересовалась насчёт другого: что, если они отпилят руку, но сейчас не об этом. Макс кричит, приказывает ей прекратить смеяться, но при этом им движут совершенно понятные чувства: волнение за неё, нежелание расставаться с ней. Ему даже думать об этом страшно.

    Меня едва ли не впервые в жизни не тошнит от слов «Я люблю тебя». Эти слова испорчены веками и всякими придурками, не вкладывающими в них никакого смысла, да, но всё же есть редкие случаи, когда они звучат уместно и так, как надо.

    «Ночной портье» — фильм серьёзный, но не пафосный. Хочу сказать, что для меня он стал самым лучшим фильмом на мою любимую тему. Правда, есть ещё «La svastica nel ventre» (Nazi Love Camp 27), но я не могу их сравнить: они разные.

    Жаль только, Макс ни слова по-немецки не сказал.

    10 из 10

    5 сентября 2009 | 23:50

    Вообще мелодрамы я смотреть не люблю. Большинство из тех, что видел, мне просто не понравились, так сказать, разочаровали в корень. Бывали редкие случаи (например «Вечное сияние страсти») когда в кино, определяющимся как мелодрама, мне удавалось увидеть именно то, что увидеть хотелось. Фильм Ночной портье, я посмотрел, прочитав рецензию, написанную одним хорошим человеком. Возможно, если б не его рецензия, я бы ещё долго не смог посмотреть этот фильм, (он же все-таки достаточно старый) а может быть, не удалось бы посмотреть вообще. В рецензии говорилось много интересных вещей, но читая её, меня больше всего завлекло то, что этот фильм вызвал очень много шума среди различных еврейских организаций. Что же такого там могли показать, что вызывало людей на улицы, для пикетирования показа данного фильма? Если бы фильм был откровенно пропитан НС пропагандой, его бы даже скорей всего не смогли создать, не говоря уже о показах в кинотеатрах. Тогда что? Тем более что многие утверждали, что кино не просто какая-то скрытая или откровенная пропаганда НС идеологии, а она немного даже с антифашистским уклоном.

    Не собираясь дальше гадать, я, наконец, решил посмотреть это творение Лилианы Кавани своими глазами. Если честно, ответа на вопрос о том, почему столько людей выступало против этого фильма, я не нашёл. Но я увидел гораздо больше. Больше чем думал, что увижу. Больше даже, чем мог себе представить. Ну, я начну по порядку.

    Это история о любви. Любви такой, которую смело и без сомнения можно назвать настоящей. Эта любовь необычна? Да. Это любовь, которая не может положительно восприниматься обществом? Тоже да. Но она настоящая, как тут ни крути. Почему, возможно спросят многие. Ответ сам фильм.

    Бывший эсэсовец трудится ночным портье в одном большом и дорогом отеле послевоенной Германии. Он изредка встречается со своими бывшими товарищами, которые горят желанием разобраться со своим прошлым. Сам главный герой видимо об этом не сильно беспокоится. На его лице чаще всего читается безразличие ко всему, что происходит вокруг. Он словно зомби просто живёт без воспоминаний и выполняет ту работу, которую должен выполнять. Всё так и течёт до того момента, когда появляется она (героиня превосходной Шарлоты Рэмплинг).

    И вот тогда на них обоих, словно гигантской волной, обрушивается ряд воспоминаний из военного прошлого. Эсэсовец вспоминает ту девочку из концлагеря, которая была его самой любимой жертвой и он понимает, что сейчас она стоит перед ним. Она тоже вспоминает то время, когда была полностью во власти Макса (эсэсовца), и когда он делал с ней то, что хотел. Они смотрят друг на друга, но ничего не говорят. Она вроде как изменилась. У неё богатый муж, деньги, казалось бы счастье. У Макса же всё однообразно, но он теперь вроде бы почти честный человек, который честно работает в отеле. Так думают окружающие, это то, что они видят. Но по ходу фильма понимаешь, что на самом деле всё не так. Он всё тот же эсэсовец, а она всё та же его жертва, это отчётливо зритель понимаем потом.

    Казалось бы, какие чувства эти двое могут вызывать друг у друга, после всего того, что было? Ненависть? Скорей всего. Когда Макс, наконец, в первый раз приходит к ней в номер всё вроде происходит, так как надо. Он отпускает ей пару пощёчин, сбивая ее, таким образом, с ног. Но дальше вдруг мы видим, что происходит то, чего ну никак не может быть. Они ложатся на пол вместе, а она кричит от радости. «Слишком долго» — говорит Макс. Оказывается, что между ними возникают какие-то чувства, которые нельзя назвать никак иначе, кроме как любовь. Она просто не может без него, он не может без неё. Им сносит голову в одно мгновение, и весь мир вокруг теряет смысл. Теряет смысл её богатый муж, теряют смысл и военные товарищи. Две неразрывные души снова вместе. И счастливы они только вместе. Они скрываются от товарищей Макса, и параллельно от всего общества, ибо общество никогда не примет такую их странную любовь, и они это знают но, ни чего поделать не могут, да и зачем? Где-то ближе к концу фильма, следует сцена с танцем Шарлоты, из воспоминаний Макса. Хотелось бы сказать, что это сцена по своему настолько замечательна, что сравнить её можно разве что со сценой в Синем бархате, когда Бен (Дин Стоквелл) исполняет песню In dreams с фонарём, вместо микрофона в руке.

    Самое главное, что они счастливы, и вместе им хорошо, даже голодным и немощным. Они практически не разговаривают, так как слова это лишнее. Они им не нужны.

    Хочу сказать, что в фильме нет ничего лишнего, всё идёт так, как должно идти. Правильно всё, начало, развитие и конец. За это, конечно же, большое спасибо говорю режиссёру Лилиане Каване. Замечательная идея, и отличная реализация.

    Я считаю, что фильм ночной портье, это одна из лучших мелодрам из тех, которые я когда-либо видел. По сравнению с этим фильмом, все остальные мелодрамы просто тихо курят в сторонке. Они кажутся все такими чудными и даже смешными, что просто не подходят, даже для сравнения с этой лентой. Сильно снято. Настоящее кино. Больше ничего сказать не могу.

    10 из 10

    30 августа 2009 | 16:59

    Фильм «Ночной портье» вызвал в своё время вызвал массу критики и огромные политические дискуссии по поводу допустимости происходящего на экранах. Многие усматривали в этой работе режиссёра Лилианы Кавани профашистские мотивы и даже антиеврейские настроения (хотя в фильме нет ни одного персонажа с указанием на его еврейское происхождение).

    Мне же показалось, что даже если изначальный замысел был направлен по пути критики фашизма, то впоследствии эта попытка осмыслить этот непростой и неоднозначный след, оставленный ужасными событиями 1940-45гг., была «слита» эпатирующей подачей материала. Вышло, что то, что обеспечило фильму внимание и аккумулировало вокруг него дискуссию, в то же время сместило акцент на психологический — на противоестественную любовь, неправомерную ни во время концлагерей, ни после, по прошествии 12 лет после окончания войны.

    Конечно, можно сказать, что ни одна другая война не способствовала столь сильным мутациям, не искажала так сильно наше преставление о человеческой природе и о нас самих, не подрывала веру в человечество. Потому так особенно дико и страшно наблюдать за вновь обретаемыми парой отношениями «палач — жертва», за их желанием вновь обрести тот концлагерь как единственно возможное место для такой любви.

    Главные роли сыграла пара Дирк Богард и Шарлотта Рэмплинг. В интервью на телеканале «Культура» Шарлотта Рэплинг отмечает, что данные роли во многом отвечали тем отношениям, которые тогда были между ней и Дирком Богардом: «В каком-то смысле это была история моих с Дирком отношений, история того, что между нами происходило, и только благодаря ему я сыграла эту роль». Уже знакомые по съёмкам в так же известном фильме, работающим так же с темой фашизма, Дирк и Шарлотта гениально справляются с изображением противоестественной пары — бывшего офицера СС и его любимой жертвы, тогда ещё совсем юной девушки. Через 12 лет роли их кардинально меняются — он становится неприметным портье, предпочитающим ночную, потаённую жизнь, она преображается в светскую даму, в подругу известного дирижёра. Но все эти смены ролей ничего не значат для тех, кто прошёл фашистский концлагерь — ни для тех, кто был со стороны силы, ни для тех, кто оставался со стороны жертв насилия. Это не лечится и никогда не уходит в прошлое. И одним из посылов, выглядящим как пощёчина обществу от Лилианы Кавани, является обвинение в адрес не только палача, но и самой жертвы: жертва не всегда невинна. Жертва может сознательно выбрать свою роль.(1)

    Точно так же остаётся и действует в соответствии со своей идеологией фашистская ячейка, члены которой — респектабельные и уважаемые жители Вены, занимающие достойные должности. Они даже иногда поддерживают связь со своими жертвами, которые были готовы к сотрудничеству ради спасения своей шкуры, они влияют на начисление военных пенсий, они не отказываются и от своих привычек палачей, «сдавая в список» свидетелей их действий и уничтожая все документы, освобождаясь от страха быть пойманными.

    Жертва может сотрудничать со своими мучителями, как это делает Марио — беглец, которого оставили в живых из-за его умения готовить, и который позже открывает в Вене свой ресторан, не гнушаясь приминать там тех, кто убивал его товарищей. «Я хочу жить спокойно» — объясняет он. 

    Казалось бы, именно от этого спокойствия и хочет отвлечь нас режиссёр, именно эти маленькие моменты кооперации во имя личной выгоды между двумя лагерями людей — истребителями и истребляемыми, — должны вызывать содрогание куда большее, чем стокгольмский синдром главной героини. Желание знать правду должно возобладать над желанием забыть! Однако любовь палача и жертвы — образ слишком яркий, к тому же, столь неподдельно сыгранный, — служит, скорее, для провокации, нежели для развития темы. Мотив скрытых, тёмных сторон души, которые есть в каждом из нас и о которых мы предпочитаем не знать или хотя бы не помнить, остаётся погребён под романтической историей двух влюблённых, не подвластных никакому суду.

    (1) «В одном из интервью, которое я давала в Париже, на вопрос о смысле фильма я ответила: «Все мы жертвы или палачи и выбираем эти роли по собственному желанию. Только маркиз де Сад и Достоевский хорошо это поняли».

    На ум также приходит Ханна Арендт, описывающая в «Банальности зла» о том, как представители еврейской общины сотрудничали с третьим рейхом, помогая им составлять списки людей, их имущества, а так же содействующая в транспортировке евреев: «И в Амстердаме, и в Варшаве, и в Берлине, и в Будапеште на еврейских функционеров можно было положиться во всем — в составлении списков людей и их собственности, в собирании с депортированных средств, призванных возместить расходы на их депортацию и уничтожение, в составлении перечня опустевших квартир, в предоставлении полиции сил для отлова евреев и последующей посадки их в поезда и — в качестве заключительного акта — в передаче всех средств и собственности самой общинной администрации для окончательной конфискации».

    13 апреля 2016 | 10:06

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>