Статьи

Как это смотреть: Фильмы Вернера Херцога, «безумнейшего» мастера кино

Путеводитель по творчеству живого классика кино, которому 5 сентября исполнилось 75 лет.
Как это смотреть: Фильмы Вернера Херцога, «безумнейшего» мастера кино
Вернер Херцог

Он бывал в самых жарких и холодных местах планеты, его кусали крысы, обезьяны, он укрощал на родео быков, прыгал в заросли кактуса, сидел в африканской тюрьме, впаривал мексиканцам телевизоры, несколько раз воровал, обманывал власти, снимал человеческую смерть, человека на пороге смерти, устраивал пеший марш против смерти, стоял под прицелами пьяных солдафонов, а однажды чуть сам не совершил убийство. Историю о том, как Херцог съел свой ботинок, знают даже те, кто не видел ни одного его фильма (см. короткометражку «Вернер Херцог ест свою туфлю»). Пожалуй, это настоящий мечтатель и путешественник. Ну, и безумец, конечно. Великий безумец.

Знакомство с режиссурой

Вернер (Стипетич) Херцог родился в 1942 году и все детство провел в Захранге, небольшой баварской деревушке. Первые воспоминания — бомбежка и то, как он описался, увидав склонившегося к нему Господа (позже выяснилось, что в дом зашел парень из энергетической компании). По словам режиссера, в его воспитании принимал участие только один родитель — мать Элизабет, которая позволяла мальчику все, что он хотел, и даже прикрывала перед директором школы, когда Вернер сбегал с уроков, пропадая неделями черт знает где.

Жизнь в Захранге не отличалась разнообразием и проходила в относительной изоляции от мира. Первый фильм Херцог посмотрел в 11 лет. В 12 съел свой первый банан. В 17 ему пришлось говорить по телефону. И тягу к знаниям будущему режиссеру открыли путешествия. Затяжные, пешие и непредсказуемые, они стали для него той путеводной звездой, за которой он следует всю свою жизнь, снимая по дороге фильмы. Очень много фильмов.

Фото из книги «Знакомьтесь: Вернер Херцог»

Фото из книги «Знакомьтесь: Вернер Херцог»

В один момент Херцог просто решил, что будет делать кино. Он не выбирал эту профессию из сотни других, не задумывался, где достанет деньги, аппаратуру, да и никогда не учился на режиссера. Он просто нашел свою мечту и продрался к ней. В 17 лет Херцог встретился с продюсерами, которых заинтересовало письмо с предложением сделать фильм. Каково же было их изумление, когда в комнату вошел испуганный подросток. «Первый выкрикнул что-то настолько оскорбительное, что я вычеркнул это из памяти, — вспоминал Херцог, — а второй хлопал себя по боку и гоготал: „Ага! Теперь, значит, детсад хочет снимать кино!“ Вся встреча длилась 15 секунд, потом я развернулся и вышел, сознавая, что придется стать самому себе продюсером». И он им стал. В 19 лет Вернер Херцог снял свой первый короткометражный фильм «Геракл», а уже в 26 дебютировал с полнометражной картиной «Знаки жизни».

Пейзаж как отправная точка

С чего начинаются картины Херцога? Сам он говорит об этом очень определенно: «Для Ингмара Бергмана, хотя по большей части мне его фильмы не нравятся, отправной точкой, похоже, является человеческое лицо. Для меня же это очень часто пейзаж — реальный ли, воображаемый или пригрезившийся». Его Херцог наделяет характером, привносит в него странные звуки и снимает с непривычных ракурсов, словно героя из плоти и крови. Пейзаж в ключевых фильмах режиссера — это никак не украшение и не проходной кадр, призванный снизить градус повествования. Херцога волнует его ритм и дыхание, а потому он часто исследует ландшафт, прежде чем дать команду оператору.

Главный фильм: «Фицкарральдо»

На сегодняшний день на счету Херцога порядка 70 фильмов, а «Фицкарральдо» — главный из них. Картина создавалась в тяжелейших условиях на протяжении четырех лет. В ней было задействовано свыше полутысячи перуанских индейцев, которые вручную перетащили огромный пароход через гору, используя законы физики и непоколебимую веру Херцога в то, что это возможно. Еще раз: настоящий пароход через настоящую гору. Без муляжей и павильонов, без спецэффектов и чудес монтажа. «Фицкарральдо» стал не просто самым безумным фильмом Херцога, но и своего рода манифестом режиссера, пропевшего осанну человеческой воле.

На съемках фильма «Фицкарральдо»

На съемках фильма «Фицкарральдо»

В какой обстановке проходили эти съемки? Как-то оператор Хорхе Виньяти сломал несколько ребер. Оператору Райнеру Клаусману пираньи откусили фалангу пальца. Одного из лесорубов, занятых в фильме, ужалила ядовитая змея, и, не имея возможности получить сыворотку, несчастный отпилил себе ступню. На съемках произошло две авиакатастрофы, приведших к серьезным травмам у членов группы. Однажды индейцы из племени амуака, жившие неподалеку от лагеря Херцога, напали на трех статистов фильма, когда те рыбачили. Один остался невредим, другому стрела пробила горло, а его жене три стрелы угодили в живот. Она была в критическом состоянии, и операцию делали прямо на кухонном столе. Херцог, между прочим, освещал брюшную полость женщины и отгонял москитов, слетевшихся на запах крови.

«Фицкарральдо»

«Фицкарральдо»

Не взирая ни на что, режиссер все-таки затащил свой треклятый корабль на гору, наградив себя гордым званием Конкистадора Бессмысленного: «Мы творили некую непостижимую правду, и я хотел, чтобы зрители поверили в то, что увидят на экране. [...] Я помню, как „Фицкарральдо“ показывали в Германии. В тот момент, когда корабль наконец оказался на вершине, зрители закричали „ура“. Потому что поняли: это не трюк и не спецэффект».

Любимые герои

Херцог не раз замечал, что не смог бы снять фильм про человека, к которому не испытывает хоть малейшей симпатии. Его персонажи могут иметь физические отклонения («И карлики начинают с малого»), страдать психическими расстройствами («Каждый за себя, а Бог против всех»), выглядеть одержимыми («Вера и валюта») и даже есть человечину (только по стечению обстоятельств Херцогу не удалось взять интервью у осужденного тирана Бокассы I, любившего, по ряду свидетельств, отужинать оппозиционерами Центральноафриканской Республики). При всем при этом зритель не увидит на экране ни одного абсолютного чудовища, которому не смог бы сопереживать, а умение раскрыть самого жуткого персонажа с неожиданной стороны — дар Херцога-режиссера. Он не оценивает их, не судит и не пытается изменить. Он лишь показывает, что в современном мире существуют другие люди, которые не вписываются ни в какие представления о норме.

И как цивилизованное общество не принимает людоедов, так же, по Херцогу, оно выбрасывает на обочину жизни трогательных мечтателей, авантюристов и бунтарей. Все они попадают на пленку словно со страниц приключенческих и рыцарских романов, оказываясь донкихотами чужой эпохи. «Они знают, что бунт обречен, — поясняет режиссер, — но из последних сил упорно продолжают борьбу, ни у кого не находя поддержки».

Любимые методы работы с актерами

Свои картины Херцог не делит на документальные и игровые, настаивая, что всякий раз создает на экране некий коллаж из правды и вымысла. Касается это и работы с актерами, которые перевоплощаются в роли только до определенного предела. Чтобы сохранить их органику, привнести в фильм черты их личности, профессии, жизненного опыта, режиссер прибегает к самым разным хитростям. Во-первых, обращается к услугам непрофессионалов. В его фильмах играют карлики, глухонемые, индейцы и многие другие любители с неординарной внешностью и судьбой. Во-вторых, он ставит актеров в такие ситуации, что спрятаться за маской роли уже никак не получается. Например, в «Стеклянном сердце» Херцог погрузил практически всех актеров в гипноз, давая задания для каждой отдельной сцены. Результатом этого эксперимента стали поистине мистические образы, необходимые фильму, а люди вытаскивали из своего подсознания фразы, которым позавидовал бы Дэвид Линч: «У великана глаза как мельничные колеса. Пальцы как сучья. А вместо носа — валун». Или еще более поэтичное: «Почему мы не можем выпить луну? Почему нет для нее сосуда?»

