«Волынь» в оценке русофила-полонофила
В 2007 году я летал в Варшаву, чтобы посмотреть новую тогда картину 'Катынь' Анджея Вайды, объявленную, как эпическую. Разочаровался. Ныне отправился на 'Волынь' Войчеха Смажовского, обращающуюся к сопоставимой исторической эпике. Если тоже одним словом - потрясающе. При всей чудовищности тематики фильм очень понравился, и буду смотреть снова. (Для сравнения: жертвы Катыни и других аналогичных лагерей НКВД - около 22 тысяч; жертвы резни на Волыни и в Галиции - около 130 тысяч. Систематически уничтожались польские селения и костёлы. Если только позволяли условия, массовые умерщвления выполнялись умопомрачающе изуверски. По рассказам отчима, участника Варшавского восстания, знаю, что после падения восстания выводимые варшавяне молились, чтобы только их конвоировали немцы, а не бойцы дивизии 'Галичина').
Низкий поклон и сердечная польская благодарность украинским актёрам, талантливым, красочным, согласившимся играть в 'Волыни'. И, конечно, всем польским актёрам и авторам фильма за их большой достойный труд.
Изумителен образ сельской жизни Кресов - давних польских восточных окраин. Патриархальность, колорит, усталые улыбки натруженных крестьянских лиц, очаровательная юношеская бесхитростная любовь. На моё чуткое ухо к тому же потрясающе воссоздано ушедшее кресовое произношение, мягкое, певучее и настоящее. При чудовищности тематики, фильм - гимн давним Кресам.
Великолепна во всех смыслах исполнительница главной роли, её героиню Зосю видим в возрасте 18-22 лет. Огромную симпатию будят её любимый Петро, а затем его ровесник Антось, партизан АК. Все положительные герои вызывают большую симпатию - и в повседневной жизни, и в предельно экстремальных ситуациях.
Текстура и стиль повествования очень современные. Чуть-чуть производят впечатление хаотичности. Вероятно, таков замысел, ведь речь о сущем кошмаре.
При масштабах имевшего место изуверского геноцида фильм сдержан в показе нечеловеческих сцен. Безусловно, он очень мрачен. Партизан и поэт, офицер польской армии, поверивший в возможность договориться с ОУН-УПА и пришедший на условленную встречу в военном мундире, но по уговору без оружия, это реальный персонаж, его видим лишь в эпизоде. Его настоящее имя Зигмунт Румель (в фильме - Зигмунт Кшеменецкий). Как поэта, его до войны заметили, оценили и начали печатать в возрасте двадцати лет. Упомянутое его стихотворение называется “Две матери”. В буквальном переводе его начало:
Две матери-родины ласкали меня в детстве:
Одна балтийским янтарным гребнем расчёсывала меня,
Вторая, словно переливы бурных вод по речным порогам,
Пела под звуки лиры о слепой долюшке-судьбе.
Зигмунт нёс в себе польскую и украинскую кровь и, как поэт, восхищался обеими культурами. Поверив в уговор, был в польском офицерском мундире разорван лошадьми. Эта сцена, пожалуй, наиболее жуткая по натурализму.
А шурин Зоси, украинец, отказывается зарубить топором свою жену, польку, и в надежде спасти её и себя кидается с топором на родного брата, бойца УПА.
Режиссёр Войчех Смажовский говорил, что этим фильмом хочет переломить самое страшное и умалчиваемое в польско-украинских отношениях. При моей достаточной сдержанности, равно как большой искренней симпатии к знакомым мне украинцам, украинским песням, украинскому колориту и так далее мне предельно трудно простить и молиться за не ведавших, что творят. К счастью, среди озверения человеческих масс, вспарывавших вилами и серпами животы своим соседям, фильм с очевидной симпатией показывает тех украинцев, кто в критическую минуту старался спасти причисляемых к ляхам или жидам.
“Конец фильма открыт, каждый может понимать, как хочет», - говорит режиссёр в одном из интервью. По-моему, финальный переход-переезд через реку это отбытие на другую сторону Стикса, и перевозчик - сошедшая с небес милосердная любящая душа, в бытность живым поклявшаяся любить вечно. Тем самым фильм на мой взгляд мрачен ещё и аллегорически. Хотя, может быть, это чудесное спасение, сниспосланное свыше? В любом случае главное послание произведения - безусловный гуманизм. Бесспорный талант авторов - повествовать о страшном с сохранением большого внутреннего света и ради более чем светлых целей: не убий и возлюби.
Насколько всё это интересно современным великорусам? Очень надеюсь, что картина в той или иной форме дойдёт до России. “Мы связаны, поляки, давно одной судьбою в прощанье и прощении, и в смехе, и в слезах”, - сказано-пропето Булатом Окуджавой.
В заключении - очень показательно, как на “Волынь” набросилось со всей своей отвратительной и более чем характерной сущностью определенное течение в польских СМИ, называющее себя либеральным - в современном, ставшем для меня ругательным, понимании. Оно и не удивительно. Фильм “Волынь” проповедует классические христианские ценности, человеколюбие, а также патриотизм и бережное уважение к отечественной истории. Этим, я думаю, он ценен универсально.
В постскриптуме - очень надеюсь на понимание темы со стороны моих украинских друзей, пусть со временем. Перед Украиной сейчас сложный путь.