Кинопоиск

Пули над Бродвеем (1994)

Bullets Over Broadway18+

Драматург получает деньги на постановку пьесы и бездарную актрису в придачу. Криминальная комедия Вуди Аллена

Рейтинг Кинопоиска 7.3
Оценить фильм

О фильме

Год производства
Страна
Слоган
«Деньги решают всё...»
Режиссер
Композитор
Бюджет
Сборы в США
Зрители
США3.2 млн , Франция1 млн , Испания626.6 тыс , ...
Премьера в России
Премьера в мире
Релиз на DVD
22 марта 2011, «Парадиз»
Возраст
Время
1 ч 35 мин
oscar1

Оскар1

  • 1995Победитель
  • Лучшая женская роль второго плана
  • 1995Номинации
  • Лучшая мужская роль второго плана
    Лучшая женская роль второго плана
    Лучший режиссер
    Лучший сценарий
    Лучшие декорации
    Лучшие костюмы
Все награды

Молодой и талантливый драматург написал пьесу, но денег на постановку, как всегда, не хватает. На помощь приходит известный гангстер из Нью-Йорка, предлагая деньги, но требуя поставить на главную роль свою бездарную подружку. Автор пьесы поставлен перед дилеммой: есть деньги и есть плохая актриса, нет актрисы — нет пьесы.

Рейтинг фильма

15 246 оценок
IMDb: 7.4044 000 оценок

Рейтинг кинокритиков в мире

Количество положительных оценок: 56. Количество отрицательных оценок: 3.
Рейтинг Кинопоиска 95%
59 оценок8

Если вам понравился этот фильм4

Знаете похожие фильмы?

Трейлеры и тизеры1

Знаете ли вы, что…

  • Действие фильма разворачивается в сентябре и октябре 1928 года.
  • Последняя роль Бени Венуты (1910-1995).

Материалы о фильме4

Билеты в кино

Рецензии зрителей

Положительная рецензия
12 июня 2007 в 23:37прямая ссылка

Нет, я не Бергман, я другой...