«Стеклянное сердце»

«Стеклянное сердце»

Херцога неоднократно обвиняли в издевательствах над актерами, в том, что он эксплуатирует их трагедии и ставит их жизни под угрозу. Ему припоминали несчастные случаи на съемках «Фицкарральдо» или Кристиана Бэйла, сбросившего для роли в «Спасительном рассвете» 25 килограмм. На все это режиссер категорично отвечал: «Я думаю, что люди в экстремальных условиях раскрывают свою истинную сущность, помогая нам понять человеческую природу. Но если бы я хоть раз рисковал ради фильма чьей-то жизнью, то я бы сейчас не сидел здесь и не разговаривал с вами».

Нельзя не вспомнить и об особенном актере Бруно С., исполнившем две главных роли в фильмах Херцога («Каждый сам за себя, а Бог против всех» и «Строшек»). Бруно провел свое детство и юность, скитаясь по детским домам, колониям и психиатрическим клиникам. Он говорил о себе в третьем лице, плохо запоминал текст и, кажется, вообще не умел перевоплощаться в кого бы то ни было. Все, что умел Бруно, — оставаться собой, и именно этого хотел Херцог, облачая его в исторические костюмы, отправляя в Америку или воспроизводя в фильмах ситуации из его жизни. Одним махом Бруно уничтожал всю игровую составляющую фильма, неся на своем лице, в своей речи и глазах ту правду, которую невозможно скрыть. Херцог отстаивал его кандидатуру перед боссами телекомпании, которая обещала профинансировать «Каждый сам за себя...». Он прерывал съемки на целые часы, чтобы Бруно мог выговориться. Стелил ему на пороге, потому что на кровати Бруно спать отказывался. Он даже придумал для него отдельный фильм, так как Бруно взял отпуск и твердо решил сняться в кино.

Любимый ненавистный актер

Клаус Кински был гениален и невыносим, о чем говорили все его коллеги по цеху. Он принадлежал к той породе актеров, талант которых признают все, кого ни спроси, а вот работать вместе — увольте. Он отличался вздорным характером, неуравновешенным поведением, он впадал в истерики, срывал съемки, а однажды даже покалечил коллегу по съемочной площадке («Агирре, гнев Божий»). В общем, идеальный актер для Херцога — демон во плоти. На документальных кадрах с «Фицкарральдо» можно увидеть, как Кински отреагировал, когда ему не понравился приготовленный обед. И это посреди джунглей, в самый разгар работы.

Херцог терпел все. Вместе с Кински он сделал целых пять фильмов, отводя ему исключительно главные роли. И все ради тех моментов, когда Клаус вставал перед камерой, преображался и играл так, будто в последний раз. Тогда его пластика, мимика, чувство роли заставляли зрителей прильнуть к экрану и с открытым ртом наблюдать, как на них льется энергия, мощная и нечеловеческая. «Мы с Кински странным образом дополняли друг друга, — с грустью рассказывал режиссер. — Я многим ему обязан, и он обязан мне не меньше, но он не способен был это признать».

Их непростые отношения начались на картине «Агирре, гнев Божий», когда Кински взбесился, решив бросить все и уехать домой из-за ссоры с помощником звукорежиссера. Тогда Херцог подошел к актеру и заявил, что не успеет тот отъехать на моторной лодке, как в его затылке окажется восемь пуль... Девятую режиссер приберег для себя. Херцог был очень серьезен, и Клаусу пришлось ретироваться. На съемках «Фицкарральдо» Кински так извел всю съемочную группу и индейцев, смотревших на его выходки со стороны, что к концу съемок Херцог получил заманчивое предложение: «Индейцы предложили мне убить Кински. Я отказался: „Да ни за что! Мы же еще фильм не сняли. Оставьте его мне“. Они не шутили. Мне надо было только кивнуть, и они бы действительно его убили».

