Гоголем ходи: Из чего сделан киносериал про писателя-сыщика

Обсудить0

Пять основных факторов, без которых бы «Гоголь» Егора Баранова не добился зрительского успеха.

В прокате — «Гоголь. Страшная месть», третья часть приключений полицейского писаря Николая Гоголя в стране литературных героев его же собственных книг. Разбираемся, чем можно объяснить успех этой возмутительной, по мнению многих критиков, франшизы.

Удачный логлайн

До сих пор Николай Васильевич был портретом на стене в кабинете литературы. Популярным автором из супового школьного набора русской классики, усладой семиклассника (у кого еще на страницах наблюдается такой романтический беспредел?), но никак не поп-звездой. Но кто нам Гоголь, помимо блестящего литературного языка, который в экранизациях отчего-то неизбежно начинает отдавать капустником? Даже в любимом народом классическом «Вие» 1967 года, сделанном Ершовым, Кропачевым и их наставником Птушко, киноэкран не выдерживал и в финале обрушивал на Хому Брута не вурдалаков и бесов, а какую-то труппу современного танца с зелеными карликами и скелетом на веревочке.

«Вий»«Вий»

Потенциал классика как иконы стиля открывался только тем, кто осмеливался углубиться в жизнеописания Гоголя — душераздирающие рассказы о приготовлении макарон, вывернутом задом наперед желудке, одержимости и мании (горячо рекомендую книгу Александра Воронского).

«Сонная Лощина»«Сонная Лощина»

Замысел сериала Баранова обнадеживал своей дерзостью: поместить писателя в контекст его собственных разнузданных произведений, в духе западных тенденций стряхнуть пыль с сюртука, превратив Гоголя в Икабода Крейна из бёртоновской «Сонной Лощины» или Эдгара Аллана По из мактиговского «Ворона». О, это была смелость немыслимая для России, всегда строгой в вопросе духовных скреп. Увы, эмбрион раскованного замысла был обречен развиваться не в лабораторной пробирке, а во вполне реальном теле российской индустрии развлечений со всеми сопутствующими такому развитию «но».

Демон ТНТ

«Гоголь. Начало»«Гоголь. Начало»

Смешно, но многосерийного телевизионного «Гоголя» вызвали на большой экран не какие-то сверхъестественные темные силы, а прежде всего рокировка в активах «Газпром-медиа». Возглавив ТВ-3, Валерий Федорович и Евгений Никишов забрали с собой большие сериальные проекты, подходившие «первому мистическому» (третий сезон «Чернобыля» и «Гоголя», заказанного компании Александра Цекало Sreda). Соответствуя таинственной тематике, размашистый фэнтези-сериал не вписывался в довольно скромную аудиторию канала. Так склонные к экспериментам в эфире Федорович с Никишовым невольно стали авторами еще одного опыта на живых людях: в кинопрокат вышел шестичасовой, едва втиснувшийся в рамки кино мини-сериал.

До этого вектор движения кинопродукции был диаметрально противоположным: фильмы вроде «Адмирала» или вторых «Утомленных солнцем» сперва выпускали в кинопрокат, а потом уже раздували под предоставленный телевизионный тайминг, чтобы пополнить кинотеатральные сборы телепродажами. Эксперимент ТВ-3 показал, что кинотеатры могут продать телевизионную продукцию тем, кто телевизор уже давно не смотрит — ушедшей в интернет молодежи. Нужно только вложиться в рекламу.

Особенности национальной кинотрадиции

На съемках фильма «Гоголь. Страшная месть»На съемках фильма «Гоголь. Страшная месть»

Став достоянием отечественного кинопроцесса, замысел сериала о похождениях Гоголя в родной Малороссии начал развиваться по неизбежному сценарию нашего кино с его искренним желанием привить ростки западного стиля к местной фактуре и кино-традиции. Талантливые люди написали сценарий — схематичный, злоупотребляющий диалогами, процедурный фэнтези-детектив, в котором масленниковские «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» встречали «Русские страшилки» (случайно ли на логотипе этого полузабытого отечественного сериала фигурировал классический гоголевский профиль?).