Великий Вуди Аллен, которого боготворят все истинные почитатели независимого кино, в свою очередь богтоворит великого шведа Ингмара Бергмана, который многие годы был его путеводной звездой, кумиром и учителем. Трудно судить, кто делает фильмы лучше - Бергман или Аллен. Они равнозначны, но вот работают в разных жанрах. Аллен - мастер многосложных, глубоких и остроумных комедий, Бергаман - мастер многосложных, актуальных и глубоких драм. Оба гении. В 1984 году Бергман ставит фильм 'После репетиции', где рассказывает о тяжелой жизни закулисья, а ровно через 10 лет Аллен снимает фильм-дань уважения своему любимому режиссеру 'Пули над Бродвеем', в котором рассказывает о том же самом, только другими словами - остроумными, смешными, едкими и язвительными. Жизнь закулисья интересовала многих - в 1968 другой еврей, Мел Брукс снял фильм-фарс 'Продюсеры', а Тим Роббинс в 1999 ответил своей драмой 'Колыбель будет качаться'. Все фильмы примерно одинаковы по теме и у них много общего, но стиль этих фильмов различается кардинально. Аллен не уходит от проблем в откровенное шутовство и буффонаду, как маэстро пародии Брукс, и не делает откровенно политико-сатирических зарисовок с реальными персонажами, как Роббинс, и ничего не драматизирует, как Бергман, Аллен силен в другом - он может успешно балансировать на грани всех этих сложных поджаноров и, как гениальный кулинар, берет по щепоточке от каждого, делая поистине пищу богов. Во-первых, Аллен в очередной раз обратился к приему стилизации, или, с позволения сказать, мимикрии, потому что этот зоологический термин наиболее точно передает тонкое умение Аллена заигрывать с любым жанром настолько хорошо, что придраться не смогут даже самые большие ценители этого жанра. В этот раз он сделал блистательную стилизацию под гангстерские фильмы 30-х гг, он уже высмеивал жанр 'нуар' в более раннем 'Тени и туман', но не так явно. Внешне фильм выглядит именно как настоящая классика с Хэмфри Богартом - костюмы, настоящие гангстерские разборки, перестрелки, серьезные толстопузые мафиозо с явно итальянской внешностью, его тупые подручные, красивые певички из кабаре, но на этом сходства заканчиваются... Потому что за поворотом, как говорится, начинается совсем другой город, город 'алленизмов' - снова и снова спор об искусстве и его места в жизни, о месте гениев в искусстве и о женщине в жизни гения, о любви и сексе, о театре и убийстве... прям-таки достоевщиной начинает попахивать от признаний некоторых персонажей фильма, но и тут Аллен остается верен себе - он уже начинает неудержимо фарсить, превращая только что с таким трудом выстроенную сюжетную линию о гениальном драматурге и его отношениях с миром в настоящее бродвейское шоу - певичка из кабаре оказывается таааакой дурой и бездарщиной, что не выдерживает даже сердце отпетого уголовника, в свою очередь уголовник оказывается гениальным писателоем-самородком, а драматург, только что уверовавший в свою гениальность - серой посредственностью, в чем его постоянно пытается переубедить спивающаяся звезда, эдакая 'Офелия за 60', которая соблазняет молодого автора вычурными и пустыми фразами из старых спектаклей, по сцене носится хохочущая дура с собачкой, 'гениальный актер' постоянно жрет и заворачивает рулеты в сценарий, жирея на глазах, продюсер спектакля неуклонно подхалимничает и лизоблюдит перед мафиозо, который свято верит в то, что его пассия станет богиней сцены... Девушка автора пьесы изменяет ему с его жирным другом, который хоть и противен, зато 'высокотехничен и может 5 раз в день'... Ну что, ребята? Узнаете старину Аллена? Да, это он. Старый, добрый очкарик с целой кучей ярчайших персонажей, история каждого из кототорых может с успехом заменить фрейдистские опыты в учебниках психологии. Аллен, который не боится менять жанр своего фильма пять раз за его продолжительность, при этом непрерывно острит и издевается над всем, что встает у него на пути - даже Бергман не уйдет от расправы с его сложными мучениями по поводу неклеящегося спектакля. Аллен, если разойдется - и до Бога доберется! Фильм-спектакль также как у Бергмана, очень камерный и почти весь проходит на мало меняющейся сцене или в закулисье, редко перемещаясь на такую же театрально-стилизованную улицу. Но этого фактически не замечаешь - слишком сочные герои, слишком меткие остроты. Кстати, это удивительно редкий случай, когда Аллен не доверился исключительно своему гению и допустил в работу над сценарием еще одного человека, подобно герою своего фильма. Трудно сказать, зачем. Может, это просто очередная хохма в его стиле? Сумел же он обмануть весь мир, сняв биопик о никогда не существовавшем человеке ('Сладкий и гадкий'), да еще и заставил всех поверить в истинность своего героя. Актеров, как всегда, Аллен подобрал великолепных! Герои ярки, оригинальны, каждый со своим неповторимым характером и фишкой, благодаря которой его запоминаешь сразу, и выделяешь из толпы других. Реального в этих героев мало - они собирательны, издевательски-фальшивы, но в этом их прелесть. Наименее яркие персонажи - горе-автор и его возлюбленная и есть максимально жизненные. Сам Вуди Аллен, к сожалению, свой светлый лик в фильме ни разу не представил. А зря. Главная роль было написана явно для него, я прям так и вижу закомплексованного интеллектуала, который наконец-то начинает прославляться своими артхаузными и никому не понятными постановками, но безнадежно рафлексирует и, в конце концов, дает задний ход. Впрочем, Аллен то ли посчитал себя строватым, то ли еще по какой причине, а в фильме не снялся. Но в отличие от его же 'Мелинды и Мелинды', которая выглядит пресноватой без его участия, здесь актеры и без него были на высоте. Джон Кьюсак сыграл алленскую роль немного не по-алленовски, поэтому смотрелся слегка блекловато на фоне остальных, напоминая Мэттью Бродерика и внешне, и манерой игры, зато остальные играли чисто характерных персонажей. В первую очередь, блеснула и удивила невероятно Дженнифер Тилли. Тетка она шикарная, актриса неплохая, но никогда бы не подумал, что ее когда-нибудь заметит Вуди Аллен! Оказалось, что маэстро увидел идеальную роль для этой роскошной девахи и, честно, сыграла она точно на Оскар! Ее, кстати, номинировали, но не дали, а зря. Ее Оливия - просто супер! Абсолютная кретинская дура, которая не может выговорить слово 'импровизация', умеет только крутить задом, но считает себя великой актрисой, визгливая и самовлюбленная стерва, броская, крикливая, вульгарная сучка, типичная старлетка-шлюшка, коих на Бродвее, да и в Голливуде завались, мыслящая только спинным мозком... Как Тилли передала всю пустоту, наивность и глупость своей героини....Однозначно, лучшая роль в ее карьере! Понравилась Дайан Уист в роли стареющей примадонны Хелен Синклер. Напыщенная экс-звезда, которой очень нужен 'личный драматург' для нового взлета ведет себя на манер всех примадонн - спесивая, властная, умелая актриса, которая разговаривает пафосными репликами из своих старых спектаклей, чем очаровывает юных глупцов, неуклонно молодится, при этом оставаясь вся насквозь фальшивой, как искусственный снег. Как Уист величественно, по-кролевски ведет себя на репетициях, какие театральные позы принимает, какие картинные жесты делает - особенно это ее 'Ах! Не говори! Прошу, не говори!' просто убивает наповал! А как хорош Джим Бродбент в роли постоянно лопающего актера, который сидит на вечной диете, который со всеми добр и хорош, с вечно лисьей физиономией и сусальной улыбочкой на лице. А как ярок Чезз Палминтери! Поначалу он просто тупой бандюган и грубиян, но постепенно он оказывается автором-самородком, гораздо более талантливым и эмоциональным, чем настоящий автор пьесы. С его образом Аллен нехило постебался над артхаузом и его мудреными идеями, потому что простой неуч-долдон, который только что пришил какого-нибудь китайца за долги, в секунды в пух и прах логически разносит все идеи умного и глубокого автора, мнящего себя интеллектуалом и гением. А как он трогательно защищает свое детище, свою пьесу, фактически отдавая за нее жизнь... Именно он оказывается художником и носителем творческого начала в этом фильме, а не толпа разношерстных людей искусства. Есть в фильме еще много прекрасных актеров - всех не перечислишь, есть отличные музыкальные зарисовки из 30-х гг, есть маленькие вставочки-выступления кабаре, есть пойманный Алленом дух тех лет, есть какая-то веселая безбашенность, с которой снята вся эта неумолкающая трескотня комка лиц, характеров, убеждений и пороков... В фильме Аллена нет ни капли снобизма и претензии на интеллектуальность, он легкий и задорный. Эта неординрная работа Аллена просто должна прийтись по душе и зрителям, и криткиам, и вообще всем почитателям кино и театра. Тут вам и Бергман, и Брукс, и Вуди Аллен сбственной персоной, а вместе - еще один шедевр великого режиссера, один из лучших его фильмов-стилизаций. Это пули, которые не просто пролетят через ваш мозг, они останутся там очень надолго…
Положительная рецензия
2 марта 2009 в 02:42прямая ссылка

'Я художник, и я не позволю изменить ни слова в моей пьесе!'

Нью-Йорк двадцатых годов, талантливый и амбициозный драматург Дэвид Шейн безуспешно пытается поставить свою новую пьесу, денег, как обычно, нет. Появляется гангстер с деньгами и подружкой-актрисой, которая должна играть главную роль. Может ли художник продаться и пойти на компромисс? Где живут настоящие таланты и какова обратная сторона художественных натур? На эти и многие другие вопросы пытается дать ответы режиссер в своей неповторимой и так легко узнаваемой «алленовской» манере. Вуди Аллен - мастер стилизации. Здесь в основе лежит классический голливудский жанр гангстерского кино, с элементами «нуара» в стиле фильмов Хамфри Богарта: Америка 20-х, ночные улицы Нью-Йорка, приглушенные цвета, интерьеры и антураж помещений, суровые толстопузые мафиози, их помощники-вышибалы и симпатичные пустоголовые подружки, кабаре и перестрелки. И в этот жанровый каркас Аллен вплетает совсем другую историю – конфликт театральной богемы и неудачливого художника, со своими амбициями и мечтами, желающего во что бы то ни стало добиться успеха и творческого признания. Тут уже появляются типичные для французских драм элементы: в самом начале Дэвид с друзьями сидят за столиками на летней террасе кафе, точь-в-точь как европейские художники конца XIX – начала ХХ века, обсуждая место искусства в жизни человека и ценность этой самой жизни в сравнении с ценностью искусства. Это и четкое распределение ролей, очень характерное для жанрового классического Голливуда. Но все идет кувырком, когда помощник босса мафии вдруг оказывается куда более талантливым писателем, чем главный герой, жена писателя оказывается в постели с другим непризнанным художником, а прима начинает паясничать и заигрывать с писателем. И, конечно же, Аллен не был бы Алленом, если бы все это не было приправлено откровенной и едкой сатирой во всем: от образов героев до диалогов и собачьего корма в кармане у ведущего театрального актера. На первый план выходит линия отношений Чича – помощника мафиози – и Дэвида. Их отношения основаны на общей страсти – любви к искусству, и сложно сказать, кто же из них настоящий художник. Дэвид, который всю жизнь посвятил искусству, как-то чему-то учился и гордо именует себя художником, или Чич, простой парень, бандит, который все вопросы привык решать пулей в лоб. Ему все кристально ясно: это – «как в жизни», значит, зрителю понравится, а это – «полная чушь» и дело с концом. Поначалу он лишь вносит небольшие поправки в сценарий, делая его все лучше и лучше, но постепенно сам загорается идеей этой пьесы и к финалу уже готов убить ради нее. Эти этапы очень тонко отражены в том, как он говорит о спектакле: сначала «твоя пьеса», потом «наша» и, в конце концов, «моя пьеса». И даже последними его словами, когда он умирает на руках у Дэвида, становится совет по поводу концовки пьесы. Развитие этого персонажа, человека и творческой личности – это один из ключевых моментов этой истории. Вторая любопытная сюжетная линия – отношения Дэвида и стареющей актрисы Хеллен Синклер, которая мечтает вернуться на сцену и для этого хочет обзавестись «карманным драматургом». Здесь Аллен сюжетно противопоставляет два контрастных подхода к художнику: прямые конфликты с продюсером, который вторгается в его творческий процесс, вынуждая идти на одну жертву за другой, и с другой стороны Хеллен, которая лестью обволакивает Дэвида и мягко и незаметно заставляет переписывать роль под себя. Обольщает его, сыпля цитатами из старых спектаклей, даря подарки, от которых хотела избавиться. И он, словно школьник, влюбляется в нее, перекраивает всю пьесу, чтобы ее роль заиграла новыми красками и привлекла больше внимания. За роль Хеллен Синклер Дайан Уист получила премию Оскар, что более чем заслужено: она идеально воплотила этот необычный для нее образ надменной примадонны. Другие актеры тоже подобраны безукоризненно. Пожилой талантливый актер Уорнер Персел (Джим Броудбент), который не может удержаться на диете, постоянно жующий и стремящийся всем угодить. Пассия мафиози Оливия (Дженнифер Тилли) – бестолковая и истеричная, но уютно чувствующая себя под крылышком у влиятельного человека, она как капризный избалованный ребенок, которому приходится во всем потакать, чтобы не разревелся. Чич (Чазз Пальминтери) – суровый итальянский гангстер, у которого одно решение для всех проблем. Все это собирательные, стереотипные образы с гипертрофированными чертами, и вместе с изумительным исполнением это делает их очень запоминающимися. Драматург, непризнанный гений и рефлексирующий интеллектуал, которого сыграл Джон Кьюсак, – это классическая роль для самого Аллена, будь он в то время немного моложе. И в этом есть что-то бесконечно очаровательное: отдавать свое амплуа другому актеру, доверять ему образ, который сам Аллен так старательно шлифовал в течение долгих лет. Не зря, наверное, актеры так любят работать с Вуди – он уважает их и знает, как найти подход к каждому. Многие артисты просто раскрываются в его руках. Антураж и детали создают ощущение присутствия живых людей в местах, где разворачиваются действия, благодаря огромному количеству разнообразных деталей – в кадре практически нет пустых пространств: если это стол или барная стойка, то на них обязательно лежат кипы бумаг, пепельницы, бокалы. В комнатах много мебели, в кадре почти всегда очень много людей, улицы заставлены винтажными машинами. Аллен любит эту эпоху, и в то же время старается сделать каждый кадр как можно более насыщенным: при помощи диалогов, безупречного сценария и расположения сцен. Все очень компактно, емко и метко. Голос главного героя за кадром объявляет месяц и число, когда происходят следующие события, словно читая записи в дневнике. За какие-то полтора месяца он вынужден спуститься с интеллектуальных небес на грешную землю, расстаться с иллюзиями под натиском правды реального мира и понять самого себя. Фильм начинается со слов Дэвида о том, что он ни строчки не изменит в своей пьесе. По ходу дальнейшего развития событий мы видим, как он, под влиянием все новых и новых людей и обстоятельств, постепенно полностью ее переписывает. Это ли он считал своим искусством? И в финале он приходит под окна любовника своей подруги, просит ее спуститься и признает, что он вовсе никакой не художник. Искусство относительно и вовсе не должно идти в одном комплекте с жизнью в нищете, постоянной борьбе за признание и «запивании сыра вином». Герой достигает гармонии с самим собой, подруга соглашается стать его женой, и они уходят в ночь по нью-йоркской улочке под звуки задорного старого свинга.
Положительная рецензия
1 марта 2009 в 16:55прямая ссылка

А что ты можешь предложить театру?

Гениальность Вуди Аллена, не побоюсь этого слова, -безусловна и показательна в этом увлекательном фильме. Только он пародируя, иронизируя и гиперболизируя может говорить о серьезных, волнующих темах, например, в этой картине он ставит точки над и в вопросе искусства. Да еще так говорить, что даже забываешь, что знал и помнил до этого. Итак Вуди Аллен - нервозный пастух вводит нас невинных овечек в закулисье театра. Он знакомит нас с молодым художником, имеющим смелые надежды на свою гениальность, с стареющей актрисой, которая все ждет не дождется бенефиса в её честь, с полнеющим актером, который словно опытный фокусник, в нужный момент вытаскивает ловким движением из рукава сочную куриную ножку, с бандой мафиози, пули которых будут вам слышны даже после окончания просмотра, с истеричной, невежественной актрисой, которая по сути играет в спектакле юного гения только из-за могущества и денег своего друга бандита, и наконец с мафиози Чичи, который является хорошим художником, но плохим человеком. В общем, Вуди Аллен как всегда создал неповторимые персонажи, которые просто должны войти в историю кино, как и этот остросюжетный, ироничный и изящный фильм.
Положительная рецензия
26 марта 2018 в 22:59прямая ссылка

Цветы из дыма

Театр располагает самой проторенной дорогой к уму и сердцу. Фридрих Шиллер Великолепная в искрометной оригинальности и блистательная в интеллектуальной значимости картина вернула Вуди Аллена к комедийным истокам. Недолгий период поиска смежного призвания в мрачноватых лентах типа «Тени и тумана» завершился прозрением. Певец Манхэттена вновь почувствовал себя двадцатипятилетним юнцом, только-только нащупывающим тропу в драматургии и закономерно спотыкающимся через два шага на третий. Энергичный, говорливый, но беспросветно невезучий Дэвид Шейн, силящийся найти средства для пьесы – в равной степени сам Аллен конца шестидесятых и безымянный лакей искусства, значимость собственного эго еще не сознающий. Маэстро Вуди не застал багровый расцвет гангстерского движения, но глупо выискивать несоответствия, когда стилизация под ретро настолько удачная, что «Пули над Бродвеем» стали афишей спектакля театра драмы. После визита к самарской Мельпомене, чьи жрецы подарили воистину незабываемое зрелище, сам фильм мог показаться ненатуральным, но в тот день, когда Аллена на голубом глазу обвинят в халтуре – случится внеплановое солнечное затмение, не меньше. Адаптация сценария для живой постановки не прошла бесследно. При детальной схожести сюжетной канвы, актерских образов и воссозданной атмосфере Нью-Йорка двадцатых годов в спектакле чуть громче звучит клич искусства внутри человека, готового пожертвовать ради него жизнью. Ну, либо признаться, что быть художником – выше его сил, и что на театре свет клином не сошелся. Вариантов развития переписываемой гангстером Чичем пьесы Дэвида множество, но все они схожи в главном: если написана чушь – ей место в корзине, а не на лицах пыжащихся актеров. «Пули над Бродвеем» в этом смысле вещь уникальная. Понятие «главная роль» весьма условное, и за время действия меняет хозяина раз шесть, чаще задерживаясь возле увядающей примы Хелен Синклер, в могучем образе которой обе исполнительницы – американка Дайан Уист и россиянка Жанна Романенко – вынесены публикой на руках и засыпаны цветами. Награды актерской гильдии и звание народной артистки соответственно – ничто в сравнении с вдохновляющей силой производимого эффекта. Явно отрицательный персонаж, вобравший в себя весь снобизм, высокомерие, жеманность, позерство, отрыв от реальности, алкоголизм и прочие богемные «прелести», предстает чуть ли не самым честным служителем искусству. Пусть и любит себя в нем гораздо больше, чем его – в себе. Самая приятная особенность «Пуль над Бродвеем» – в умении быть одновременно типичнейшим кино Аллена, выдающим себя с начальных титров по уморительную развязку с любовником невесты в окне, и самодостаточной историей, родом из экстравагантной эпохи. Практически любому сценаристу или режиссеру знакомы эти чувства: он свято верит, что сам хорош, а вот со скупым окружением круто не повезло. Дэвид Шейн, кто бы его ни исполнял – Джон Кьюсак или Денис Евневич – подобен солнечному зайчику, перескакивающему со стены на потолок и на пол, стремясь угодить всем и не потрепать значимости. Столь незрелой личности нечего противопоставить полуграмотному мафиози Чичу, прошедшему путь от телохранителя актрисульки Оливии – пассии босса и по совместительству спонсора пьесы, до настоящего созидателя, тонко чувствующего текст и способного обеспечить ему завораживающее звучание. Не зря он вечно оговаривается: «Моя пьеса». Между горе-драматургом и самодеятельным бандитом завязываются очень странные отношения: не то дружба, не то партнерство, не то соперничество – они оба, скованные одной цепью, имя которой Бродвей, как две половинки нью-йоркского яблока, в пороховом дыму над которым отыскалось место высокому. Как говорил главный алленский кумир, Ингмар Бергман, «жизнь имеет в точности ту ценность, которой мы хотим ее наделить». Слова великого шведа адресованы сразу ко всем действующим лицам киноленты и связанных с нею спектаклей. Ценности для каждого персонажа свои: актерское признание, набивание брюха, сюсюканье с собачкой, надежда спастись от выхода в тираж – никаких пересечений, так ведь? Но Аллену играючи удается заразить разномастную публику общей идеей и не потерять контроль над нею, когда руки сами тянутся для раздачи тумаков. Либо залпов из ружей и револьверов, кстати. Ведь на экране именно гангстерская эпоха, и вопросы в ней решаются элементарно: приставлением ствола ко лбу или залпом в затылок. Этот специфический флер, густо обволакивающий здания театров на главной улице Нью-Йорка не оттеняет, а лишь укрепляет остроумную сущность картины. Аллен не был бы самим собой, утрать он связующие нити между драмой и комедией, однако «Пули» остаются в первую очередь легким, расслабляющим зрелищем. Лишь вторым слоем режиссер затрагивает тему призвания и что есть творчество для человека, какое место оно занимает либо должно занимать в жизни? Экранных примеров за глаза и за уши, фильм богат яркими типажами, и в каждом можно опознать множество прототипов. Отдавая симпатии любому лицедею, автоматически признаешь способность Аллена разговаривать на нескольких языках одновременно. Хитрецу Вуди удается быть смешным, пошловатым, грустным, задумчивым, изворотливым, разговорчивым, а затем снова смешным. Театр создан вызывать в людях широчайший спектр чувств, и если по завершении действа ноги сами поднимают с кресел, а ладони сходятся в аплодисментах, то важно ли, кто в этот раз на сцене главный?
Доктор Лайтман
Положительная рецензия
1 января 2012 в 11:42

Абсурда театр

Девяностые для творчества товарища Вуди Аллена в первую очередь характеризуются уменьшением внимания к сюжетной линии, то она проста до безобразия как например в «Загадочном убийстве в Манхэттене» и «Великой Афродите» или же наоборот полнейшей сюжетной каше как в «Все говорят, что я люблю тебя» и данном сабже. Повествование все время перескакивает в разные стороны, временами сильно замедляясь, а временами наоборот, ускоряясь до неприличия. Эффект от этого довольно своеобразный, вроде бы и понимаешь что происходит и одновременно не можешь сложить цельную картину. Из-за чего смотрится все это дело немного скучновато, да и вообще весь фильм напоминает скорее набор короткометражек нежели цельную ленту. Но зато какие зарисовки! Нечасто встретишь одновременно довольно правдивое и в то же время намеренно идиотское и по-своему милое кино. Незадачливый драматург в исполнении Джона Кьюсака, получивший шанс впервые поставить свою же пьесу, взбалмошная «зазвездившаяся» актриса отлично сыгранная Дженнифер Тилли, из-за участия которой этот шанс и выпал, ее муж, а по совместительству мафиози и единственный источник финансирования этого спектакля в лице Джо Витерелли вобравшего в себя все стереотипы мафиози и хорошо их спародировавшего. Из-за таких колоритных персонажей и общего стечения обстоятельств местами выходят совершенно шедевральные сцены, главным образом репетиции спектакля. Местами все это дело напоминает «Бартон Финк» только в более пародийной форме, как и Бродвей косвенно высмеивается голливудская киносистема. Но главное совсем в другом. За всем этим стебом и некоторой долей фарсовости скрывается ностальгическое и по-алленовски лиричное кино, эдакая версия «Эпохи радио» разве что без детских воспоминаний но с одной из главенствующих тем в творчестве нашего героя. А именно предубеждениями человека насчет других мест, эпох и непременной уверенностью в том что «хорошо лишь там, где нет нас».
Положительная рецензия
20 марта 2025 в 21:56прямая ссылка

“Хватит запивать сыр вином”

Если любишь Вуди Аллена, потерпи до трети фильма, если очень любишь Вуди Аллена, то досмотри до конца, до последней сцены — там увидишь классического, любимого тобой, Вуди Аллена. Даже в главном герое ты увидишь Вуди Аллена, ведь Кьюсак играет именно автора. Фильм — ситуация и диалог на Хлебозаводе в 2025. Очень современная история только время выбрано с более фактурными артефактами, например, с Томми ганами. Аллен начинал же стендап комиком, вот бы показывать этот фильм перед открытыми микрофонами, большинство бы… если хочешь узнать, что бы сделало большинство начинающих стендап комиков, досмотри фильм до последней сцены. Неважно в какое время засунул вечные темы автор. Вечные для себя — от попыток справиться со стрессом, до вопроса — что ты готов сделать ради того, что любишь!? И вопросы вечных тем и взрослых ответов не теряются за заеданием стресса главным трикстером фильма. Конечно же в сюжете есть и трикстер даже на фоне нарочито переигрывающих всех, кроме главного, героев. Если вокруг тебя всё выглядит как гротеск, то может ты выбрал не ту пьесу? Иначе почему смех Дженис из Друзей в этом фильме раз, примерно, сто звучит!? п. с. в выстраивании мизансцен фильм как отдельный мастер-класс по выстраиванию геометрии кадра.
Положительная рецензия
28 сентября 2023 в 12:02прямая ссылка
Мафия. Спектакль. Выстрелы. Смерть. Игра на сцене и в жизни. Хороший и плохой человек сталкиваются. Плохой не особо хочет контактировать с хорошим. Хороший тоже не хочет. Но нужно поставить спектакль. Хорошему нужны деньги, нужно финансирование для творчества. В нагрузку приходится терпеть не умеющую играть актрису. Кто кого поборет? Зло очернит добро или тьма отемнит добро? Или всё закругляется в танце и смешается в серость? И всё это происходит во время, в другое время, когда что-то было другим, не только автомобили. Хотя люди и не меняются, как показывает практика времени. Внешне только действующие лица не соответствуют иногда своим деяниям. Они всё правильно делают, но выглядят не так. Ещё те, кто должен быть серьезным, становятся вдруг смешными, а юморные иногда бывают чересчур плаксивыми. Всё кувырком. И в этом чувствуется ирония. При этом мы гуляем по этому разговорному миру, где разговоры прерываются только на стрельбу. Постоянная болтология. Они не умолкают. Они черпают жизненную силу из диалогов... высасывают так силы друг из друга. Они не могут умолкнуть. Молчание и есть смерть для них. Только мертвецы тут молчат. Иногда тут и убивают ради того, чтобы кто-то умолк наконец-то.
Положительная рецензия
27 ноября 2020 в 13:55прямая ссылка

Вы заметили, что на фильмы Вуди Аллена, не дают отрицательных оценок?

Максимум - нейтральная, и то одна. А всё почему? Потому что фильмы Вуди Аллена могут смотреть только поклонники Вуди Аллена. Либо настоящие и верные, либо те, которые об этом ещё не знают. Занудные критики просто не станут давать рецензию, потому что придётся угрохать килотонны своей энергии, чтобы доказать Миру обратное. Им легче покрикивать в сторонке, там где и так толпа орёт в негодовании. Тем и прекрасны фильмы Вуди Аллена. Это как любимый кинотеатр, где ты знаешь весь персонал, и даже продавца поп-корна. Своя маленькая Империя. Что касается самого фильма - 'Пули над Бродвеем', то он весёлый, поднимает настроение, и прекрасен для того, чтобы переключиться на позитив. Вся Алленовская атрибутика: Бродвей, Великая депрессия, Бомонд, измены и терзания, юмор и, конечно, джаз, - всё в этом фильме. Если Вы устали от тяжелого или непонятного кино, и Вам нужно просто расслабиться, и восстановиться - неважно от чего - ПРИЯТНОГО ПРОСМОТРА.
Положительная рецензия
9 ноября 2020 в 10:39прямая ссылка

Бог наших отцов

Чтобы стать настоящим гением своего дела совершенно необязательно иметь диплом, который будет висеть на стене и собирать там пыль. Это как никто другой доказывает Вуди Аллен на своем собственном примере. Аллен всегда знал, что его судьба будет связана с искусством, а потому решил испытать себя в качестве студента Нью-Йоркского университета на факультете кинематографии. Однако продолжительные, утомительные лекции не впечатлили молодого студента, который посчитал, что ему будет гораздо полезнее реализовывать свои идеи на практике. Из-за своих амбиций и неумения выжидать Аллен был исключен из учебного заведения, о чем особо не жалел. Не принесло ему удовлетворение также и посещение курсов городского колледжа, после чего будущий режиссер и сценарист окончательно ушел в работу, став автором юмористических зарисовок для одного из популярных комиков, рассмотревшем в молодом и пока что совершенно неизвестном Аллене талант. Писательское ремесло приносило своему автору немало положительных эмоций, а также чувство глубокого удовлетворения. Аллен испытывал подлинную страсть к театру и даже сумел прославиться на Бродвее. Его пьеса «Не пейте эту воду» смогло достичь отметки в 598 представлений, а это уже говорило о высоком художественном уровне произведения. Вместе с тем, Вуди Аллен решил не ограничивать себя достойными, и вместе с тем скромными лаврами писателя, который пребывает в тени. Стараясь проявлять свой талант в самых разных сферах, Аллен частенько выступает на сцене со своими ироничными комедийными зарисовками, а также покоряет кинематограф, благодаря таким картинам, как «Энни Холл», постепенно становясь одним из самых достойных независимых режиссеров своего поколения. Стараясь не изменять себе, Аллен завсегда исследует в своих картинах тонкости и хитросплетения человеческих судеб. Режиссер никогда не выступает против обаятельного абсурда и фактически поклоняется творчеству своему кумира Ингмара Бергмана. При этом сам Аллен стал величиной, на которую ориентируются более молодые кинематографисты, пытающиеся раскусить секрет его удивительного творческого стиля. При этом сам мастер прекрасно помнил, с чего начиналось его восхождение к вершинам, и в 1994 году решил оригинально воздать должное истокам карьеры, которые определили его дальнейший творческий путь в ленте под названием «Пули над Бродвеем». И это оказалось весьма обаятельное признание в любви искусство, определившему Аллена, как настоящего творца. Итак, сюжет фильма переносит нас в 20-е годы прошлого века и знакомит с таланливым молодым драматургом Дэвидом Шейном (Джон Кьюсак), который буквально бредит тем, чтобы поставить на Бродвее свою самую амбициозную пьесу, известную как «Бог наших отцов». Однако несмотря на весь энтузиазм и красноречие, Шейну никак не удается получить для постановки достаточное финансирование. Прилежные спонсоры решили не вкладывать деньги в Шейна и его детище, однако судьба сводит драматурга с опасным мафиози Ником Валенти (Джо Витерелли), который в общем-то не прочь помочь молодому автору в реализации его идеи. Но как и всегда бывает в подобных случаях, никто никому ничего просто так давать не собирается. Валенти ставит перед Шейном условие, обойти которое не представляется возможным. Мафиози требует взять на главную роль свою подружку Оливию (Дженнифер Тилли), давно мечтающую попасть на сцену и прославиться в качестве серьезной театральной актрисы. И ни Валенти, ни Оливию совершенно не заботит тот факт, что девушка напрочь лишена талантов. Эта мелочь выдается им несущественной, но не может не волновать Шейна, который хочет, чтобы все прошло идеально и критики по достоинству оценили его старания. Однако на одной лишь Оливии все проблемы с грядущей постановкой не заканчиваются. Первые репетиции пьесы показали, что «Бог наших отцов» имеет существенные проблемы с размеренным ходом повествования, неправдоподобными диалогами и сюжетными поворотами. И Шейн не в силах самостоятельно изменить ключевые моменты драматургии, так как у него банально нет зацепок, чтобы исправить свою работу. Но, к счастью для него, мафиози приставил к автору своего подручного по имени Чич (Чезз Палминтери), который долгое время молчаливо стоял в сторонке, но в самый ключевой для Шейна момент решил высказать свои удивительно точные замечания относительно того, какой же в конце концов должна оказаться пьеса мечты. Зная все тонкости театральной работы изнутри, Вуди Аллен вполне логично выступил автором сценария своего фильма, вложив в него как былой опыт, пережитый им самим в молодые годы, так и рассказы коллег, которые в свое время пытались покорить Бродвей. Именно благодаря всеобъемлющим знаниям режиссера, связанным с муками творчества, бесконечными репетициями, административной работой и многими другими нюансами, подводящими пьесу под премьеру, лента «Пули над Бродвеем» получилась настолько интригующим, увлекательным зрелищем, которое удачно сочетает в себе фирменную иронию режиссера, легкий налет излюбленного абсурда, а также более серьезные, глубокие рассуждения. Во многом заглавный герой в исполнении Джона Кьюсака является альтер-эго самого Аллена, и последний этого даже не скрывает. Будучи буквально одержимым творчеством, Аллен всегда старался доводить свою работу до идеальной формы. Он мог днями напролет сидеть за печатной машинкой, а затем пропадать в театре или на съемочной площадке без выходных, лишь бы его идеи нашли должное воплощение на практике. Естественно, столь безумный ритм жизни не мог не отразиться на «Полях над Бродвеем», которые буквально раскладывают по полочках то, что происходит за кулисами любого достойного художественного проекта, заслуживающего на минимальное