Игра престолов

Финал «Игры престолов»: Обзор 5-й серии

Обсудить0

Последний акт перед финалом. Неумолимое завершение практически всех линий. Пятая серия получилась самой логичной и оттого самой депрессивной из всех. И если у кого-то и были надежды на «хороший» конец, то сейчас они, кажется, развеялись. Осторожно: спойлеры!

Если в прошлой батальной серии этого сезона зрителя сразу бросали в битву, точнее в последние спокойные минуты перед ней, то этот эпизод дает все же героям некоторое время для разбега. Или последний шанс что-то исправить. Варис, как и ожидалось, собирается устроить переворот — сначала пытаясь отравить Дейенерис, а затем убедить Джона Сноу, что на престол должен взойти именно он. Но обе попытки проваливаются — Джон Сноу выбирает Дейенерис («Она моя королева»), как выбирает ее и Тирион, видимо, все еще надеясь, что в последний момент она остановится и проявит когда-то свойственное ей милосердие. И тем тяжелее героям будет смотреть на последствия своего выбора в финале серии.

Серия в цифрах:


 Погибли в серии: Варис, Квиберн, Сандор Пес Клиган, Григор Гора Клиган, Эурон Грейджой, Джейме Ланнистер, Серсея Ланнистер


 Любовных сцен: 0


 Телевизионный рейтинг:

 18,4 миллиона зрителей


Саспенс в этом эпизоде должен был быть построен вокруг захвата столицы. Что же сделает Дейенерис? Полетит или не полетит? Сожжет или не сожжет? Но это не драматическое напряжение. Мы нервничаем, и нам страшно по-настоящему как раз оттого, что точно знаем: полетит. Авторы крайне смело нащупали истинный нерв истории и мастерски позволили ему воплотиться на экране: это внутренний надлом и внутренняя трагедия одного из главных героев саги, которого, самое печальное, мы очень любим. Или когда-то любили.

Когда Эурон, закрываясь от солнца, смотрит в небо, постепенно приходя все в большее замешательство, мы ждем чего-то особенного. Еще одного дракона, возможно? Но правда в том, что новые и не нужны. Даже если ты уже видел дракона, даже если умудрился убить одного, все равно это как вертолеты у Копполы — страшно, огненно и безнадежно. Дейенерис летит на верном Дрогоне, с новым отчаянием и яростью подчистую сжигая корабли.

Магия, внезапно и с фанфарами пришедшая на эту землю в начале сериала, так же внезапно уходит, умирает. Белых ходоков больше нет, жрецы Владыки света умерли, и никого на экране уже не воскресят. Драконы, которых мы тоже очень любим, выглядят осколками древнего непонятного мира. Наверное, здорово слушать о них легенды и героические предания. А в реальности? Что им делать, кроме как жечь? Как жить в мирное время, чем питаться? Есть ли вообще «мирное время» для этих крылатых чудищ? Вероятно, чувствующий подступающую экзистенциальную тоску Дрогон теперь остался совсем один. А словно высеченная из камня, неустроенная и неприкаянная Дейенерис на самом деле такая же, как они — не только Мать драконов, она сама дракон. Но что ей, завоевательнице и революционеру, делать теперь, как найти себя в грядущем спокойном мире, на который так надеются герои? Во всем этом и есть, конечно, настоящая драма.

Переломный момент в этой драме, как кажется, наступает в середине эпизода. В крепостных стенах города пробита брешь. Все герои, разбросанные по разным углам столицы — Дейенерис, Серсея, Джон, Тирион, — напряженно ждут развязки, словно переглядываясь. Две армии (точнее, то, что от них осталось) смотрят друг на друга, и защитники Королевской Гавани не выдерживают, бросают оружие. Несколько напряженных секунд мы слышим только призывы звонить в колокола, чтобы возвестить о сдаче города. Колокола наконец несмело подают голос, и тут же возникает последний в этом эпизоде крупный план Дейенерис. Колокольный звон словно окончательно будит ее внутреннего монстра, знаменуя финальное превращение в трагически Безумную Королеву.

На самом деле этот переломный момент произошел гораздо раньше, в финале предыдущего эпизода, когда Миссандея перед смертью выбрала нужного дракона, чтобы обратиться к нему: «Дракарис!» И у этого дракона уже не было особого выбора, только спалить все дотла — невинных людей, женщин и детей.

