Кинопоиск

Игры дьявола (2007)

Before the Devil Knows You're Dead18+

Два брата решают ограбить ювелирный магазин своих родителей. Клаустрофобная драма Сидни Люмета

Рейтинг Кинопоиска 6.8
Оценить фильм

О фильме

Год производства
Страна
Слоган
«Мы убиваем тех, кем дорожим...»
Режиссер
Композитор
Бюджет
Сборы в США
Зрители
США898.2 тыс , Италия522.6 тыс , Испания417.3 тыс , ...
Сборы в России
Премьера в мире
Релиз на DVD
20 мая 2010, «Новый Диск»
Возраст
Время
1 ч 51 мин

Два брата замыслили идеальное, как им кажется, преступление. В теории они должны получить огромную сумму денег, обойдясь при этом без оружия, жестокости и кровопролития. Более того, вероятность неудачи сведена к нулю. Однако хитроумный план идет прахом, когда соучастник героев самовольно меняет правила игры и подвергает себя и подельников неоправданному риску. Преступники теряют контроль над ситуацией, а череда последующих событий, увы, никого не оставляет в безопасности.

Рейтинг фильма

14 438 оценок
IMDb: 7.30122 000 оценок

Рейтинг кинокритиков в мире

Количество положительных оценок: 161. Количество отрицательных оценок: 19.
Рейтинг Кинопоиска 89%
180 оценок8.1

В России

Количество положительных оценок: 1.
1 оценка

Если вам понравился этот фильм2

Знаете похожие фильмы?

Трейлеры и тизеры1

Знаете ли вы, что…

  • Название фильма на оригинале дословно переводится, как «Прежде чем дьявол узнает о твоей смерти». Это выдержка из традиционного ирландского тоста, который звучит так: 'Да будет у тебя всегда еда и одежда, и мягкая подушка под головой; и да быть тебе 40 лет на небесах, прежде чем дьявол узнает о твоей смерти.'
  • Сидни Люмет по своему усмотрению немного изменил исходный сценарий фильма. Так, например, в первоначальном варианте сценария Эндрю и Хэнк не были братьями, а у Джины и Эндрю Хэнсона был ребенок.

Билеты в кино

Рецензии кинокритиков1

Рецензии зрителей

Положительная рецензия
17 декабря 2007 в 01:20прямая ссылка

Крепкое слово Сидни Люмета

В восемьдесят три года иные деятели отходят от дел, пожиная плоды былой славы, другие сидят свадебными генералами на разных фестивальных посиделках, карауля очередь получателей статуэток «за личный вклад в киноискусство» (если уж не победив, то хотя бы пережив своих конкурентов по цеху). Люмет работает. Он снимает фильмы. Он всем показывает, что у него, даже после такой долгой жизни в кинематографе, всё ещё «стоит» на кино. «Игры дьявола» открываются сценой яростного секса, которая настраивает на самые смелые мысли: «Что ещё может выдать в своей горячности этот неугомонный старикан?» Он выдает хорошо сконструированное кино. Точка отсчёта, ограбление ювелирного магазина, ставится в самом начале картины. К ней булавками коротких подписей Люмет прикалывает листки с эпизодами: «За день до ограбления», «За три дня до ограбления», добавляя к ним имена действующих лиц. Одни и те же события снимаются со стороны разных участников, чтобы потом, накладываясь внахлёст друг с другом, образовать цельное полотно. Никаких пикантностей, режиссёр полностью сосредоточен на деле. А в деле у него два главных персонажа, два брата, из которых один по жизни несёт клеймо неудачника, а другой, имея облик благополучного бизнесмена, давно уже прогнил изнутри и теперь, чувствуя близость краха, вынужден искать способы для спасения своей бренной оболочки. Оба нуждаются в средствах. Причины разные: у одного – неисполненные обязательства перед разведенной женой и оставшейся с ней дочерью, у другого – преступные махинации, спровоцированные необходимостью изыскания средств для удовлетворения своей наркотической зависимости. Оба переступают черту. Минус на минус – плюс получается только в математике. По жизни – это минус. И этим горе - бандитам уготовлена страшная участь. Казавшийся идеальным план, разрушает нелепая случайность - нежелательные жертвы, лишние свидетели. Горящая под ногами земля толкает на радикальные действия, сжигаются мосты, а по пятам уже идёт возмездие. Снято в камерном стиле, что подразумевает местом действия, главным образом, замкнутые помещения комнат или салонов автомобилей. Это встречи и диалоги, мысли и события, в которых каждый из участников высказывает свое мнение и демонстрирует свою позицию, высвечивая связи и побудительные мотивы совершённых поступков. Актёрам приходится играть: материала хватает - у каждого из персонажей есть свой характер, есть подоплёка действий и предыстория. Более всего преуспел Филипп Сеймур Хоффман, которому режиссёр позволил доминировать на всём протяжении фильма, не отказывая актёру в долгих крупных планах и вызывающе эффектных ракурсах, превращая его персонаж во всепоглощающий центр зла и порока, от которого кругами расходятся волны трагедии. Этан Хоук с поставленной ему задачей справляется без каких-либо особых усилий, используя давным-давно полученные наработки. Глядя на него, отмечаешь, что он такой же, такой же рохля, как в «Обществе мертвых поэтов». Выглядел, пожалуй, излишне однообразно в постоянстве палитры выражаемых эмоций, но в контексте доставшейся ему роли клинического неудачника с этим можно было мириться. Альберт Финни, также, не меняя выражения лица, крадучись, продвигается к финалу, будто не догадываясь, какую «минуту славы» приберёг для него под занавес сюжет этой картины. Правда и в этот судьбоносный момент от Финни требуется немного – один крепкий взгляд, но и этого бывает достаточно, как крепкого слова. А крепкое слово осталось за Сидни Люметом, который снял напряжённое кино, со сложной сюжетной конструкцией, сплетя события и соединив образы героев так, что только диву даешься, нет не дьявольским играм, что уготовила судьба главным героям этой ленты, а неугасающему, стабильному мастерству её создателя.
Положительная рецензия
11 февраля 2008 в 10:46прямая ссылка
Сидней Люмет. На сегодняшний день я, помимо данного фильма, название которого наши дистрибьюторы традиционно испохабили, видела только две его работы: «12 разгневанных мужчин» и «Серпико». Для объективной оценки творчества режиссера с 50-летним стажем этого, конечно, маловато. Но, тем не менее, личность режиссера, его взгляд на окружающий мир в этих трех фильмах прослеживается настолько четко, что какие-то выводы я все-таки могу позволить себе сделать. Меня в фильмах Люмета больше всего привлекает его искренность и неравнодушие к тем проблемам, которые он затрагивает. Он снимает не ради наград и признания, он снимает потому, что наболело и ему есть, что сказать. «Игры дьявола» - не только криминальный триллер о неудачном ограблении со всеми вытекающими последствиями. Это серьезная психологическая драма о семейных взаимоотношениях, о неминуемом возмездии за наши ошибки в воспитании собственных детей, за наше безразличие, равнодушие к их проблемам. Это суровый и беспристрастный анализ характеров героев, причин и следствий человеческих поступков, зачастую приводящих к страшным трагедиям. Старший сын – Энди (Филип Сеймур Хоффман). Весьма распространенный, к сожалению, тип старшего ребенка в семье, которого родители заставляют, а не учат «быть сильным», оставляя его один на один с собственными проблемами, объясняя это тем, что он «должен научиться самостоятельности». Отказывают ему в элементарной помощи и сурово наказывают за малейшую провинность, потому что он «должен научиться быть ответственным», лишают его любых проявлений родительской любви и ласки, потому что он «должен стать мужчиной». Ему не прощается никакая слабость, он всегда и везде должен приходить к финишу первым, иначе «разочарует родителей», живет в постоянном страхе не справиться, «не оправдать доверие». А в результате, вместо «сильного и ответственного мужчины» вырастает закомплексованный неврастеник, скрытный и жестокий, научившийся выкручиваться из проблем, но не научившийся их решать, уверенный в том, что он никем не любим и никому не нужен, а если и интересен кому-то, то только до тех пор, пока успешен. Ему, действительно, проще ограбить собственную семью, чем попросить у нее помощи. Хоффман играет эту сложную роль совершенно потрясающе, с филигранной точностью передавая все психологические и эмоциональные нюансы поведения и характера своего героя. Второй сын – Хэнк (Итан Хоук). Классический младший ребенок. Избалованный «маменькин сынок», любимец семьи, которому, в отличие от старшего, позволено абсолютно все, ведь он «еще маленький» и «такая душечка-лапочка». Он вообще не знает, что такое решать какие-либо проблемы, за него их всегда решал кто-нибудь другой. Он умеет только создавать эти проблемы и топить их вине. Инфантильный, бесхребетный бездельник, но все-таки еще далеко не законченный негодяй. Хоук играет эту роль вполне достойно и достоверно, хотя Хоффману несколько проигрывает. И, наконец, главный герой - отец (Альберт Финни). Именно он, человек, кажущийся в начале невинной жертвой преступления собственных детей, в конце предстает перед зрителями в качестве главного обвиняемого. Люмет выводит его на первый план постепенно, не торопясь, тщательно собирая улики. Его образ складывается перед нами как мозаика из характеров его детей, из их поступков, из его собственных поступков, слов и взглядов. В фильмах Люмета мелочей не бывает, он всегда все четко и точно расставляет по местам, каждая, казалось бы, незначительная деталь – важное звено в цепочке повествования. Все причинно-следственные связи предельно логичны, надо только внимательно смотреть и анализировать. Отец - именно тот человек, которому посвящен эпиграф к данному фильму. Человек, почивавший в раю, пока не пришел дьявол и не предъявил права на его душу. Обратите внимание на слова старого ювелира о старшем сыне: «Он вошел, и я сразу его узнал! Он был точь-в-точь такой же, как ты в молодости». Вот и ответ. Посмотрите на сына и увидите зеркальное отражение отца, точнее, его логическое продолжение. Поэтому персонажу Хоффмана и уделяется такое повышенное внимание – он, по сути, играет сразу двух людей. Ключевым в фильме становится момент, когда отец пытается поговорить с сыном, даже просит прощения у него, но стоит сыну увести разговор в непонятное для него и неподобающее русло, все тут же возвращается на круги своя. Отец – человек не способный на понимание, жалость, прощение и раскаяние. Он никогда не умел говорить со своими детьми и сын переносит то же самое в собственную семью. «Расскажи, я хочу помочь», - просит жена, но он не может, не умеет, боится, потому что привык к тому, что ответом на откровенность будет пощечина. Результат – непонимание, отчужденность, пустота и, как следствие, измена, потеря. Ответ на вопрос Энди о своем сыновстве совершенно очевиден. Он сын своего отца, в этом нет никаких сомнений. Он совершил преступление и заслуживает сурового наказания, но чего заслуживает отец, воспитавший такого сына? Вот основной вопрос режиссера, обращенный к зрителям. Лично мне очень понравилось беспристрастное отношение авторов фильма к своим героям. Их поступки объясняют, но не оправдывают. Преступление – есть преступление, и оно должно быть наказано, какими бы не были причины содеянного. Герои не являются опереточными злодеями, киношными «плохими парнями», но и не вызывают симпатии, не «давят слезу». Это совершенно реальные, живые люди, которых на земле тысячи. Обратите внимание на жену младшего сына. Скандальная стерва, беспрерывно орущая и требующая денег, по сути толкающая отца своего ребенка на преступление – образ, казалось бы, совершенно отрицательный. Но ее тоже при желании прекрасно можно понять, скорее всего, она не всегда была такой. Просто она много лет прожила с инфантильным, никчемным нытиком, ничего не хотящим и не умеющим, который гвоздь в стенку не может забить, не рассказав ей душераздирающую историю о том, как трудно ему это сделать. Ей уже осточертело его нытье и его бесконечные проблемы, она больше ничего не хочет о них знать, ей нужен конечный результат – деньги на содержание ребенка и больше ничего. Но понимание этих причин не делает ее образ более привлекательным, жалости и симпатии она не вызывает ни у режиссера, ни у зрителя. Резюмирую. Фильм, по сути, является обращением Люмета к своему поколению, к старикам, сидящим с газетой в кресле, у телевизора или на скамейке во дворе и исступленно ругающих молодежь за отсутствие морали и принципов. Откуда взялась на земле эта самая «чертова молодежь»? С Луны десантировалась? Или это все-таки ваши собственные сыновья, искалеченные вашим же воспитанием и продолжающие дело вами начатое? Задумайтесь, пока не поздно, заслужили ли вы свой рай или дьявол просто не дошел еще до вас и только поэтому вы здесь. Обратитесь к своим детям за «четыре, три, два дня до ограбления», а не тогда, когда случится непоправимое и вам останется только вынести приговор. Ведь приговор, выносимый вашим сыновьям – это приговор, прежде всего вам самим! Я так поняла, что открытый финал истории младшего сына вызвал у некоторых зрителей вопросы и непонимание. Без претензий на объективность, попробую объяснить свою точку зрения. Люмет – оптимист, в его фильмах нет места безысходности. Он, как хороший врач, выявляя у пациента тяжелый недуг, не теряет надежды и борется за его выздоровление... Я советую посмотреть этот фильм всем без исключения. Сильная режиссура, продуманный сценарий, прекрасная игра актеров. Тем, кому не интересны проблемы, затрагиваемые режиссером, могут ограничиться наблюдением за тем, как герои будут выкручиваться из ситуации, в которую себя загнали. Тоже вполне не плохое времяпрепровождение, действия в фильме, на мой взгляд, хватает. А я буду продолжать смотреть фильмы Сиднея Люмета при каждой возможности. Мне очень нравится этот умный человек, проживший долгую жизнь и прекрасно понимающий, что главными проблемами человечества в целом являются внутренние, личные проблемы каждого человека в отдельности. 9 из 10
Положительная рецензия
27 апреля 2011 в 20:38прямая ссылка

Мay you be in heaven half an hour, before the devil knows you are dead

Последняя режиссерская работа Сидни Люмета вышла очень тихо, без шума. Маленький бюджет, скромная реклама, а в итоге и мрачные сборы. И пусть фильм был горячо принят критиками - основный зритель, что деньги приносящий предпочел пройти мимо, кучкуясь в районе касс с «Джуно». История крутится вокруг двух братьев, чьи жизни трудно назвать счастливыми. Младший - неудачник, днем зарабатывает на алименты дочке, а по вечерам запивает горе, в долг. Старший же, имея престижную работу, заигрался с финансовыми махинациями и день ото дня ждет краха карьеры. Проблема у них одна и вечная – нужны деньги и желательно много. Хватаясь за последний шанс, они планируют дерзкий налет на ювелирный магазин своих родителей. Но идеальное на первый взгляд ограбление срывается, являясь катализатором чудовищных последствий. Структура «Игр Дьявола» довольно необычна: переломная сцена (ограбление) тянется нитью через весь фильм и уже на нее, словно пуговицы, режиссер нанизывает маленькие кусочки повествования. Здесь нет резких твистов и надуманной интриги, а вместо опостылевшего детективного клубка - человеческие отношения. Не много, но ярко, и не в последнюю очередь благодаря актерам. Большинство из них неприлично хороши, как например, вечно розовый Филип Сеймур Хоффман, играющий эгоистичного, властного дельца или Альберт Финни, чей герой, как метко заметили зарубежные критики, смахивает на задыхающуюся, вынутую из воды рыбу. Тема у фильма актуальна на все времена, классическое преступление и наказание, только вот Раскольников тут, почувствовав тугую петлю на шее, не покаялся, а схватил любимый топор. Режиссёр не дает своим куклам ни шанса христианских истин, заставляя их, одушевленных, брести к обрыву, и смерено прыгать вверх, к бездне. Жанр как драма человеческих отношений, часто чудовищных, по сути. Удивительно то, что фактически фильм кончается на мертвом полуслове, однако никаких вопросов или там сомнений по поводу окончания не возникает. История выписана настолько четко и мастерски, что даже после финальных титров продолжает жить в умах людей познавших ее. И это прекрасно.
Нейтральная рецензия
16 января 2008 в 04:55прямая ссылка
83 года. Если чем-то и войдут в историю кино 'Before The Devil Knows You're Dead', так это поразительной для своего возраста работоспособностью режиссёра, отметившего в прошедшем году 50-летие своей первой и самой знаменитой ленты. Среди режиссёров и к 70-ти годам редко кто доживает в трезвом рассудке, а Люмет ещё бодр, демонстрируя, что не растерял былого умения вызывать эмоции на обыденных историях. Люмет в своей излюбленной манере: основа сюжета, сильно напоминающая его ранние 'Плёнки Андерсена' и 'Собачий полдень', типичное для данного режиссёра чередование вялотекущего повествования с кратковременными, но эффектными взрывами (не как у Бэя, а в смысле мощный по накалу эпизод), тщательное акцентирование на деталях, даже манера съёмки создаёт ощущение, что кино снято в ушедшие в историю 1990-е годы. И как ни странно, последнее не напрягает, а даже привлекает, пробивая ностальгию по временам, когда жанр ещё не засорился пустышками вроде 'Ограбления по-итальянски'. Люмет действительно не растерял умения снимать захватывающее кино на простом материале. Однако подаётся это всё слишком неровно: где-то сюжет заносит в непонятном направлении, где-то Люмет чрезмерно бьёт на эффект, как, например, в эпизоде ссоры персонажа Хоффмана с женой ближе к концу фильма. Создаётся ощущение, что, сохранив энергию былых лет, Люмет растерял выносливость, потому временами теряет контроль над событиями, а когда восстанавливает силы, вновь пытается нанести удар по зрителю эффектной сценой. Создав на хорошем уровне все необходимые приготовления к действию, режиссёр по ходу воплощения, задуманного на экран, не всегда оказывается способен удержать задаваемую в отдельных эпизодах планку повествования. Однако на протяжении всего фильма Люмета успешно страхует трио актёров Хоффман-Хоук-Финни. Все трое настолько удачно подобраны под своих персонажей, настолько уютно сидят в шкуре своих героев, что любой поворот сюжета, любую слабость, гниль, проявлемую ими в неожиданные и, казалось бы, непредвещавшие подобного поведения ситуации моменты, актёры воспринимают с максимальной естественностью, что практически заставляют забыть о сюжетных нелепостях и даже после просмотра, анализируя поступки героев и замечая какие-то странности в их поступках, приходится делать вывод, что всё это обусловлено эмоциями персонажей, в изображении которых (эмоций) демонстрирует высший пилотаж все трое актёров. Особенно старается Филипп Сеймур Хоффман, которому любой сильный актёр позавидует тому набору характеристик, которыми одарил его персонажа сценарист. Сначала хладнокровный и беспринципный бизнесмен, эдакая версия персонажа Майкла Дугласа из 'Идеального убийства', только на местном уровне, затем оказывается, он вовсе не так крут по жизни, ибо, оказывается, имеет (в прямом, то есть не очень приятном для себя смысле) начальство, под давлением которого оказывается за свои финансовые грехи, все тщательные расчёты, на первый взгляд, 100%-но успешного дела идут крахом из-за того, что даже собственному брату нельзя доверять в силу его 'особой одарённости', загнанный в угол, отчего всё больше находящийся на грани нервного срыва, но при этом готовый идти до конца ради достижения своей порочной цели - это ещё неполный набор характеристик данного персонажа, которого с удивительной лёгкостью изображает Хоффман, для которого это едва ли не лучшая роль. Этот фильм мог бы стать полным бенефисом оскароносного лауреата двухлетней давности, однако Люмет достаточно чётко разделяет сюжетные линии трёх главных персонажей (хотя и на совместные сцены с ними не скупится, которые особенно мощно выглядят), потому великолерная игры Хоффмана не затмевает Хоука и Финни. Первый изображает типичную для себя роль загнанного в угол юнца, паникующего при любой критической для него ситуации. И, как ни странно, несмотря на повторение пройденного, Этан смотрится куда более убедительно, чем в 'Тренировочном дне', где временами фальшиво выглядел в довольно пафосной роли копа-идеалиста. И возможно актёр составил бы конкуренцию Хоффману, надели его сценарист дополнительными качествами к уже имеющимся состоянию повышенной рефлексии в патовых ситуациях и безуспешным попыткам взять себя в руки. А ведь подлить ему пару грамм цинизма во взаимоотношениях с героиней Марисы Томей, подельником по ограблению, чуть разнообразить его поведение в определённых ситуациях - вот здесь бы Хоук мог (а он может) развернуться с неожиданной стороны. Что же до Альберта Финни, то по части изображения человека, пережившего семейную трагедию и желающего докопаться до разгадки нелепого (с его точки зрения) происшествия, то к нему претензий нет. Однако, как и Хоук, он на протяжении всей ленты вынужден играть одни и те же аспекты характера, лишь в сцене у подпольного ювелира актёр получает возможность разнообразить роль. Собственно говоря, на эмоциях, ошибках, нравах и инстинктах персонажей и совершаются все сюжетные повороты и это касается не только главной троицы. Поставив на трёх актёров, Люмет не прогадал (что неудивительно, 50-летний опыт съёмок полностью актёрских фильмов дело не шуточное), потому все дыры в сценарии и режиссуре в ходе процесса удаётся залатать, и сделай режиссёр удачную концовку, фильм можно было считать бесспорной удачей неугомонного старикана. Но увы, концовка подкачала. Все вопросы, имевшиеся после кульминационной сцены в квартире мелкого торговца наркотой, Сидни решил одним эффектным, но на этот раз не точным ударом, словно упомянутая выше выносливость дала о себе знать именно на финише, потому старый и решил схитрить, да срезать дистанцию, то есть обмануть зрителя, авось, не заметит. Но учитывая то, что на протяжении всего фильма Люмет усердно заставляет нас внимательно следить за деталями, данный финальный ход является большой ошибкой. Тем не менее, даже при таких минусах нельзя не восхититься режиссёрской работоспособностью в таком возрасте, особенно если учесть, что с 1980-х он на подобном уровне не снимал. И не факт, что такие крепкие стариканы, как Аллен, Иствуд и Редфорд в подобном возрасте будут демонстрировать аналогичную творческую форму.
Нейтральная рецензия
7 апреля 2008 в 15:11прямая ссылка

Всем по заслугам!

Старик Люмет снял хорошее кино. Дай, Бог, ему здоровья. Сейчас ещё лучше освоит цифровую камеру и наснимает и не такое! Первые кадры просто влюбляют зрителя настоящего мужского пола в Марису Томей, который с нескрываемой похотливостью ждёт стриптизёршу из 'Борца ' Дарена Аранофски. В фильме ярко показаны негативные стороны всех персонажей, но не каждому дано увидеть и понять то, что всё случившееся было изначально фатально - не имеют права нормальные родители допустить такого духовного падения своих детей, не имеют права любящие отец и мать, владеющие ювелирным магазином, спокойно созерцать за бедствующим положением их младшего чада, которое для настоящей любящей матери всегда остаётся чадом, которое не имеет средств выплатить алименты бывшей жене. И не имеет значения, что дети - ничтожества... Вот и получили. Все. И алчные, и жадные.
Положительная рецензия
6 февраля 2023 в 05:17прямая ссылка

Прежде чем дьявол узнает, что ты мертв...

...он будет играть с тобою. Мы все чьи-то игрушки: муж - жены, жена - мужа, дети - родителей, родители - детей, люди - Бога и сатаны. В нашем кино много игроков. Есть и свой извращенный любовный треугольник игривый. Но в фарговском стиле всем заправляют деньги, корысть, гордыня - этой дьяволицы золотые буфера всех привлекают. Чья-то лень рождает горе. Кто-то ленился любить, поэтому жена ушла получать любовь к другому. Кто-то ленился работать честно, поэтому в итоге начал устраивать махинации, потому что денег не хватало для запретного огня в венах, а огня традиционного не было из-за недостатка любви. Любви не было, потому что Бога не было ни в голове, ни в сердце. У кого-то дети выросли эгоистами, потому что воспитание не получили должного... не получили из-за недостатка любви. Любви не было, потому что в семье деньги были на первом месте. Поэтому любовь получила пулю от смерти. Когда всё это осознала рыжая бестия... она поняла, что на дело не пойдёт... положила игрушечный пистолет, решив выйти за миллиарды звезды смерти. Мы все учимся у этих фильмов в стиле Фарго. И это хорошо. Индексируй это, малыш, индексируй свой метафорический разум. - На самом деле глубокая драма. Есть что-то склизкое в постановке, притягательно-отталкивающее... как какая-то пахучая жижа, которая отталкивает видом вроде, но и притягивает засунуть в неё руку... такой приятный холодок и как бы массаж. Долго так держать руку не будешь, но часа два протянуть можно.
Vinterriket
Положительная рецензия
15 января 2017 в 03:02

Пешки без ферзя

«Игры дьявола» 2007 года, последний фильм знаменитого американского режиссёра Сидни Люмета, в своей откровенно залихватской экспозиции, практически без предварительной нюансировки, взводят триггер основного драматургического конфликта ленты, который в дальнейшем летально срикошетит в ювелирном магазине, пустив под откос и без того неидеальный мирок всех без исключения героев. Асексуальная, вощенная своей бесстрастностью, безэмоциональностью, механистичностью эротическая сцена будет лишь префиксом в глаголе следующего эпизода — диалога, полного упрёков и взаимного унижения. Высказанные вслух мечты о лучшей, лёгкой жизни, неудовлетворенность текущим положением в обществе, алчное желание получить больше, чем реально заслужил по делам своим, отыграть неудачную партию в покер заново — кажется, что Люмет в этой сцене все сведет к тривиально-нуаровому «во всем виновата женщина», не будь «Игры дьявола» не просто упражнением в криминальной драматургии, но тщательным исследованием людской психологии периода её тотального распада на примере отдельно взятой семьи, где все меж собой повязаны узами греха, недоверия, недолюбленности, невысказанной до поры взаимной ненависти. Довольно легко увидеть в фильме Люмета вариации на темы Коэнов или Тарантино; как раз вычурный постмодернизм в «Играх дьяволом» завуалирован вовсе. Люмет работает предельно академично, но и без явного нажима на большой стиль, оттого душная природа длинных планов и концентрированная статика служат в качестве основного дополнения к стержневой, инфернальной проблематике фильма, не лишенного некоторых социальных выпадов в сторону условного миддла. Камера постоянно замыкает героев в замкнутых пространствах, яркий свет практически не проникает в безнадежные, тусклые кадры ленты, ракурсы предельно заострены — вот она экзистенциальная ловушка, ад, сперва явившийся как рутина, тоскливая обыденность, а потом переросший в тотальное внутрисемейное насилие. Даже операторские изыски Рона Фортунато сводятся преимущественно к бесстрастной фиксации происходящего, в фильме, преисполненном тягостной анемией, мучительной тоской и потускневшей палитрой красок, камера словами самого же Люмета и рассказывает историю, и создаёт уродство как на внешнем, так и на внутренних уровнях, выхватывает главное из вереницы эпизодов и останавливает время, чтобы резко взорвать меланхоличный нарратив жесткими сценами. Тем очевиднее становится, что Люмет, разрезая полотно картины на лоскуты хронотопических флэшбеков с эффектом тройственного взгляда на одни и те же события, опирался на Акиру Куросаву и его «Расёмон»(ирония судьбы, учитывая, что в далёком 1960 году Люмет снял для ТВ свою версию рассказа Рюноске Акутагавы, практически так же сместив основные авторские акценты), тем более поиск истины и попытка гуманизма Люметом разыграны тоже, но с минорной тональностью — столь неизбежен авторский смертный приговор современному обществу. Причём все три центральных героя — Энди, Хэнк и их отец — лишь единожды встречаются вместе, в сцене похорон, где будет иметь место ключевой разговор, или точнее, его попытка, между Энди и отцом, завершающаяся истерикой первого после. Корень всех зол, зародыш всего ада лежит в этом неоконченном диалоге: нет родства по сути, привычный конфликт благородных отцов и неблагодарных детей обрастает некоммуникабельностью, неприятием друг друга, враждебностью и чужеродностью при том, что и отец сам далек от идеала — его дети расплачиваются за его прошлое, которое он давно как забыл и избыл из самого себя. И эта невозможность разговора присутствует в картине постоянно: Хэнк мямлит перед бывшей женой, Энди боится вообще любой откровенности в свой адрес — он, будто чеховский Человек в футляре, живет собственным эгоцентризмом — тем приметнее убранство его квартиры. Мрак, неухоженность, безжизненность — таков и он сам, фрустрирующий кокаинистические видения, убегавший в мир галлюцинаторности, но не избежавший ничего из предписанного. Не впервой внеся коррективы в первоначальный сценарный чертёж, Люмет, помимо создания большей концентрации драматургии, избежал фактора всякой несчастливой случайности в жизни героев. Бытовая рефлексия постепенно перерастает в нагромождение одной неизбежности на другую, ведя к очевидной трагедийности финала. Рок, фатум, судьба — как ни назови -, но всеми поступками героев, сколь безумно отчаянными и невероятно жестокими они не были, руководит осмысленное осознание содеянного. Закономерность их невыносимого бытия извилистыми тропами ведёт на эшафот, а ад зияет кровоточащими ранами и неупокоенными могилами. И, прежде чем дьявол узнаёт о твоей смерти, ад наступит уже в душе окончательно, вырвавшись наружу реками крови и слёз.
NCi17aaMan
Положительная рецензия
19 сентября 2015 в 20:05