«Мой лучший враг — Клаус Кински»

«Мой лучший враг — Клаус Кински»

Наконец, на съемках «Зеленой кобры» Херцог не выдержал, сорвался и позже сказал, что это были худшие съемки в его жизни. Фильм стал последним для их тандема и последней большой работой Кински в кино. Финальная сцена фильма, в которой обреченный герой пытается сбежать от смерти, оказалась пророческой. Кински отдал себя полностью, без остатка. Через четыре года он умер от инфаркта, а Херцог, проклинаемый им до последних дней, развеял прах Кински над Тихим океаном.

Только спустя несколько лет после его смерти Херцог решился заговорить о фигуре Кински публично, сняв документальный фильм «Мой лучший враг — Клаус Кински». В нем он показал всю противоречивую натуру взбалмошного актера, завершив ленту кадрами, на которых он, как маленький ребенок, играет с бабочкой. Такого Кински посчастливилось увидеть немногим.

Херцог-кинестетик

Прикосновение для Херцога — это не просто теплый человеческий жест, это способ работы. Уже в «Летающих врачах Восточной Африки» можно заметить, как на плечах танзанийцев и кенийцев, едва ли не впервые увидевших камеру, лежит рука Херцога. Бруно С. также была необходима моральная поддержка, и Херцог все время держал его запястье, будто щупал пульс. А вот фильм про Вальтера Штайнера, чемпиона по прыжкам на лыжах с трамплина, сложился в голове Херцога лишь в тот момент, когда съемочная группа подняла спортсмена и, держа на руках, пронесла по улицам: «Благодаря непосредственному физическому контакту со Штайнером я отчетливо представил себе весь фильм. Знаю, звучит странно, но только тогда все его полеты, что мы наснимали, нашли во мне подлинный отклик, и я понял, как их следует монтировать» («Великий экстаз резчика по дереву Штайнера»).

«Великий экстаз резчика по дереву Штайнера»

«Великий экстаз резчика по дереву Штайнера»

Более того, через прикосновение Херцог может чувствовать своего оператора, видеть его глазами без всякого видоискателя: «С Томасом Маухом мы ходили буквально сцепленные, как пара фигуристов. Позже, когда мы снимали с Петером Цайтлингером, я сзади обхватывал его одной рукой за грудь или брал его за ремень». Срастаясь с оператором таким образом, Херцог может управлять камерой и в случае необходимости перевести съемку на что-то интересное. Для этого ему достаточно простого прикосновения.

Сновидец без снов

Херцог утверждает, что лишен одной из человеческих радостей: он не видит снов. А если что-то и грезится ему раз в год, то, как правило, на экран это лучше не переносить: «Обычно мне снится, что я ем сэндвич, или что-нибудь столь же захватывающее». Возможно, именно поэтому Херцог пытается видеть сны наяву, отыскивая по всем уголкам планеты самые странные и нереальные образы. В одних случаях он не дожидается милости от природы и человека и берет быка за рога. Так, в фильме «Колокола с глубины» он заплатил двум русским алкоголикам, чтобы те ползали по замерзшему озеру, пытаясь разглядеть сквозь лед Китеж-град. Получилось очень смешное, но все-таки сновидение. В других случаях Херцогу действительно удается заснять такие сюрреалистические кадры, что поверить в них почти невозможно. Самый яркий пример — лента «Фата-моргана», в которой режиссер запечатлел миражи пустыни Сахара. В раскаленных пластах воздуха возникают автобусы, люди, столбы, дороги, к которым нельзя прикоснуться. По сути, Херцог снял цветные сны, которые снятся пустыне.

«Фата-моргана»

«Фата-моргана»

Главная страсть: Пешие путешествия

Страсть Херцога к ходьбе широко известна. «Когда я шагаю по дороге, — рассказывает режиссер, — я погружаюсь в грезы, я парю в мире фантазий и самых невероятных историй. Я в буквальном смысле прохожу целые романы, фильмы и футбольные матчи». Кроме того, Херцог полагает, что пешие путешествия — именно то занятие, с которого следует начинать всем молодым людям, мечтающим о режиссуре. Получать опыт, встречаться с людьми, ночевать в заброшенных домах и фермах и ни в коем случае не быть туристами. А вот самый известный поход Херцога — это марш против смерти, совершенный им в 1974 году. Когда режиссер узнал, что его подруга, известный киновед Лотта Айснер, тяжело больна, он отказался лететь к ней на самолете. Херцог двинулся пешком из Мюнхена в Париж, преодолев расстояние более чем в 800 километров: «Я знал, что если идти пешком, Лотта не умрет, пока я не дойду. Так и произошло. Лотта прожила чуть ли не до 90 лет». Результатом этого протестного марша стал путевой дневник Херцога, изданный под названием «Дорога по льду» (увы, на русский язык он не переведен).

Вернер Херцог

Вернер Херцог

Ковчег Херцога

В фильмах Херцога столько животных, что их хватило бы на небольшой ковчег. Почему их так много и что все это значит, Херцог объяснить не в силах: «Я просто знаю, что они для моих фильмов очень важны. Да и таких уморительных актеров, как звери, я встречал нечасто». Сказать по правде, уморительного в них мало, и даже танцующий цыпленок в финале «Строшека» вызывает скорее горечь, чем радостное умиление. Чего уж говорить про картину «И карлики начинают с малого», где присутствуют распятая обезьянка, курица-каннибал, клюющая труп сородича, и верблюд, стоящий на коленях так, будто ему перерезали сухожилия. Защитники животных могут не волноваться: Херцог никого не замучил и не травмировал, снимая своих героев под бдительным присмотром дрессировщиков. Все эти грустные метафоры, безусловно, оказывают сильнейшее и гнетущее воздействие на зрителя, и тем удивительнее легкость, с которой Херцог о них рассуждает: «Посмотрите в глаза курице, и вы увидите настоящую тупость. Тупость безграничную, жестокую тупость».

«Строшек»

«Строшек»

Влияние

Когда Херцог только начинал снимать фильмы, он прочел 15 страниц в энциклопедии про кинопроизводство, и этого багажа ему хватило на долгие годы. По сей день он мало смотрит, проводя время в затяжных экспедициях, где нет элементарного телевизора, а не то что кинотеатра. Список авторов и произведений, повлиявших на Херцога, затрагивает не только кино, но и другие виды искусства. Вот лишь некоторые деятели искусства, влияние которых признает Херцог.

Композиторы: Иоганн Чикониа, Пьер Абеляр, Клаудио Монтеверди, Карло Джезуальдо, Ролан де Лассю, Иоганн Себастьян Бах («Музыкальное приношение»).

Художники: Иероним Босх, Питер Брейгель, Леонардо да Винчи, Маттиас Грюневальд, Геркулес Сегерс.

Писатели и поэты: Генрих фон Клейст, Квирин Кульман, Фридрих Гёльдерлин, Георг Бюхнер («Войцек»), Джозеф Конрад, Лоренс Стерн («Сентиментальное путешествие», «Тристрам Шенди»), Эрнест Хемингуэй (рассказы), Петер Хандке, Томас Бернхард.

Кинорежиссеры: Тод Браунинг («Уродцы»), Карл Теодор Дрейер («Страсти Жанны Д’Арк»), Дэвид Уорк Гриффит, Фридрих Вильгельм Мурнау, Всеволод Пудовкин, Луис Бунюэль, Акира Куросава, братья Тавиани («Отец-хозяин»), Бастер Китон.