Больше Дейенерис вблизи мы не увидим... Начинается апокалипсис наших дней, этот мир уже не спасти. Король Ночи с его мертвяками вспоминается почти с ностальгией, как некое погодное явление, против которого можно было сплотиться, нечто неизбежное и оттого успокаивающее. А кошмар и ужас, которые происходят сейчас, рукотворные. И в этом, конечно, трагедия не только Дейенерис. Наверное, впервые за весь сериал совсем одинокая и оттого невероятно хрупкая, Серсея одна бредет по развалинам — именно такой ад на земле она сама всю жизнь и создавала, а теперь должна наблюдать его в исполнении сестры по несчастью.

Бродит среди трупов, огня и развалин растерянный и какой-то тоже по-новому депрессивный Джон — разве ради этого он столько пережил? Ради этого присягнул Дейенерис и отстаивал ее перед всеми? Безупречные, дотракийцы и даже северяне нападают на сдавшихся. Мирные жители в крови и пепле. Никуда не годится.

В этом эпизоде мир впервые четко делится пополам. Но не на живых и мертвых, как когда-то думал Джон, что было красиво, благородно и поэтично. Мир делится на старый и новый — хаос и кромешный ад против робкой надежды на что-то новое, как мечтала когда-то Дейенерис.

Потихоньку умирают все, кому в новом мире уже не будет места. Эурон гибнет так же нелепо, как жил. Не обращая внимания на свой сгоревший флот и горящий город, он по привычке зачем-то задевает и дразнит Джейме, думая, что победить калеку ничего не стоит... и ошибается. Холодный колдун, хирург Квиберн умирает от рук своего же творения — монстра Франкенштейна, Григора Клигана, который, как только у него возник собственный интерес в виде возможности убить брата, отшвыривает создателя как тряпичную куклу. На фоне этого кромешного ада казнь собранного и уверенного в себе Вариса в самом начале серии выглядит спокойной и почти уютной, но именно он заслужил покой и, как настоящий герой, умер за свои убеждения (за надежду на спокойное будущее).

Сходятся старые сюжетные и образные линии: драконья тень из видений Брана скользит над городом; Тирион спасает плененного Джейме (как тот спасал когда-то его, приговоренного к казни), и в который (но теперь уже последний) раз они тепло обнимаются; Арья снова — только теперь с противоположными эмоциями — оставляет Пса умирать.

Мир сужается до пределов компактных и одновременно глубоко символичных образов. Драконий огонь, который сжигает и пробивает городские ворота изнутри, как раз метафорически выражает всю трагедию Дейенерис — жажду власти, которая так же изнутри снедает ее.

Долгожданный бой Клиганов символически рассказывает, что месть не принесет финального успокоения: сколько бы Пес ни протыкал Гору даже насквозь, брата ничего не берет. Они дерутся на фоне разрушающегося старого мира, и Григор, который бессовестно использует старые приемы (пытаясь выдавить глаза у брата, как когда-то выдавил у Оберина Мартелла) и все никак не хочет умирать, — емкая метафора всего ужаса, который можно уничтожить, только погибнув самому. В итоге оба брата летят в пропасть — конечно же, в огненную.

Дейенерис и Серсея становятся похожи как никогда: ни одна не хочет, как говорила Санса, смотреть правде в глаза. (Кстати, «предательство» Сансы, выдавшей Тириону секрет брата, на самом деле было ее способом встретить правду и, возможно, одним из самых смелых и важных поступков финальных глав.)

Образ Дейенерис на фоне города, к которому она так стремилась и который она может взять только силой и страхом, визуально коррелирует с кадрами, на которых Серсея стоит у своего любимого окна. Серсею же, в свою очередь, захватили иллюзии о народной любви. «Наши люди будут биться до последнего, защищать свою королеву», — парадоксально сообщает она Квиберну. В какой-то момент она понимает, что все кончено, видит полыхающий город вокруг и начинает плакать. Серсея не хочет бежать, не хочет прятаться, не хочет умирать. Она хочет стоять у окна как раньше, пить вино и радоваться, что все идет по плану. Ей обидно до слез.

Так же и Дейенерис: она тоже ужасно хочет как раньше, хочет быть спасительницей, чтобы все получалось, чтобы ее все любили, но почему все не так, почему все не так? «Меня здесь не любят. Только боятся», — говорит она Джону Сноу. Обидно до слез. И мы понимаем, что жителям Королевской Гавани не спастись. Потому что обе королевы несутся по инерции, одержимые идеей власти и трона, не в силах остановиться.

