Гори, Голливуд, гори!
 



«За холмами» — фильм о любви, а не о религии

28.10.2012 16:02 • 5 комментариев

На Каннском кинофестивале в этом году две «Пальмовые ветви» достались румынскому фильму. «За холмами» Кристиана Мунджиу, к которому режиссер сам написал сценарий, победил в номинациях «Лучший сценарий» и «Лучшая женская роль». Это не первая победа Мунджиу, чей фильм «4 месяца, 3 недели и 2 дня» взял главную награду того же Канна в 2007 году. Имя режиссера — один из синонимов «румынской новой волны», поместившей небольшую страну на карту мирового кинематографа. На этой неделе фильм вышел в российский прокат.

«За холмами» — основанная на реальных событиях история, рассказывающая об абсурдном и трагическом случае экзорцизма в православном монастыре в Восточной Европе. Когда-то вместе выросшие в приюте две девушки, Алина и Войкица, были очень близки, но потом судьба разлучила их. Теперь Алина возвращается в Румынию, что забрать свою подругу к себе в Германию, но Войкица теперь служит Господу, а Бог — серьезный соперник в сердечных делах.



КиноПоиск представляет интервью Кристиана Мунджиу Сэму Клебанову, которое он дал на Каннском фестивале в мае этого года.

— Я знаю, что ваш фильм основан на реальных событиях. Скажите, что привлекло вас в этой истории, почему вы захотели её реконструировать?

— Я вообще-то не совсем её реконструировал. Та история, которую я прочитал в книге той журналистки, написавшей книгу по реальным событиям, была очень скандальной. Это случилось в 2005, и я прождал много времени, прежде чем понял, как это будет выглядеть в кино. То, что по-настоящему заставило меня за это взяться спустя семь лет, была реакция людей в интернете, полностью разделившая их на два лагеря. Не было однозначного мнения о том, что случилось. И это дало мне возможность увидеть моральные проблемы современного общества, то, что настолько сильно разделило людей. Многие безоговорочно винили монастырь в том, что случилось, но главный интерес для меня лежал в вопросе что же лучше: оставаться безразличным, как социальные институты, не захотевшие помогать девушке, или постараться хоть как-то, по-своему помочь ей, как настоятель монастыря?

— Насколько сильна позиция православной церкви в румынском обществе? Насколько церковь влиятельна?

— Православие широко распространено и популярно. По-моему, по статистике 90% румын не только просто православные, но и исправно посещают церковь. Православие стало очень популярным за 20 лет после падения коммунизма. Думаю, у нас где-то 20 тысяч церквей на 20-миллионное население, то есть у церкви сильная позиция. Но для меня важно то, что это большое количество церквей никак не сказывается на моральном облике всего населения. Все по привычке ходят в церковь и зажигают свечки, но мне кажется, они не понимают той мудрости, которую им должна дать религия. Ведь важно не то, что на поверхности, обряды и привычки, а та мудрость и то понимание, все то, что может помочь людям после долгого периода коммунизма.



— Мне кажется, это больше история любви, чем история про религию. Вы согласны с этим?

— Конечно. Меня интересовало почему эта девушка, которая приехала в монастырь, не хочет уехать на следующий же день, после того как увидела, что происходит? И единственный ответ, к которому я пришел — все дело в любви, в любви к другому человеку. Это и помогло мне избежать в фильме сенсационности. Оставив все религиозные и социальные проблемы на периферии, я сосредоточился на взаимоотношениях этих двух девушек. Мне было важно понять, религиозный человек Алина, девушка, вернувшаяся из Германии или нет? Ведь её любовь к ближнему идет в разрез с религиозным постулатом отказа от любви к ближнему ради любви к Богу.

— Историю любви этих девушек можно назвать «нетрадиционной». В современном обществе это практически в порядке, это допустимо. Но в православных странах, таких как Румыния и Россия, церковь это запрещает. Как вы думаете, возможен ли какой-нибудь компромисс в данном вопросе между такими влюбленными друг в друга людьми и церковью?

— Мне кажется, что в отношениях девушек много нежности и нет никакого намека на их физическую сторону. Так что это история этой нежности и их жизни в этом жестоком, полном насилия окружении, в котором они выросли. Думаю, этот вопрос, который вы задали, как и все моральные проблемы, надо обсуждать открыто, и кино как раз может помочь в этом людям– задавать вопросы о вере, об убеждениях.



— В вашем фильме Румыния показана достаточно депрессивной страной. Вообще-то я был в Румынии еще при Чаушеску, путешествовал автостопом, и она показалась мне еще более депрессивной страной, чем Советский Союз. Как вы думаете, почему после депрессивного и репрессивного социализма страна так и не стала выглядеть сколько-нибудь похожей на рай, на который люди надеялись?

— Вы знаете, в Румынии люди подвергались психологическим пыткам больше, чем в любой постсоветской стране. В 50-е в стране проводился такой эксперимент – людей, задержанных по политическим обвинениям, заставляли пытать других задержанных детей. Это оказало огромное влияние на восприятие и на моральные устои самых важных и умных людей того времени. Из-за этих репрессий, из-за их давящего наследия, думаю, мы и остались на таком уровне. И дело тут не в экономическом вопросе и не в бедности, а в потере нравственных ориентиров при коммунизме. Думаю, тут-то как раз и важны религия и образование, только они совместными усилиями могут помочь преодолеть этот период.



— Почему в этом депрессивном мире появилось такое прекрасное кино, т. н. румынская волна?

— Думаю, кино нужны истории. Неслучайно же то, что вы не видите мучительные, тяжелые истории в кинематографе Норвегии или Швейцарии. Если вы родились в стране, где у людей до сих пор есть проблемы и нерешенные вопросы, о которых стоит поговорить, у вас и получается кино, которое люди будут обсуждать. Думаю, поэтому наше кино и переживает сейчас рассвет.
Румынское кино, лауреат Каннского кинофестиваля, премьера, интервью  5 комментариев 
Комментарии (5)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...