Актеры о Херцоге

Клаус Кински (из фильма «Мой лучший враг») о любимом режиссере: «Мы заходим так далеко, как это возможно. Мне даже не нужно говорить ему: „Остановись, пока я не сорвался“, — потому что он все равно не остановится. Ты не можешь снимать реальные вещи без того, чтобы они не становились загадочными. Такого режиссера я и называю гением».

Вернер Херцог и Клаус Кински

Вернер Херцог и Клаус Кински

Клаус Кински (из книги «Кински без купюр») о ненавистном режиссере: «Херцог — это несчастный, злобный, жадный до денег, мерзкий, коварный, трусливый подонок. Его так называемый талант зиждется на том, что он терзает беззащитных существ, мучает их и доводит до смерти. Его не волнует ничего, кроме режиссерской карьеры. Движимый патологической страстью к сенсации, он специально создает опасности, рискуя жизнями других людей. <...> Для своих фильмов он нанимает дебилов и дилетантов, которыми легко помыкать, и платит им нищенскую зарплату. Он также использует уродов и калек всех форм и размеров, потому что на них интересно смотреть. Он не имеет ни малейшего представления, как делать кино».

Клаудия Кардинале: «Самое большое приключение я пережила вместе с Вернером Херцогом, когда мы снимали „Фицкарральдо“ в Перу. Я не знаю, как выжила! Мы были в самом сердце джунглей. Вокруг ходили дикие животные. Мы не знали, чем питаться. Все индейцы были голыми. Моя героиня носила белое платье, и индейцы считали, что я богиня, так что мне все время приходилось находиться на площадке, чтобы они не ушли. Когда съемки закончились, они пришли в аэропорт и вручили мне подарки. Я так плакала! Я люблю Вернера Херцога, но для некоторых членов команды этот опыт был слишком мощным...»

Николас Кейдж (о сцене в фильме «Плохой лейтенант»): «Мне нравилось работать с Херцогом. Мне нравилось, когда Вернер двигался в том направлении, о котором я даже не думал. Помню, как однажды он мне сказал: „Теперь, Николас, я скажу актеру, что он не умер и его душа все еще танцует, а ты стреляй в него, стреляй в него снова, потому что его душа все еще танцует“. И я был так взволнован. Я сказал: „О Вернер, это потрясающе. Это именно то, чего я ждал, словно ты поднимаешься ввысь, в космос...“ Он бросил на меня взгляд и сказал: „Да заткнись ты“».

Херцог о себе: Ремесленник

Рассказывая о себе, Херцог избегает таких высокопарных слов, как «художник» и тем более «творец». Дело не только в скромности, но и в том, что эти слова, по мнению режиссера, давно потеряли свое исконное значение. Куда комфортнее Херцогу называть себя ремесленником, какими были средневековые мастера, обладавшие физическим чутьем и вошедшие в историю как анонимы. Как настоящий ремесленник, Херцог даже не оставляет черновых материалов, выбрасывая все лишнее по завершении очередной картины: «Через полгода после премьеры все, что не пригодилось, отправляется на помойку. И негативы, и отходы монтажа. Плотник не хранит стружку».

Херцог о документальном кино: «Не слушайте правду жизни»

В 1999 году Херцог написал документ под название «Миннесотская декларация». В нем он категорично высказался о таком направлении в кинодокументалистике, как синема верите, стоящем на том, что правда жизни куда важнее, чем художественный замысел автора. Херцог счел это каким-то кощунством! Ведь как можно отнять у режиссера право выдумывать, рассказывать историю по-своему и быть, в конце концов, поэтом? Сам он с гордостью признавался, что неоднократно просил героев своих документальных фильмов произносить фразы, которые считал уместными («Земля тишины и темноты»). Он выдавал собственные слова за изречение Блеза Паскаля («Уроки темноты»). И уж тем более вносил коррективы в реальность, чтобы придать фильму остроты («Там, где мечтают зеленые муравьи»).

