Гори, Голливуд, гори!
 



добавить в:
Дух огня, или на мамонтах кататься запрещается

07.03.2014 13:54 • 3 комментария

Фестивалю в Ханты-Мансийске под названием «Дух огня» уже больше десяти лет. В этом году он проходил с 28 февраля по 6 марта. Сегодня рано утром участники, журналисты и члены жюри, сонные и усталые, разлетелись по родным городам и странам.

Честно говоря, хоть это и большое событие для края, а фестивальные фильмы, особенно российские, собирают полные залы, все равно он кажется пересаженным из столицы на снежную югорскую почву: лица журналистов и кинематографистов все те же, а участники-иностранцы не понимают, почему все, кого они встречают на фестивале, приехали из Москвы.


На знаменитых бронзовых мамонтов забираться запрещается

Чтобы познакомить членов жюри, участников фестиваля и журналистов с местной культурой и достопримечательностями, ежедневно устраиваются экскурсии. На первой обзорной экскурсии, правда, из-за неорганизованности отдельной съемочной группы, удалось посетить всего два места — археопарк, где стоят знаменитые бронзовые скульптуры доисторических животных, и первый местный православный храм.


В Ханты-Мансийске новогодние елки по-прежнему на каждом шагу

Большинство зданий в Ханты-Мансийске построено в нулевые годы и очень похожи на то, что в Москве принято называть «лужковской» архитектурой — это много стекла с зеркальным блеском, на самом деле, мало чем запоминающиеся здания.



Кое-где остались деревянные двухэтажные многоквартирные дома и отдельные, тоже деревянные, частные домики — так город, как объяснил экскурсовод, и выглядел до начала нулевых. Бросается в глаза частое использование символического чума: конусовидные детали призваны напомнить о национальном жилище коренных обитателей этого региона — народов ханты и манси.


Те самые огромные бронзовые скульптуры, ставшие визитной карточкой Югры

Вообще, путешествие в Ханты-Мансийск кажется путешествием во времени: здесь снежно, -8 (гостям фестиваля повезло, еще две недели назад было за -30) и везде стоят наряженные новогодние елки. Полное ощущение, что вернулся в середину декабря.


Ледяные скульптуры на центральной площади

Что приятно, на показах российской программы фестиваля, особенно вечерних, полные залы. После сеанса зрители ставят оценки просмотренным фильмам и, что удивительно, эти оценки почти не опускаются ниже 4,5 баллов из 5. Впрочем, этому может быть одно объяснение: те, кому фильм не нравится, совершенно не стесняются уходить с сеанса. И, очевидно, не голосуют. А если уж остаются до конца, то, видимо, ставят 4 или 5.


Режиссера фильма «Ведьмин ключ» Рустама Мусафира после показа обступили зрители, требуя автографы

На показах международной программы, куда вошли дебютные фильмы режиссеров из Германии, Китая, Кореи, Турции, Азербайджана, Ирана, Сингапура и России, зрителей куда меньше, особенно учитывая, что человек 15 на сеансе — приехавшие из Москвы журналисты. В этом году на фестивале отказались от традиционных пресс-конференций и вместо них предлагают зрителям и журналистам общаться с создателями картины после показа, в формате Q&A, что мне кажется отличной практикой: дебютанты получают возможность пообщаться со своим зрителем и услышать не рецензию критика, а мнение обычной публики.


По вечерам гостей фестиваля ждала обязательная развлекательная программа, иногда с национальными песнопениями и даже легендами от местных старожилов

Пару слов о тех фильмах международной конкурсной программы, которые лично мне показались интересными. «Зимняя сказка пролетариата» молодого немецкого режиссера Юлиана Радлмайера — это, наверное, единственный фильм в конкурсе, которому удалось рассмешить зрителей, причем очень тонким, ироничным подходом к своим героям и самой истории. Сюжет довольно прост: трое грузинских иммигрантов работают в Германии уборщиками, и их нанимают привести в порядок особняк под Берлином, где вечером пройдет роскошный прием для богатой публики. Уборщики — жуткие лентяи, но работу потерять боятся. Увидев, что они еще мешаются под ногами, хотя гости начали прибывать, управляющий отсылает их на последний этаж в комнату для прислуги и велит не высовываться. В итоге они ведут философские беседы, вспоминают анекдотичные случаи из советского прошлого о «классовой борьбе» и упрекают друг друга в отсутствии «классового сознания». Наконец, они решаются отправить кого-нибудь вниз, чтобы тот украл у богатеев торт. Но, как и в анекдотах, которые они рассказывали до этого, ничего не получится.