признание. Конечно, в сюжете наблюдается довольно много суеты и хаоса, однако в происходящее на экране веришь даже несмотря на то, что все оно до отказал пропитано иронией. Подготовка к любому масштабному событию требует абсолютно всей отдачи от ведущих действующих лиц, и на примере молодого драматурга мы видим, как совершенно на ровном месте порой могут возникнуть неожиданные проблемы, и ведь их как-то необходимо решать. Кроме того, и сам виновник торжества далеко не идеален, каждая его ошибка может окончиться печальными последствиями для всего мероприятия. А учитывая то, что в деле еще замешаны и гангстеры, то ситуация начинает напоминать хождение по канату, натянутому над пропастью. Но при этом Аллен умудряется аккуратно сглаживать острые драматические углы, а также чрезмерный фарс, превращая «Пули над Бродвеем» в искрометное зрелище, в коем нет ничего лишнего. Помимо оригинального сценария и неизменно завораживающего режиссерского стиля Вуди Аллена, «Пули над Бродвеем» также могут похвастаться блестящим актерским составом, который как и всегда был подобран постановщиком с необходимой тщательностью. Аллен известен тем, что приглашает в свои проекты отнюдь не случайных исполнителей, и они обязаны в точности соответствовать его видению. И 'Пули над Бродвеем' стали еще одним примером того, как необходимо выстраивать каждый элемент художественного механизма и не искать компромиссы. 9 из 10
Положительная рецензия
15 февраля 2020 в 01:30прямая ссылка
США, Нью-Йорк, конец 1920-х - начало 1930-х годов. Молодой рефлексирующий драматург Дэвид Шейн (Джон Кьюсак) написал пьесу и хочет сам её поставить. Проблема извечна и проста, как апельсин - на постановку нет денег. Мафиози Ник Валенти (Джо Витерелли) готов помочь, но в обмен требует, чтобы на главную роль поставили его бездарную любовницу Оливию (Дженнифер Тилли). В театре также будет постоянно присутствовать телохранитель Оливии по кличке Чич (Чезз Палминтери), и всё это Дэвиду совсем не нравится - у него и так проблем хватает. Ведущая актриса Хелен Синклер (Дайанн Уист) хочет переписать пьесу 'под себя', актер Уорнер Пёрселл (Джим Бродбент) страдает патологическим обжорством, а Чич вылезает с ненужными советами... Как же Дэвиду справиться со всем этим? Плотность шедевров на квадратный метр в 1994 году просто-таки зашкалила. Подумайте сами, это год, когда мы получили одновременно: 'Криминальное чтиво', 'Форрест Гамп', 'Леон', 'Побег из Шоушенка', 'Эд Вуд'... я уж не говорю про 'Интервью с вампиром' и 'Маску', а ведь ещё и 'Правдивая ложь' есть.. И вот в этом же самом году на экраны вышли 'Пули над Бродвеем', снятые... по словам 'рефлексирующий драматург' и 'Нью-Йорк' можно догадаться: конечно же, снятые Вуди Алленом. И снятые блестяще. Жанр этого фильма, как и всегда у Аллена, определить не то что сложно — попросту нереально. Вроде как комедия - а пули над Бродвеем действительно летают и, страшно сказать, иногда убивают людей. Вроде бы драма, но настолько театральная, что от неё не плакать хочется, а смеяться. Вроде и сатира, но затрагиваются достаточно серьёзные вопросы, только Гамлета иногда не хватает. (Впрочем, он тут немножко, но есть, так что с Гамлетом всё нормально). Лучше всего этот фильм можно описать словами Костика Ромина: 'Фарс! Водевиль! Трагикомедия! Смешение жанров, чёрт побери!' Да, именно смешение, но сделано оно замечательно. Нигде Аллен не пережал, никуда не скатился - а ведь это очень просто сделать, стоит только акцентировать чуть больше внимания на одном из аспектов или героев. Вуди этого делать не стал (наверное, потому, что самого себя в этот раз в свой фильм не поставил). Главную роль - фактически молодого Вуди Аллена - здесь сыграл Джон Кьюсак. Он как раз понравился мне меньше всех в фильме, но оно, по сути, так и задумано. Непрерывно рефлексирующий и по сути мало что из себя представляющий главный герой и должен был оттенять собою потрясающих второстепенных персонажей, каждый из которых запоминается очень надолго. Невероятно хороша Дженнифер Тилли в роли бездарной Оливии Нил, любовницы гангстера. Нет ничего сложнее, чем сыграть плохо, когда ты умеешь играть хорошо, но Дженнифер справилась на все сто — бесила от начала и до конца фильма, за что и получила номинацию на 'Оскар'. Не номинацию, а сам «Оскар» получила Дайанн Уист за исполнение «примадонны» Хелен Синклер. Вполне заслуженно, она – одно из украшений фильма, её напыщенные монологи из старых спектаклей, постоянное стремление придать себе значимости, манипулирование Дэвидом и гениальное «Don't speak!»… просто незабываемо, это надо смотреть и поражаться. Джим Бродбент, тогда ещё даже близко не Гораций Слизнорт в «Гарри Поттере», отлично и очень иронично сыграл актёра, который пытается сидеть на диете, но ему вечно что-то мешает — от собственных страхов до элементарной слабости характера. Но лучшей ролью в фильме для меня стал бандит – телохранитель Чич, которого замечательно изобразил Чезз Палминтери. О его роли сложно говорить, потому что иначе будет трудно избежать спойлеров, но одно сказать всё-таки можно. Чич и трансформация, которую он проходит в фильме – это лучшая иллюстрация того, как искусство может полностью захватить человека. И на какие жертвы настоящий гений может пойти ради него. Финал Чича и Дэвида – об одном и том же, и это главное, что, на мой взгляд, хотел сказать Вуди Аллен. Резюмирую: блестящий фильм, которому очень не повезло с годом выхода – на фоне перечисленных мною выше шедевров блестящий гротеск Аллена чуть-чуть потерялся. Что ж, смею надеяться, что этой рецензией я его немножко «найду» - он того более чем достоин. 8 из 10
, зарегистрированных на Кинопоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...