Вернер Херцог

Вернер Херцог

В двенадцати довольно ироничных тезисах Херцог прошелся по взглядам французских документалистов, заявив, что их правда — это правда бухгалтеров, скучная и пошлая. Есть в списке и особенно интересный пункт — «Не слушайте правду жизни», — который требует пояснения. Херцог придумал его, когда посмотрел интервью актрисы Кэтрин Хепберн. Оно произвело на режиссера просто неизгладимое впечатление: «В финале интервью она сидит на камне на берегу океана, и кто-то за кадром спрашивает: „Мисс Хепберн, что бы вы посоветовали молодому поколению?“ Она сглатывает, в глазах ее стоят слезы, долго молчит, как будто всерьез размышляет над ответом, потом смотрит прямо в камеру и говорит: „Слушайте песню жизни“. На этом фильм заканчивается. Это было чудовищно. Даже вспоминать неприятно. Я настолько был потрясен, что написал в „Миннесотской декларации“: „Никогда не слушайте песню жизни“».

Читайте также
Интервью Вернер Херцог о Фассбиндере, «Джеке Ричере» и своем голосе Выдающийся немецкий режиссер дал мастер-класс в Каннах.
Статьи «О, интернет!» Вернера Херцога: Нужно ли бояться технологий? По просьбе КиноПоиска интернет-эксперты и журналисты обсудили темы, которые поднимает в своем новом документальном фильме Вернер Херцог.
Статьи Вступи в меня: Как секты показывали в фильмах И какие актеры оказались в сектах. К выходу хоррора «Паранормальное» о верящих в скорый конец света разбираем причудливые взаимоотношения культов и кинокультуры.
Комментарии (10)

Новый комментарий...

  • 15

    El_principe 5 сентября 2017, 12:26 пожаловаться

    #

    спасибо КП!
    люблю такие материалы.
    особенно мнение актеров было интересно.

    ответить

  • 6

    gleppp 5 сентября 2017, 14:04 пожаловаться

    #

    Херцог — великий автор. Со статьёй можно поспорить только в том, что главный фильм — Фицкарральдо. Он, конечно, самый энергозатратный, но не самый яркий.
    На мой взгляд, сильнейший фильм Херцога — Агирре, гнев божий.

    ответить

  • 3

    CaseyDamato 5 сентября 2017, 15:41 пожаловаться

    #

    Помню, смотрел документалку Херцога про Кински — это было что-то) Как они ругались на площадке, но не переставали сотрудничать, понимая, что это творчество и, как-никак, их хлеб. Это есть профессионализм! Не раз наблюдал подобные ситуации, работая на съемочной площадке. Сейчас такое редко встретишь, люди часто обижаются и из-за разногласий и собственных принципов их совместные труды летят к черту. А конкретно про Кински — он, конечно, порой дико переигрывал, но в этом вся суть таких театралов — надо вести себя как сумасшедший, чтобы раскрыть свои таланты)

    ответить

  • 15

    Mr NS 5 сентября 2017, 17:17 пожаловаться

    #

    Отличный материал.

    ответить

  • 7

    Artem Pyatyshev 5 сентября 2017, 19:45 пожаловаться

    #

    Это Даниил Смолев такой фанат Херцога или это из других источников взято? Читать было очень интересно!

    ответить

  • Detomaso 16 февраля 2018, 20:26 пожаловаться

    #

    Поищите книгу «Знакомьтесь, Вернер Херцог», там масса интереснейших историй. Думаю автор пользовался этой книгой

    ответить

  • Artem Pyatyshev 16 марта 2018, 17:49 пожаловаться

    #

    Возможно

    ответить

  • 5

    Ghostb 5 сентября 2017, 22:41 пожаловаться

    #

    спасибо за статью, как раз собирался подробнее ознакомиться с творчеством режиссера)

    ответить

  • 5

    Gregory PeKK 5 сентября 2017, 22:42 пожаловаться

    #

    Спасибо, прекрасный материал! Херцог — герой!

    ответить

 
Добавить комментарий...