Фильм Юлиана — студенческая, даже не дипломная работа. Она снята на средства киношколы в Берлине, где он учится, всего за 11 тысяч евро. Прелесть «Зимней сказки пролетариата» в том, что, рассуждая вроде бы на серьезные темы, режиссер отчаянно хулиганит. Первое, что видят герои в особняке — черную дыру. Натуральную такую, рядом с лестницей парящую в пространстве черную дыру. Потом окажется, что это предмет современного искусства. Еще там есть живое облако, играющее роль «бога из машины».



«Илоило» из Сингапура уже получал в Канне «Золотую камеру» за лучший дебют, однако посмотреть его в прошлом году на фестивале мне не удалось. В Ханты-Мансийске фильм открывал международный конкурс, поэтому показывали его практически одновременно с церемонией открытия. Журналисты жаловались, что не успели его посмотреть, и специально для них фильм повторили — поставив вместо украинских короткометражек, которых из программы удалили без объяснения причин.

«Илоило» — история обычной семьи: мать беременна вторым ребенком, сын проявляет немотивированную агрессию в школе, отец — подкаблучник и вот-вот потеряет работу, но не догадывается об этом. Матери никак не удается справиться с сыном, пока в доме не появляется филлипинская служанка, молодая женщина с символичным именем Тереза, оставившая на родине маленького ребенка, чтобы поехать на заработки. Постепенно ей удается завоевать доверие мальчика. Смотреть «Илоило» легко — эта история могла произойти в любой стране мира, она по-настоящему универсальна. А режиссер относится к каждому из героев, даже к подкаблучнику-отцу, с нежностью.



Неоднозначное впечатление оставила иранская картина «Едкий». Правильнее было бы перевести ее название как «Щелочь». Она снята режиссером-мужчиной, но концентрируется на проблемах женщин — каждая из героинь страдает от жестокого или равнодушного отношения мужчин. Что-то разъедает связь между мужчиной и женщиной, какая-то щелочь. Зритель видит героев «по цепочке», от одной истории к другой, пока кольцо не замыкается: второстепенная героиня первого сюжета становится главной в следующей. Режиссер намеренно выбрал словно «полинявшую» цветовую гамму для своей картины, отчего смотреть ее, на самом деле, не очень приятно, все время хочется «прибавить яркости». Кстати, за свою придумку с закольцованными историями иранец получил третье место от международного жюри. Для меня же главным открытием стало то, что иранские студенты тоже играют в «мафию», причем по абсолютно тем же правилам, что и мы. Услышав знакомые слова «мафия засыпает, просыпается доктор», зрители заметно оживились.


В рамках фестиваля состоялось торжественное открытие памятника Александру Абдулову

В последний день фестиваля мне довелось посмотреть крайне любопытный немецкий документальный фильм «Сказки тундры», посвященный оленеводам Мурманской области. О нем я расскажу подробнее, в отдельном посте. Обидно, что эту картину — между прочим, снятую на русском языке и с большим интересом к нашей стране, — пришло посмотреть буквально с десяток зрителей. Скорее всего, дело в неудачном расписании, а также в недостаточной рекламе фестиваля. Режиссер фильма, Рене Хардер ужасно переживал, ведь это премьера его фильма в России. Надеюсь, картину покажут у нас по телевидению — там потрясающе красивые съемки и трогательная история, грустная и оптимистичная одновременно.
дебютное кино, дух огня, Ханты-Мансийск, дебют  3 комментария 
Комментарии (3)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...