Многоходовочка

'Игры дьявола' 2007 года, последний фильм знаменитого американского режиссёра Сидни Люмета, в своей откровенно залихватской экспозиции, практически без предварительной нюансировки, взводят триггер основного драматургического конфликта ленты, который в дальнейшем летально срикошетит в ювелирном магазине, пустив под откос и без того неидеальный мирок всех без исключения героев. Асексуальная, вощенная своей бесстрастностью, безэмоциональностью, механистичностью эротическая сцена будет лишь префиксом в глаголе следующего эпизода - диалога, полного упрёков и взаимного унижения. Высказанные вслух мечты о лучшей, лёгкой жизни, неудовлетворенность текущим положением в обществе, алчное желание получить больше, чем реально заслужил по делам своим, отыграть неудачную партию в покер заново - кажется, что Люмет в этой сцене все сведет к тривиально-нуаровому 'во всем виновата женщина', не будь 'Игры дьявола' не просто упражнением в криминальной драматургии, но тщательным исследованием людской психологии периода её тотального распада на примере отдельно взятой семьи, где все меж собой повязаны узами греха, недоверия, недолюбленности, невысказанной до поры взаимной ненависти. Довольно легко увидеть в фильме Люмета вариации на темы Коэнов или Тарантино; как раз вычурный постмодернизм в 'Играх дьяволом' завуалирован вовсе. Люмет работает предельно академично, но и без явного нажима на большой стиль, оттого душная природа длинных планов и концентрированная статика служат в качестве основного дополнения к стержневой, инфернальной проблематике фильма, не лишенного некоторых социальных выпадов в сторону условного миддла. Камера постоянно замыкает героев в замкнутых пространствах, яркий свет практически не проникает в безнадежные, тусклые кадры ленты, ракурсы предельно заострены - вот она экзистенциальная ловушка, ад, сперва явившийся как рутина, тоскливая обыденность, а потом переросший в тотальное внутрисемейное насилие. Даже операторские изыски Рона Фортунато сводятся преимущественно к бесстрастной фиксации происходящего, в фильме, преисполненном тягостной анемией, мучительной тоской и потускневшей палитрой красок, камера словами самого же Люмета и рассказывает историю, и создаёт уродство как на внешнем, так и на внутренних уровнях, выхватывает главное из вереницы эпизодов и останавливает время, чтобы резко взорвать меланхоличный нарратив жесткими сценами. Тем очевиднее становится, что Люмет, разрезая полотно картины на лоскуты хронотопических флэшбеков с эффектом тройственного взгляда на одни и те же события, опирался на Акиру Куросаву и его 'Расёмон', тем более поиск истины и попытка гуманизма Люметом разыграны тоже, но с минорной тональностью - столь неизбежен авторский смертный приговор современному обществу. Причём все три центральных героя - Энди, Хэнк и их отец - лишь единожды встречаются вместе, в сцене похорон, где будет иметь место ключевой разговор, или точнее, его попытка, между Энди и отцом, завершающаяся истерикой первого после. Корень всех зол, зародыш всего ада лежит в этом неоконченном диалоге: нет родства по сути, привычный конфликт благородных отцов и неблагодарных детей обрастает некоммуникабельностью, неприятием друг друга, враждебностью и чужеродностью при том, что и отец сам далек от идеала - его дети расплачиваются за его прошлое, которое он давно как забыл и избыл из самого себя. И эта невозможность разговора присутствует в картине постоянно: Хэнк мямлит перед бывшей женой, Энди боится вообще любой откровенности в свой адрес - он, будто чеховский Человек в футляре, живет собственным эгоцентризмом - тем приметнее убранство его квартиры. Мрак, неухоженность, безжизненность - таков и он сам, фрустрирующий кокаинистические видения, убегавший в мир галлюцинаторности, но не избежавший ничего из предписанного. Не впервой внеся коррективы в первоначальный сценарный чертёж, Люмет, помимо создания большей концентрации драматургии, избежал фактора всякой несчастливой случайности в жизни героев. Бытовая рефлексия постепенно перерастает в нагромождение одной неизбежности на другую, ведя к очевидной трагедийности финала. Рок, фатум, судьба - как ни назови -, но всеми поступками героев, сколь безумно отчаянными и невероятно жестокими они не были, руководит осмысленное осознание содеянного. Закономерность их невыносимого бытия извилистыми тропами ведёт на эшафот, а ад зияет кровоточащими ранами и неупокоенными могилами. И, прежде чем дьявол узнаёт о твоей смерти, ад наступит уже в душе окончательно, вырвавшись наружу реками крови и слёз.
Antpunch
Положительная рецензия
7 апреля 2015 в 16:51

«У тебя будет 30 минут в аду, прежде чем дьявол узнает, что ты мертв»

«Золотой» период Люмета – это, безусловно, 70-е годы, в которые он снял несколько очень сильных работ, вроде «Собачьего полудня». А наиболее соотносимая с его именем картина была выпущена режиссером вообще 50 лет назад, когда на экраны вышли «12 разгневанных мужчин». В последнюю же четверть века Люмет не мог похвастать чем-то действительно блестящим, изредка снимая неплохие, но, по сути, проходные, вещи. Вполне возможно, что, устав ждать от режиссера нового прорыва, киноакадемия фактически проводила его на почетный отдых своим «Оскаром» «за особые заслуги перед кинематографом», к которому он почетно был представлен в 2005-м – в год своего 80-летия. И вот, поди ж ты, в 83 года Люмет смог снять действительно потрясающее кино. Один из мощнейших своих фильмов. При этом, 'Игры дьявола' (правильный перевод названия фильма – «Прежде, чем дьявол узнает, что ты мертв») получились совершенно олдфэшнд. Самая что ни на есть камерная житейская драма, где центральное место отведено психологии героев. Словно вырвав из дневника семьи Хэнсонов пачку листов, Люмет перемешивает эти записи, меняет их местами, оставляя на полях свои пометки, позволяющие по ходу действа строить свои догадки о том, что же ждет нас в концовке. Два главных действующих лица фильма – это братья Энди (Хоффман) и Хэнк (Хоук) Хэнсоны, решившие ограбить ювелирный магазинчик своих собственных родителей. Точнее, решает сделать это Энди, человек, пытающийся казаться респектабельным бухгалтером, а на деле маниакальный тип со складом скелетов в шкафу. Он подбивает своего инфантильного братца - кретина состряпать выгодное дельце. Оба они работали в магазине, знают его внутреннее расположение и коды сейфа. Знают они и то, что там нет охраны. Если сделать все по уму, то никто не пострадает, а родители получать равнозначное страховое возмещение за все похищенные ценности. Вот только по уму ничего не получается. Струсивший брать на себя риски Хэнк перепоручает дело практически случайному знакомому, который прихватывает с собой пушку, нарушив все уговоры Хэнка с Энди, и положив начало цепочке событий, приведших всю семью к краю пропасти. Как правильно отметили критики журнала Empire, «Игры дьявола» – это парад психологических мотивировок. И так как Люмет поставил главное событие – ограбление — в самое начало фильма, то структура кино напомнила мне историю болезни, где врач описывает диагноз каждого из группы пациентов, детально обрисовывая реальные причины недуга. Хэнку деньги нужны только для одного – сделать счастливой дочь, которую он очень любит, и общение с которой может прервать в любой момент его стервозная бывшая жена, жадно выжимающая из Хэнка свою долю алиментов. Энди сосредоточен совсем на других проблемах – ему нужно срочно сменить обстановку. Во-первых, он ненавидит свою работу, где успел натворить сомнительных дел, а во-вторых, его гнетут постоянные проблемы по мужской части, по видимости, в результате которых он увлекается тяжелыми наркотиками. Или в результате увлечения наркотиками у него начинаются проблемы, суть не важно. Хэнк мечется и нервничает, понимая, что делает нечто ужасное, но не имеет сил противостоять соблазну легкой наживы, что, впрочем, привычно для него, не сумевшего противостоять чему-либо вообще в своей жизни. Энди, наоборот, вполне хладнокровен и особых угрызений совести не испытывает. Более того, он морально оправдывает себя и свою роль организатора преступления якобы плохим, недостаточно теплым отношением к нему со стороны родителей, которые, как это часто случается в семье, уделяли большее внимание младшему брату. И, в отличие от Хэнка, Энди собирается посвятить «30 минут», отделяющих его от преисподней, тому, чтобы избежать неизбежной встречи с ее хозяином. Конек Люмета - это способность максимально раскрыть каждый образ, создав впечатление близкого знакомства, значительно превышающего рамки двухчасового хронометража картины. Но нельзя не отметить и то, насколько точными получились попадания в роль у участников состава. И Хоффман, и Финни, и Хоук выдали феноменальную по реалистичности и драматизму игру. Причем, Хоука я, признаться, считал до «Игр дьявола» актером достаточно посредственным и порядком переоцененным. Тем интереснее мне было наблюдать, насколько мощно, оказывается, он может выступить. Роль дерганого и инфантильного неврастеника Хэнка, загнанного жизнью и собственными комплексами в тупик, удалась ему выше всяких похвал. Еще немного пополневший Филипп Хоффман доказал, что он в принципе не умеет играть плохо. Блуждающая в уголках его губ улыбка, сочетающая в себе хитрость и безумие, пробирала меня лично до самых поджилок. А пару сцен с его участием я вообще отнес бы к категории гениальных (как минимум, эпизод возвращения с поминок и сцену расправы на квартире наркодилера). В общем и целом - must see. Виртуозная психологическая драма, словно вернувшая Люмета в славные 70-е. Блестящие актерские работы Хоука, Хоффмана и Финни, и отменный сценарий дебютанта большого кино Келли Мастертона.
Положительная рецензия
16 сентября 2013 в 17:34прямая ссылка

Последний

После получения почётного 'Оскара' будучи на 84-ом году жизни Сидни Люмет снимает свой последний фильм. Данная картина сыскала хорошую критику и считалась одним из лучших фильмов 2007 года, который по иронии судьбы не был номинирован на этот злополучный 'Оскар'. А ведь есть за что присуждать награды. Взятый за основу простенькая завязка с неудачным ограблением, Люмет сделал потрясающую драму о том, какая же бывает непредсказуемая жизнь Важная особенность фильма - сюжет. Раскрывать его не имеет смысла, так как это надо видеть. Я лишь скажу то, что он подаётся в оригинальной манере от лица каждого из героев. И фильм, кстати говоря, вполне заслуживает статуэтку за сценарий, потому что он продуман до мелочей. Хочется сделать низкий поклон замечательному актёру Филипу Сеймуру Хоффману. Это действительный актёр. Вот просто не знаю, что сказать. Не могу подобрать нужных слов, да и пишу я на один эмоциях. Ну не знаю я. Сказать что играет шикарно - значит нечего не сказать. Это просто надо видеть на самом деле. К остальным претензий нету. Всё очень гармонично. Я бы описал персонажей, их действия и побуждения, смысл, но право же, я не хочу этого делать. Я хочу, чтобы каждый кто посмотрел этот фильм понял и усвоил для себя что-то своё. А Люмет в очередной раз доказал своё мастерство снимать потрясающее напряжённое кино с продуманным и оригинальным сюжетом. Низкий поклон Хоффману и Люмету. В оценке не нуждается
, зарегистрированных на Кинопоиске, и здесь появятся оценки, которые ваши друзья поставили этому фильму...