В ироничной работе художника-постановщика Елены Жуковой чувствовалась богатая ленфильмовская школа (чего стоит один Гатчинский дворец, переехавший по воле создателей в украинскую степь). Крошечный факт реальной писательской биографии, служба Гоголя в третьем отделении, раздулся до сюжетообразующего: Николай Васильевич превратился из письмоводителя охранки в кого-то вроде «агента национальной безопасности» или Фандорина со специфическим мистическим флером. Что ж поделать, любит наш жанровый кинематограф силовые ведомства с иерархиями, кабинетными интригами и традиционными (если не сказать, шаблонными) конфликтами.

Двое из ларца

«Гоголь. Начало»«Гоголь. Начало»

Джордж Лукас учит нас, что на Темной стороне Силы всегда двое — учитель и ученик. Наше кино согласно кивает: стар и млад. Типовые элементы структуры можно распознать в паре главных героев — стажере Николае Гоголе (Александр Петров) и матером Якове Гуро (Олег Меньшиков). Как тут не вспомнить о том, что Меньшиков уже играл демонических чиновников по особым поручениям в «Утомленных солнцем» и «Статском советнике»? Как забыть его партию тренера Тарасова в «Легенде № 17»? Представьте, если бы роль Харламова исполнил не Данила Козловский, а Петров? У Меньшикова с Петровым, впрочем, тоже был совместный фильм — «Притяжение». Что-то магнетическое ощущается и в гоголевской связке. Петров — удачный выбор для лихорадочного, обрученного с тьмой писателя. Он в полной мере обладает обаянием антигероя, но не странно ли, что хоть какую-то драматургию для его развития сценаристам удается нащупать лишь в динамике противостояния учителя и ученика? Любовные линии, скажем, прописаны куда слабее.

Русский хоррор

«Гоголь. Страшная месть»«Гоголь. Страшная месть»

Вторичность «Гоголя» прямо указывает на его родство с русским хоррором. Заемный на 146%, наивный, но уже страдающий одышкой жанр русского хоррора никогда не жил хорошей жизнью, но все-таки существует. И «Гоголь» — еще одно тому подтверждение. Его синюшная, окропленная кровью и озаренная пламенем плоть, сюжетная муть, склонность к дешевым бу-эффектам и детская страсть к обнаженке свидетельствуют о том, что жанр в общем и целом сформировался, у него есть какие-то пусть и не очень оригинальные, но все же выстраданные и усвоенные законы. А это значит, что мы вполне можем ждать прихода авторов, которые не побоятся их пересмотреть, чтобы наконец подарить верным зрителям что-то новаторское. Будет ли у гоголианы какой неожиданный выхлоп? Наверное, главное достижение этой сумбурной трехчастной эпопеи именно в возможности внезапного афтепати. Авось увидим еще, как Пушкин пишет своего «Гробовщика».

Смотрите также

Тест: Кто это написал — Гоголь или нейросеть?

7 августа 2018

Снова во мраке: Каким получился 3-й сезон «Настоящего детектива»

11 января

Александр Петров: «В кино я буду профессиональным футболистом»

7 июля 2018

Сериалы января: Корейские зомби, Тим Рот и «Настоящий детектив»

10 января

Главное сегодня

Любовники, детективы и подводники: Что смотреть дома в выходные

Вчера

Тест: Какая вы личность в фильме «Стекло»?

Вчера

Эпизод «Маши и Медведя» внесли в Книгу рекордов Гиннесса

Вчера

Трейлеры недели: Черная Земля, вдова и код «Красный»

Вчера

Голливуд утомил: Каким был 2018 год для российского проката

Вчера

Сериал «Половое воспитание» посмотрели 40 млн пользователей Netflix

Вчера

Энди Серкис спел «Bohemian Rhapsody» в образе премьер-министра Терезы Мэй

Вчера
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт