«Зои» – философское размышление об истоках современного одиночества и искусственно взращённой любви, мастерски завуалированное под романтическую драму
Дрейк Доримус, автор антиутопии «Равные» с Кристен Стюарт об обществе, запретившем отношения между полами, спустя три года после выхода своей картины вновь вернулся к изучению эволюции человеческих взаимоотношений. На этот раз любовь, с точки зрения режиссёра, позиционируется не столько как атавизм, сколько как платоническая привязанность, невозможность которой вызвана природными, а не писаными законами. Мир не моделируется с нуля как нечто совершенно фантазийное –тв основу берётся современный уклад жизни, однако приукрашенный более яркими технологическими открытиями в сфере искусственного интеллекта. Оруэловские амбиции Доримуса, неудачно реализованные в «Равных», постепенно сошли на нет, а вот новый взгляд на ту же тему, неожиданно, оказался очень даже удачным.
В центре сюжета – изобретатели Коул (Юен Макгрегор) и Зои (Леа Сейду), занимающиеся разработкой так называемых «синтетиков» – идеально подобранных под конкретного человека романических партнёров, неспособных на причинение какой-либо психологической боли. Их задача – создать универсальный искусственный интеллект, союз с которым сможет вывести людей на более высокую ступень развития. Эксперименты заканчиваются удачно, и синтетики постепенно завоевывают рынок товаров. Однако их неожиданная способность к быстрому психоэмоциональному развитию приводит к тому, что они, в моральном плане, становятся неотличимы от человеческой расы или даже превосходят её… Теперь Зои и Коулу предстоит узнать, где находится ими же проведённая грань между искусственным и реальным, а также пересмотреть последствия столб долгожданного технологического прогресса, которые на них, как на изобретателях-первопроходцах, отразились особенно ярко.
Фантастический жанр, заявленный в синопсисе, на самом деле присутствует в сюжетной составляющей весьма номинально. Помимо успехов в разработке искусственных людей мир, в котором существуют герои, фильм ничего нового не предлагает. Режиссёру важна не столько подробная выработка альтернативной реальности, сколько изучение феномена современных взаимоотношений, отягощенных маниакальным поиском идеальной совместимости. Вопрос моногамной, нерушимой и морально незатратной связи вроде бы решается созданием сверхидеального существа, способного дополнить человеческие несовершенства. В то же время, оказывается, что именно недостатки, которые мы так стремимся искоренить, умение их полюбить и создают крепкий союз. В глазах людей любовь невозможно подогнать под критерий идеальности, как бы печально это не было. Коул а тем более Зои, в честь которой и назван фильм, вскоре это понимают, однако совместно приведённые в жизнь эксперименты вскоре начинают осложнять их мирное существование.
Ставя крест на достижении идеальности, всячески отвергающейся бунтующей природой человека, Дрейк Доримус ставит под сомнение еще и понятие «процент совместимости». По сюжету, каждая пара, прежде чем принять решение о расставании и создании «синтетика», проходит своеобразный детектор лжи, рассчитывающий совместимость и процентную возможность долговечного союза. У кого-то этот процент практически идеален, а у кого-то, несмотря на симпатию, равняется нулю (в случае Коула и Зои). Но стоит ли этому доверять? Почему какая-то цифра имеет вес в вершении человеческих судеб? С каких пор мы слушаем компьютер, а не внутреннее чутьё? Режиссёр на протяжении практически двух часов всё глубже и глубже погружается в природу современного человека, где искусственно смоделированных эмоций оказывается ничуть не меньше, чем у тех же «синтетиков», ставших хитом на рынке. Пора ли ставить знак равенства между нами и искусственными подделками? Коул и Зои отвечают на этот вопрос по-разному, однако пальма первенства мнений остаётся, конечно же, у зрителя.
История Коула и Зои, отчасти романическая, служит поэтической, по-своему меланхоличной декорацией для пьесы, посвящённой эмоциональным метаниям автора, бесконечно волнующим и неразрешимым. Размеренный темп повествования, подкреплённый инди-музыкой и в цветовом плане приглушённым визуалом, создаёт убаюкивающее впечатление, а потом резко, но очень романтично обрывается, давая время на рефлексию, которая нагрянет столь же неожиданно, как и сам финал.