Любопытно, как погибшие драконы символизируют потери Дейенерис. Смерть Визериона, названного в честь слабого брата Визериса, — это смерть какой-то ее давно забытой, беспомощной, детской части. Гибель Рейгаля, который получил имя в честь другого брата — незнакомого ей, гораздо более сильного и таинственного Рейгара, к тому же отца Джона Сноу, — символизирует все новое, что мог бы принести ей чужой Вестерос. Надежды эти тоже уже рассеялись. И только Дрогон — связь с любимым мужем Дрого — до сих пор напоминает ей о том времени, когда она была счастлива в Эссосе, где все было хорошо и правильно. Ей бы остановиться, вернуться назад, домой, в родные жаркие дотракийские степи... Но энтропию и раскачавшийся до предела маятник стремления к власти не остановить.

Подлинными героями этой серии становятся те, кто как раз еще может остановиться и по-настоящему посмотреть на мир вокруг: Джейме, Арья, Давос, Тирион, Джон. Тирион готов простить все Серсее и отпустить ее, только чтобы спасти город. Джейме героически дарит последние секунды успокоения и даже счастья все-таки любимой и все-таки сестре. Близнецы, вместе пришедшие в мир, вместе из него и уходят, скрываясь под обломками когда-то неприступного дворца. Джон посреди мясорубки героическим движением убирает меч в ножны и как может старается спасти оставшихся людей.

Но главный герой всей серии, вероятно, Арья, потому что только она находит силы (благодаря Псу) развернуться в своих мыслях и поступках на 180 градусов. Гонимая весь сериал жаждой мести, она в эти минуты позволяет себе измениться и пережить кое-что впервые: благодарит и, кажется, впервые называет давнего врага Пса по имени, отказывается от многолетнего плана по убийствам, решает дать себе шанс на мирную жизнь.

Один из самых поэтических последних эпизодов: Арья пытается выбраться из-под руин тонущего в хаосе города, падает, снова встает и снова падает, а параллельным монтажом те же движения в битве с братом повторяет и Сандор. Так в лице Пса погибает старый мир и зарождается (в облике Арьи) новый. Из этого боевого крещения/рождения она выходит совершенно неузнаваемой, в крови и пепле, словно в страшной маске, и метафорически уезжает на белом коне, который словно достался ей в наследство от Дейенерис.

В грядущем финале кому-то придется разбираться с потерями, жертвами, руинами, а главное, растущим, расползающимся хаосом. Дейенерис в тизере последнего эпизода в духе какого-нибудь Дарта Вейдера ровно и уверенно шагает между рядами своей армии по захваченному, дымящемуся городу. А ведь мы вместе с ней прошли этот длинный путь... Выглядит все это совершенно душераздирающе. За что, конечно, мы и любим «Игру престолов».

Восьмой сезон «Игры престолов» доступен зрителям «Амедиатеки» и КиноПоиска (по подписке «КиноПоиск + Амедиатека», где сейчас также можно посмотреть все прошлые сезоны сериала).

Анна Закревская

автор


Смотрите также

«Доброе утро всем, кроме Дейенерис»: Реакция соцсетей на пятую серию 8-го сезона «Игры престолов»

13 мая

Тизер финальной серии «Игры престолов»: Заключительная глава

13 мая

Прекрасная свадьба: Как «Игра престолов» изменила жизнь фанатов

10 мая
В предыдущих сериях

Подкаст «В предыдущих сериях»: Обсуждаем 3-й и 4-й эпизоды финала «Игры престолов»

8 мая

Главное сегодня

Марадона, маньяки и ягодицы: Вторая неделя Каннского фестиваля

Сегодня

Видео: Как «Матрица» стала культовым фильмом

Сегодня

Изба дрожит: Репортаж со съемок хоррора Валерии Гай Германики

Сегодня

Что смотреть дома: «Слуга народа», «Крайний космос» и «Мы»

Сегодня

«Мальчик-мясник» и Кролик: 10 любимых книг Киллиана Мерфи

Сегодня

«Соблазн» Жюстин Трие: Женщина на грани нервного срыва

Вчера

Кантемир Балагов получил в Каннах приз за режиссуру фильма «Дылда»

Вчера
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт