• Афиша
  • Журнал
  • Фильмы
  • Рейтинги
Войти на сайтРегистрациязачем?
Спин-офф
 



О встрече с «сицилийской мамой»

11.03.2013 07:58 • 3 комментария

В столицу на фестиваль итальянского кино «Из Венеции в Москву» приехала актриса Джизельда Володи. Она представляет картину «Это был сын» режиссера Даниэле Чипри, в которой исполнила одну из главных ролей.

Володи и правда похожа на свою героиню, «сицилийскую маму» — такая же решительная и эмоциональная. «Меня часто зовут играть сицилиек, хотя я не оттуда. Забавно. Кстати, вы удивитесь, но многие говорят, что в моей душе много русского! Вероятно, это потому, что мне очень нравится русская литература и культура в общем. Очень бы хотелось поработать с русскими режиссерами. Только хорошо бы, чтобы не было так холодно!» — смеется Володи.

Вы позаимствовали свой псевдоним из произведения Цветаевой...

Да, это «Повесть о Сонечке». Цветаева в то время общалась со студийцами Вахтангова, там была актриса, Сонечка, по ее имени она и назвала повесть. В ней рассказывается о труппе актеров – и среди них есть молодой человек, Володя. Так вот, он бросает театр и уезжает воевать в Южную Америку. Не на свою войну, не за свое дело. И меня очень потрясло, как он сказал – я не могу играть чужую жизнь, где другие умирают.

Вас впечатлил выбор, который он сделал?

Да. Для меня быть актрисой – это раскрываться на сцене, это показывать все, что есть внутри. И такая искренность Володи меня в свое время завораживала.

Вы как актриса что бы предпочли – театр или кино – если бы пришлось выбирать?

И там, и там есть свои прелести. Искусство театра очень органично. Сейчас, в век технологий, настоящий, прямой контакт со зрителем – это редкость.

Многие актеры говорят, что в театре играть сложнее, потому что во время спектакля дается только одна возможность выразить то, что ты чувствуешь. А в кино можно сделать несколько дублей.

Да, в театре у тебя только один вечер, и все действие развивается постепенно. В кино процесс рассказа истории нарушен – ты снимаешься в одной сцене, потом в сцене, ей предшествующей. И часто у тебя даже живого собеседника нет, только кусочек скотча на стене, с которым ты разговариваешь.

Это сложно – говорить с невидимым собеседником!

Приходится как бы переноситься в другое измерение, абстрагироваться от реальности. В театре ты с головой погружаешься в действие, и иногда происходит что-то магическое, сверхъестественное. Мы все и работаем ради этих магических моментов. В кино, кстати, такое тоже бывает.

А если выбирать между европейским и американским кино – какое бы вы выбрали?

Я европейка, и европейское кино мне ближе. Однако недавно я работала с Уэсом Андерсоном (на съемках фильма «Отель „Гранд Будапешт“» — прим. КиноПоиска). Он не совсем типичен для американского режиссера, и актеры – а среди них было много звезд – вели себя очень по-простому, «царства гламура» там не было.

Как вам кажется, чего сейчас не хватает европейскому кино? Потому что на кинорынке все-таки американские картины бесспорно лидируют.

Возможно, проблема в том, что искусство и рынок не всегда совместимы. Рынок накладывает свои ограничения, а искусство этого не любит, ему нужна свобода. Поэтому артхаусным картинам гораздо сложнее бороться за зрителя.

С кем из европейских режиссеров вы бы хотели поработать?

С Фатихом Акином. Это немецкий режиссер турецкого происхождения, он снимает фильм об армянском конфликте. Сначала он искал европейских актеров, которые смогли бы сыграть армян – но потом сделал выбор в пользу актеров армянского происхождения. Вот с ним мне бы очень хотелось поработать!

Он очень преданно относится к своей работе?

Именно. Кроме того, это молодой режиссер, который находит самые разнообразные способы выражения своих идей. Хороших режиссеров много. Мне как актрисе интересны проекты, которые требуют самоотдачи, страсти.

Фильм «Это был сын» рассказывает о Сицилии – а это очень эмоциональный регион. Вам близка именно такая страсть?

Да, в нашем фильме очень много страсти, много цвета, эмоций. Среди них много трагических, которых гнетут их условия существования. Это часто случается с людьми, которые не могут управлять силами, которые несут их по жизни. Я кстати много раз играла сицилиек, хотя я не с Сицилии.

Вы сказали, что герои фильма не могут управлять своей жизнью. Это их вина – или все-таки вина времени, в котором они живут?

Герои не могут выйти из замкнутого круга. У фильма открытый финал, невинная душа, которая принесла себя в жертву во имя материальных благ, ждет справедливости. Мне идея этой картины именно этим и понравилась, она очень актуально. Не слишком ли многое мы приносим в жертву? Нашу искренность, нашу сущность – жертвуем их во имя материальных благ? Материальные ценности не делают человечество человечным. Наоборот. Так что фильм универсален для любого времени, во все времена есть бедняки – как семья главных героев, которых подавляет недостаток благ.

Но все-таки и время, и место действия сложны – это Палермо, где силен страх перед мафией…

Да, все так, но больше трагедия происходящего связана с человеческой сущностью. Трагические персонажи универсальны, они заперты в узости своего кругозора и не могут взглянуть на мир шире, свободнее.
интервью, фестиваль, из Венеции в Москву  3 комментария 
Комментарии (3)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...