Джеймс Ганн: «История Ракеты — моя история»

Обсудить0

Режиссер «Стражей Галактики» рассказывает, как его личная история стала основой для сюжетной линии сиквела и почему его пугают цифровые копии умерших актеров.

Внимание: в интервью содержатся спойлеры!

4 мая в российский прокат вышел фильм «Стражи Галактики. Часть 2». Джеймс Ганн вернулся в режиссерское кресло истории о Звездном Лорде и его команде. Режиссеру удалось сделать так, что сиквел смотрится не копией удачного оригинала, а самостоятельным произведением, которое вполне может понравиться зрителям даже больше, чем первая часть. В центре сюжета находятся отношения героев друг с другом и с призраками прошлого. И, конечно, борьба за безопасность Вселенной.

Питер Куилл (Крис Пратт) знакомится со своим отцом, но радость этого знакомства вскоре омрачается страшной тайной и осознанием, что его родитель несовершенен. Гамора (Зои Салдана) разбирается в отношениях с сестрой Небулой (Карен Гиллан), мечтающей Гамору убить. Ракета постепенно понимает, что его напускная агрессия оказывается не такой уж хорошей броней. Вторые «Стражи» порой чересчур сентиментальны и эмоциональны для супергеройского фильма, поэтому трогательные моменты усердно пересыпаны грубоватыми шутками, полными слизи инопланетными монстрами и звездными камео. Новый фильм Ганна избыточен даже после финала: зрителей ждут не три, не четыре, а целых пять дополнительных, пусть и коротких сцен. Впрочем, те, кому понравились первые «Стражи», этому избытку будут только благодарны.

На съемках фильма «Стражи Галактики. Часть 2»На съемках фильма «Стражи Галактики. Часть 2»

Каких традиционных ошибок сиквелов вы старались избежать?

Главная ошибка сиквелов — полагаться на сильные стороны первого фильма. Люди думают: окей, в первом фильме у нас было вот такое начало и вот такая структура, что мы сделаем похожего во втором? В первом фильме у нас было «Мы есть Грут», а что будет таким же моментом в сиквеле? Получается копия первого фильма, только более бледная. Мне кажется, надо просто дать персонажам развиваться, продолжить их путь, увидеть, как они меняются и что хотят делать. Люди ждали, что в сиквеле Дракс снова будет шутить метафорами, но я подумал: он же уже пообщался с этими ребятами, понял, что такое метафора, его шутки уже не будут такими же. Все изменилось.

Почему решили сконцентрироваться на теме отцов и детей, отношений в семье?

Это естественный результат развития героев. История в нашем случае идет от персонажей. А почти все они в каком-то смысле сироты. Большую часть жизни они провели, не зная, что такое быть любимыми, что такое нежность. Если в первом фильме они впервые познали, что такое любовь, то логично, что во втором фильме им предстоит столкнуться с тем, что последствия любви не всегда приносят счастье. Особенно это характерно для Ракеты, который просто не представляет, что такое симпатия или нежность, а поэтому ему проще отталкивать от себя людей. Для меня самое важное — относиться к этим героям (хоть они и кажутся кому-то банальными героями научно-фантастического комикса) как к реальным людям.

«Стражи Галактики. Часть 2»«Стражи Галактики. Часть 2»

Ракета чем-то напоминает интернет-троллей. Они тоже брызжут ненавистью в сети вовсе не из-за того, что реально испытывают ее.

Да, мне кажется, это такая базовая история. Ракета просто не знает, что такое близость. Поэтому, когда начинает сближаться с другими героями, вместо того чтобы сказать «Я боюсь, что вы сделаете мне больно, боюсь, что вы оставите меня», то есть то, что у него на душе на самом деле, он реагирует агрессивно: «Идите к черту, вы мне не нужны!» Он отталкивает всех так, что они не понимают, в чем дело. Потому что сами недостаточно зрелые люди, чтобы понять его мотивы.

Это личная история?

Безусловно. Я отлично понимаю Ракету. Мне так же сложно строить отношения с другими людьми и не отталкивать их. Я вырос, ощущая себя изгоем, изолированным от всех, непохожим на остальных, не вписывающимся в окружающий мир. Из-за этого мне по-настоящему тяжело сближаться с людьми. Это моя история, поэтому я так люблю этого персонажа.

«Стражи Галактики. Часть 2»«Стражи Галактики. Часть 2»

Финальная сцена галактических похорон — у вас не было ощущения, что это уж слишком?

Я понимал, что это смелый ход, поэтому очень благодарен людям из Marvel, которые согласились пойти на это. Мы заканчиваем не на грустной ноте, а скорее, на сложной ноте, что не слишком характерно для фильмов о супергероях. Ни один фильм Marvel еще не заканчивался так! У нас получился очень человечный финал. Есть ощущение перерождения в этих похоронах. Мы видим, как Ракета обретает себя, как Питер и Гамора лучше понимают, что они значат друг для друга. Все они, даже малыш Грут, открывают что-то новое в себе благодаря этому событию. Во всем этом знак надежды.

А было что-то, с чем люди из Marvel не соглашались?

Мы постоянно о чем-то спорили. Но это были очень вежливые споры, даже не споры, а дискуссии. Больше всего я общаюсь с Кевином Файги, и у нас с ним видение проекта совпадает почти во всем. Мы понимаем друг друга с полуслова, но иногда, конечно, разногласия случаются. Тогда мы продолжаем обсуждение, пока либо я не соглашусь с Кевином, либо он со мной. В этом фильме есть только один маленький момент, по которому мы так и не смогли договориться. Он позволил мне поступить по-своему. Но это, по сути, исключение.

«Стражи Галактики. Часть 2»«Стражи Галактики. Часть 2»

И что это?

Я не хочу рассказывать, ведь если людям понравится мое решение, то я его подставлю, а если нет, то выставлю дураком себя. На самом деле это одна шутка, которая Кевину показалась несмешной и слишком длинной, а мне она показалась забавной, я ее захотел оставить.

Вы хотели снять в камео Дэвида Боуи, дав ему роль одного из Опустошителей. Сейчас все больше разговоров о цифровом воскрешении актеров. Мы уже видели примеры подобных опытов на экране. Если бы вы могли воскресить кого угодно и снять в третьих «Стражах», кого бы вы выбрали?

Я бы этого не делал! Мне кажется, технология еще не столь совершенна. Глаза смотрятся мертвыми, меня это жутко пугает! Я бы пока не пользовался этим инструментом. К тому же меня смущает этическая сторона вопроса. Не уверен, что у меня есть право взять образ мертвого человека и использовать его в кино. Но, если бы я все-таки решился, у меня есть любимый актер. Это Ли Марвин. Он был настоящей звездой 1960-х, 1970-х. По-моему, он один из лучших актеров всех времен. Если бы я мог вернуться в прошлое и поработать с кем угодно, я бы выбрал его.

Цифровые копии актеров: Мертвые души или путь в бессмертие?

Майкл Рукер в образе Йонду: «Стражи Галактики. Часть 2»Майкл Рукер в образе Йонду: «Стражи Галактики. Часть 2»

Очень хотелось бы воскресить и героя Майкла Рукера.

О, боюсь, этого ждать не стоит! В таких фильмах смерть должна иметь последствия. Я бы хотел относиться к этому как к реальному событию, иначе оно теряет свое значение. Есть ставки, которые нельзя понижать, как нельзя бесконечно убивать героев и возвращать их обратно. Иначе ты просто нивелируешь значение этой смерти. В финале второго фильма смерть Йонду — это его искупление. Не хочется, чтобы его самопожертвование оказалось фальшивкой. В первом фильме Грут пожертвовал собой, и малыш Грут — это уже не тот Грут, что раньше. У него нет памяти о тех событиях. Благодаря этому его жертва становится весомой, реальной.

О работе над третьим фильмом вы объявили у себя в Facebook. Как вы находите время на социальные сети и почему это важно для вас?

Мне кажется это важным не только для раскрутки фильма, но и для общения с аудиторией. Благодаря социальным сетям я держу ухо востро и могу оценить реакцию фанатов и зрителей, понять, что их волнует, о чем они говорят. Иначе есть риск застрять в своем собственном мире, не замечая, что важно для фанатов, что они любят. Для меня это еще и возможность дать зрителям то, что когда-то было очень необходимо мне. Когда я был маленьким, я встретил в музыкальном магазине солиста группы The Clash, и он очень дружелюбно ко мне отнесся, поболтал со мной немного. Для ребенка из Манчестера, штат Миссури, который никого в шоу-бизнесе не знал, это было настоящим переворотом в сознании. Общение с людьми из разных стран, спокойно говоря, мол, да вот, я реальный, дает возможность почувствовать, что все возможно, что мы все обычные люди, такие же, как они, все занимаемся одним делом. От этого легче на душе. А времени на это нужно совсем немного. Вот сижу я, жду следующего журналиста, заодно отвечаю на вопросы фанатов в Facebook.

Фото: Disney / MarvelФото: Disney / Marvel

Вы, наверное, устали от вопросов про саундтрек. Мой совет — вставьте какую-нибудь русскую песню в третий фильм, и все внимание переключится на нее!

Интересная идея. Но тогда вы должны составить для меня плейлист, чтобы я смог что-то выбрать. Вернее, вы должны записать кассету с треками. А я послушаю.

Смотрите также

Мировой бокс-офис: «Стражи Галактики 2» начинают и выигрывают

2 мая 2017

Крис Пратт: «Я ненавижу Майкла Рукера»

26 апреля 2017

Джеймс Ганн снимет третий фильм серии «Стражи Галактики»

17 апреля 2017

Кевин Файги рассказал о будущем Marvel после слияния Fox/Disney

28 декабря 2018

Главное сегодня

Режиссер «Лего Бэтмена» экранизирует комикс «Перерождение»

Сегодня

Спроси меня как: Половое воспитание в кино на 13 примерах

Вчера

Против Брайана Сингера выдвинули новые обвинения в растлении малолетних

Вчера

«Оскар-2019»: Номинации — сюрпризы и цифры

Вчера

Посетители Гётеборгского кинофестиваля посмотрят кино в гробах

Вчера

Блог команды: Мы снова показываем «Оскар»! Теперь и на английском языке

22 января

Netflix вступил в Американскую ассоциацию кинокомпаний

Вчера
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт